Купидон

- Это он, да? Эли робко ткнула в сторону сидевшего в дальней кабинке мужчины. Бармен скупо кивнул. - Да, это он. - Он странный. Я думала, что он выглядит как-то иначе. Бармен, мужчина неопределенного возраста, хмыкнул. Красные, в тон вытертой ткани, покрывающей стены питейного заведения, глаза выразительно оглядели задымленное пространство бара. «Алый рассвет» - так он назывался. Изначально бар планировал стать модным местом, но стал обыкновенной рыгаловкой в болоте крупного спального района. Рассеянный желтый свет, убитый пол, растерзанные за время эксплуатации столы и стулья, не особенно вкусная кухня и куча контрафактного алкоголя. От былого модного великолепия остались только обитые тканью (кое-где прожжённой сигаретами) стены да строчка в меню, которая утверждала, что здесь можно заказать «настоящий турецкий кальян и кубинские сигары». - Поверь, это именно он. - И он именно то… Эм… То самое? - Девушка, может, вам самим пойти и спросить? – Бармен был чертовски снисходителен. Если бы не отсутствие других посетителей да смертная скука и безделье, он бы давно послал посетительницу к чертовой матери и продолжил бы цикл бесконечного протирания бокалов и рюмок – действа столь стереотипичного, что смешило даже его, бармена. – Раз вы ищете его, значит, вам это нужно. А раз нужно, значит, делайте это. В руках властителя стойки материализовалась бутылка водки, легкий бульк и перед гостьей выросла до краев наполненная рюмка. Движения бармена были столь органичными и отточенными в своей простой сути, что вселили в Эли уверенность. - Пейте. За счет заведения. - Спасибо… Девушка робко улыбнулась и, слегка поколебавшись, опустошила предложенную емкость. Ей нельзя было отступать и она, наконец, решилась. Пятнадцать уверенных (по крайней мере, ей казалось, что они были уверенными) шагов от барной стойки до уютного, задымленного закутка, в котором заседал он. Он. Вблизи он выгляди еще более… вяло что ли? Измятый засаленный свитер, старые джинсы протертые внизу, побитые то ли кеды, то ли кроссовки, на голове плохо вымытые неухоженные волосы грязно-русого цвета. Он выглядел как планомерно и последовательно опускающийся на дно клерк средней руки. Ничего хоть как-то примечательного. - Вам что-то нужно? Голос - серый, неприметный, потушенный частым курением и питьем вырвал Эли из забытия, напомнив, что пялиться молча на незнакомых людей это не хорошо. - Да... Да! Подведенные темными мешками глаза сияли довольно надменной насмешкой. - Могла бы и не отвечать. Это была обычная вежливость. Эли, слегка сбитая с толку, кивнула. - Хорошо. Вы, Купидон? - Ну, я. – Сказано это было настолько безумно обыденно и мимоходом, что звучало даже загадочно. – А ты зовешь себя Эли, твои родители женились по залету, тебе второй десяток, на жизнь ты зарабатываешь… Эрату, она всегда делала мою жизнь сложнее. Купидон раздраженно потер глаза. - Но суть, конечно же, в том, что ты уверена, что еще никого не любила и в тебя никто не влюблен. Именно поэтому ты, каким-то чудом, смогла найти меня. Не восхищайся мной и закрой, наконец, рот. Эли надеялась, что она готова к этой встрече. Надеялась, что сможет устоять и не показывать удивления, смятения и, что греха таить. Оказалось, что девушка была не готова. Все это место, этот обычный бар, посреди самого обычного района, этот… посетитель, выглядевший совсем не так, как он должен был бы. Все выглядело не так, неправильно. Это должно было быть чудесным, волшебным, чем-то вдохновляющим, вселяющим надежды! Но нет. Все сквозило обыденностью, мимоходностью, даже тогда, когда происходило то, что нельзя было классифицировать никак иначе кроме как чудом. Например, то, что загадочный мужчина говорил вещи, которые знать не мог. - Не к чему удивляться. Я все-таки бог. – В унисон мыслям в конец потерявшейся девицы ответил Купидон.- А ты романтичная идиотка, которая не знает, чего хочет от своей жизни. - Но... – девушка практически не слушала, ее разум был сосредоточен на осознании бросившегося в вербальную атаку собеседника, который, впрочем, не особенно нуждался в ее фразах, заранее предугадывая, что скажет Эли. - Почему я выгляжу так? Почему я сижу в этом кабаке? – Купидон отпил из стакана, стоящего рядом с ним на столе. - Потому что я могу. - Вы ведь бог любви. - Реальность сурова, да? - Но почему? Вы же олицетворяете такое прекрасное чувство, вы делаете мир лучше! – Шок, трепет, выпитая с минуту назад водка развязали девушке язык. - Детка, я не делаю мир лучше. Я не хило так усложняю вам жизнь, маскируя под магию обыкновенное желание совокупиться. Мы отвлеклись от дела. Присаживайся и выкладывай. Глубоко посаженные, безразличные глаза божества тяжело смотрели на девушку. «Какой же он, все-таки уставший» - неожиданно подумала Эли - «Разочаровавшийся какой-то… Одинокий». - Меня никто и никогда не любил, – сказала она, присаживаясь. - Мама-папа? – Уточнил Купидон с издевкой. - Нет… Я не про такую любовь. – Стушевалась Эли. – Никто не ухаживал, не дарил цветы… - Так надень юбку покороче и ходи на… Не знаю… Танцы? – Мужчина издевался, по его улыбке явно можно было понять, что он получает несравненное удовольствие от троллинга наивных дурочек. - Как же… - Эли, в конец потерявшая контроль над ситуацией, почти готова была заплакать. Ей было до боли горько от того, что Купидон, которому она, зачем-то, открывала душу (ну как открывала, с каждым словом, с каждым звуком, который она произносила, она вспоминала все самые неприятные, разочаровывающие моменты ее любовной биографии), безжалостно подтрунивал над ней. Это будило в женщине агрессию. – Почему вы… Не знаю… Не сделали ничего по этому поводу? Купидон громко и абсолютно нетактично рассмеялся, на секунду оторвав бармена от протирания посуды. - Ты сейчас будешь смеяться, но снисхождение до каждого конкретного смертного идиота это не моя должностная обязанность. Детка, я персонифицированное, философски и культурно сформированное явление, в сущности являющееся предусмотренной эволюцией биохимической реакцией. Странно, что это тебе не понятно, ведь ты, во-первых, не дура сама по себе, во-вторых, сдала философию на пять, в свое время. В основном, вы сами справляетесь с поиском половинки. Влюбляетесь редко, но привыкание друг к другу в процессе совместного жития тоже можно назвать любовью, не так ли? - Купидон снова хихикнул, но на этот раз как-то совсем не весело. - Прошу, помогите мне… - Почти прошептала Эли. - Я хочу это испытать. Мне это нужно. - Аррр…. К черту! – Божество раздраженно уронило голову на стол. – Ты не поняла мой предыдущий посыл, верно? Сейчас ответь мне: что такое любовь? Усталые, неопределенного цвета глаза вновь поднялись на Эли. - Любовь? - ДА! - Ну, это когда ты очень привязан к человеку, когда хочешь провести с ним каждый миг, с этим человеком, когда вы проявляете заботу друг о друге, когда защищаете и оберегаете друг друга… Ну… Когда чувствуешь, что это тот самый человек! Усталые глаза все так же выразительно смотрели на девушку, явно намекая, что она несла несусветную глупость, или же не замечала чего-то очевидного. Повисла неловкая пауза, которая продолжалась, похоже, почти бесконечно. Первым молчание прервал Купидон. - Неделю назад ты свалилась с сильной простудой. Как звали того парня, что тебе принес суп и че-то из таблеток, а потом просидел с тобой еще несколько часов, развлекая и заботясь о тебе? - Миша. – Заторможено ответила Эли. - Как ты сказала? «Когда ты очень привязан к человеку, когда хочешь провести с ним каждый миг с этим человеком, когда вы проявляете заботу друг о друге, когда защищаете и оберегаете друг друга»? – весь вид купидона просто сквозил иронией и сарказмом. Глаза Эли округлились. - Он влюблен в тебя, тупая ты идиотка! Разберись в себе, наконец, и взвесь все вокруг. Вместо того, чтобы идти в эту дыру, вместо того, чтобы найти того, кого, по здравому рассудку, и существовать не должно, ты бы уже давно могла быть с человеком, который в тебя влюблен и которого ты любишь. Внезапно Эли поняла, что Купидон на самом деле прав. До чего же глупо, что она сама раньше этого не замечала, как странно, что Миша, тот привычный, замыленный, обыденный Миша и был ее любовью. Тем человеком, который неявно, робко, ухаживал за ней уже пару лет. Надежный и отзывчивый Миша. Эли резко подскочила. - Спа… - Проваливай уже. Он дома. Смотрит кино. Боевик. – Перебил Купидон все тем же иронично-саркастичным тоном. Через пять минут после ухода девушки Бармен закрыл дверь. Подхватив бутылку с ромом он в развалку, скалясь на мир самодовольной улыбкой, пошел к единственному оставшемуся в помещении посетителю. - Ну чего, Купи, помог ей? - Спросил хозяин заведения, разливая крепкий алкоголь по стаканам. Купидон, уже задремавший с сигаретой в зубах, бросил на угощающего выпивкой благодетеля злой взгляд. - Ну, помог. - А в чем была суть проблемы? – Бармен, уже во второй раз наполнял свой стакан коричнево-желтой тягучей жидкостью. – Неразделённые чувства? - Да не. – Мужчины чокнулись и выпили. – Зажралась и перестала замечать своего принца во френдзоне. - Хреновый, значит, принц. В мои времена мужики совершали Поступки. Однозначные и недвусмысленные. - Самеди, заебал. – Купидон сморщился и занюхнул ром рукавом засаленного серого свитера. – Мы работаем с разным контингентом. Давай, наливай. *** - Это он, да? Александр, не зная, что думать, из-за плеча посматривал на сидящего в приват-кабинке посетителя, больше похожего на спивающегося клерка. - Да, это он. – Ответил бармен, не отвлекаясь от протирания стаканов….