"Александр"

Они играли в пятнашки сами с собой. Они уже давно проиграли.

Александр давно изменил себе, а Марина ходила по кругу с завязанными глазами и ее душа никак не могла замерзнуть.

***

- Не дергайся! - Но мне больно! - Потерпи и не двигайся, ты мне мешаешь. На поврежденной коже Асты шипела перекись водорода, мальчик кривился от боли. Проснулась Марина на диване, когда Александр куда - то испарился. Аста сказал что Волков уехал. Марине было немного неловко, она помнила, что вырубилась прямо в машине, а значит донес ее и положил на диван колдун. Табун мурашек прошелся по ее ногам, когда ведьма представила себе эту картину. Она покраснела то ли от стыда, то ли от злости на саму себя.

***

Очередную ночь сидя на кухне, не хотела элементарно включить свет. Итак все хорошо знала: коридор, лестницу, гостиную, главный зал, вход в кухню. Белые перила и много чего еще. Слишком хорошо. Попивая горячий кофе и чувствуя холод на коже, опиралась на перила и смотрела вниз, ни о чем не думая. Сколько стаканов воды она выпила под покровом ночи в этом доме? А сколько пирожных съела? Марине не нравился этот дом, он слишком большой и слишком холодный. А это наводит на дурные мысли о его хозяине. Когда в трудной ситуации мужчина предлагает свою помощь, многие девушки думают: "О, посмотрите, еще один мужчина, думающий, что неприятности делают женщину лояльной и покладистой!" И как много девушек все - таки попадаются на эту удочку? - Бред какой - то, - Буркнула девушка. Злость снова закипела в ведьме. Опять в ее голове гуляет какая - то чушь! Откуда все эти мысли?! Она сжала чашку так, что подушечки пальцев побелели и начали болеть. Это Марину отрезвило. Она сделала глубокий глоток кофе. Ведьма была благодарна Александру за помощь. Ведь если бы он вовремя не подоспел к ним, то непонятно, что было бы дальше. Как бы это ни было ужасно, исковерканная рука того пьянчуги поднимала ведьменскую самооценку. Значит, у нее все - таки есть определенный потенциал, она что - то может. И скоро попадет в общество тех, для кого магия - это быт, норма жизни.

***

Мягко целуя грудь своей любовницы, плавно спускаясь губами вниз, Александр представлял себе совсем другую женщину. Ее взгляд, формы, тембр голоса, запах. Бледная кожа И он не мог забыться. Марго выглядела не так, пахла не так, в ней все было не так и не то. Александр почувствовал раздирающую досаду, а где - то в желудке, в самом нутре, заиграли нотки отвращения. Только не понятно к кому: к Маргарите за ее уродливую, грязную душонку, за резкий, въевшийся запах духов, за то, что с ним сейчас именно она, или же он чувствовал омерзение к самому себе. За свою беспомощность перед ведьмой, за то, что не знает как подняться в ее глазах, показать свою хорошую сторону, если она, конечно, у него есть. А что вообще такое эта "хорошая сторона"? Ведь для Александра "хорошая сторона" имеет свой смысл: изворотливость, сила и выживаемость в любых условиях. Жизнь закалила его, но отняла радости, доступные даже обыкновенным людям. Всю жизнь выживать, затем плотно осесть, а в конце концов задать себе вопрос: зачем?

Колдун - потеряшка.

У Волкова резко упал. Смертельно хотелось увидеть Марину. Просто посмотреть, чем она сейчас занимается? Обмолвиться с нею парой фраз. Мужчина резко взял за волосы любовницу и притянул к своему паху. Марго удивилась резкой сменой настроения у мужчины, но твердо решила молчать и делать, как он хочет. Колдунья брала в свой рот его член, издавала чавкающие и чмокающие звуки, брала его крупную мошонку в ладонь и интенсивно ее мяла, делала вид, что давится, снова издавая странные нечеловеческие звуки, надеясь этим завести мужчину так же сильно, как и раньше. Но у Волкова лишь разболелась голова. Он просто хотел кончить и уйти отсюда подальше. Ласкала Марго его достаточно долго: в какой - то момент колдун отпихнул от себя рыжую и не обращая внимания на недоуменный взгляд своей любовницы, перевернул ее на живот. Все было быстро. Быстрее, чем всегда, достаточно лишь в пьяном угаре представить себе ее черты. Волков сел на кровати, закурил, портвейн допивать не стал. Предоставил эту возможность Маргарите. Та, не колеблясь ни секунды, осушила два полных стакана и через несколько минут тупо вырубилась. Александр встал и пошел в душ, порядком протрезвев, собрался, положил деньги за визит и ушел. А когда вернулся в свой собственный дом - убил себя старого под ноты "вечерней серенады". Он, как всегда, незаметно вошел и глянул на большие настенные часы. Пол четвертого утра. Марина играла Шуберта. Под ее пальцами музыка звучала по -детски неуверенно. И немного криво: она часто нажимала не на те клавиши. Соскользнув со стула - на полу лежал ее величественно - длинный шелковый халат, две маленькие горошины выпирали на сорочке. Ей было холодно, но она привыкла к этому и, тем более, была слишком увлечена игрой, чтобы на что - то отвлекаться. Александр почувствовал, как губы его задрожали, будто от холода, ноги подкосились и легионы бабочек запорхали у него в животе. Их становилось все больше и больше, некоторые полетели в голову, затуманивая здравый смысл, жесткую натуру, агонию, которая ходила за ним по пятам сотни и сотни лет. Дыхание мужчины сбилось, сердце грохотало, как разрушающаяся девятиэтажка. Мужчина дрожащей ледяной рукой схватился за свой галстук, пытаясь ослабить его. По виску стекала капля холодного пота. Холеное лицо стало серым. Его нервы были струнами скрипки. Он сам был оголенным нервом. Был скрипкой. Древней, потрепанной временем и испытаниями. Никто не мог играть на ней. Каждый, кто пытался, в конечном итоге умирал, но эта женщина была неприкосновенна. В какой - то момент, прячась в тени, мужчина поймал себя на мысли, что она живое произведение искусства, что он помешался на ней и даже после своей смерти, он, колдун, сын колдуна, когда отойдет к воинственным праотцам, будет думать только о Марине. Это были первые в его жизни, но поздние бабочки, слишком поздние, чтобы колдун понял сразу, что это такое. Он влюбился. Или полюбил. Все смешалось у него в голове и понятно Волкову было только то - что Марина должна быть рядом с ним. Ему нужна эта ведьма. Только так он сможет нормально жить. Наконец, заскучав, девушка зевнула и сморщила нос. Она встала и, подняв халат, медленно надела его. Ее босые, холодные ноги не спеша удалились из огромного зала и из тени вышел мужчина.

***

Девушка наносит макияж, светлые тени, тушь, блеск для губ, немного румян, чтобы лицо не казалось слишком бледным. Она слышит медленную музыку, тонкий, нежный голосок певицы, тянущийся из главного зала и понимает, что уже час стоит перед зеркалом и не хочет выходить из своей комнаты. Платье было очень тяжелым, Сваровски сделали свое дело. Теперь понятно, почему его привезли позднее обещанной даты. Швея, наверное, все руки сломала, пока обшивала этот здоровенный кусок ткани. Когда девушка надела его и посмотрела в зеркало, то поняла, что это самое лучшее платье, которое ей приходилось носить. Оно сидело на Марине идеально, было создано для ее персоны. А Волков даже и не пикнул на счет цены за все это удовольствие. Хочет показать, какой он щедрый? Злая ухмылка искажает ее лицо и так же резко меркнет. Может, она слишком строга к нему? Леонова слышит робкий стук в дверь и понимает, что это Аста. Мальчик заходит в комнату и говорит, что Александр просит ее поторопиться и замолкает, восхищенно рассматривая воспитательницу. Леонова кивает и доделывает свою прическу: шишечку, украшенную жемчужными невидимками. Она берет мальчика за руку и спускается вниз. У входа в главный зал курят уже опьяневшие мужчины и женщины, некоторые сидят по - турецки, но все как один, повернув свои головы в сторону Марины и Асты, поздоровались. Девушка ответила на приветствие спокойным, как ни странно, твердым голосом и прошла в зал. Аста сразу же отпустил ее руку и ускользнул, смешавшись в пестрой толпе. На главной сцене пела женщина в черном платье, уже не молодая, но обладавшая удивительно нежным, почти детским голосом. Около сцены извивались танцовщицы в разнообразных нарядах, а в воздухе, на невидимых нитях - циркачи, исполняющие свои номера. Сборище было действительно разношерстным. Одни кружились в танце, вторые - создав отдельные "кружки" вели оживленную беседу, а третьи опустошали праздничные столы. Повсюду бегали официанты, пытаясь угодить и услужливо улыбаясь, разносили напитки. Не все женщины были в платьях и не все мужчины в костюмах, в этом огромном зале собрались волшебники самых разных слоев общества. Никто не стыдился своего внешнего вида, никто не скучал. Все заводили знакомства, искали себе учителей, друзей, заводили связи, искали покровителей. Кто - то пришел сюда вовсе без какой - либо цели. Взяв предложенный официантом бокал и пригубив неплохое шампанское, девушка расслабилась. Многие поворачивались в сторону Леоновой и, не смущаясь себя, словно это было нормально, долго ее рассматривали, некоторые здоровались. Что -то подсказывало Марине, что у нее есть особые привилегии в этом обществе и это - не из - за ее внешнего вида. Некоторые женщины открыто смотрели на Марину с завистью и неприязнью, но, столкнувшись с ее недоуменным взглядом, мол, "в чем дело, у тебя все хорошо?" сами утрачивали свой пыл и чувствовали себя неловко. Все видели, что эта рыжая красавица, словно царица, величественно плыла залу и не спешила в чью - то компанию, это удивляло еще больше и привлекало внимание. Когда плеча Марины коснулась чья - то теплая рука, девушка обернулась. Перед ней стоял невысокий юноша с доброжелательным лицом, в дорогом костюме и молча предлагал ей танец, протянув свою руку. Марина зарделась, но поспешила сделать доброжелательный вид. - У меня подол слишком длинный и я плохо танцую. Она улыбнулась. Молодой человек не спешил сдаваться и снова протянул свою ладонь. - Пожалуйста, всего один танец. Он просил ее уважительно, с улыбкой на лице и казалось, что от переполнявшего юношескую душу позитива, он весь светится изнутри. Леонова несмело подала ему свою руку и парень повел ее в середину зала, к остальным танцующим. Из их недолгого разговора, Марина узнала, что его зовут Ждан и он учится на юридическом. Такое мероприятие он посещает уже третий раз. Он не смело, зажато вел ее в танце, но старался подать себя в выгодном свете. Когда музыка закончилась, Ждан познакомил ее со своими друзьями. Те оказались такими же дружелюбными. Марина разговорилась, влилась в эту небольшую компанию: искусство, культура, политика - тем было очень много и они затронули каждую. Вечер шел отлично. Краем глаза ведьма посматривала на Асту - тот, что интересно, тоже разговаривал со взрослыми, а своих сверстников не принимал в расчет. Леонова взяла третий по счету бокал и попробовала. Белое вино, сухое, постепенно вызвало чувство пожирающей внутренности скуки, но очередной кавалер, пригласивший на танец, эту скуку развеял. Музыка была быстрая, динамичная, Марина позволяла себе улыбаться во все тридцать два зуба и ловить взгляды. У ведьмы появлялись новые знакомые, она не успевала запоминать имена и нации: Владимир, Юкшу, Флорана, Мартин, Светлана, Урсула, Рамзес. От переизбытка информации разболелась голова. Или от алкоголя? Нет, она выпила всего пару бокалов шампанского. Рыжая вышла на балкон и вдохнула свежий воздух. Все оказалось гораздо лучше, чем представлялось. На этом празднике не было кровавых ритуалов или чего - то подобного, все было почти как у людей. Ну, не считая факира с коброй, повисших в воздухе и полуголых сиамских близнецов, пытающихся исполнять танец живота. Снова улыбнувшись своим мыслям, Марина решила найти Асту, но нашла лишь впечатления, и, к слову, не самые лучшие: ее окликнула какая - то незнакомка.

По имени.

Леонова опешила.

- Простите, мы знакомы? Ее тон нельзя назвать сахарным. Марине сразу стало понятно, что от этой девицы не стоит ждать чего - то хорошего. Эта девушка, которая выглядела несколько младше, чем Марина, смотрела дикими, полными ненависти глазами, жаждущая конфликта или даже драки, была пьяна. Из под короткого черного платья виднелись нейлоновые чулки, а "боевой" раскрас давал понять каждому, что она пришла сюда с определенной целью. Музыка притихла. Каждый чувствовал запах "жареного" и все ждали. Да, случился конфликт. Колдунья начала оскорблять ведьму, а когда Марина попыталась ее успокоить, то получила пощечину, от которой зазвенело в ушах. Леонова приложила ладонь к лицу и щеку резко защипало от глубоких царапин. И Маргарита отлетела на несколько метров, "поцеловав" стену. Встала, пошатываясь, и, наплевав на все и вся, пошла широким шагом "на Марину", не забывая громко, повизгивая, материться. - Попробуешь еще что - то подобное - вылетишь через окно, - Предупредила ведьма. - Пошла вон из этого дома. Я не желаю, чтобы ты здесь находилась. Марго остановилась, выискивая в зале Александра. И он появился. Вышел из этой пестрой толпы и его холодный вид заставил напрячься многих гостей. Хозяин дома был недоволен. - Ты позволишь ей говорить такое?! Кого оставить, а кого вышвырнуть, как собачонку! Да как она посмела?! Ее голос раздавался эхом, все молчали и редкий звон бокалов не давал власть мертвенной тишине. Волков взял пьяную девицу за локоть и вывел. И на этом все разрешилось. Музыка снова зазвучала в зале, а недавние зрители снова праздновали, как ни в чем не бывало, изредка поглядывая на Леонову, которая бледнела все больше и больше. Какая муха ее укусила? Действительно, кто дал ей право кого - то выгонять?! Она не хозяйка этого дома, а такая же гостья, как и все остальные. Третий и четвертый бокал были выпиты ею залпом. Ведьма была сконфужена, она стояла где - то в углу и не могла прийти в себя. Силой мысли откинуть другого на несколько метров. Какие открытия еще ее ждут? Горячая ладонь легла на ее плечо и Марина повернулась. Волков аккуратно взял двумя пальцами девичий подбородок, осматривая. Это смутило девушку еще больше. Она небрежно смахнула его руку. - Все в порядке. Злость ярко вспыхнула спичкой. Марина резко подняла голову и в ее глазах мелькнула обида. - Как она вообще сюда попала?! Ты совсем не смотришь, кого приглашаешь?! Эта крашеная... И так же резко погасла. Ведьма опустила голову и ее взгляд жадно впился в черный галстук. - Я поставила под сомнение твой авторитет? Девушка спросила это тихо, словно затрагивала интимную тему. Александр приложил усилия, чтобы не улыбнуться. - Я не должна была... - Ты все правильно сделала. Этот праздник показал Марине, насколько интересен этот мир, как много она не знает и как усердно ей нужно будет обучаться магическим наукам. Серые дни, сменяющие друг друга, красное вино на вечер и редкие встречи с подругами, ей этого очень, очень мало. Захотелось жить. Ощутить жизнь, узнать на вкус, увидеть ее цвет, почувствовать. На ощупь. Пятый бокал, который заботливо подал девушке колдун, помог ей отойти от этого инцидента. И, вскоре, Марина не ощущала на себе ни чужих липких взглядов, ни стыда. Когда он протягивал ей свою ладонь, когда вел в медленном танце, словно она была сделана из шелка и стекла. Когда он смотрел на нее, как смотрит ребенок на огромный моток сладкой ваты. Когда гости начали расходиться, а она стояла рядом с ним и надменно принимала от некоторых гостей кивки, что равносильно поклону.

Когда колдун, улыбаясь, подавал ей шестой бокал.

Когда утомленную нес ее на руках через весь зал.

И прежде чем окончательно потерять сознание, она подумала:

"Кажется, носить никакущую меня на себе входит у него в привычку"