В вечном заточении.

Джек снова пристегнул руки пленницы. Вокруг мелькали черные блики. Глаз жгло, он сильно чесался. Так и хотелось вынуть руку и запустить в глазницу пальцы, чтобы извлечь всю эту дрянь. Парень смотрел на Киру, не отводя взгляда. Он медленно приблизился к ней. - Это даже лучше, чем я думал. – Тихо произнес убийца. – Что ты чувствуешь? - Тебе во всех подробностях? – ехидно проговорила Доусон. - Желательно. – Совсем не обратив внимание на тон девушки пробормотал маньяк. - Ну, очень болит глаз. Чешется сильно. Голова гудит, и я почти ничего не вижу правым глазом, блики на свету. Еще у меня большое желание убить тебя, это нормально? – снова усмехнулась та. - Не получится. – медленно проговорил он. Джек взял скальпель в руку и провел по пока еще не тронутой руке. Левую руку обожгло сильной болью. Синеглазая выгнулась и зашипела. - Что не так? – сквозь боль выдавила она. - Заткнись. – беззлобно произнес парень. Он пристально наблюдал за её кровью. Вытянул язык и проник в рану. Пленница громко выдохнула и стиснула зубы, стараясь не кричать. В голове снова забила тупая боль. Девушка корчилась на столе, пока маньяк наслаждался её плотью. Он придвинулся ближе и приложился губами к порезу. Кира почувствовала острые клыки на коже, маньяк медленно прокусывал ее. Он схватил руку жертвы, что бы та не могла вырваться, и укусил. Доусон закричала от боли и обмякла на столе. Глаз уже ничего не видел, голова очень сильно кружилась, синеглазая почувствовала, что сейчас вырвет. Маньяк уже отпустил её руку и довольно, вытирая рот рукавом, проговорил: - Твой вкус не изменился. Результат меня радует. – Его слова разносились монотонным эхом в голове несчастной. Уже совсем ничего не соображая, девушка упала в обморок. Пришла Кира в себя довольно нескоро. Она не хотела открывать глаза, так как боялась, что все еще лежит на этом чертовом столе. Однако её руки были не сцеплены тугими ремнями. Ладони касались шершавой поверхности матраса. В голове отдавались глухие удары. Девушка решила не открывать глаза, однако сильная жажда не давала ей расслабиться. Попытки дотянуться до заветной прохладной воды не увенчались успехом, и, пересилив боль, она все же открыла глаз. Медленно поднесла руку к дыре на лице. Пальцы тряслись, и Доусон боялась ощутить, что теперь слепа на один глаз. Проводя по щеке, она вытерла слизь и попыталась рассмотреть её. Жидкость оказалась теплой и довольно противной, слегка склизкой и вязкой. Стараясь не тревожить рану, она тихонько провела пальцами выше, ощущая пустоту, небольшая дыра образовалась теперь в некогда красивом синем глазе. Пленница заплакала, убирая руку. Паника охватила все тело. Страшно было осознавать, что сделал с ней этот маньяк. Пересилив головную боль, она повернула голову, чтобы осмотреть комнату и найти наконец эту проклятую бутылку. Пластмассовая ёмкость оказалась в конце комнаты. “Ну, супер” – пронеслось в голове. Кира попыталась повернуться, но сильная боль в плече вернула её обратно. “Нужно встать.” Мысленно приказала она себе. Напрягая пресс, девушка решила сесть. Кое-как у неё получилось, очень медленно, хватаясь рукой за стену, она поднялась на ноги. Синеглазую всю мутило и шатало из стороны в сторону. Вся в порезах и бинтах. Почти не осталось живого места. Она спокойно переступала с ноги на ногу, бродя по холодному каменному полу. Дойдя наконец до бутылки, Доусон аккуратно присела и подняла ее, открыла крышку и жадно впилась. Во рту она почувствовала горьковатый вкус, похоже, эта слизь попала внутрь. Отхаркавшись, одноглазая набрала немного воды и прополоскала рот, вылив содержимое в ведро с отходами. Влила в ладошку и попыталась стереть хоть немного черной смоли с лица, однако она все ровно потихоньку выливалась из глаза. Снова хватаясь за шершавую стену, пленница привстала и побрела к матрасу. Терпя боль, она легла на спину и закрыла глаз. Заснуть было трудно, поэтому единственным оставалось лежать и надеяться, что раны, хоть немного, но утихнут. Снаружи слышались странные шорохи. Кира попыталась прислушаться и поняла, что это сипло дышит её "сокамерница". “Что же она так громко дышит?” – удивленно подумала девушка, но даже не подумала встать. Прикрыв глаза, она лежала, ожидая безысходного конца. - Ты не понимаешь, Тим. До тебя не доходит, что я не буду помогать ему. Что вы вообще ко мне привязались? – Доусон услышала голос Джека. Он находился недалеко от двери, но она могла разобрать слова, хоть и не прислушивалась. - Это я не понимаю? В который раз Тонкий приказывает нам идти к тебе и любой ценой заставить тебя вернуться. – Голос неизвестного собеседника был злой и угрожающий. – Я не собираюсь постоянно приходить к тебе и уходить ни с чем. Либо ты приходишь по-хорошему с нами, либо он сам придёт за тобой. У него и так дел по горло, поэтому он не может сам сделать это. Перестань сопротивляться и сделай уже то, что от тебя требуется. - На днях я уже выбивал из вас дурь. Стоит повторить, как думаешь? – С угрозой в голосе проговорил Джек. - Попробуй, слепой. – С вызовом кинул убийце его собеседник. – Брайан, ты ничего не хочешь добавить? – Похоже, кто-то еще, кто носил имя Брайан, молчал. – Ну, раз тебе все равно, то стоит как-то решать проблему. - Мне некогда расхлебывать ваше дерьмо. Сами полезли, сами и выпутывайтесь. Отвалите от меня наконец. – Как-то устало проговорил маньяк. - Ублюдок упертый. Да он тебя по стенке размажет. – В комнате послышалась какая-то потасовка. Кресло упало, и Кира услышала характерные удары по лицу, вскрики боли и хруст костей. - Мудак чертов. – Прошипел от злости Тим. Еще удар и глухой вскрик парня. После, кого-то откинуло к стенке. Прозвучал звук разбивающихся стёкол, как будто что-то тяжелое выкинули из окна. - Пошли на хуй! – Крикнул разъяренный Джек. – Сид! – Позвал убийца кого-то. – Проводи наших гостей. И проследи, чтобы они не вернулись. Тоби, передай своему Тонкому хозяину, что он не имеет надо мной никакой власти. И пусть больше не смеет угрожать мне. Если это еще раз повторится, я убью вас. Ты меня понял. – Сказал маньяк, утверждая каждое предложение. - Ты об этом пожалеешь. – Произнес Тоби и дверь в дом захлопнулась. В комнате наверху послышались звуки разбивающейся мебели и посуды. Похоже, убийца пришел в ярость. От злости он разбивал мебель и на что-то злился. “Тонкий? Это что, погоняло какое-то, что ли?” – приподняв бровь, подумала Доусон. Наступила странная тишина, и в подвал, чуть ли не сбивая с петель дверь, ворвался Джек. Он быстрыми шагами подошел к двери соседки Киры и открыл замок. Та беспомощно забилась в угол и поскуливала от страха. Убийца жестко схватил ее и потянул на стол, девушка упиралась. Одноглазой стало интересно, что там именно происходит, и она, медленно поднявшись, тихонько подошла к двери. Джек избивал девушку. Послышался глухой удар в грудь, и та обмякла у него на руке. Парень поднял ее и понес к столу, бросил сверху и пристегнул ремни. Пленница была без сознания и Джеку это явно не понравилось, и он, подойдя к шкафу, вынул инструменты и какую-то бутылку. Открыл крышку и поднес к носу девушки, подержав так какое-то время; жертва заворочалась, и застонав, открыла глаза. Её зрачки расширились от ужаса, и она в панике забилась на металлическом столе, пытаясь высвободить руки. Убийце нравилась её реакция. Он ядовито улыбнулся и взял скальпель в руки, его орудие пыток всегда было чистым, оно блестело в его руках, такая чистота никак не сочеталась с окружением этого темного, прогнившего места. - Нет, не надо, пожалуйста!!! – Взмолилась девушка. Доусон волновалась и стала покусывать губы, она почувствовала, как по щеке медленно текла слизь, и та рефлекторно смахнула ее с лица, вытерев руку о штанину. Джек даже не посмотрел на жертву. Он поднес скальпель к ее боку и вонзил в пленницу. Девушка неистово забилась и попыталась высвободится, однако маньяк резко провел инструментом вниз и сделал в ней глубокую рану, та все продолжала кричать от боли, её голос срывался в хрип, из глаз лились слёзы. Убийца безжалостно сунул руку в рану, и, нащупав нужный ему орган, вырвал из тела жертвы. Несчастная забилась в припадке, у нее изо рта полилась кровавая пена. Джек положил орган в уже заранее подготовленную банку, взял со стола нож и воткнул в грудь жертве, пробивая ей тем самым грудную клетку. Кира в ужасе наблюдала за процессом. Руки вспотели от волнения и предвкушения кровавого зрелища. Что же так разозлило убийцу? Джек срезал кожу с девушки, скидывая ненужные ему ошметки в ведро под ногами и принялся разрубать, как мясник, реберные хрящи. После, маньяк вырвал грудину из тела девушки и кровь брызнула в него, заливая черную толстовку. Он запустил руку внутрь и вытащил из её уже мертвого тела сердце. Оценивающе посмотрел на него и облизал, надкусывая орган. Слегка хмурясь, бросает его в соседнею банку от почки. Проходит к другой стороне трупа и разрезает плоть, достает вторую почку и кладёт ее рядом с первой. Маску он отложил на стол, где лежали все его инструменты, и продолжил потрошить девушку, вынимая органы и складывая рядом с телом, либо по банкам. Синеглазая уже не чувствовала отвращения к такого рода занятиям, а безразлично наблюдала за действиями убийцы. Тот, наконец, закончил с верхней частью туловища и принялся за ноги. Срезав аккуратно кожу с помощью скальпеля, Джек скинул ее в ведро, которое уже доверху забилось. Взял в руки тесак и стал рубить конечности, складывая в большой таз на столе. “И как я раньше его не видела?” – подумала девушка. Закончив наконец свою работу, убийца принес сверху строительный мешок и стал складывать в них ненужные ему остатки трупа. “А потом в ванну и залить серной кислотой? Хотя вонь бы тут стояла ужасная. Скорее всего, он сжигает трупы” – рассуждала Кира. Джек же переносил остатки убитой из подвала, расставил банки по полкам, и, взяв в руки таз с порубленными ногами и руками, вышел из подвала, закрыв за собой дверь. Доусон вернулась на матрас и обняла голое тело руками. Её то знобило, то кидало в жар. “Не хватало еще заболеть, этого мне еще не хватало” При данной обстановке пленница могла заболеть очень легко. Из-под двери продувал прохладный воздух. Девушка закашлялась и легла на матрас. На её лице проступала странная улыбка от воспоминаний недавнего жестокого убийства.