Инстинкт

      Ворота Черного ордена приветливо распахнулись перед двумя экзорцистами, а Страж, несмотря на обязательную для всех проверку, о ней даже не заикнулся. Возможно, подозревал, что еще одно нервное потрясение, как при первой встрече с Уолкером, его механическое сердце не переживет…       - Аллен! Вы вернулись! – в воздухе мелькнули два длинных черных хвостика, и рядом с седовласым экзорцистом материализовалась счастливо улыбающаяся Линали, чтобы обнять и поприветствовать друзей.       Остановить её Аллен просто не успел…       До того, как девичьи руки легли на ткань плаща, между Уолкером и Ли-младшей вклинился Муген. Ладно, хоть в ножнах, но в воздухе уже застыла звенящая тишина, не предвещающая ничего хорошего.       - Канда… - боясь неосторожным движением спровоцировать Канду, Аллен очень медленно накрыл своей ладонью руку мечника, сжимающую рукоять клинка. – Пожалуйста, не надо. Она просто подошла поздороваться. На мою, слегка проклятую тушку, она совершенно не претендует. Да, Линали?       Девушка, в чьих глазах уже начали скапливаться слезы обиды на друга детства, непонимающе хлопнула ресницами. Если странное поведение Канды она могла спокойно списать на его природную грубость и характер мизантропа, то поведение Аллена озадачивало.       - Э-э-э… Да, - осторожно кивнув, Линали медленно сделала шаг назад.       Когда она мчалась встречать друзей, она как-то не вспомнила те сплетни, которые уже успел рассказать Рыжий пройдоха, но сейчас… Сейчас она видела то, что, обрадовавшись, не заметила.       Канда стоял к Аллену не просто близко, он обнимал его за талию. Причем ладонь находилась в промежутке между пуговицами плаща и, по-видимому, свободно касалась под ним кожи. Глаза же, черными провалами, буравили взглядом. А вся поза самурая просто-таки говорила: «Не тронь! Моё!». Аллен, наоборот, был расслаблен, словно… подчинился и уже давно успел с этим смириться.       Линали покраснела. С тихим щелчком какие-то механизмы внутри её головы начали свою работу.       - … и девочек обижать не хорошо. Особенно друзей-девочек, - Аллен продолжал мягко и навязчиво читать проповедь мечнику, не обращая внимания на резкую смену цвета Линали. А зря…       - Ой, Аллен, так вы… - вслед за лицом покраснели уши и шея. Фантазия продолжала работать.       - Что «мы»? – Уолкер как-то нервно обернулся. В его голову заглянули нехорошие опасения.       - Вы… теперь и вправду вместе?.. – краснеть больше было уже некуда, но Линали старалась. Теперь все ссоры друзей начинали видеться ей немного в другом ракурсе.       - Что значит «вместе»? – Аллен немного побледнел. Он, конечно, понимал, что все поползновения Канды со стороны выглядят не сильно прилично, но продолжал надеяться, что хоть друзья поймут все правильно. Увы. Линали, разумеется, была умной девушкой, но мимолетная фраза Лави: «Они отлично смотрятся вместе», уже дала свои плоды…       - Ну… вместе… Как пара… - красное лицо спряталось в ладонях, а в следующее мгновение Линали уже умчалась в неизвестном направлении, смущаясь собственных мыслей.       А Аллен так и продолжал стоять в коридоре под довольное урчание Канды, зарывшегося в его волосы, и соображать, что делать первым: искать Линали и объяснять ей, что она все не так поняла, или плюнуть и пойти искать Комуи, которому вредный Кроль уже должен был все рассказать? Переведя усталый взгляд на черную макушку, лежащую на его плече, Аллен решил выбрать вариант с Комуи. Подруге он и потом все объяснит, а вот с этим чудовищем надо что-то делать уже сейчас…

***

      Трое экзорцистов сидели в кабинете начальника и смиренно ожидали его вердикта. Ну как «смиренно ожидали»... Лично Канда ничего не ждал, он спокойно наслаждался обществом Аллена, грея руки у него под рубашкой. Право собственности им было уже доказано, о чем свидетельствовала пара свежих укусов на плечах «добычи», и, пока что, это полностью его устраивало. На остальное ему было наплевать. В том числе, что по этому поводу думает сам Уолкер, сидя идеально ровно на диване в мареве чёрной ауры.       А вот Лави было весело, о чем он и сообщал миру, тихонечко подвывая от смеха в уголке, благоразумно не приближаясь к «парочке».       - Хм… Так вот… - недовольно глянув на похрюкивающего в окружении бумаг Лави, Комуи поправил шапочку из бинтов на голове и продолжил, – До того, как Канда сломал всю имевшуюся в лаборатории аппаратуру и немного покалечил персонал, нам удалось выяснить, что нарушения его психики действительно вызваны ведьмовским проклятьем!       Комуи торжествующе посмотрел на Уолкера. Аллен поднял взгляд. В нем было столько «любви» к ближним, что Смотритель поспешил продолжить.       - Суть его такова, что оно пробуждает человеческие инстинкты, практически подавляя разум. И снять или ослабить его мы, к сожалению, не можем, но оно вскоре пройдет само, не волнуйся! В нем заложена жесткая временнАя составляющая. А пока, увы, Канда будет продолжать тебя терроризировать. Чем-то ты ему приглянулся…- Комуи скептически посмотрел на довольного мечника, а у Лави опять начался приступ смеха.       - И что, совсем-совсем ничего нельзя сделать? – Аллену было не до веселья, он действительно волновался. Ненормальное состояние друга и соперника его беспокоило. А вдруг проклятье все-таки окажется постоянным? Что тогда будет с Кандой? Не отправят ли его в лаборатории для изучения, решив, наконец-то, сделать из него покорное оружие, если до этого не получалось?..       - Нууу… Из возможных вариантов я могу только предложить его изолировать в подземельях ордена. Там достаточно прочные стены, чтобы он никуда не выбрался, - Смотритель сочувствующе окинул взглядом Канду, который теперь пристально посматривал на него самого. Он все прекрасно понял, и это предложение его не устраивало.       Что-то внутри Аллена болезненно дернулось. Скорее всего, это была совесть. Конечно, он не подозревал Комуи в том, что тот хочет начать проводить эксперименты над людьми, но и в здравомыслии Смотрителя он сомневался. Особенно после двух комуринов, которые встретили их возле кабинета и попытались убить за то, что Канда угрожал Линали катаной. Мало ли, что он еще может учудить? Горка деталей до сих пор распространяла неприятный запах машинного масла…       - Нет, спасибо. Я как-нибудь продержусь до завершения проклятья, - вздохнув, Аллен встал. Больше тут делать было нечего.       - Как скажешь. Тогда я попрошу принести в комнату Канды еще одну кровать. Сомневаюсь, что он тебя куда-то отпустит, - Ли-старший вернулся за стол, где его уже ждала спрятанная в бумажках любимая кружечка от обожаемой сестрички. Это, несомненно, должно было помочь ему преодолеть депрессию из-за поломки только что собранных комуринов. А Аллен и Канда уже взрослые, сами разберутся.       - Хорошо. Кстати, когда все это приблизительно закончится?       - Нууу… - кинув взгляд на прошлогодний календарик и сложив в голове ему одному ведомые факты, Комуи обрадовал подчиненного. – Где-то месяца через два.       Из-под бумаг донеслось счастливейшие хрюканье и подвывания. Лави решил продлить себе жизнь еще на несколько часов.       - Ага, - «радостные» факты убили Аллена морально.       - И да, не волнуйся, я сообщу всем остальным, что Канда немного не в себе, - кажется, Смотритель все-таки нашел способ отомстить за сестричку, потому что его «доброй» улыбке вполне могла позавидовать пиранья.       - Хорошо… - усталый голос Уолкера донесся откуда-то из-за порога, куда его уже успел уволочь Канда, привычно сграбастав на руки.       Веселье только начиналось…