Алхимия жизни

      План был очень хорош, мы продумали абсолютно все вплоть до мелочей, но все же что-то пошло не по плану. За каждым нашим шагом следили, поэтому я осталась с отцом в безопасном месте, мы должны были присоединиться к Дмитрию и помочь ему нападая с тыла, но в последнюю секунду я поменяла свое решение. И теперь мы должны остаться в засаде и просто ждать.       Самое сложное это просто сидеть и ждать, постоянно забивать голову совершенно ненужными мыслями, но что если они все знают, знают о том, что эта книга уничтожена и единственная кто знает, о чем там написано это я.       Меня и так не особо жалуют в этом плане, а тут вообще убьют. От таких мыслей по спине пробегают мурашки, становится страшно представить, что они могут сделать и если информация верна, то эта руна особенная.       Как выяснилось в той книге говорилось, что алхимик обладающей данной руной способен одолеть своего врага не смотря ни на что.       Руна похожая на пентаграмму, дает ее владельцу безграничную силу в алхимии, ему не страшен равноценный обмен и плата за него. Лишь однажды эта руна появлялась на алхимике, который не один раз был на пороге смерти.       «В 1835 году в городе Элинор появился странник с руной на руке, он мог творить необъяснимые вещи, до того момента, когда одна маленькая девочка сказала ему, что он шарлатан и ничего не умеет кроме того, как обманывать других. Тогда эти слова очень сильно задели его и в голову великому алхимику пришел гениальный план о создании еще большей силы.       Спустя несколько лет неудачных экспериментов и опытов, он узнал, что не все элементы испробованы. И тогда в помощь пришла ртуть из которой готовилась оболочка для эликсира мудрецов, но даже тогда его идею нельзя было осуществить. Через несколько дней в его голову пришла мысль, которая точно сработает, так был уверен Ахес, необходимо было принести в жертву не одного человека, а несколько тысяч одновременно.       Тогда стал вопрос по-другому, как сделать так, чтобы люди решили ему помочь, говорить об этом с народом себе дороже, за такое могли не только закидать камнями, но и сжечь за предательство. Поэтому лучшим решением было то, чтобы создать круг преобразования внутри города. И как только круг был закончен, город пал всего лишь за несколько минут, не оставляя ничего, кроме пустынных домов и улиц. Даже тел не осталось! Как бы грустно не было, но таково было решение алхимика, опьяненного своим совершенством. Гордость вот, что он чувствовал. Ведь теперь никто не мог ему перечить, Ахес чувствовал себя подобным Богу. Но такое чувство не дает полного права уничтожать людей ради собственных интересов. Но другим алхимикам это не понравилось, как и тем, кто стоял у власти, объединив свои силы алхимики сумели остановить Ахеса, но он все же сбежал…       Но шло время, столетия сменялись и об этом забыли. Ахес пропал из поля зрения людей, никто больше не слышал о нем, и никто не боялся произносить его имя в слух. Мало кто знает, что Ахес истратил всю силу философского камня на свое бессмертие и в скором времени попытается создать новый.       Так и появился орден Черной луны, состоящий из сильнейших алхимиков мира, они знали о том, как можно создать этот камень, но мало кто понимал, к чему это может привести. Не говоря уже о том, что они уничтожили почти все доказательства о его создании. Этот орден становился все сильнее, не только потому, что они обладали достаточной информацией, но и многими умениями.       Однажды наступит момент, когда воин проявит свои силы и воодушевит многих людей на сражение за мирную жизнь. Но Ахес тоже не дремлет и уже собирает свою армию. Настанут трудные времена для всех, добро и зло столкнутся в смертельной битве, из которой только один выйдет победителем»       Вместе с отцом я следила за ситуацией, Дмитрий, как и обещал стал приманкой, раз меня никто не захотел отпускать, пришлось согласиться и остаться здесь. Ненавижу, когда приходится сидеть без дела.       Ожидание это самое сложное, никогда не отличалась особым терпением к этому. Но все как назло твердят только об одном «Подумай о ребенке». Я и так думаю о нем, но все же я привыкла бороться за свои убеждения, да я нашла своих союзников, но мы практически ничего не знаем о своих врагах. Не говоря уже о том, что даже среди союзников могут быть враги. Как бы не хотелось об этом думать, но это так. Среди нас точно есть предатель, поэтому самую важную информацию я никому не говорила, и эта вылазка своего рода проверка, необходимо вычислить предателя, как бы тяжело это не было.       Каждая минута нервировала меня, не только из-за того, что я стала немного эмоциональной, просто не могу сидеть и смотреть на все это со стороны. Отец, пытался меня успокоить, но это было бесполезно, я ждала, когда вся эта ситуация прояснится. Необходимо остановить врага, пока я могу это сделать сама, не хочу просить помощи у других.       Кого я обманываю, я не такая уж и сильная, каждый раз я говорила себе, что нет ничего, что не может сделать Хезевей, оказывается я просто не знала, как смириться со своим поражением, даже тогда в плену, я отчетливо понимала, что мне не выбраться, но нет, я тешила себя надеждой, что мне все по плечу. Я устала быть сильной и сражаться за свои убеждения, хочу быть простой девушкой без всех этих проблем и не думать о спасении всего мира. Звучит так, как будто я так часто спасаю этот мир, что успела вжиться в роль супергероя. Забавно, что даже такое приходит в мою голову. — Старик, я никому не говорила, но среди нас есть предатель и если это правда, то скоро он себя проявит.       Мне хотелось верить, что это не мой отец, хотя он прекрасно знал о книге и никому не говорил о ней, иначе ее бы сразу забрали, а так он ждал, когда я сама пойду на это.       Из-за таких мыслей я вовсе не спала ночью, постоянно думала, а что, если все пойдет не так, как поступить. И даже сейчас у меня нет плана, но что-нибудь придумаю.       С Дмитрием только стали складываться отношения, мне нравилась его забота обо мне, и как же я жила без него? Хотя это и жизнью то не назовешь, скорее лишь существование, я выписывала себе на автомате, что должна делать. Но сейчас понимаю, что это неправильно. — Змейка, я конечно понимаю, что ты очень сильно переживаешь, но среди нас нет врагов, Драгомир и Озера всегда были рядом с тобой, думаешь они стали бы рисковать ребенком? — Нет, я верю, правда насчет Бога не до конца уверена, но в глубине души, я доверяю ему, пусть и не до конца осознала это. Остается Мейс и Эдди, с Мейсом я знакома с детства ты ведь знаешь, что он постоянно бегал за мной. А вот Эдди, он звонил мне до того, как Таша и Дмитрий ворвались в дом.       Я стала вспомнить наш с ним разговор, ничего примечательного обычные фразы, но меня заинтересовала его фраза которую он произнес, что знает о ребенке. Откуда он мог знать, если я ему не говорила…       Мне не хотелось верить в то, что он предатель, но вывод к которому я пришла не давал мне покоя. Хотелось кричать от такой досады, я считала его другом, просила помочь в поиске, а оказывается он тоже предатель. — Не могу в это поверить, что Эдди мог так поступить со мной. Я просто отказываюсь об этом думать, он не мог… — Роуз, успокойся, тебе нельзя волноваться, помнишь. Из-за того, что у тебя не совсем хватает органов, стресс может повлиять на твою беременность. Мои люди узнают об этом, враг ли он или друг, положись на меня. — Хорошо, оставляю это на тебя, только не подведи старик.       На душе стало чуточку спокойнее, но это не меняет того факта, что Дмитрий находится там вместо меня. — Товарищ, прием, ты меня слышишь?       Шпионские штучки, как говорит мой отец, многое могут. Видели бы вы их снаряжение, даже обычная жвачка, может быть бомбой, забавно, верно? С таким оружием можно было б весь мир захватить, поэтому не удивляюсь, что секретные службы придирчиво относятся к набору новичков. — Да, я слышу тебя. Не хочу привлекать внимание, но обещай мне, если все пойдет не по плану, ты бросишь меня и уйдешь. — Но… — Это не обсуждается, твой отец знает об этом, и он со мной согласен. — Предатели, я не оставлю тебя в беде, и мне плевать что ты думаешь по этому поводу. — Ты не понимаешь, тебе нужно думать о ребенке… — Дмитрий не успел договорить очередной дзен-буддизм по поводу того, что я не должна рисковать и все такое. — А теперь послушай меня, я не собираюсь сидеть сложа руки, срать я хотела на всю эту осторожность, и черт тебя дери, я ведь говорила тебе о том, что не смотря ни на что я не оставляю своих, чтобы ты не говорил я буду делать то, что считаю нужным.       Послышался тяжелый вздох, наполненный разочарованием, я прекрасно понимала, что он не сможет меня переубедить. Как бы ему сильно не хотелось этого, но мне без приключений на задницу не сидится.       Сколько я себя помню, всегда была такой, часто дралась с мальчишками, приходила домой в разорванных платьях с разбитой губой, лазала по деревьям, прыгала с тарзанки в воду, часто ходила на вечеринки в тайне от родителей, сбегала из дома и даже чуть не угнала машину. Всегда нахожу новые приключения, как бы сильно не старалась этого избежать.       Я не знаю сколько еще смогу просидеть в засаде, но знала лишь одно, если они не появятся в скором времени — придется свернуть все. — Роза, я вижу Ивашкова, не выдавайте себя, чтобы ты не услышала и не увидела. — Смотрите какие люди, решили почтить нас своим присутствием, неужели эта шлюха бросила тебя, и ты решил снова быть на стороне победителей? — с издевательством произнес Ивашков — Нет, я не собираюсь, обсуждать это с тобой. — Тогда зачем ты предложил встретиться, неужели боишься, что твоя малышка может пострадать о наших рук? — Ивашков, я не намерен обсуждать свою невесту с кем-то вроде тебя. — Иван, ты только посмотри, как он заговорил, а Хезевей случайно не упоминала как ей было хорошо в нашей постели, как мы вдвоем имели ее, как она стонала и просила ускорить темп, судя по твоему лицу, ты не знал об этом. Ну прости.       От такого даже мне стало не по себе, меня конечно многие называли шлюхой, но все же никто и никогда не прикасался ко мне против воли, даже Джесси не тронул и пальцем, хотя пытался.        Но от такого заявления мне не просто стало отвратительно, но и захотелось промыть свои уши мылом и глотку кому-то кислотой, чтобы знал о том, как говорить подобного рода слова. А я-то думала, что сама чернословлю, но оказалось иначе. — Дмитрий, я бы никогда так не поступила, ты ведь меня знаешь!        Но он проигнорировал мои слова, я прекрасно видела это, так как находилась совсем рядом, я видела, как он воспринял эти слова, и еще немного, и он накинется на них с кулаками, я не знала, что и делать, как его успокоить и при этом не спалиться самой. — Видимо она забыла об этом упомянуть, она со многими переспала, лишь бы узнать необходимую ей информацию, так что прими это как должное — она шикарная подстилка. Если бы все шлюхи были с таким телом, и с такой аппетитной грудью как у нее, бордели озолотились бы. — Закрой свой рот, — Дмитрий и правда уже на пределе, я прекрасно понимала их стратегию, заставить его разозлиться, чтобы нанести удар. — Дмитрий, слушай внимательно, ты должен успокоиться они провоцируют тебя, ты же это и сам понимаешь. Поэтому сделай глубокий вдох и дыши ровно, не дай им воспользоваться ситуацией, — единственное, что я могу сейчас это говорить в микрофон.       Отец выглядел обеспокоенным, так, как и сам слышал все это, но если бы я не знала себя, то тоже б подумала о таком. Но это всего лишь очередная ложь. — Ивашков, кажется, мы смогли задеть нашего русского Бога, продолжай в том же духе. Ах, забыл, знаешь, как она умеет ловко орудовать своими губками, просто сказка, а не девушка. — Верно, Иван говоришь. А помнишь, как она умоляла нас продолжить…       Мое терпение подошло к концу, как и терпение Беликова. Но то, что увидела заставило меня остаться на своем месте. Дмитрий ударил Ивашкова, и кажется сломал ему челюсть, так и надо поступать с такими как он. По себе знаю, что удар у него что надо, до сих пор помню, как он сломал мне ребра, но я не могу позволить ему потерять контроль над собой, как это было однажды. Тогда он и правда напугал меня, я не знаю, из-за чего это произошло, но его взгляд был совершенно иной, как будто он был не здесь и лишь его фраза заставила меня посмотреть на все с другой стороны, он тогда сказал: «- Твои волосы были красивы тоже. Все в тебе. Ты была удивительной, когда мы впервые встретились, и как-то необъяснимо притягивала. Ты всегда была полна чистой, неукротимой энергией, и теперь ты контролируешь её. Ты самая удивительная женщина, что я встречал, и я рад что именно ты любовь всей моей жизни. Дело не просто в платье или волосах. Дело в тебе. Ты прекрасна. Так прекрасна, что это причиняет мне боль.»       Тогда я впервые посмотрела на него иначе, именно тогда я знала, что этот мужчина в моей жизни всегда будет рядом не смотря ни на что, но все же мне было страшно, что он может натворить глупостей.        Я просто стояла и смотрела как он избивает Ивашкова, и вот в ход пошли ноги, а его друг Иван, просто стоял и смотрел, при это ухмыляясь, наверное, это и был их план. Раньше Дмитрий мог сдержаться, но когда дело касается меня, он готов рвать и метать. — Дмитрий, прекрати, они этого и добиваются.       Но ему все равно, он продолжает свое дело, запинывая Андриана ногами, и вот снова, как и тогда, его взгляд стал таким холодным, что аж мурашки по спине побежали, надо что-то делать. — Отец, прикрой меня, я должна его остановить. — Роуз, он ведь может и тебя задеть. — Я знаю его как саму себя, он не причинит мне вреда.       Быстро спустившись вниз, мне приходится бежать как можно быстрее, хоть это и не совсем легко в моем-то положении, но все же.       Иван перегораживает мне путь и хило улыбается, показывая мне что если мне нужно добраться до Дмитрия, придется пройти через него, ну ничего я готова. Не долго думая он стал нападать, его удары и размах руки сказал мне о многом, раньше практики в бое у него не было, он скорее всего дипломат, чем боец. В отличие от меня он не знал, то даже девушка в этом мире может дать сдачи. Иван пытался нанести удар прямо в живот, как говорится трус бьет в те места, где кажется, что больнее всего. Но это не так, да живот на данный момент самое слабое место у меня, но я тогда не Розмари Хезевей, которая постоянно бросает вызов судьбе если не смогу защитить себя и ребенка.       Каждый новый день для меня как испытание, последний год я жила словно в аду, каждый раз мне нужно было сражаться лишь за то, во что я верила, и сейчас тоже самое. Я верю в Дмитрия, верю в нас, я уверена, что вместе мы справимся. Поэтому я не собираюсь сдаваться так и не дойдя до конца пути, мне надоело, что Иван мешается под ногами, ложный выпад и он ведется на него, резко перехватываю руку и перекидываю через себя, но этого мало, он снова встает и бросается на меня, на этот раз действуя очень осторожно. Но мне это только на руку, хватит времени использовать алхимию. Быстрый хлопок и прикладывая руки к асфальту, образовываю стены, через которые перелезть невозможно. Иван побежден.       Но Дмитрий так и не остановился, сейчас мне даже больше жаль Ивашкова, ведь от таких побоев просто так не отделаться. — Дмитрий, остановись…       Он не слышит меня, будто для него ничего больше не существует только он и ненависть к Андриану, но так ведь нельзя. Он делает больнее себе, в прошлый раз сработало, но он хотя бы слушал меня, а сейчас все иначе.       Не долго думая я подошла к нему и обняла со спины, стараясь хоть так успокоить. Через несколько секунд он остановился и взглянул на мои руки. После чего разомкнул их и обернулся, в его глазах я видела многое, страх, панику, ужас и отвращение к себе. — Товарищ, все хорошо, я с тобой. — Роза, ты не понимаешь, я чудовище… Я чуть не убил его своими руками. — Но не убил же, ты проходил уже через это, помнишь, тогда в переулке дома, два года назад. Ты справился с этим и сейчас сможешь, я верю в тебя. Нет, мы верим. — Я должен уйти и не причинять больше боли. — Не говори ерунды, ты так долго боролся за меня, чтобы просто опустить сейчас руки в тот момент, когда я нуждаюсь в тебе. А может дело в том, что ты поверил им? — Нет, я знаю тебя, и ты бы так не поступила. — Ну вот, так что товарищ не будь нюней, подбери свои сопли и пошли, нас все ждут. — Неугомонная* — Вечно ты со своим русским языком, знаешь ведь, что не понимаю. А может, ты научишь меня? — Нет, мне хватает от тебя и такого самовыражения.       Реакция моего русского Бога заставила меня громко смеяться, все же я рада, что мы снова рядом, сражаемся на одной стороне, как и раньше в академии Святого Владимира. Все же приятно осознавать, что ты нужна кому-то. Надеюсь, что сейчас нам станет легче в плане отношений, ведь тяжело, когда так много недосказанности.       Невозможно заставить себя полюбить, осознала я. Любовь либо есть, либо её нет. И если её нет, нужно иметь мужество признать это. А если она есть, нужно сделать всё, что в твоих силах, чтобы защитить тех, кого любишь…