Исцеление любовью

Графство Девоншир

      В эту ночь мне привиделся кошмар — человек со змеиным лицом и глазами, пылающими алым огнём. Сон казался настолько реальным, что я долго не могла избавиться от леденящего ужаса. «Уф, — вздохнула я с облегчением, не обнаружив никаких чудовищ в комнате. — Приснится же такое».       Подойдя к приоткрытому окну, я вдохнула свежий весенний воздух. Солнечные лучи лениво освещали дома, деревья. На улице царила сонная тишина. От умиротворяющей атмосферы я поневоле расслабилась. «Хоть бы день прошёл замечательно!» — пожелала я, но гарантий, как всегда, не было.       Мистер Джонсон, наш сосед, вышел из дома и отправился куда-то с кожаным портфелем. «Должно быть, на работу» — решила я, и вспомнив про время, посмотрела на часы. Стрелка указывала на половину седьмого. Пора в школу!       Заправив кровать, я переоделась в школьную форму: белую блузку, жакет и юбку темно-синего цвета. Расчесав непослушные волосы, я надела ободок и отправилась в ванную. Подойдя к открытой двери, я увидела свою опекуншу, умывавшую лицо. Вид у неё был хмурый.       — Доброе утро, тётя Роза.— сказала я приветливо. Правда, она требовала, чтобы я звала её матерью, но, увы, мне совершенно не хотелось употреблять это слово в отношении чужой женщины. Да и тётя не особо к этому стремилась.       — Доброе утро. — ответила она хрипло, едва взглянув на меня.       — Давайте я чем-нибудь помогу вам. — предложила я, надеясь изменить её настрой по отношению ко мне.       — Нет, — грубо просипела тётя, отпив лекарство. — Иди завтракать и уходи.       Тётя Роза удалилась из ванной, а мне стало в очередной раз обидно. «Ну, почему она со мной так? Я же не виновата в её простуде!» — рассуждала я, моя руки. Мне очень хотелось помочь ей, а она со мной не считалась.       После быстрого завтрака я взяла школьный портфель и отправилась навстречу знаниям. Мне нравилось бывать в школе, узнавать для себя что-то новое. Я была уверена в том, что ум — главное богатство, и красота этого не заменит. К примеру, у тети Розы была дочь, Элиза. Моя опекунша считала её очень привлекательной и баловала дорогими вещами.       Ну, и был ли толк? Пусть Элиза и была очень симпатичной, носила вещи, как у принцессы, но я считала ее дурочкой. Каждый день она сидела в социальных сетях и об учёбе совсем не вспоминала. Мальчики, косметика, мультики — вот, что было главным для Элизы.       Когда-то я очень хотела подружиться с ней, потому что считала ее сестрой. Я думала, что она милая. Однако со временем Элиза оттолкнула меня потребительским отношением: просила сделать за неё уроки, прибраться в комнате. Я согласилась и даже целую неделю выполняла все её требования без малейшего сопротивления, но вскоре мне надоело быть у неё на побегушках. Когда я сказала ей об этом, то Элиза наговорила кучу гадостей и даже ударила по лицу. До сих пор помню, как слёзы от боли и обиды застилали глаза, потому что я не ожидала такого грубого поведения от сестры. Я пожаловалась тёте, а она отругала и выпорола меня ремнём в присутствии своей дочери.       — Тётя, пожалуйста, не надо! — кричала я в слезах. — Не надо, я не виновата!       Мои мольбы не были услышаны. Тётя Роза продолжала меня бить, а Элиза только хихикала. Я возненавидела её за подлость и перестала воспринимать, как сестру.       Порой, вспоминая эти горькие моменты, мне хотелось найти своих родителей. «Почему вы бросили меня?» — спрашивала я их мысленно, надеясь получить когда-нибудь ответ.

Девонширский лес

             Однажды со мной произошла неприятность. Тогда я впервые почувствовала себя, как с другой планеты.       В воскресный день я отправилась на прогулку. Тётя Роза отпустила меня, поскольку в этот день пригласила в гости свою лучшую подругу. Мисс Блэр недолюбливала меня, называла дурой и говорила, что моё место в приюте. Я относилась к ней так же. Однажды я пролила на неё горячий чай, как бы случайно. Мне здорово влетело, но я была довольна, глядя на её мучения.       Выйдя из дома, я отправилась на свою любимую лесную опушку. В покое и тишине приятно читать фантастическую книжку, погружаясь с головой в придуманный мир. Восхищаясь ярким солнцем и ароматом цветов, я почувствовала на душе умиротворение и забыла о своём одиночестве. Казалось, что счастье будет длиться вечно. Представляя, что иду с другом, я мысленно рассказывала ему о своих впечатлениях от увиденного.       — Ух ты, какой красивый цветок! — воскликнула я.       Он рос невдалеке от леса, отдельно от всех остальных цветов. Его насыщенно-оранжевый цвет и вытянутая форма привлекли меня. Склонившись, я ощутила запах душистого мёда. Из груди вырвался восхищённый вздох.       Но, к моему великому сожалению, наблюдение пришлось прервать. Я услышала позади себя весёлые мальчишеские голоса. Один из них был до боли знаком. Билли Саркес слыл самым хулиганистым учеником в школе. К тому же он учился в моём классе. На прошлой неделе он потребовал, чтобы я, как отличница, дала ему списать. Я отказалась, не захотела подчиняться. После произошедшего у меня возникло опасение, что, увидев меня, он захочет поиздеваться, и ускорила шаг.       — Эй, смотрите-ка, кто тут у нас! — воскликнул Билли. — Скромняшка Мэрит! Давайте поиграем с ней!       Я побежала от них, как можно скорее, в лес, надеясь спрятаться.       — Стой! — закричал один из дружков. — Мы тебя догоним!        Банда погналась за мной, визжа от восторга. Я петляла по тропинке, ведущей далеко в чащу. Внезапно в мою спину влетело что-то очень твёрдое. Ойкнув от боли, я оступилась о корягу. Хулиганы окружили меня и стали смеяться. Я хотела проскользнуть мимо, но Билли со всей силой толкнул меня на землю. Не успела я вскочить, как парень из его компании, более высокий и сильный, обхватил крепко одной рукой за талию, а другой больно схватил за шею. Я была слишком слабой, чтобы вырваться. «Негодяи! Что они хотят сделать?» — думала я ошарашенно, задыхаясь от сильной хватки.       — Тихо, тихо, Кристиан, — злорадно сказал Билли, смотря на своего друга. — Задушишь ведь эту черноволосую сучку. У меня на неё большие планы!       Кристиан усмехнулся и немного ослабил хватку на шее. Он наклонился к моей щеке и лизнул. Я поморщилась от отвращения. Внутри меня заклокотала жгучая ярость, которую я не ощущала ранее и не могла больше сдерживаться:       — Отпустите, уроды! Не смейте меня трогать!       Раздался заливистый хохот.       — Ого, да ты тигрица! — воскликнул Билли и пригрозил. — Но я тебя укрощу.       — Сейчас закричу! — прохрипела я. Кристиан держал меня, словно в железных тисках. Его рука, сжимающая горло, вызывала только омерзение. Как же хотелось отомстить им всем!       Билли достал из заднего кармана джинсов перочинный ножик, раскрыл его и поднёс остриё к моему лицу. При этом у него был взгляд, как у маньяка, вызвавший во мне опасение. «Неужели он убьёт меня?» — подумала я, глядя с ужасом на нож.       — Попробуй, тварь, — произнёс он ровным, но зловещим тоном. — Перережу тебе глотку. Будешь послушной девочкой?       «Хватит это терпеть!» — пронеслось у меня в мыслях. Не выдержав, я плюнула ему в лицо. Билли взвыл от унижения, а его дружбаны притихли, предвкушая расправу. Я приготовилась к худшему, но не побоялась выкрикнуть слова, крутившиеся на языке:       — Ты мерзкий ублюдок! Чтоб тебя парализовало!       Билли выпустил нож из рук и замер. Казалось, его тело пронзила страшная боль. Он весь напрягся и не смог произнести ни слова. Его друзья явно не поняли, что произошло, и смотрели на него, раскрыв глаза.       — Билли, Билли! — со смехом спросил один мальчик. — Что с тобой? Ты прикалываешься?!       Вдруг Билли потерял сознание и упал, будто оловянный солдатик. Повисла тишина. Затем кто-то из подонков сорвался с места и побежал, а остальные застыли, рассматривая, как дауны, своего товарища. Кристиан отпустил меня, и я быстро улизнула с проклятого места.       Мне с трудом удалось успокоиться. Всё тело трясло от пережитого унижения и страха. Вскоре, выйдя из леса, я ощутила облегчение от свершившегося чуда. В ту минуту я решила, что ангел-хранитель спас меня от гибели.       Последствия не заставили себя долго ждать. Билли оказался в больнице. Его друзья расписали произошедшее событие родителям Саркеса самыми чёрными красками, и тёте пришлось отвалить немалую сумму за лечение. За это меня наказали, посадив под домашний арест на неделю. Из-за недопонимания было очень больно в моральном плане.       Несмотря на это в моей душе жила маленькая, но светлая надежда, что всё наладится.