"Александр"

Он наблюдает за ней. Не первый день и не первый месяц. Он знает, кто она такая. Первая озерная ведьма обосновавшаяся в человеческом мире. Это кажется ему весьма необычным. Она молода, ей 25 лет отроду и она каждый день мирится с тем, что сжигает до тла. Она мирится с одиночеством. Оно присутствует в каждом ее движении, жесте, в ее задумчивом взгляде. Самое странное то, что она не боится его, а принимает как должное. Ведь она знает, кто есть на самом деле. Черные туфли на тоненьких шпильках отбивают свой собственный ритм, спокойный, размеренный. Девушка, сжимая серую папку своими тонкими пальцами не спеша идет в архив. Несмотря на свое внутреннее состояние, она прямо, гордо держит спину. Время близится к полуночи. Тускло освещенные коридоры Министерства Недропользования России давно знают эту личность. Два с половиной года. Ведьма сворачивает направо и скрывается за поворотом, а мужчина нехотя переводит взгляд на документы. Берет ручку, ставит размашистую подпись и закрывает папку. Он все еще стоит на ресепшене и думает о похьеле, в которой ему сейчас так хочется оказаться. Наконец, девушка выходит из-за угла, проходит пару метров и резко останавливается, встречаясь с внимательным взглядом министра. Она резко отводит взгляд в сторону и недовольно морщится. Затем, идет к вешалке, стоящей не далеко от ресепшена и снимает с вешалки старенький тренч кремового цвета. Пока она надевает его, Волков успевает разглядеть ведьму поближе. Черная юбка-карандаш, белая блузка, рыжие волосы заколотые в шишечку невидимками. Леонова завязывает широкий пояс на талии в бант, надевает сумку на плечо и гордо вздернув нос, идет к выходу из здания. Губы ее поджаты, взгляд угрюм, девушке неприятно чувствовать на себе взгляд министра. Шпильки отдают совсем иной ритм - нервный, возмущенный. - До свидания. Его глубокий голос эхом раздается во мраке просторного помещения, отскакивает от стен и долетает до ушей ведьмы. Он не понимает, зачем сказал ей это. Либо из вежливости, либо затем, чтобы она обратила на него внимание. Она останавливается и поворачивает голову в его сторону. Ровно три секунды девушка смотрит на мужчину в черном пальто и сухо кивает в ответ. Затем продолжает свой путь и, отдав охраннику ключи, выходит из здания. Волков долго смотрит ей вслед своим проницательным взглядом. Она определенно его недолюбливает. До сих пор помнит ту экспедицию в Карелии. Злопамятная.

***

Следующие два дня девушка не появлялась на работе. Волков смотрел на длинный коридор, где каждый день проходила девушка и недовольно морщил лоб. Почему она не на своем рабочем месте? Где ее носит? Она что, совсем страх потеряла?! Волков был недоволен. Волков был зол. Она работает здесь больше двух лет и работает, кстати, неплохо. Он привык видеть ее каждый день, наблюдать, как она идет в архив с очередной стопкой папок, смотреть на выражение ее лица, на ее одежду, на то, как она заплетает свои длинные, рыжие волосы. Волкова волновало то, что ее нет на рабочем месте. Волкова волновала она. Не появилась она и на третий день. Министр "навестил" ее непосредственного начальника с этим вопросом. Его вспотевший лоб, раболепный взгляд, Волков видел, что его подчиненный что-то недоговаривает, но допытываться не стал. Оказывается, что г-жа Леонова подала заявление по собственному желанию. Дрожащей рукой Павел Игнатович протянул Волкову заявление, написанное девушкой. Александр буквально вырвал заявление из рук пузатого чиновника и ушел, напоследок хлопнув дверью. Министр поднялся к себе в кабинет. Шесть часов вечера. Где там ее личное дело?

***

Леонова жила на старом Арбате. Министерство Недр выдало ей новую, обустроенную квартиру, не без помощи министра, как догадывалась девушка. Войдя в подъезд и поздоровавшись с консьержкой, ведьма подошла к лифту. "Не работает", - гласила табличка. Девушка выругалась и пошла по лестнице. Добравшись до пятого этажа, она свернула налево, доставая из сумки связку ключей. Остановившись у двери своей квартиры, девушка услышала медленные шаги, словно кто-то подкрадывается к ней, смакуя момент. Ее охватил страх, конечности онемели. Кто это? Маньяк? Грабитель? Консьержка ведь не пускает кого попало. Рука девушки медленно тянется к сумочке, нащупывает складной нож и быстро достает его. - Добрый вечер, Марина Ивановна. Она резко разворачивается, бумажный пакет рвется прямо в ее руках и на кафельный пол со стуком падают крупные зеленые яблоки, словно теннисные мячики. Она долго смотрит на Волкова и думает о том, что такие как он не меняются. То же пальто, чёрный галстук, волосы, зачесанные назад. И этот взгляд, глубокий, пугающий, он режет её, словно она мясо на разделочной доске. Марина чувствует себя ничтожеством перед ним. Сама не знает почему. Может, потому что он сильнее неё в сотни раз и может скрутить её лебединую шею, завязав в три узла? Или потому что он колдун. А может, она просто завидует ему? Сильный, не зависящий ни от кого и ни от чего, а главное - имеющий силу, ту самую силу, которой так не хватает Марине, чтобы дать отпор, защитить себя от всего плохого, что могло бы ей угрожать. И она бы не жила в страхе, непонятном страхе за свою жизнь. Эта девочка - ведьма и никуда ей от этого не деться, не переиграть свое одиночество во что-то положительное, хорошее, потому что одиночество - есть плохо. Она знает об этом. И она боится. Девушка сжимает нож сильнее, так, что белеют костяшки ее пальцев. Железка здесь бессильна. Разве что, по венам себе резануть. Марина может носить с собой газовый баллончик, тысячу и один нож, травматику, но все это бессильно перед Волковым. Он древний колдун, он присутствует в ее жизни и ей ничего с этим не поделать. Девушка шумно выдыхает и прикрывает глаза. Зачем он пришел? Она же позавчера написала заявление об уходе. Но он и до этого к ней не приходил... Марине тяжело стоять, переминаясь с ноги на ногу и то, что туфли на танкетке, только ухудшает ее положение. Она поднимает на мужчину замученный взгляд. - Добрый вечер, Александр Александрович. Она не улыбается ему. Даже ответное приветствие звучит как-то бесцветно, безжизненно. У Марины нет сил на притворство, даже на проявление эмоций, в какой-то момент ей становится невообразимо жалко себя. Она кладет нож в сумку и переводит взгляд на яблоки. Они все так же мирно лежат на полу и ждут, когда их поднимут. - Зачем вы пришли? - Она собирает жалкие крохи самообладания и поднимает строгий взгляд на Волкова. - Вы, - мягко начал министр, - недавно написали заявление об уходе. Я бы хотел узнать причину. - А вы ко всем сотрудникам домой приходите, когда узнаете, что они увольняются? Что, в Министерстве такая острая нехватка кадров? - Цокнула языком Леонова и покачала головой. Она спрыснула свой яд на неприятеля и стало намного легче. - Я, кажется, задал вопрос. Волков не оценил дерзкую шутку. Девушка поджала губы. - У меня на то свои причины. Уходите. И на этот раз с ней не получилось по нормальному. Он пришел к ней. Сам. Поздоровался. Спросил, почему она решила уйти. Все вроде бы правильно, вежливо, но она опять умудрилась все испортить. Ей минуло 25, а она осталась такой же дерзкой студенткой. Рыжие вьющиеся волосы стали еще длиннее, характер резче, а формы - больше. Да, особенно формы. Больше. Ему не хватило и пяти минут, чтобы оценить ее внешний вид. Длинная фиолетовая майка, из-под которой виднелись джинсовые шорты. На ногах какая-то странная обувь под цвет этой странной бесформенной тряпки, похожая на туфли, высокая. Волков в женской обуви совершенно не разбирался. Зачем она так ходит? Слишком открыто для девушки, работающей в Министерстве. Александр почувствовал напряжение в чреслах и ослабил галстук. - Марина, - Начал он. - Ивановна, - Поправила его она. - И я попрошу вас уйти. Она слишком много о себе возомнила, строит из себя недотрогу. Надо указать ее место. Будет он еще ее уговаривать, эту мелкую пигалицу. - Ты, соплячка, - Волков сделал шаг вперед. А вот теперь Марина действительно испугалась. Вчера она смотрела какой-то фильм ужасов, там маньяк девочек в подворотни затаскивал и резал. Отрезал им уши, нос, расчленял и вытаскивал детородные органы. Кадры из фильма услужливо всплыли в рыжей голове и Марина закричала. Нет, заорала. Громко-громко, словно она одна из этих девочек, которых в итоге и убивал серийный убийца. Закрыв рот ладошкой, ведьма уставилась на мужчину так, будто это он виноват в ее странной выходке. Волков застыл на месте. Она выглядела почти как ребенок, визжащая перед взрослым дядькой, который грозился отшлепать ее за плохое поведение. "Грозился отшлепать ее за плохое поведение." Александр не сразу понял всю двусмысленность этой фразы, неожиданно всплывшей в его голове. Или наоборот, он знал с самого начала, о чем подумал? Мужчине стало тяжело дышать и он ослабил галстук. Если бы Волкову предоставилась такая возможность, то он, непременно, воспользовался бы ею. Он бы наказал ее за столь отвратительное поведение. Отодрал ремнем. Или розгой, чтобы она визжала от боли и плача кусала свои пухлые губы. Александр позволил себе прикрыть глаза и представить себя в роли жестокого помещика, коим и был когда-то, а Марину - крепостной крестьянкой.

***

Девушке было всего семнадцать лет. Одна была крепостной крестьянкой в его большом имении и не знала ничего, кроме тяжкого крестьянского труда. Была на диву всем худа, белокожа и обладала рыжими, как огонь волосами, поэтому и зналась ведьмой. Местные прозвали девку "рыжей-бесстыжей", так как все знали простые истины: "Рыжий да красный – человек опасный", "Один в лес не ходи, с рыжим дел не води." Девушку многие опасались, но обращались с ней хорошо, так как все знали, что та нравилась барину и была у него на хорошем счету. Был июль месяц. Духота стояла страшная, рыжая крестьянка в белом ситцевом подобии платья бегала с одного конца поместья на другой, еле поспевая поить лошадей. Бегала она босиком, потому что ноги в обуви сильно уставали. Когда юная красавица пробегала мимо старосты, то тот недовольно морщил лоб и приговаривал что-то несуразное, мол," будет тебе еще, лохмотница". В какой-то момент он не вытерпел и остановил босячку, чтобы отчитать. Между неуступчивой крестьянкой и старостой завязалась ссора. Старый мужчина размахивая руками, показывал рыжей кулаки, та - ему дули крутила перед носом и топала ногами, показывая недовольство. Никто не решался вмешаться и все делали вид, что ничего не происходит. Когда в старосту полетел кувшин с водой, решил вмешаться сам барин, хозяин поместья. Мужчина шел быстро, размашистым шагом, он недоумевал, что этому старому нужно от рыжей Маринки. Он подходил ближе и прислушивался к разговору. - Все девки как девки, а эта ходит тут не пойми в чем, оборванка, босиком! Ну погоди, найдется на тебя управа! Не я, так барин тебе по шее даст! Совсем распустилась, девка! - Молчи, пень старый! Я все сама барину расскажу и он тебе розги даст, да так даст, что кости все переломаются! Пугает он меня! Девушка была так увлечена угрозами, что даже и не заметила, как староста побледнел и опустил голову. А барин смотрит на спину девки в белом ситце, ухмыляется, сам напросился, старый, за что боролся на то и напоролся. - ...Будешь знать! Да я тебе так наколдую, год будешь хромой ходить! Да и все вы на одно лицо, что ты, что барин! У обоих одно сено в голове, дурака два, один лучше другого! Два братца-акробатца! Да я вас всех!... Поздно же Маринка опомнилась. Повернулась она, а сзади барин стоит, злой, да такой злой, что лицо перекошено. Слышал...Точно, все до последнего слова слышал! И прямо на Маринку смотрит, а в глазах злость клокочет да черти пляшут. - Иван, розги в сарай. Быстро, - Твердый голос барина говорит о том, что на этот раз, Маринке наказания избежать не удастся. Староста срывается с места и бегает от одного сарая к другому, приготавливая все необходимое. Девушка вертит головой в разные стороны, ища защиты хоть у кого-нибудь, и, не найдя таковой, переводит напуганный взгляд на своего барина. Он смотрит нам нее надменно, колко. Она медленно делает шаг назад, еще один, затем разворачивается и бежит от него, быстро-быстро, куда глаза глядят, ступни ее ног едва касаются зеленой травы. Барин, конечно, не дурак, понимает, что девка далеко не убежит, но все равно срывается с места и догоняет ее. Взваливает себе на плечо и несет в сарай. Она брыкается, вырывается, кричит, хотя знает, что на барина нет управы, потому что он - барин, и все тут. Зайдя в сарай, мужчина ставит свою ношу на ноги и хватает толстую веревку, свисающую с потолка. Крепко связывает тонкие запястья девушки про себя отмечая, что она плохо ест. Он подходит к резной лавке, на которой стоит большое банное ведро с розгами. Окунает руку в воду. Вода горячая, розги свежие, длинные, метра полтора в длину, не меньше. А Иван хорошо постарался, видать, не любит Маринку сильно. "Ох, как она будет кричать," - Думается мужчине, когда он медленно достает розгу из горячей воды. Он переводит взгляд на девушку, а та в страхе смотрит на злосчастное ведро. Лицо ее становится бледнее прежнего, губы ее дрожат, усилием воли она переводит взгляд на своего палача. - Барин, где властвует злоба, там мудрости делать нечего, жизнь слишком коротка, чтобы её тратить на гнев. Милость всегда лучше наказания. Мужчина подходит к ней не спеша, будто растягивая удовольствие. Тем временем девушка топчется на сене и продолжает: - Судить других – это составлять приговор и для себя, барин. - А я не сужу. Я наказываю, - грубо отчеканивает он и нежно проводит розгой по голени девушки, поднимаясь все выше. Ситцевое платье доходит до ее колен, но это не останавливает барина, розга поднимается все выше вместе с белой тканью и останавливается где-то на внутренней стороне ее бедра. -Что же ты делаешь, Маринка, - Мягко начал барин, - ходишь не убранная, не заплетенная, не обутая. Старосту обижаешь, мужам головы мутишь, баб до белого каления доводишь. Нехорошо. Крестьянка начинает краснеть. Барин смотрит на нее, любуется, розга касается ее длинных кудрявых волос, затем плавно скользит по розовым губам. Маринка возмущенно отворачивает голову и снова сталкивается взглядом с мужчиной. Он странно на нее смотрит, очень странно, Марина видит этот взгляд и внизу живота странно тянет. - Ты всех мужчин на грешные мысли обрекла, Маринка. Всех. Даже меня. Розга скользит по длинной шее и спускается к груди. Девушка начинает часто дышать, странные вещи происходят с ней. Розга продолжает изучать молодую грудь и барин с удовольствием наблюдает, как на ситце начинают проявляться затвердевшие соски. - Даже меня, - Повторяет он одними губами и уже остывшая розга снова начинает свое путешествие по телу юной крестьянки. - Ирод проклятый, - Тихо выплевывает девушка, - Развратник! Черт лесной! - Рыжая девка выкрикивает ругательства, а барин откидывает розгу и рвет руками ситцевую ткань на части, желая добраться до того, куда еще не падал вожделенный мужской взгляд. И Александр добивается, чего хочет. Он видит ее совсем нагой. Совсем. Ее упругую грудь с розовыми сосками, стройные ножки, а между ними - треугольник рыжих кудрей. Она хрупка, худа, и в какой-то момент барин сомневается в правильности своих действий. Но ее взгляд, непокорный, полный отвращения к его персоне отметает все. Мораль, рассудок, последствия. Он подходит к ведру и вынимает из горячей воды еще одну розгу. Девушка не мечется в страхе, не просит ничего, а просто ждет. И это раззадоривает так сильно, что Волков в спешке становится позади Маринки и кончик розги ласкает спину девушки. Идет медленно по позвоночнику, доходит до упругих ягодиц и останавливается. Он не будет медлить. Марина успевает ощутить влагу между ног, прежде чем сразу два удара обрушиваются на ее ягодицы. Из сарая доносится женский визг, затем крик, переходящий в громкий женский плач. - За ирода. За черта, - На ее бедный зад снова и снова падает розга с характерными щелчками. Нет, он не рассекает ей кожу, на ней остаются только красные полосы, но и этого с лихвой хватает Маринке. Она кусает губы до крови, кричит, плачет и, наконец, начинает просить о пощаде. И Волков останавливается. Он отбрасывает орудие наказания в самый дальний угол. И сколько розог ушло на наказание этой дерзкой крестьянки? Одна. Он пожалел ее. Девушка громко плачет, рыжие волосы прилипают к мокрому от слез лицу. Это не останавливает барина. Медленно, нежно он начинает покрывать поцелуями ее плоский живот, будто извиняясь за причиненную боль. Его горячие губы поднимаются к ее груди и начинают терзать ее. Губами. Зубами. И боль от розог отходит на второй план. На первый приходит стыд. - Пожалуйста, - почти шепчет она. Барин развязывает запястья своей жертвы и тут же подхватывает ее, потому что стоять на ногах она не в состоянии. Александр кладет девушку на еще не пожелтевшее сено и начинает неистово целовать. Его губы блуждают по всему ее телу не видя сопротивления, да и какое тут сопротивление теперь. Дойдя до внутренней стороны ее бедер Волков не останавливается и продолжает свое путешествие. Девушка громко стонет, теперь уже не от боли, а от наслаждения. Его горячий умелый язык скользит вверх-вниз по ее горячим складкам плоти, посасывает набухший клитор, разжигая в девушке тот порочный огонь, который уже давно поглотил его разум. Через пару секунд крестьянка выгибается и, хватая мужчины за волосы, издает крик летучей мыши.

***

Колдун открыл глаза и огляделся. Ему хватило секунды, чтобы прийти в себя и начать адекватно соображать. Неизвестно, сколько он простоял у ее квартиры, сжимая руки в кулаки и зажмуривая глаза. Наверно, долго. Пора заканчивать возиться с ведьмой и идти по своим делам. Мужчина резко садится на корточки и собирает зеленые плоды, которые так и не удосужилась собрать испуганная рыжеволосая девица. Он стучится в дверь, хотя есть звонок и, не дождавшись ответа, начинает диалог. - Марина, открой. В ответ молчанье. - Марина, открой, я отдам тебе яблоки. Министр слышит в ответ лишь тишину и ему становится как-то неловко, даже стыдно перед самим собой. Он никогда раньше так не делал. Не стоял у девушек под дверями и не пытался вытянуть их за порог, чтобы поговорить. Поговорить... Нет, он не будет с ней говорить. Он будет указывать ей, что делать. Вернуться в Министерство и делать свою работу как раньше, потому что ему так комфортно. Потому что ему так нравится. Шесть дней в неделю видеть ее рыжую макушку, строгий взгляд ореховых глаз, взгляд ведьмы, ее взгляд. Колдун сильнее ослабляет галстук. Его бросает то в жар, то в холод, он начинает злиться на самого себя и снова его руки дергают этот бедный, бедный галстук. Александр слышит лязг замка в двери, значит, мышь решилась выйти из своего домика. Чародеи понимают, что сейчас они будут говорить.