Проблемка из пробирки 2: Дурдом в Академии Духовных Искусств

      В Готее уже полным ходом шёл рабочий день. Бараки десятого отряда практически опустели. В гордом одиночестве, точнее наедине с горами разнообразных бумажек, сидело здешнее беловолосое начальство и тихо проклинало эти самые бумажки. Драгоценная лейтенант снова где-то квасила, причём точное месторасположение определить было трудно. Приблизительно — одиннадцатый отряд, а значит, у Женской Ассоциации Шинигами снова какой-то праздник и до темноты эта рыжая бестия вообще вряд ли появится, так что она снова бросила тайчо одного перебирать заваленный отчётами пыльный кабинет.       Вообще, время от времени у капитана Хицугаи чесались руки взять на должность кого-то более… ответственного? Нет, скорее трудолюбивого, ибо эта алкоголичка сильная, вполне оправдывает звание, отлично знает кидо и бакудо, её стратегия тоже на высоком уровне, но она просто феноменально ленива. Настолько, что только из-за этого её качества у «беловолосого начальства» часто возникает желание вообще её прибить за неисполнение половины служебных обязанностей, а конкретно: написание и сортировка документации, которая уже как минимум пятнадцать лет падает лично ему на голову.       В основной своей массе этот день ничем не отличался от предыдущего, как и не должен был отличаться от следующего. Так было почти всегда, и капитана, как ни странно, это вполне устраивало. Не, даже радовало. Это был тот человек, который терпеть не мог, когда вокруг происходило что-то опасное. И ладно, если бы это был страх за свою собственную жизнь, но он, скорее, за остальных трясся.       И снова мысли завели молодого начальника в тёмный угол. Была такая болезненная тема, которая буквально объединяла все его страхи и проблемы, не считая обыденных забот. Конкретно — прошлое, которое снова начало шевелиться. Нет, он прекрасно понимал, что это уже позади и больше никто не висит на волоске от смерти в таких ужасающих условиях. Всё хорошо. Но вот надолго ли?

***

      Во время медитации в подвале Магазина Урахары месяц назад.       — Вы вернулись, Господин, — голос Хьёринмару эхом прокатился по ледяной пустыне. Он звучал так, будто меч уже очень давно ищет встречи со своим хозяином для того, чтоб что-то сказать. — Прошу прощения, вы в порядке?..       — А с чего бы мне быть не в нём? — шинигами уселся на обледенелый камень рядом с собой. Нехорошее предчувствие подсказывало, что разговор будет довольно длинным. — Я вижу, у тебя есть повод для беспокойства. Что-то произошло?       — Ну, видите ли… — мужчина явно колебался между тем, говорить ли хозяину о поводе своего беспокойства или нет, но недолго. — Вы не чувствуете рядом с этим мальчиком… ещё кого-то?       — Ты о Санпуру? Ну… есть такое.       — Неужели вас это не насторожило?! — голос дракона дрогнул. Он искренне переживал за хозяина, но и отлично знал, что хозяин далеко не глуп.       — Мне казалось, это связано с его происхождением. Если учитывать это, то от него может хоть моей реацу нести, — Хицугая был уверен в своих словах.       — Да, но она будто живёт отдельно от него.       — Что?..       — Будто в душе этого мальчика ещё сотня душ. И не похоже, что он их может контролировать.       — Ты имеешь в виду, что сгустки реацу, которые не стали его телом или разумом, превратились в отдельные сущности и обладают своей волей и сознанием, при этом находясь внутри этого ребёнка?!       — Именно, — дракон вздохнул. — Маленькая беглая занпакто — не первый его меч. Как минимум третий. Вы… вы ведь понимаете, что будет, если сущность…       — …Заберёт себе тело этого идиота, — закончил мысль за меч беловолосый. — А с учётом того, чья реацу была использована… это будет новая катастрофа, — парень выдержал паузу, чтоб понять: меч сказал всё, что хотел. — И есть ли предположения, как этого можно избежать?       — Убить носителя.       Слова дракона снова эхом отдались в пустыне и в голове его хозяина. Да, Санпуру с самого первого своего появления дико раздражал Тоширо, бесил его и просто надоедал ему, но никакого раздражения не хватит на убийство. Он, так или иначе, живой, мыслящий и сражается за свою жизнь, даже учитывая то, что он жив-то от силы неделю-две. Но если вовремя не уничтожить такую угрозу, то она может стать реальной. Стоит ли это говорить кому-то? Может, доложить Совету 46? Или хоть Урахаре рассказать, он ведь его отец как-никак. Нет, пока рано… Или поздно? Мозг капитана медленно пожирали сомнения. А знает ли сам Санпуру такую опасную правду о себе?       — Как занпакто, ты точно больше не видишь никакого выхода?       — Как занпакто — да. Но могу вам предложить безумную идею: уничтожить сами эти сущности.       — А разве это на нём самом отразиться не должно?       — Он и они — разные создания, живущие в одной душе. Если убить кого-то из них, то живой займёт эту душу окончательно и тогда мальчик ничем не будет отличаться от обычного духовно одарённого.       — Да, но…       — Вот и я о том же. Это не просто риск.       — А что может произойти по самому худшему сценарию?       Дракон снова замешкался.       — Представьте себе неуязвимое существо, которое не владеет само собой, крушит всё на своём пути — и при этом разум этого существа будто со стороны наблюдает за этим.

***

      Капитан хорошо запомнил тот шок, который тогда испытал. Информация и по сей день не давала покоя ему и чуть ли не в кошмарах напоминала о себе, но он не считал правильным ни один из выходов из неё.