slimeball.

Юнги просыпается на груди у Чимина, обнятая его тяжёлой рукой. Её голая грудь прижимается к чиминовым рёбрам. Почему-то вчера они не сумели разложить диван и сейчас теснились под тонкой голубой простынёй с безумно дурацким принтом из оранжевых бабочек. Прохладно. Кажется, дико рано. Юнги лень открывать глаза, искать часы, смотреть в окно. - Всё болит так, будто трахался всю ночь с гимнасткой. Чонгук появляется в комнате неожиданно. Юнги, может, следовало бы прикрыться, укрыться с головой, отвернуться к спинке дивана, в конце концов, но она только недовольно мычит и сильнее жмётся к Чимину. Чимин просыпается тоже, Юнги чувствует его руку, поглаживающую её спину. - А что было ночью? Чимин спрашивает, не открывая глаз. Юнги же, растеряв всю утреннюю сонливость, разлепляет глаза и разглядывает лохматого Чонгука, сидящего с бутылкой воды на подоконнике. - Я спал с Хосок. И нет, я бы не согласился на секс с ней, будь она даже гимнасткой. – Юнги широко улыбается, не в силах рассмеяться, когда Чимин очень даже гадко хихикает. – Эта женщина пинается во сне. - Ещё раз назовёшь меня женщиной и в следующий раз не проснёшься. Хосок тоже оказывается в комнате, усаживается рядом с Чонгуком и отбирает у него воду. Пару минут никто ничего говорит. Юнги поступает в университет. Весьма успешно и с не дурными баллами, хотя часто прогуливала уроки, считая женский школьный туалет идеальной курилкой. Выбивает место в общежитии: комнату на два человека, потускневшие зелёные обои, жёсткий матрац и общий, мать его, душ. Соглашается встречаться с Чимином. С Чимином, который тоже успешно поступает в какой-то там танцевальный колледж или колледж искусств, в общем, осуществляет свою мечту. С Чимином, который встречался с Ким Тэхён, которая тоже поступает. В тот же университет, что и Юнги, только на другой факультет. И всё это не вяжется в долбаную идиллию. Юнги не везёт, не должно везти, в принципе, но всё от чего-то идёт очень даже хорошо. Она долго выбирает куда ей сесть. Ей совсем не хочется перемен. За чужими спинами уже не обидно и не страшно, а вполне уютно. У неё появляются друзья, и к чертям ей нужны ещё. Наверное, поэтому она остаётся на заднем ряду. - Сколько времени? – спрашивает Юнги. - Половина восьмого где-то, - отзывается Чонгук. - Покидает чиминову съёмную квартиру Юнги где-то во втором часу дня. Трясётся в автобусе как золотая рыбка из зоомагазина в целлофановом пакете, а потом вваливается в общежитие. Сокджин на месте не оказывается, только разбросанные по её кровати тетради с конспектами указывают на то, что помимо Юнги здесь ещё кто-то живёт. Юнги кидает рюкзак на пол и засыпает ещё на пару часов. А потом приходит сообщение. И мелодия эта дебильная. Тэхён пишет, что видела её в автобусе. Видела её как обычно на заднем сиденье, заспанную, будто вырванную из другого отрезка времени. Тэхён поступает на филфак, Юнги не смотрит по сторонам и не замечает в автобусе знакомых лиц. А потом Тэхён предлагает встретиться. И Юнги соглашается, потому что помнит, какая Тэхён была изящная в тех своих чёрных чулках и шортах, как широко улыбалась, какая тёплая у неё ладонь. Просто, какая эта Тэхён дурная девчонка. В шесть часов Юнги уже на месте. Она надевает клетчатую юбку. О, боги, ей хочется выглядеть грубо и вульгарно, чтобы её белые колени притягивали чужие взгляды, чтобы как тогда, в школьном туалете. Тэхён появляется минуту спустя. Тэхён красится в тёмный каштановый цвет, отросшие завитые волосы небольшими кудрями лежат на плечах, а ноги спрятаны под чёрными узкими штанами. - Привет, Ким Тэхён. Давай только без неловких вопросов. – сразу же предупреждает Юнги, стоит Тэхён открыть рот. И Тэхён смеётся, разряжая обстановку. Действительно становится легче, Юнги расслабляется, позволяет Тэхён взять себя под руку и слушает, слушает, слушает. И всё вроде бы было нормально. Только у Тэхён всё такая же тёплая ладонь. Юнги рассказывает, что теперь они с Чимином вместе и не может понять, что вспыхивает у Тэхён в глазах. Злость, обида, ёбаное безразличие. Но Тэхён молчит. Сидит на кровати Юнги в комнате с потускневшими обоями и молчит. Хмурится. Юнги закидывает ногу на ногу. - Что ты хочешь на это услышать? - На твоё усмотрение. Тэхён пожимает плечами, поворачивается к Юнги, почти касаясь её носа своим. Боги, это как-то неловко. Всё между ними постоянно как-то неловко. Юнги вскидывает бровь. - Знаешь, что между нами общего? – Тэхён дожидается тихого «мм?» от Юнги и двигает своё лицо ещё ближе, от чего Юнги непроизвольно задерживает дыхание. – Наши губы касались губ Чимина. И целует. Неожиданно, мягко, пару секунд. Совершенно бездумное действие. Совершенно в духе старшей школы. Немного поздно. - И всё? – спрашивает Юнги, хотя хочет спросить «какого, мать его, чёрта», очень хочет, но обходится вот так просто и коротко. - Мы не спали. Ни разу. О, боги, воет Юнги, разглядывая, краснеющие щёки Тэхён. О, боги, почему ты снова врываешься в мою устоявшуюся жизнь, думает. У неё замечательная широкая улыбка. И потрясающие стройные ноги. И волосы теперь спокойно можно завязать в нормальный хвост. И она ни разу не была близка с Чимином… Юнги, кажется, дышится легче. Юнги касается её щеки. Неловко поглаживает большим пальцем и, привстав, прижимается губами к чужому лбу. Тишину нарушает тэхёнов резкий вздох. - Пиши мне, Ким Тэхён. Тэхён уходит, а Юнги забирается под одеяло и думает, что ни разу не словила на своих коленях чужого взгляда. Вздыхает. Сокджин, кажется, сегодня уже не придёт. Юнги пишет Чимину, чтобы тот её ждал.