Сомнений быть не может

Спустившись на первый этаж, я увидела, что Катя о чем-то разговаривает с Лерой, а Лика курит на улице. Кажется, они опять что-то не поделили. Я решила не мешать, возможно, важному разговору, и направилась к Лике. - Что случилось? – спросила я, кивая на сигарету. - Ерунда, - смотря вдаль, ответила Лика. - Когда ерунда, ты не куришь, - парировала я спокойным голосом. - Вот скажи, что важнее долбаные предрассудки, мнение общества или собственные чувства? – смотря мне в глаза, спросила Лика. - Она просто запуталась, дай ей время. Вы любите друг друга, разве чье-то мнение может противостоять такому сильному чувству? – понимая, о чем идет речь, сказала я. - Арина, неужели прошло мало времени? Чего она боится? Почему не поговорит, я же и так все вижу, - продолжила блондинка. - Просто она боится ранить тебя. Все наладится. Перестань, только не усугубляй. Пойдем лучше договоримся насчет ватрушек и тому подобного? – предложила я. - Да, ты права, не буду портить отдых. Пошли, порадуем девочек, - повеселев, сказала Лика. Насчет ватрушек и другого инвентаря договорились мы быстро. До нашего дома бежали мы наперегонки, выиграла Лика, кто бы сомневался. Но, у входа Лика произнесла: - Постой со мной, пожалуйста, я хочу покурить. - Хорошо, но разве ты куришь? – удивленно, спросила я. - Только когда мне плохо или я запуталась. Лера против, но она не узнает. Не говори ей, кстати, - закуривая, отвечала блондинка. Я стояла и думала, что делает с людьми отчаяние. Вечно веселая Лика, которую обычно не заткнуть, стоит и молча курит, размышляя о чем-то своем. Лера тоже запуталась и от этого страдает. Почему они все так усложняют, мучают себя. Как Лика докурила, мы зашли в дом. Девушки продолжали сидеть на кухне, но сейчас они пили кофе и о чем-то мило разговаривали. Увидев нас, Лера улыбнулась и позвала пить чай, на что Лика откликнулась, не показывая, как ей сложно. - Можем идти на горки, если есть желание, - сказала я. - Оо, что-что, а желания хоть отбавляй, - иронично протянула Екатерина, смутив меня тем самым, а девчонок насмешив. - Пошли, птенчик, одеваться потеплее, - взяв за руку, потянула она меня наверх, в комнату. - Желания хоть отбавляй? - усмехаясь, повторила я ее слова. Как только мы оказались в комнате, Катя прижала меня к двери, прошептав мне на ухо: - А что, птенчик сомневается в моих словах? Она прижалась к моей шее губами, вызывая тем самым мурашки и волну возбуждения. Но резко отстранившись, посмотрела мне в глаза серьезно и сказала: - Ты куришь? Она смотрела, сосредоточив все внимание на мне, пытаясь уловить каждое мое движение. Я даже растерялась. Я курю? С чего такие мысли? - Что? Нет, - удивленно сказала я. - Арина, я серьезно. Еще раз спрашиваю, ты куришь? На этот счет мой нос не проведешь, - уверенно говорила женщина. Что вызывало у меня возмущение, почему она мне не верит. - Я серьезно. Не курю, не курила и не собираюсь. С чего эти распросы вообще? – непонимающе произнесла я расстроенным голосом. - Тогда почему от тебя куревом пахнет? Вот только сказок мне не нужно, - строго говорила Екатерина, смотря мне в глаза и зажав меня к стенке. - Не знаю, - растерянно оправдывалась я, не зная, что и сказать. Но, спустя секунду, я поняла: - Блин, дак это я с Ликой стояла. Лика курила. Только Лере не говори, пожалуйста. - А может, еще и Лике не говорить? – по-прежнему строго смотря, продолжала женщина. Вот знаете, даже обидно. Ты всю душу, а тебе не доверяют. Как так? Опустив глаза, я попыталась высвободиться, но у меня это не получилось. Меня еще сильнее прижали к этой злополучной двери, но на этот раз Катя поцеловала меня в уголок губ, смотря мне в глаза прежним нежным взглядом, прошептала: - Прости, птенчик. Я тебе доверяю. Но если я когда-нибудь увижу тебя с сигаретой, то я тебя убью. Хорошо? - Так сразу и убьешь? – все еще обиженно пробубнила я. - Ну, если не убью, то покалечу уж точно. Не обижайся, просто звучало не убедительно. А что, Лика курит? – высвобождая меня, произнесла женщина. - Сама удивилась. Говорит, только когда плохо. Она не знает, что делать. Лера запуталась, вот обе и страдают, - кратко изложив суть дела, начала собираться я на горки. - Да, я знаю. На самом деле Лера задает верные вопросы, я и сама не знаю на них ответа. Но сейчас думать о них мне не позволяют эмоции, хотя я обязана думать. Ты прости меня, если что, - начала Катя заводить разговор, но я решила прервать его: - Катя, давай решим, что мы на равных. Ответственность ты несешь ровно так же, как и я. Ни больше, ни меньше. Почему ты должна думать? Ты не права, мы обе подумаем, когда это будет необходимо. Только давай сейчас наслаждаться, - прервав свои сборы, сказала я, смотря на нее внимательно. - Моя умная девочка, может ты и права. Вот только на равных я тебе не всегда позволю быть, уж прости, - усмехаясь, сказала женщина. Взяв необходимые вещи, я направилась в ванную комнату переодеться. Екатерина осталась в комнате. Спустя минут пять мы были готовы веселиться. На улице было морозно, но это не пугало, ведь мы всегда можем вернуться в тепло и уют нашего милого домика. Девочки решили присоединиться к нам. Все вместе мы направились с ватрушками к горке. Хорошо, что вспоминать поговорку: «любишь кататься, люби и саночки возить» не пришлось, на горе был подъемник, который без труда поднимал нас, сидящих на ватрушках вверх. Мы радовались как дети, спускаясь то по одному, то наперегонки, то сцепляясь паровозиком. Екатерина смеялась, что заставляло меня невольно наблюдать за ней со счастливой улыбкой. Девчонки не чувствовали себя дискомфортно, а были свободны и веселы. Это замечательные выходные, однозначно. Спустя три часа зимнего веселья, мы решили пообедать в столовой-буфете. Шли туда мы немого замерзшие, но счастливые, как дети. Взяв суп и макароны с котлетой, мы присели у окна, откуда открывался невероятный вид на зимний лес. Зимний еловый лес похож на сказку: создается ощущение, что какая-то неведомая сила, называемая в детстве дедом морозом, решила укрыть эти могучие деревья от зимней стужи. Находясь здесь, не сложно поверить в чудеса, в сказку. Невероятно. Что касается еды, то было довольно вкусно. Знаете, напоминает школьное время в столовой. Уверена, что многие помнят школьную столовую не с лучшей стороны, но, знаете, было в этом что-то особенное. Хотя еда вполне приемлема, особенно соотнося цену и качество, что для студента немаловажно. За обедом мы почти не говорили, лишь посматривали друг на друга и периодически наблюдали за зимним лесом. - Продолжим кататься на горках? Или испытаем что-нибудь еще? – спросила Лера. - Я за коньки, что скажете? – предложила Лика. - Я за, - откликнулась ее девушка. - Я не против, - поддержала Катя. - Значит, решено, - подвела я итог нашего мини-голосования. Каток был средних размеров, естественный, как я поняла, летом это прекрасное озеро с карасями, на котором ведется спортивная и любительская рыбалка. Знаете, я с удовольствием, посетила бы это место летом. Встав на коньки, мы продолжали смеяться. Лика начала обстрел снежками, который все мы поддержали с удовольствием. Екатерина отлично держалась на коньках, а вот я, увы, не мастер. Падала, попадая под снежный обстрел, мы продолжали веселиться. Сугробы притягивали нас своей мягкостью и чистотой, не то, что в городе. Лика запихала Леру в сугроб, не давая той выбраться. Лера обиделась на свою блондинку, но долго это занятие не продлилось, разогнавшись и сбив с ног Леру, Лика влетела с ней в сугроб, где они обе залились звонким смехом. Екатерина тоже пару раз спихнула меня в сугроб, но, осознав, что я далеко не мастер в данном виде спорта, сжалилась и, взяв за руку, начала катать, позволяя обнимать себя. - Ты неплохо держишься на коньках, - сказала я. - Думаешь? А вот мне кажется, что очень даже хорошо с ними справляюсь, - заливаясь смехом, ответила Катя. - Скромности тебе не занимать, - подхватывая ее задор, парировала я. Часов в шесть вечера мы изрядно утомились и решили поставить на сегодня точку в зимних забавах. Зайдя домой, мы пошли переодеваться и принимать душ, договорившись около полвосьмого собраться в гостиной у камина и поужинать. Зайдя в нашу комнату, Катя сказала: - Я так давно не уставала, а ты как, птенчик? - Я терпимо. Знаешь, это лучшие выходные за последнее время, - сказала я, улыбаясь счастливо. - Ну, я думаю, это еще не все. Что насчет душа, кто первый? – спросила женщина, что-то ища в своей сумке. - Я могу уступить тебе, - проговорила я. - Как хорошо, что меня понимают с полуслова, - усмехаясь, парировала Катя. Но у входа в ванную, остановившись, дополнила: - Но я не отказываюсь от компании. Договорив, она усмехнулась моему покрасневшему и растерянному виду и пошла в ванную комнату. А я осталась сидеть и думать, шутит она или всерьез. Спустя минут пятнадцать или двадцать, из ванной-комнаты вышла Екатерина, замотанная в махровое полотенце, которое доходило ей чуть ниже ягодиц. Ее тело еще было влажным, а волосы сырыми, что придавало ей особую свежесть и неотразимость. Я замерла на месте, не смея отвести взгляд, но и не решаясь приблизиться к ней, такой желанной и необходимой. Катя, поймав на себе мой взгляд, который блуждал по ее неотразимому телу, вроде, смутилась, но произнесла довольным голоском: - Птенчик, душ свободен. Или ты хочешь съесть меня взглядом? – иронию, ухмылку у нее в такие моменты не отнять. - Прости, - потупив взгляд, я направилась в ванную комнату. Но Катя поймала мою руку, заставив взглянуть ей в глаза, и сказала: - Не извиняйся за это. Мне это даже льстит, птенчик. Отпустив мою руку, она пошла к сумке, доставая оттуда фен. А я ушла в ванную. Душ так приятно окутывал уставшее тело, придавая свободу и свежесть. Поместив себя в мягкое полотенце, я вернулась в комнату, не зная как вести себя дальше. До ужина оставалось чуть меньше получаса. Катя была занята укладкой волос, но увидев меня, приветливо улыбнулась, при этом осмотрев меня с ног до головы. Как-то неловко. Взяв вещи, я решила вернуться в ванную комнату, чтобы переодеться. Вернувшись, я увидела Екатерину, переодетую в милую домашнюю одежду, но даже так она выглядела превосходно. Я тоже надела что-то вроде пижамы. Так уютнее. - Ты очень милая в этой пижаме, - сказала Катя. - А вы, точнее ты, как всегда, превосходна, - ответила я, подходя к ней вплотную. Прижав меня к себе, Екатерина поцеловала меня в макушку, а я уткнулась носом ей в плечо, наслаждаясь таким теплым моментом. Ничего больше не надо, пусть весь мир подождет. Неужели мои мечты осуществимы, неужели мы можем быть рядом, вот только мы никогда не говорим о нас. Да и вообще, есть ли Мы. Я понимаю, действия куда важнее слов, но и слова порой необходимы, хотя бы для ясности ситуации. Прижав ее к себе еще сильнее, я услышала вопрос от Екатерины: - Все хорошо, Ариша? - Просто мне тебя всегда будет мало, - грустно выдохнула я. - Малыш, ты чего? – волнительно произнесла женщина, немного отстраняя меня, чтобы взглянуть мне в глаза. - Я боюсь, что все это слишком быстро закончится, - опуская глаза начала я. Катя невольно мило улыбнулась и сказала: - Ты хочешь это обсудить, птенчик? - Прости, я просто очень боюсь тебя потерять, но даже не могу быть уверена, что сейчас могу считать тебя своей, - пряча глаза вновь у нее на плече, прошептала я. - Ариша, не извиняйся, если хочешь, давай поговорим. И вот еще: ты, например, моя, - целуя меня в мочку уха, тихо прошептала она. Переводя взгляд ей на губы, я поцеловала ее. Нежно, робко, неуверенно. Катя не стала нарушать этот момент, углубляя поцелуй. Она лишь наслаждалась нежностью и невинностью, отмечая, что ни с кем такого еще не ощущала. - Хорошо, Кать, пошли вниз, наверняка мы опять задержались,- счастливо улыбаясь, проговорила я вновь бодро. Екатерина улыбнувшись, взяла меня за руку, и мы пошли вниз, переплетаясь пальцами. Я была счастлива. Все не важно. Главное, что она сейчас рядом. А что будет потом – будет лишь потом. Хватит думать о завтра, когда есть сегодня. Внизу девочки сидели на ковре у камина и целовались. Видимо, увидев нас, Лера, смутившись, спрятала глаза на плече своей блондинки, которая в свою очередь уверенно начала: - Ну, наконец-то, а то мы уж подумали, что вы решили обойтись без ужина. Что насчет вина? - Ну, открывай, - сказала Катя, присаживаясь рядом с камином приглашая меня к себе. Немного постояв, я присела рядом с ней, смотря на камин и думая, как же тут уютно и тепло, особенно, когда рядом эта женщина. Моя женщина. С кухни Лика пришла с бутылкой красного вина и шоколадом. Устраиваясь рядом с Лерой, она спросила: - А кушать-то вы не собираетесь? - Я не голодна, - ответила я, смотря на Катю, которая, мило улыбнувшись, притянула меня к себе ближе, обнимая. - Понятно, тогда, за встречу. Мы с Лерой очень рады знакомству, - подмигнув, сказала Лика. - Взаимно, - ответила Катя, и прошептала мне на ушко: - Спасибо, что позвала в эту сказку. - Спасибо, что ты украсила эту сказку, - ответила я ей на ушко, отпивая вино. - Давай, рассказывай, в какой момент ты поняла, что Арина уже не просто твоя студентка? – усмехаясь, спросила блондинка. - Оо, девочки, я еще не пьяна, чтобы начинать такие откровенные разговоры. Не обижайся, - видимо, поймав на себе мой заинтересованный взгляд, сказала она мне. - Значит, напоим, - отшучивалась Лика. - Ну, боюсь тебя разочаровать, но для этого одной бутылки вина будет маловато, - поддержала ее Екатерина. Мы разговаривали обо всем, Екатерина оказалась невероятно разносторонним человеком, что не могло не поразить. В детстве она занималась спортом, при этом успевала посещать музыкальную школу. В университете увлеклась наукой, хотела посвятить всю жизнь этому. Только она никогда не думала, что переедет из Москвы, но от подробностей она отказалась, сказав, что не все хочется вспоминать. Но не жалеет, сейчас уже точно не жалеет. Как я рада, если причиной этому являюсь я. Лика расспрашивала Екатерину о науке, о ее работе, о теме ее трудов, «почему именно так, почему эта тема» и так далее. Лера пыталась перевести разговор на более спокойные темы, а то порой наш разговор походил на научные бои, где лишь один человек понимает истинную суть проблемы. Часов в девять Лера оправилась в комнату, Лика пошла за ней, а мы остались у камина. - Прости за Лику, - сказала я. - Отчего же, очень интересная девушка. И знаешь, что мне в ней нравится? Она не боится, не боится ошибаться, не боится своего интереса, такие обычно достигают много в науке, - отвечала Катя. - Хочешь, я скажу ей, что она это будущее науки? – обиженно произнесла я. - Ты серьезно? Птенчик, какой же ты еще ребенок. Ты у меня умница, вот только ревновать меня и науку не стоит, а то даже смешно, - усмехаясь, проговорила Катя. - Давай выпьем вместе, вдвоем, - предложила я, смотря ей на губы. Налив нам по бокалу, Катя произнесла нежным голосом: - Не важно, когда я поняла, что ты мне уже не просто студентка, важно, что сейчас мы рядом, - звонко чокнувшись бокалами, Екатерина отпила вино. Я, улыбнувшись ее словам, тоже выпила содержимое бокала. После Катя забрала у нас бокалы, поставив их на пол. Томно посмотрев на меня, она притянула меня к себе за талию и приблизилась к моим губам. Я была готова раствориться в ней полностью, я хотела ее. Ее губы накрыли мои, нежно, волнующе, чувственно она исследовала их, но почувствовав мой возбужденный выдох, углубила поцелуй, переводя его из нежного в требовательный и страстный. Мои руки легли ей на талию, стараясь проникнуть под такую ненужную кофту, но, усмехнувшись, Катя прижала меня к полу своим телом, зажав при этом мои руки вверху и надавив коленом мне между ног, что вызвало шквал эмоций и заставило меня шумно выдохнуть. Поддаваясь одним эмоциям и ощущениям, я изгибалась в спине, прижимаясь тем самым к ней еще ближе. Катя перешла к моей шее, заставляя меня прерывисто дышать и стонать. Приблизившись к моему уху, она томно прошептала: - Я тебя хочу, малыш. - Я тоже тебя хочу, - без доли сомнения ответила я. Замерев на долю секунды, видимо, приводя в порядок мысли, чтобы осознать смысл слов, Катя немного отстранилась, что заставило меня разочарованно выдохнуть. Но взяв меня за руку, Екатерина повела меня наверх, где, закрыв дверь на шпингалет, подвела меня к кровати. Я с замиранием сердца смотрела на нее, наблюдая, испытывая волнение, но невероятное желание тянуло меня в пропасть. Поймав мой взгляд, женщина тихо спросила, стоя рядом со мной: - Уверена? Не отвечая на ее вопрос словами, я притянула ее к себе за талию, пытаясь взять инициативу в свои руки, но Екатерина, лишь усмехнувшись, углубила поцелуй, сплетая нас языками и заставляя меня уступить ей позицию лидера. Не прекращая поцелуя, женщина нащупала мою кофту и потянула ее вверх, оголяя мой живот. Ее руки легли мне на оголенное тело, по которому тот час побежали стайки мурашек. Она немного отстранилась от меня и одним движением сняла с меня кофту, не оставляя мне шанса на раздумья. Инстинктивно я попыталась прикрыться, но Екатерина поймала мои руки, положив их себе на талию, а своими руками прошлась по моей обнаженной спине, что вызвало шквал возбуждения, и я закусила нижнюю губу. Катя приблизилась вновь ко мне, желая поцеловать меня в выступающую ключицу. Я потянула вверх края ее кофты, что вызвало улыбку на лице женщины. Она поддалась, подарив мне возможность наблюдать ее прекрасные формы. Далее Екатерина подтолкнула меня на кровать, нависая надо мной сверху. Она нежно поцеловала меня в губы, не углубляя поцелуй. Ее рука легла мне на обнаженный живот, начиная изучать мое тело. Губы стали прокладывать мокрую дорожку от губ к шее, заставляя шумно дышать и изгибаться. Мои руки блуждали по спине женщины, наслаждаясь ее прекрасным телом. Екатерина, покусывая шею, спустилась к моей груди, заставляя меня напрячься и выдохнуть громче прежнего. Губами она обхватила мой сосок, посасывая его и изредка покусывая, наполняя мое тело новыми ощущениями. Я не могла восстановить дыхание, руки сжимали простынь, а Катя продолжала свою игру с моей грудью. Мои соски были возбуждены, как и все тело. Она это чувствовала, ей это нравилось. Продолжая руками нежно исследовать мою грудь, тем самым мучая меня, ее губы стали спускаться к низу живота, оставляя мокрую дорожку на теле. Дышать становилось все сложнее, я чувствовала, как ком возбуждения окутал меня и сдавил все изнутри. Ее руки стали спускаться к моим штанам, намереваясь их снять, для дальнейшей игры. Мы обе сейчас жили эмоциями и чувствами, наслаждаясь и даря это наслаждение друг другу. Сняв мои штаны и трусики, Екатерина попыталась раздвинуть мои ноги, но я чувствовала неловкость и смущение. Катя произнесла, поднявшись к моим губам: - Малыш, доверься мне, - ее голос был хрипловат от возбуждения и желания, но я доверяла ей всецело. Поцеловав меня требовательно, женщина начала исследовать левой рукой мою промежность, пытаясь расслабить меня. Она покусывала мои губы, придавая особый вкус ощущениям, при этом ее пальчики аккуратно массировали мой клитор, заставляя поддаться ей полностью. Далее я почувствовала ее язычок у себя на внутренней стороне бедра. Она покрывала мое бедро поцелуями, поднимаясь все выше, при этом раздвигая мои ноги. Как только моя поза ее устроила, женщина ухмыльнулась, и прикоснулась языком к клитору, то втягивая его губами, то выпуская изо рта. Она чувствовала, что я почти на пределе, что я еле сдерживаю стоны. Хотя слабо похоже, что я их вообще сдерживаю. Я хочу ощутить ее внутри себя, видимо, почувствовав это, Екатерина вновь приближается к моим губам, при этом входя двумя пальцами в меня. Я напряглась, то ли от боли, то ли от неожиданности. Катя нежно поцеловала меня в мочку уха, прошептав: - Потерпи чуть-чуть, потом будет лучше, малыш. Спустя мгновение, на место дискомфорта пришла гамма новых эмоций, Катя начала движение пальцами. Ее движения изначально были плавными, потом резкими, что заставляло еще крепче сжимать простынь и еле сдерживать стоны удовольствия. Женщина вернулась губами к моему клитору, не останавливая движения пальцами, то замедляя, то ускоряя темп. Мне хватило пары толчков, чтобы ощутить, как по моему телу прошлась волна удовольствия. Я шумно выдохнула, не имея возможности восстановить дыхание, а Катя прижала меня к себе крепко, поцеловав в губы нежно. Я прошептала, смотря на нее затуманенным взглядом: - Я люблю тебя. - И я люблю тебя, моя взрослая девочка, - нежно ответила она мне. Она укрыла нас одеялом, прижимая меня к себе и поглаживая по обнаженной спине. Я очень хотела подарить ей незабываемые эмоции, но силы покинули меня, не давая возможности даже открыть глаз. Я была счастлива как никогда. Вот сегодня, сейчас это точно так.