Дважды в одну реку

Если бы только взглядом можно было убивать… По хорошему Ионову бы сейчас бежать отсюда, да так, чтобы только пятки сверкали, а он мало того, что застыл на месте как вкопанный, так еще и посмел чему-то довольно улыбаться. А ведь прекрасно знал, что терпения у Василисы много не бывает. Вот и сейчас девушка опасно сверкнула глазами и сжала кулачки. – Это кто?! – Кто? – Вася, конечно, прекрасно понимал, о ком именно идет речь, но ревнующая Василиса ему безумно нравилась. – Ты прекрасно понял, о ком я. Ионов удивленно изогнул бровь и даже оглянулся через плечо, провожая взглядом длинноногую невесту своего друга, с которой он случайно столкнулся в кафе, где уже минут двадцать ждал любимую девушку. – А, – наконец, дошло до молодого человека, – ты про нее? – Ионов! – русоволосая красавица даже зарычала. – Кобель! Он все же не выдержал и рассмеялся, и это окончательно вывело девушку из себя. Не будь здесь такого количества людей, она бы, наверное, залепила жениху звонкую пощечину (в качестве профилактики). Но вокруг было столько народу, а позориться так не хотелось… Василиса гордо вскинула голову и попыталась обойти парня. Не удалось. Вася крепко схватил ее за руку. – Люблю, когда ты меня ревнуешь. – Он притянул ее еще ближе и, зарывшись носом в русые волосы, поинтересовался, – а ты ведь ревнуешь, да? – Ты ведь ревнуешь, да? Мура чуть было не задохнулась от возмущения. Ничего себе самомнение! А ведь знала, что так будет. Ионов ведь из той категории парней, которым позволь чуть больше обычного, как они тут же верят в свою неотразимость и начинают вести себя так, словно являются пупами земли. Хотя, сама виновата, дура! И вчера была виновата, когда приглашала его к себе, и сегодня, когда ни с того ни с сего сцепилась с новенькой, и сейчас, когда позволила увести себя для дальнейшего разговора. Неудивительно, что в его голове зародились такие подозрения. Но, черт возьми, как же хочется стереть эту самодовольную улыбку с его лица! – Угомонись, герой-любовник, – Женя все же нашла в себе силы презрительно фыркнуть, – ты, кажется, слишком высокого мнения о себе любимом. Кот склонил голову набок. – Или я просто люблю мечтать. Мура, уже приготовившаяся к долгой ожесточенной баталии, растерялась. Парень сейчас выглядел таким искренним, что и ругаться перехотелось, а вот протянуть руку, коснуться его щеки и… Так, стоп! – Ума мне как сестренка, – тем временем продолжал молодой человек, – она детдомовская, много чего пережила за свои двадцать три года, вот я и стараюсь ее незаметно опекать. Женька сглотнула. Надо же, какие откровения. Но стыдно все же стало, некрасиво как-то получилось. Глупое знакомство. Ее саму ведь когда-то приняли с распростертыми объятиями, а она… – Леся, конечно, ершистая, но как человек, золото. Да и товарищ по оружию хороший. Дважды меня вытаскивала из мясорубки, рискуя собственной жизнью. Вслушиваясь в размеренную речь Ионова, Мура и сама не заметила того, как вдруг оказалась слишком близко. Младший лейтенант времени зря тратить не стал и возможности прикоснуться к ней тоже решил не упускать, так что уже через минуту Женя находилась в крепких объятиях. Сегодня его сердце билось ровно, без всех этих скачков, что были вчера ночью. Да и сам он сегодня был совершенно другим. – Жень, – Кот запнулся, – если нас сегодня никуда не дернут, может, мы это… сходим куда-нибудь? Девушка лукаво улыбнулась: – Посмотрим на Ваше поведение, товарищ младший лейтенант. Еще только подъезжая к этому дорогому фешенебельному ресторану, который к ее удивлению, находился далеко от центра города, Рита костерила себя на чем свет стоит. Как она вообще могла согласиться на подобную встречу, да еще и после всего того, что узнала сегодня? А главное, как теперь на это отреагирует Булатов, если он, конечно, узнает? А он точно узнает. Батя всегда незримо присутствовал в ее жизни. Даже тогда, когда они находились в разных городах, странах, континентах. Порой даже казалось, будто Иван следит за ней. Роман ее ждал. И что удивительно, не в самом ресторане, а на улице. И это несмотря на накрапывающий дождик. Багира даже чертыхнулась про себя, когда заметила его обаятельную улыбку. Зачем она только согласилась? – Здравствуйте, Маргарита, – мужчина галантно протянул ей руку, помогая выбраться из автомобиля, – а я уже боялся, что Вы не приедете. – Простите, задержалась. Пробки. Роман тут же поспешил заверить Риту в том, что ничего страшного в ее опоздании нет, и что такую женщину, как Багира, он готов был бы ждать хоть сотню лет, вот только женщина уже особо не вслушивалась. Она, не особо стесняясь, открыто разглядывала своего собеседника, находя все новые и новые схожие черты с Котом. Кстати, о Коте… завтра нужно будет всыпать ему за то, что без ее ведома поделился с отцом ее номером телефона. А мужчина, словно угадав ее мысли, улыбнулся: – Вы только Ваську не ругайте, это не его рук дело. Я у него, конечно, еще вчера просил Ваш номер, но сынок у меня вредный и…, – на этом месте Роман наклонился чуть ниже и шепнул, – …ревнивый. Поэтому пришлось самому искать Ваш номер. Надеюсь, Вы меня простите за эту дерзость, но мне очень нужна Ваша помощь. На последних словах его голос дрогнул, а Рита, поймавшая его взгляд, удивилась – перед ней стоял совершенно другой человек. Потерянный, неуверенный и… напуганный? Дальнейшие полчаса она сидела, открыв рот, и внимала каждому слову говорившего. Все происходящее казалось не то сказкой, не то сном, не то галлюцинацией. Роман не стал ходить вокруг да около, а сразу приступил к делу, таким образом, в первые пару минут Кошкина и узнала о его связи с Малышевым. Нет, они в принципе знали о близких товарищеских отношениях между ними и даже о совместном бизнесе, что вовсе не рассчитывали на то, что Ионов так легко признается и в незаконной торговле оружием. Правда, тут оказалось не все так просто. Малышева Роман знал лет десять, дружил лет восемь, а вот сотрудничал всего-то лет пять. Да и сотрудничеством это назвать было сложно, так – обычная перевозка грузов. В первое время никаких проблем не возникало, да их и быть не могло, т.к., на таможне уже давно были свои проверенные временем таможенники, а контрабандой Ионов никогда не занимался. Никогда, до некоторых пор. – Я случайно подслушал разговор Малышева, – Роман нервно крутил в руках так и не зажженную сигарету, – тогда-то я и узнал, что среди контейнеров с гуманитарной помощью спрятаны и ящики с оружием. Знаете, Рита, я ведь даже не сразу поверил, решил, что ошибся. Ну не могло такого быть. – А потом? – А потом решил проверить. И оказалось, что слух меня не обманул. Дальше последовал сбивчивый рассказ о событиях трехлетней давности. Надо отдать должное собеседнику, изъяснялся он вполне понятно, и картинку событий в своей голове Рита смогла составить легко. Выяснилось, что Роман, узнавший о контрабанде, заявлять в органы не стал, решив для начала поговорить с другом. Мужчина наивно предполагал, что Малышева тоже заставили, вот только реальность оказалась куда более ужасающей. Вместо извинений Ионов вдруг получил… угрозы. – Он тогда намекнул мне, что с сыном может что-то случится, – тяжело выдохнул мужчина, - я не поверил. Потребовал все убрать, отказался участвовать в его аферах и пригрозил сообщить, куда следует. – И почему не сообщили? Багира начинала злиться. Как же ей надоели все эти невинные жертвы обстоятельств. Все из себя такие белые и пушистые, все их обижают, заставляют и используют, а они, бедняжки, терпят и чего-то боятся. А потом так втягиваются, что и за уши не оттащишь. – Василису убили, – он отбросил разломленную пополам сигарету, – и сказали, что следующим станет Вася. Я испугался, Рит. Очень. – Она погибла на задании. Роман хмыкнул, и Багира тут же опустила голову. Да, она сама только что поняла, насколько глупа и наивна была ее попытка протеста. – Мои суда перевозили оружие еще пару раз, а потом Малышев перестал ко мне обращаться. Я уже вздохнул с облегчением, как… – Как он вспомнил о Вас вновь, – закончила за него женщина, и Роман молча кивнул в ответ. Вчера вечером, увидев сына в сопровождении сразу двух дам, которых больше интересовали подсобные помещения, нежели украшения и наряды гостей, Роман тут же сделал соответствующие выводы, которые тут же подтвердились, стоило ему столкнуться с Ритой. Зная профессию сына, нетрудно было догадаться, кого из себя представляет рыжеволосая красотка, и что именно она здесь делает. Он с легкостью сложил два и два, и вот… – Почему вы обратились к нам только сейчас? Роман неопределенно пожал плечами. – Раньше я не знал, куда мне идти. Боялся. У Малышева везде свои люди. Вы поймите, Рит, у меня нет никого дороже сына. Будь моя воля, я бы его и в бронированной камере запер, лишь бы с ним ничего не случилось, но как ему это все объяснить? Вася ведь не поймет. И знаете, что-то мне подсказывает, что несчастья опять могут начаться с девушки. С Жени… Багира резко вскинула голову: – Черта с два! И не с такими разбирались, – в голосе звучала уверенность, и Роман позволил себе улыбнуться. Напрягся он только тогда, когда женщина вытащила телефон и набрала чей-то номер. Но сидящая напротив женщина накрыла его ладонь своею и еле ощутимо сжала пальцы. – Не переживайте. Алло, Бать, мне нужна твоя помощь.