Последний раз...

...его губы скользили по моим бедрам. Что я раньше знал о наслаждении? Наверное, ничего. Я познал его только сейчас, когда он так чувственно покрывал лёгкими, но ощутимыми поцелуями ямочки на моей пояснице. Здесь так холодно, а его губы слишком горячие. Стая мурашек прошлась по моему телу, и я невольно выгнулся всем телом, утыкаясь лицом в подушку. Сильнее сжимаю губы, чтобы стон не слетел с моих уст. Ехидный смешок сзади, и я невольно вздрагиваю. Неловко поворачиваю голову в сторону, постепенно поднимая слегка испуганный взгляд на него. Прищуренные глаза цепко осматривают каждую эмоцию, проступившую румянцем на щеках и лёгким возбуждением, сбившимся дыханием. Невольно язычок заскользил по моим губам. Ехидная улыбка ушла в небытие, оставив в его глазах то, от чего я был готов сам запрыгнуть на него - желание обладать. Закусив губу, я поджал под себя трясущиеся от едва ощутимого страха колени, и стал на четвереньки, выпятив ягодицы. Судорожный вдох разорвал тягучую тишину, когда он провёл кончиком языка по пояснице и нежной коже ягодиц. Секунда без движения, и его рука уже скользит вниз от бедер до шеи, заставляя меня прогибаться все сильнее, копируя искусных куртизанок Венеции. Тёплые, суховатые пальцы нежно, но настойчиво вжали мою шею в кровать. Большой палец его ладони соскользнул мне на губы. Хитро покосившись на парня позади меня, я решил поддеть его. Юркий язычок скользнул по подушечке пальца. В следующее мгновение розоватые губы плотно обхватывали палец, с робостью посасывая его. Но, робость притворна - я знаю, что в моих глазах похоть. Тихо рыкнув, он нагнулся и прикусил кожу на изгибе моего плеча и шеи. Тихо простонав, но не переставая посасывать палец, я подался назад и потерся своими ягодицами об стоящий колом агрегат. Я и не думал, что эмоции будут такими - я застонал как сучка весной, желая только одного: его члена поглубже во мне. Он резко убрал палец, и я недовольно застонал. Рука того, кого я хотел больше всего на свете, потянулась к смазке. - Не растягивай... - спиной чувствую его благородный прищур. - Просто войди. Для убедительности я потерся промежностью об его пах. Желание зашкаливало. Потерявшись во времени, я упустил один из самых сладких моментов - момент проникновения. Рывок, грубый толчок, и я уже чувствую его внутри себя вместе с болью и слезами на глазах. Мазохистское удовольствие заставляет меня задрожать, а его сильные руки по-мужицки покоятся на моих бедрах, сжимая наверняка до синяков. Мой всхлип разрывает тишину. За спиной молчание, лишь чувствую его дыхание на своей шее. Боль проходит сквозь моё тело вместе с наслаждением, требуя большего. Требуя жесткости. Неловко толкаюсь ему навстречу, и ухожу обратно, чтобы в следующее мгновение вновь принять его до основания. Все, что нарушает теперь тишину - мои вздохи, постанывания и выдохи. Резко меня останавливают. Недовольно поворачиваю голову назад, и сразу же падаю головой на подушки, почти заорав от мини-оргазма. Его рывки во мне были почти звериными, жестокими, грубыми, но эти пальцы на талии... Они так нежно поглаживали, распаляя желание отдаться. Он не оставлял мне шанса просить большего, выбивая из меня абсолютно все силы. С каждым движением мои колени слабели, каждой клеткой я ощущал каменную, огромную плоть, головка то и дело выскальзывала из меня, чтобы потом чуть не разорвать, входя с разгона. Как бы по блядски это не звучало, но он натягивал меня так, словно это последний секс в нашей жизни. Если бы она была нашей. Мой член уже не может выдерживать такой атомной смеси совмещения ласки его губ на шее и ушке, и его грубости и твердости. Оргазм накрыл меня неожиданно, я прогнулся до хруста в ребрах, сжав его член так, что он зарычал почти природно. Мощнейший оргазм продлился его движениями внутри меня. Тихое постанывание, такое родное, резкий обрыв всех звуков... Он сжал губы. Его сперма такая тёплая. Его член пульсирует во мне, мне даже кажется, что я могу пересчитать венки на плоти. Я счастлив. ...сигарета промеж его благородных губ. - Значит, уезжаешь из детдома? - Да. Сегодня утром, - киваю. Поднимаю взгляд на него и внимательно смотрю в его глаза. Это что-то новенькое. Тоска? Не верю своим глазам... - Я... - запинается. Впервые вижу подобное. - Я не хочу, чтобы ты уезжал. Мой тихий грустный смешок, и полная боли улыбка - его сжатые в полоску губы и отчаянье в глазах. Я не должен давать надежды. - Я зря подрабатывал шлюхой? Вот. Так лучше. Его глаза сразу такие холодные... Ух. Аж перебило дыхание. Он резко встаёт, и выбрасывает на стол несколько купюр, даже не считая их стоимости. Поднимаю вновь на него взгляд. - За ночь. И за сигареты, - ехидная усмешка не вышла, а в глазах отчаянье. Я не хотел этого... Ушёл по-английски. Без прощания. А у меня перед глазами его эмоции. Боль. Много боли и грусти. Горячая дорожка слез стекла по моей щеке. - Я тебя тоже люблю. Счастливая улыбка сквозь слезы. Мы все друг другу сказали.