Не судьба

Pov Рик. Выписка прошла вполне успешно: я приехал утром, помог Андрею собрать вещи и донести их до такси, а потом до квартиры. Хотя зайти я отказался - струсил. Было в этом что-то интимное, все равно что приглашение на кофе, когда понятно, что никакого кофе не будет. На этом наше общение и прекратилось. Однако ненадолго, дня через два я почувствовал острое желание увидеть Пежича. Все крутился возле телефона и решался позвонить. Но до этого мне как-то не приходило в голову, что у меня нет номера. Но благо у меня есть Ким, которая узнала номер Андрея за 15 минут. Я набрал в грудь воздуха и медленно набрал цифры, тщательно проверяя правильность набора. - Да? - как не странно, но ответили после первого гудка. - Приветик. То есть, привет. - я сжал трубку. - Ты забавный, не помню, говорил ли я это. - Узнал? - Естественно! - Каким же образом? - О, я обладаю даром предвидения! Я чувствовал, что сегодня мне позвонит Мистер Неопределенность! Рик, у тебя просто голос особенный, - я почувствовал, что он улыбается. - Я тебе поверил. Вообще-то, я звоню, чтобы позвать тебя на ужин. - На ужин? А что будем есть? - Я надеюсь, ты сам выберешь, если пойдешь. - Конечно, пойду! Куда пригашаешь? - Я долго выбирал между «Walls» и «Bell Cafe», а потом понял, что сам не выберу. - Выбор между венской кухней и вегетарианским меню? Серьезный выбор, - Андрей захихикал. Я нервно затоптался на месте. - Откуда такая осведомленность? - Секрет! А как тебе «Old Town Bar»? Не особо престижное место, но там вкусная еда и очень уютно. - Отлично, а адрес? - Ох, Рик, ты совсем не самостоятельный! В 5 часов жду там! - Эй! - но в ответ мне полетели гудки. Адрес я все-таки нашел и вскоре был уже там. Местечко и правда было милое: удобная длинная барная стойка с высокими стульями, небольшие столики, посетителей не особо много, поэтому Пежича я заметил сразу. А выглядел он странновато. Волосы спрятаны под кепку, одетую козырьком назад, очки в пол лица, яркая футболка и потертые узкие джинсы. - Ты мастер конспирации! - я отодвинул стул и присел рядом. - И тебе добрый вечер. Я смотрю, ты тоже замаскировался. Эта кепочка так скрывает твои татуировки. - Не зарывайся, мелочь. Моя кепка хотя бы не одета как на школьнике переростке! - Ты не хочешь почитать меню? - Пежич ткнул книжечкой чуть ли мне не в нос. - А ты, видимо, хочешь меня заткнуть. Минут через 20 мы определились, что будем есть. Я выбрал черный кофе и "Цезарь", Андрей остановился на зеленом чае и коржике. Ждали заказ молча, ели почему-то тоже в тишине. Я быстро доел свою порцию, допил кофе и теперь наблюдал, как Пежич крошит тонкими пальцами свой коржик. Я решил начать разговор, который был для меня очень важен. - Я хотел поговорить, - Андрей положил коржик обратно на блюдечко, отряхнул руки и поднял на меня взгляд. - О чем? Разве мы не все выяснили, - по его лицу пробежала тень. Он аккуратно взял чашку с чаем и, подув, глотнул. - Мне кажется, что я все тебе простил и говорить тут не о чем. Я ведь тебя понимаю, а все, что было раньше просто постараемся забыть, ты не против? - Против. Я не хочу забывать. - Почему? - он глотнул еще раз, отставил чашку и, сложив руки в замок и положив на них голову, смотрел на меня. - Потому что не хочу. Я же говорил, что не готов. - Я помню. - Но я хочу, чтобы мы стали друзьями, - боже, кто бы знал, чего мне стоило это сказать. - Ты уверен? Тебе не будет противно? - Да, я уверен! Во всяком случае, я хочу стать хорошим другом. - Достойное желание. Я был бы счастлив иметь такого друга как ты, - Андрей мягко улыбнулся. И тут я заметил, что сидящие невдалеке девушки, хихикая, поглядывают на наш стол и шепчутся. Так… Такому типу девок я точно не нравлюсь, значит пялятся они на Андрея, особенно та, с конским хвостом, так усиленно громко смеется и говорит. У меня появилось острое желание подойти к ним, взять ее за волосы, стукнуть разок лбом об стол, желательно посильнее и прошипеть: "Жри свое мороженое и не высовывайся!". Андрей проследил за моим взглядом: - Наверное, они хотят с тобой познакомиться. - Вряд ли со мной. - Ну и не со мной, я как-то не подхожу на роль парня мечты. - Как знать, - буркнул я. - Что? - Я сказал, что я тоже, - Андрей кивнул, вполне удовлетворившись моим ответом. - Ты больше не будешь есть? - я рассматривал его родинки на лице. - Нет. Подожди, я счет попрошу. - Может еще куда-нибудь сходим? - Да ты явно в восторге от меня! Прямо отпускать не хочешь! Пошли в кино? - В кино? Ты ведь шутишь? - Почему шучу, - в меня полетела скомканная салфетка. - Я давно не был в кино, ты как хочешь, а я иду смотреть фильм! - он положил деньги в кожаную книжечку. - Ладно, фильм, так фильм! Только какой? - Мы решим на месте, пошли-и-и-и… Господи, я никогда не думал, что смотреть фильмы может быть столь увлекательным занятием! Мы пошли на какую-то сопливую мелодраму, предварительно купив поп-корн. На середине фильма Пежичу стало совсем скучно, и он прицельно кинул поп-корн в затылок парня, засосавшего свою девушку. Когда тот обернулся, я спокойно сидел, не ожидая нападок в мою сторону, однако он послал меня и обозвал каким-то гаденьким словом. И только тут я понял, что Пежич в это время лежа на креслах вне зоны видимости, сотрясался от беззвучного смеха, но получив бумажным стаканчиком от пепси в нос, возмущенно подскочил. После этого мы начали доставать парочки своими выходками, а когда они оборачивались, чтобы сказать нам кем мы являемся, мы прятались за кресла. Потом Андрей натянув на голову коробку от поп-корна пошел в туалет. Вернувшись, он одел ее уже на мою голову и попросил сходить ему за газировкой, что я и сделал. Выходя после сеанса, мы уже даже смеяться не могли, только постанывали. - И теперь ты хочешь мне сказать, что поход в кино - плохая затея? - Пежич поправил коробочку на своей голове. - Не знаю, но видели бы меня мои сестры и мама, они бы точно сказали, что я кретин. - У тебя есть сестры? - Да, две. И мама. А у тебя? - У меня папа, мама и бабушка, а дед умер в прошлом октябре. Где же твой папа? - У меня его нет! - ну не грузить же человека своими проблемами? - Больше не поднимем эту тему, обещаю. - Пошли в клуб завтра? - Давай, я только за! Обожаю танцевать! Я стал струнами скрипки в руках чужого человека, играя моими мыслями и ощущениями. Он создавал нового меня. И этот новый Я очень активно изгонял старого.