Проблемка из пробирки 2: Дурдом в Академии Духовных Искусств

      — Представляю вашему вниманию самое слабое из возможных заклятий Пути Разрушения — Сё, — женщина направила указательный палец на поставленную в другом конце площадки деревянную мишень, и из руки вырвался белый сгусток реацу. Снаряд быстро долетел до цели и сбил её. — Этот приём не требует даже заклинания. Любой, обладающий духовной энергией, может его использовать.       После появления незваного гостя Мидзуми-сенсей вывела учеников на тренировочную площадку рядом с классом. Поле было просторным и ограждённым от других учебных объектов массивными стенами. Основная часть учащейся биомассы, раззявив рты, наблюдала за действиями учителя, ибо до этого никто из них кидо вживую не видел. До этого момента большая часть учеников составила себе ошибочное мнение о том, что кидо — это скучный и нудный урок, на котором старушенция тупо читает нотации об использовании духовной энергии, отчаянно пытаясь игнорировать засыпающих «детей». Мнение кардинально поменялось, тем не менее девчачий трёп относительно бессовестного красавца не утихал.       Сан-сан сидел рядом с ребятами и всё ещё рассматривал Харикена. Темноволосый снова заводился, стоило услышать от дорогих одноклассниц ненавистное «Таноши-кун», сидел, как окаменелый, с довольно страшным выражением лица, попутно излучая совсем малость реацу. Учитель это видела, но сама была не в восторге от такого гостя в своём классе, так что отлично понимала, что сейчас просить парня успокоиться бесполезно. Касами сделала лицо кирпичом и усиленно пыталась заставить окружающих думать, что приставания беспардонного идиота с третьего курса её не интересуют. Санпуру обернулся на тихий шёпот: «Кобаяши». Подрывник снова улыбался от уха до уха, но как-то не так, как обычно.       — Не беспокойся за него, — разноглазое создание профессионально увиливало от внимания сенсея. Мидзуми даже не глянула в их сторону. — Он остынет, главное — дать ему это сделать.       Красноволосый тоже улыбнулся и кивнул в ответ. Взгляд мальчика скользнул в другую сторону: была ещё одна персона, интересовавшая его в классе, — Шируби Юкихиме-сан. Девушка сидела неподвижно, внимательно вслушиваясь в каждое слово кидо-мастера. Казалось, она окаменела или заледенела, и, что характерно, она абсолютно не проявляла никакой активности относительно надоедливой новой звезды балета, о которой говорили одноклассницы. Парень всё ещё лелеял надежду сделать сероволосую одиночку частью своего круга общения. Она почему-то сильно ему понравилась как человек: не говорила лишнего, не глупила, не шла за своими довольно неинтересными сверстницами… но именно поэтому он её искренне жалел. Из-за того, что она не шла за стадом, это стадо её пинало при каждом удобном случае, а ей и своего хватало. Наверняка это прошлое её мучило, по ней было видно — счастливые люди себя так вести не стали бы.       При прошлой попытке как-то приблизиться к этой девушке ушастик совершил ошибку, которую понял только сейчас: он сказал ей о своей жалости. Такие люди не любят, чтоб их жалели словами — это только мучит их — и, понаблюдав за ней, он это понял. Ну, если не так, то надо завести с ней разговор, не задевая темы сострадания и вообще каких-либо чувств. Не наглеть — именно эта черта её так бесит в Фуншу, да и вообще в людях.       Шихоин-мелкий посидел, подумал и начал потихоньку ползки в сторону интересовавшего его человека. Шируби вообще не реагировала, слушала речи учителя о практическом применении кидо, даже не моргала почти. Когда Санпуру совсем рядом с ней устроился, она наконец соизволила перевести на него взгляд серых глаз.       — Чего тебе? — Юкихиме говорила не шёпотом, но голос позволял.       — Просто я решил действовать тебе на нервы, пока ты сама не заговоришь со мной, и, кажется, у меня получилось, — красноволосый смотрел прямо в глаза девушке и улыбался. Подобное поведение её ввело в ступор. Как правило, её либо ненавидели, либо не замечали, либо проклинали. Перед смертью, а такие проклятия — самые страшные.       Как реагировать на такой выбрык со стороны одноклассника, она не знала. Хотела было что-то ответить, но поймала на себе довольно острый взгляд.       — Шихоин-сан, Шируби-сан, давайте вы разговоры на перемену перенесёте?       Оба заткнулись. План мальчика сработал.