ОЖП и ОМП: что, зачем и как? +509

Статьи — публицистический текст о фэндоме или писательском искусстве
Ориджиналы

Рейтинг:
PG-13
Жанры:
Юмор, Фэнтези
Размер:
Мини, 10 страниц, 1 часть
Статус:
закончен

Награды от читателей:
 
Пока нет
Описание:
Что такое ОЖП и ОМП? Зачем они вообще нужны? И как же всё-таки о них писать?

Публикация на других ресурсах:
Уточнять у автора/переводчика

Примечания автора:
Традиционно предупреждаю, что всё, сказанное ниже - информация к размышлению, а не стопроцентная формула успеха или Скрижали Вселенской Истины.
Приятного прочтения. =)
22 января 2015, 21:16
Всем здравствуйте! На связи Софьюшка с очередной статьёй на достаточно актуальную и часто вызывающую вопросы тему.

Думаю, у каждого фикрайтера хотя бы раз наступал в жизни момент, когда каноничных персонажей для формирования сюжета не хватало. Возможно, дело было в том, что для передачи новой идеи требовались герои, аналогичных которым в произведении-первоисточнике не нашлось, а возможно, в том, что хотелось приставить к любимому персонажу пару за отсутствием или же полным неприятием каноничного варианта. Не столь важна мотивация, сколь факт: требовался новый персонаж в количестве одна (или более) штука. Вот так создашь – и в ужасе крутишь головой по сторонам: не слишком ли персонаж получился сильным, не выделяется ли, и вообще, много где говорят, будто бы ОЖП с ОМП – дурной тон, да и пишут их только ЙА с больной фантазией…

Что сказать про такие выкрики? Не так чтоб они были совсем беспочвенны, но это, господа и дамы, стереотип. Такой же, как то, что все женщины любят ходить по магазинам, а сисадмин бородат, неопрятен, рассекает в свитере с оленями и с котом на плече.

Пойдём по прямой дороге, начиная, как водится, с начала. Какого рода персонажи попадают под ОЖП и ОМП?

Что?

Как уже упоминалось чуть ранее, сложился стереотип, что «ОЖП» или «ОМП» в шапке всенепременно символизирует пейринг каноничного персонажа и неведомой авторской кракозябры. Одними произведение уже на этой стадии записывается в неликвид, другие же бросаются читать в надежде на красивую романтику и сочные постельные сцены.

И очень часто, как водится, обламываются.

Почему? Потому что ОМП и ОЖП могут являться:

1) Фоновыми НПС (для незнающих – это обозначение «неигровых персонажей» в компьютерных играх, в переносе на литературу, в моём исполнении, – любые персонажи, не являющиеся фокальными), играющими большую роль в сюжете. Главными героями всё ещё остаются канонические, однако преуменьшить значимость НПС тоже сложно.

2) Злодеями, так как каноническим героям нужно с кем-то бороться, а читать о невесть каком хитроподвывернутом возрождении старого врага не всегда интересно.

3) Главными героями, которые, тем не менее, полностью исключают присутствие каноничных и могут с ними даже не пересечься.

Конечно, ни тот, ни другой, ни даже третий случай не отменяют вероятность любовной линии. Фоновый НПС может по каким-то причинам привлечь внимание авторского «любимки»; злодей или злодейка может привлечь своей тёмной харизмой, предысторией, да хоть бы и желанием главного героя перетащить «зло» на светлую сторону (а «зло» может жаждать проделать обратную операцию); авторский герой может пересечься с героями первоисточника, полюбить кого-то из них, но дальше их пути разойдутся – чтобы потом снова сойтись или навсегда, чтоб во имя драмы.

Итак, в общем и целом, что же такое ОЖП или ОМП? Ответ, в общем-то, кроется в самой аббревиатуре. «ОП» – оригинальный персонаж. Я бы сказала – любой персонаж, не предусмотренный каноном и играющий какую-либо роль в сюжете. К чему последнее уточнение? К тому, что в противном случае пришлось бы вписывать это предупреждение к любому фанфику, где автор пытается описать вокруг героя живой мир, а не пустое пространство. Так или иначе, мелькнёт какая-нибудь фоновая официантка, прохожий, бандит на большой дороге, безымянный, но, тем не менее, авторский. Теперь собираем в кучу.

ОП – персонаж, порождённый исключительно воображением фикрайтера, никоим образом не фигурировавший в каноне, играющий заметную роль в сюжете фанфика. Персонаж, работающий исключительно на атмосферу и не имеющий сюжетной роли, в пометке «ОП» не нуждается.

Зачем же такого рода герои вводятся в сюжет? Об этом подробнее в следующем пункте.

Зачем?

Так как на примерах всегда рассматривать легче, попробуем на примерах. Итак, давай представим абстрактную историю, скажем, продолжение приключений какой-нибудь команды персонажей после окончания основного сюжета. Живут они в фэнтезийном мире, похожем на каноничное Средневековье, только со вполне реальной магией. Героям предстоит сразиться с неким злом, но их мало, а легионы зла несметны, и творят страшные дела не только рядом с героями, где те могут помешать, но и по всему миру. Где и зачем в этой истории могут появиться ОП?

Где-то на просторах интернета встречалась мне шуточка, что «фэнтези – это когда все всё время куда-то идут». Действительно, есть такой архетипический момент, т.к. путь в самом обыденном смысле часто используется как метафорическое отображение жизненного пути, а все приключения, в таком ключе, становятся проверкой на прочность, «ударами судьбы», и дело героев – выстоять. Загвоздка в том, что каноничные герои свои «испытания на прочность» уже прошли – значит, нужно формировать новые, исходя из того, с чем герои ещё не сталкивались. И вот тут, в качестве сюжетного двигателя, может возникнуть первый подтип – важные НПС.

Что отличает их от персонажей, созданных «для атмосферы», ведь и последние могут быть очень неплохо прописаны, иметь имя, связную биографию, трагическую историю? То, что их из сюжета без дополнительных хирургических манипуляций извлечь нельзя. Например, если мы просто упоминаем о некоем абстрактном Васе, который, спасая от голодной смерти семью, украл и поджарил соседского порося – это работает на атмосферу, кое-что говорит о сложившейся обстановке (особенно если упомянуть, что Вася был до того мужиком уважаемым и честным), но Васю ОП не делает. Если же Вася с голоду крадёт порося у героев, которые собирались его принести в жертву обитающему в горах дракону, чтобы тот пропустил их через своё логово на ту сторону гор, где как раз обретается Тёмный Властелин, дело уже другое.

Во-первых, это является двигателем сюжета: раз порося уже зажарили и съели, а в деревне голод и другой пищи нет, героям придётся думать, что делать с драконом. Пойдут ли они через горы тайком, на свой страх и риск, будут драться с драконом, направятся далеко к югу, чтобы обойти горный хребет? Не суть важно, главное, это послужит началом новой сюжетной арки. Во-вторых, это может показать новые грани характера канонических героев. Представим, что победить дракона можно, но только ценой огромных человеческих жертв, гораздо больше, чем погибло бы от голода. Да и от голода люди всё равно будут умирать, одного порося мало, чтобы накормить деревню. Что герой сделает с Васей? Похлопает по плечу, понимающе улыбнётся, поцелует взасос и потребует немедленной свадьбы, повесит на ближайшем суку, скормит односельчанам, возьмёт в качестве проводника через горы, чтобы в случае чего скормить дракону? Если канонический герой прежде с дилеммами такого рода не сталкивался, это может раскрыть его характер с новой, не показанной в каноне стороны.

И тут встаёт вопрос: неужели на место Васи нельзя поставить какого-либо персонажа, уже мелькавшего в каноне, но в третьестепенной роли? Можно, отчего же нельзя. Но тут свои нюансы. Попробуйте ответить на следующие вопросы:

А) Совпадала ли мотивация ОП и предполагаемого канонического заместителя, или имеются отличительные нюансы?

Б) Можете ли вы (а ещё лучше – какой-нибудь независимый эксперт в лице очень честного знакомого), глядя на Васю, представить выбранного героя канона? Накладывается ли образ канонический на то, что вы хотите продемонстрировать?

В) Должен ли третьестепенный герой сейчас находиться в этой точке времени и пространства, или же вам приходится его передвигать для сюжетных нужд?

Если в каком-то из вопросов вас начинают мучить сомнения – скажем, герой по канону честный, в чём-то наивный, но не глупый, а Вася – благородный дурак, или, скажем, герой должен находиться на другом конце света, то вступает в силу ещё один нюанс. Итак, в-третьих, введение ОП предохраняет от изнасилования канонического характера и образа героя.

Пуганая ворона, как водится, куста боится; наслушавшись сказок, что любую ОЖП заклюют, ибо она по-любому Мэри Сью, отдельные особо умные товарищи принялись бодро переделывать канонических героинь. В фэндоме Гарри Поттера даже общеизвестная фраза-мем сложилась: «Гермиона сильно изменилась за лето». Авторы, боясь обвинений в сьюшничестве, тихонько бьют по башке какого-нибудь малозначимого (или даже главного) героя, сдирают с него шкурку, после чего усердно принимаются эту шкурку начинять заготовленной для ОП требухой. Зубрилка становится секс-бомбой, суровая воительница – истеричкой, брутальный дуболом проявляет склонность к рефлексии, рыцарь без страха и упрёка прячется при виде зайца, боясь, что тот его сожрёт. Самое смешное, что при сюжетной необходимости эти типажи абсолютно нормальны, но лишь тогда, когда автор нацелен на нормальную их реализацию и – главное! – честен с собой и с читателями. Т.е. готов признать, что с каноническим персонажем выдуманный герой не имеет ничего общего, кроме, может, какой-нибудь одной точки пересечения (оба, скажем, рыцари, или оба находятся в конкретной местности, где Вася умыкнул порося).

Но вот герои разобрались с Васей, может, даже взяли его с собой, и так или иначе миновали горы. Впереди – обитель легионов зла, и возвышается грозный замок Чёрного Властелина… Тук-тук, кто в теремочке живёт? Вот тут и может появиться второй типаж – злодея.

Тут два поворота сюжета. Первый – каноничный злодей был уже повержен в первоисточнике, новое великое зло – ОП. Второй – каноничный злодей жив (или взят период до его кончины), а ОП – несанкционированный приспешник. Как и Вася, укравший порося, он двигает сюжет, борьба с ним часто служит побочной, а то и главной, сюжетной линией. Не буду повторяться касательно роли в сюжете и раскрытия характера главных героев, сосредоточусь на том, что отличает конкретно этот тип. Зачем же вводятся оригинальные, новые злодеи?

Во-первых, разнообразие. Скажем, предыдущее великое зло было каким-нибудь демоном со дна местной Преисподней. Снова возродить его, конечно, раз плюнуть, вот только битвы с безликим злом в каноне наскучили. Что, если столкнуть героев со злом жизненным, земным? Например, с бароном, который обирает мирное население, из-за чего, собственно, и возник повальный голод. Или с королевой, собирающей вокруг себя секту, умело пользуясь глупостью прежних приспешников демона. Главным аргументом в этом случае будет то, что изменится почти всё – от настроя произведения до морали, ведь сложно сохранить чёрно-белый взгляд на происходящее, когда нет однозначно правых и виноватых.

Во-вторых, формирование конфликта. Протагонист-антагонист. Герой-антигерой. Так или иначе, злодей в этом случае будет на одной воображаемой линии координат с героем, просто на противоположном конце. Противодействие, персонифицированный характер этого взаимодействия придают динамику происходящему – что, согласитесь, затруднительно создать, когда каноничный злодей пал смертью храбрых, а новый на его месте не появился.

Но вот герои сражаются с Чёрным Властелином. А где-то там, очень далеко, за морем-океаном, лежит страна Бурбурляндия. Вас так и манит чарующая даль, тем более сейчас там вовсю идёт борьба за престол, и почва для конфликтов благодатнейшая. Для конфликтов, которые, увы, не имеют к главным героям канона никакого отношения. Да и в первоисточнике Бурбурляндии уделено ровно четыре восхитительных абзаца да пара страниц дополнительных материалов. Вот на такой почве обычно вырастает неприхотливый цветочек под названием ОП, существующий в мире канона, но с каноничными героями имеющий крайне мало связи. Да и окружают его, как правило, те же ОП (за редкими исключениями вроде какой-нибудь упомянутой в каноне вдовствующей королевы Изабеллы Бурбурляндской и ещё парочки важных лиц), и сюжет развивается практически как в оригинальном произведении, но с учётом рамок чужой вселенной.

Здесь вопрос «зачем?», в общем-то, повисает в воздухе. Во-первых, новый герой – это чистый лист, его можно провести через многие испытания, которые покажутся тяжёлыми ему, но не героям первоисточника. Предположим, наш ОП никогда не выезжал за город, а тут нужно проследить за таинственным гонцом, который поедет через Тёмные Леса. Испытание ли это для героев, которые в первой части древнее зло прикончили? Тьфу, а не испытание. А вот для ОП – испытание, ещё какое!

Во-вторых, здесь мы сами, как в ориджинале, определяем «уровень допуска» персонажа, его место в мире, восприятие окружением, да и, в каком-то роде, само окружение. Простор для фантазии безграничен, поскольку сделать ОП мы можем кем угодно – от девочки-прислуги на королевской кухне до пятидесятилетнего казначея или министра. А можем вообще взять бродягу из городских трущоб. Произведения, происходящие в той же вселенной, но без пересечения с главными героями (или с пересечением, но кратковременным), происходящие в неведомых землях, обрисованных в первоисточнике лишь схематично, дают нам отпустить фантазию на волю.

Но тут возникает опасность. Та опасность, которая называется «Да это же ориджинал, чего вы его как фанфик пометили! И вообще, главные герои какие-то неправильные, зачем что-то выдумывать, пишите оридж».

Итак, мы постепенно подобрались к решающей части. А именно – как сделать ОП интересным для читателей? Пока что не в романтическом ключе, об этом – чуть позднее.

Как?

Итак, вот у нас есть персонаж, для которого нужно место в сюжете. Или сюжетная роль, для которой персонаж нужен. В зависимости от подхода, соответственно, меняются местами причина и следствие. В первом случае мы будем прорабатывать ситуацию, исходя из характера героя, его мотивации и места в мире. Во втором, соответственно, мы будем смотреть на ситуацию и прикидывать – какой герой мог бы в ней оказаться именно в требуемой для сюжета роли, что могло его заставить, кто он вообще? Тут всё не сильно отличается от создания оригинального персонажа в авторском мире, так что в подробном разборе подходов, на мой взгляд, нет необходимости. Сосредоточимся на том, что важно непосредственно при создании ОП.

ОП должен укладываться в рамки вселенной. Наверное, многие сразу подумали о часто встречающейся в статьях на тему Мэри Сью фразы, что персонаж должен быть слабее самого сильного, глупее самого умного, и вообще в чём-либо превосходить любого из главных героев не должен. Так вот. Распечатайте эту фразу, сожгите и спляшите вокруг костра ритуальный танец. А лучше – допишите её до вот такого состояния:

ОП не должен быть сильнее самого сильного, умнее самого умного, быстрее самого быстрого из канонических персонажей одновременно. Любое же «быстрее, выше, сильнее» должно оправдываться сюжетной необходимостью или местом персонажа в мире.

Скажем, канонические герои, придворные рыцари, неуютно чувствующие себя вне городской среды, приходят в деревню, где детей с малолетства учат охотиться. Тут скорее заподозришь в чём-то нехорошем героя, который не умеет читать следы, охотиться и вообще от собственной тени шарахается. Итак, если герой из деревни охотников охотится лучше, чем главные герои – это оправдание силы персонажа местом в мире. Точно так же, как однозначно будет знать больше о магии, чем герои, исследователь в этой области, наследник знатного семейства с более-менее стабильным положением не будет бояться голода и нищеты. Если же исследователь вдруг оказывается полным дятлом, который не может два слова связать, а «принц» собирает крошки со стола и в мешочек складывает, чтоб было что погрызть в голодное время – это уже оправдание сюжетной необходимостью. То есть, нужен был не голодный мальчик из трущоб, а именно будущий лорд, до жути боящийся нищеты. Это может быть вызвано сотнями мотиваций, к примеру, он – третий сын в семье и, если ничего не произойдёт со старшими братьями, он будет лишён наследства. И вот такой ОП – назовём его Алекс – выходит на связь с местной гильдией убийц, к которой принадлежит кто-то из канонических героев, чтобы «заказать» старшего брата. В это время убивают кронпринца Бурбурляндии, обвиняя в этом канонического персонажа-убийцу, но Алекс знает, что тот невиновен конкретно в этой смерти, так как в это время перерезал глотку его старшему брату, а семья Алекса вторая по знатности после королевской, и вместо наследника только своей семьи он становится наследником престола, и вот-вот именно на него начнётся охота, а кто-то готов вменить ему в вину смерть кронпринца… Чувствуете, как всё закручивается?

В общем-то, всё вышесказанное о рамках вселенной можно резюмировать одной фразой. Герой может и должен выбиваться за рамки, если того требует его сюжетная роль и на этом завязан его внутренний конфликт. Вася, укравший порося, запросто может быть очень шустрым – вы попробуйте умотать так, чтоб не заметили, волоча в мешке визжащее нечто, которое слышно на всю округу! Другой вопрос, что, выбиваясь из одной рамки, он не должен «ломать» все существующие.

Предлагаю лёгкое упражнение, чтоб руки размять. В принципе, оно и для ориджей применимо, но с нюансами. Берёте карандаш, ручку, фломастер, да хоть кусок угля или окровавленную зубочистку, главное, чтобы рисовать можно было. На ближайшей поверхности, за рисование на которой вы не огребёте, рисуете квадрат. Квадрат должен быть достаточно большим, чтобы там уместилось два-три предложения мелким почерком или хотя бы циферки, чтобы в сноске написать, что они значат. Нарисовали? Отлично! Теперь пишете в квадрате (или за его пределами, но указав цифры-сноски), как живёт в упомянутом обществе среднестатистический его представитель. Здесь и кроется тот самый нюанс: если в ориджинале мы можем формировать рамки так, как нам вздумается (если они не были обозначены ранее), то в случае с фанфиком используются материалы канона.

Скажем, берём всё того же Алекса. Класс, к которому он принадлежит – Бурбурляндское дворянство. Скажем, в этой среде считается позором для семьи, если юноша плохо образован или не умеет вести себя в обществе, будь он даже троюродным племянником бабушки хозяйской горничной по линии соседского садовника. Мальчики обычно сперва учатся в школах-интернатах (преимущественно военно-административной направленности), затем, к шестнадцати годам, возвращаются в отчий дом с приличным багажом знаний, после чего либо продолжают обучение, дабы стать учёными-докторами-ещё кем, либо, как альтернативный вариант, отправляются на военную службу. Ещё приняты в этой среде браки по договорённости: зачастую дети ещё в колыбели качаются, а уже с кем-нибудь помолвлены. До десяти лет не стать пунктом такого брачного договора – позор и нонсенс.

А теперь оцениваем, насколько наш ОП – тот же Алекс – вписывается в упомянутую схему. Например, мы обнаруживаем, что в свои пятнадцать он находится на домашнем обучении. Говорим себе «раз» и рисуем палочку, перечёркивающую одну из сторон квадрата. Рядом с ней ставим цифру, в расшифровке к которой помечаем причину заминки и то, как она объясняется. Либо Алекс очень болезненный, и родители предпочитают не позориться демонстрацией отсутствующих способностей сына, либо, как ещё вариант, им на него настолько наплевать, что они предпочли учить его на «отцепись», а болезненность – просто предлог. Соответственно, появляется новая грань нашего ОП – та самая болезненность. Она должна будет играть, проявляться в сюжете и в других моментах; если же Алекс вдруг окажется крепким здоровячком, то тут вам и недоумение окружения, и вопросы к его семье… Объяснение исключительному моменту в судьбе ОП должно быть так же, как и сам персонаж, укоренено в сюжет настолько, насколько возможно, особенно если речь идёт об альтернативном главном герое. Он должен быть интересен, да, но при этом он должен ощущаться частью мира.

Итак, у нас получилось «Да, Алекс учится дома, НО всё дело в том, что родителям не хотелось тратить деньги на его образование, и вообще он нелюбимый ребёнок», мы можем облегчённо вздохнуть. Ничего страшного в нашей чёрточке нет. Идём дальше, и вдруг выясняем, что Алекс сморкается в скатерть, хамит направо и налево, а также, несмотря на очень знатное происхождение, ни с кем не помолвлен. Предположим, мы сможем всё это объяснить: персонажем не занимались, рос он вместе с детьми прислуги, вести себя в обществе его не научили, потому что думали, что из-за болезненности он вообще ребёнком помрёт, а помолвка на самом деле была, просто отец девочки, которая должна была стать женой Алекса, увидел, какого Маугли ему готовят в зятья, пришёл в ужас и потребовал помолвку разорвать. Окей. Объяснение есть. Если проблемы персонажа проистекают из одной и той же причины (Алекса не воспитывали, так как не думали, что за него придётся краснеть, и собирались похоронить его лет в девять), то чёрточка рисуется на той же стороне квадрата, что и первая. Это не что-то невероятное, а логичное развитие характера. Сюда же в итоге отправится то, что он боится голода и нищеты.

Но вдруг мы выясняем, что есть ещё один нюанс. Например, если углубляться в выдуманную вселенную и выдуманные рамки, то мы можем обнаружить, что Алекс – неожиданно – занимается магией, а тех, кто проявляет магические способности с раннего возраста, очень уважают. Но Алексу ничего хорошего это не приносит – его пинают все подряд. Придумываем объяснение («нелюбимый ребёнок» здесь уже не пройдёт, так как не воспользоваться подобным удачным способом повысить свой престиж и заодно не сплавить ОП в местный Хогвартс – довольно странно для его родителей). Перечёркиваем другую сторону квадрата. Далее, если причины для необычности судьбы Алекса будут отличаться от двух уже записанных (вы же помните, что объяснения должны играть на сюжет, вызывать реакцию общественности, а не просто упоминаться вскользь, на то самое отцепись?), делаем следующее: перечёркиваем оставшиеся стороны квадрата.

Мы достигли ситуации, когда перечёркнуты все четыре стороны? Поздравляю, это предел. Дальше стоит подумать, как уложить персонажа в рамки канона, потому что в противном случае у большинства, даже при наличии объяснений, возникнет шальная мыслишка, что герой, а то и всё произведение (в случае, если каноничные герои в повествовании не фигурируют или же фигурируют в качестве НПС десятой важности), к взятому фэндому никакого отношения не имеют.

А как, собственно, укрепить уверенность читателей в том, что это всё же фанфик, а не оридж? Как ни странно, встреча с героями первоисточника – это только один из способов. Может сыграть на руку, например, упоминание неких каноничных событий. Даже если война главных героев с Чёрным Властелином происходит далеко за морем, в Бурбурляндии нет-нет, да кто-нибудь и озаботится, как бы до них не докатилось. А может, Бурбурляндия воевала со страной, откуда родом каноничные герои, и теперь местные министры всеми силами давят на королеву, чтобы та нарушила заключённое годы назад перемирие и вновь объявила войну, пока враги ослаблены? Если в каноне происходили громкие события, которые невозможно не заметить, ОП будет иметь какое-либо мнение об этих событиях и героях, знать о них.

Не последнее место занимает использование оригинального материала в создании атмосферы: вместо того, чтобы выдумывать свой город, где будет происходить действие, лучше взять в зубы все материалы по миру, какие только удастся найти – и поискать город, лучше всего отвечающий потребностям вашего сюжета там, на карте. Иными словами, если там написано, что в Бурбурляндии столица – портовый Бурсбург, известный своими перчёными колбасками из свинины и хмельным напитком с добавлением водорослей, то флаг вам в руки! Пишите о том, как ваш ОП, к примеру, ужинает теми самыми бурсбургскими колбасками, гуляет в порту, морщит нос от запахов с моря и с тех кварталов, где сплошь торгуют рыбой и свининой… Старайтесь обрисовать атмосферу выбранного места действия максимально канонично, если же происходят какие-то резкие перемены, не забывайте упомянуть, что это удивляет героя (представьте, всю жизнь колбасками ужинал, а тут – раз! – и во всём городе лавки мясников закрывают, а торгуют вместо этого репой и творогом). Если убыло в одном месте, то должно прибавиться в другом; если главный герой – ОП, то каноничным должен быть мир вокруг. Думаю, схема ясна.

Пара слов отдельно касательно романтики и пейрингов с героями первоисточника.

Дела сердечные

Помните упражнение с квадратом? Тут сейчас будет похожее. Итак, есть квадрат, у квадрата четыре стороны. Только теперь мы пишем не внутри квадрата, а вдоль тех самых сторон. А пишем ответы на следующие вопросы (один ответ – одна сторона):

А) У героя, с которым планируется свести ОП, имеется каноничная пара? Или же он, скажем, дал обет безбрачия, и вообще убеждённый холостяк?

Б) Каноничное отношение героя к общественной группе, к которой принадлежит ОП, скорее отрицательное? Или, если классовое неравенство отсутствует, героя мог бы раздражать характер ОП?

В) У героя и ОП больше пятнадцати лет возрастной разницы?

Г) Исходя из каноничной ориентации, герой не мог заинтересоваться предоставленным ОП?

Если на хоть один из вопросов прозвучал ответ «Да», то перечёркивайте сторону квадрата. Когда будут перечёркнуты все четыре стороны – высока вероятность, что вам придётся очень, очень, очень попотеть с объяснениями. Или переписать героя. Я имею в виду – своего или свою ОП, а не каноничного героя. Есть прекрасное выражение «В чужой монастырь со своим уставом не ходят». Так вот, в чужой канон тоже со своим уставом лучше не соваться. Если вам идейно важно описать перемены в характере каноничного героя – пусть они будут постепенными, плавными, потому что измениться вот так, с бухты-барахты, невозможно. Да, даже во имя большой и чистой, как розовый слон, любви.

Каноничная пара героя. Не обязательно, как часто делается, превращать девушку понравившегося персонажа в шлюху-истеричку, которой от него нужны только деньги или положение в обществе, а то и вовсе убивать на первых же кадрах повествования. Не нужно пытаться «обелить» ОЖП, из песни слов не выкинешь: пытаться заграбастать себе парня, не считаясь с существованием девушки, которая его любит и которую любит он – не есть хорошо. Не стоит и выкидывать её из первоисточника в принципе, ставя ОЖП на её место: монастырь, уставы, все дела. В конце концов, между каноничными персонажами могла произойти ссора – почему бы хоть раз, например, не по вине героя, или же в сложившемся каноне взят период, когда они ещё не были парой, соответственно, ОЖП и каноничная девушка героя в равных условиях… На самый худой конец, каноничная пара героя может и в самом деле погибнуть. Правда, этот вариант довольно затёрт, да и частенько герой слишком уж быстро забывает свою любовь. С обетом безбрачия, особенно если он дан в прямом смысле и для героя много значит, сложнее. Его в угол не задвинешь и в реке не утопишь. Убеждённый же холостяк вполне может влюбиться в девушку, которая, к примеру, готова вместе с ним странствовать и рубить драконов, а вот очаровательное создание, мечтающее о муже, детях и пикниках по воскресеньям, его может и отпугнуть. Так мы перетекаем ко второму пункту.

Классовое неравенство – вечная тема. При умелом использовании может сыграть, да ещё как! Немец-фашист, влюбившийся в еврейку, благородная разбойница типажа Робин Гуда в юбке, влюбившаяся в кого-то из ненавистных богатеев… Однако тут свои подводные камни: не стоит забывать о том, что предрассудкам не свойственно исчезать в одно мгновение, потому что у вон того богача очень красивые глаза, а у еврейки ноги длинные. С характерами та же ерунда: любящие друг друга люди не обязательно должны быть клонами, конечно, но в них должна быть готовность чем-то пожертвовать, пойти на компромисс. Лучше всего – с обеих сторон, потому что когда во имя отношений меняется только один, а другой знай себе живёт, как раньше, это уже совсем другая история. Грустная. Типа «Русалочки» Андерсена. То есть, подчёркиваю ещё раз – любовь постепенно (!) меняет обоих. Была у Емеца хорошая фраза на тему, что люди – как губки, смоченные разноцветными красками. Соприкасаешься с другим человеком – и на твоей внутренней «губке» остаётся след. То есть, здесь можно слегка видоизменять характер как ОП, так и каноничного героя, с маленьким нюансом – тот должен оставаться узнаваемым, а не сворачивать в нечто диаметрально противоположное. В первую очередь и ОП, и каноничный герой – личности, а не картонки для сценок дешёвой романтики.

Разница в возрасте. Она не может не играть на сюжет, потому что, увы, так или иначе будет проблемой. Из популярных нынче фэндомов особенно заметно в каком-нибудь «Хоббите» (имеются в виду фильмы Джексона): взрослые мужчины, хорошо так за сорок, если не за восемьдесят, ибо гномы же, имеют плохое свойство западать на шестнадцатилетних. Дело-то ведь даже не только в законах, возрасте сексуального согласия и прочем. Дело в том, что, когда кончится романтика, героям придётся устраивать быт. И – о ужас! – разговаривать. Не о своей неземной любви, а о том, что интересует каждого из них. И тут может выйти серьёзная нестыковка интересов, взглядов (сомневаюсь, что подростковый максимализм, к примеру, вызовет у взрослого мужчины что-то кроме снисходительной улыбки). Сначала это может умилять, не спорю, но постепенно романтическая пелена сползёт. И получится, что неземной страсти уже нет, а максимализм раздражает. Так вот люди и расходятся. Печально. Впрочем, если бы вдруг кто-то написал сюжет с именно таким развитием событий – флаг ему в руки.

И вечно больная тема. Никогда не утихнут споры на тему того, можно или нельзя менять ориентацию каноничных персонажей. Коротко моё мнение: только ради «Да будет пейринг!» - нельзя (если речь идёт о серьёзном произведении, а не, скажем, стёбе, где границы мягче). А вот если вам кажется, что такой поворот канона может раскрыть характер героя, показать что-то с другого ракурса, сместить акценты… В общем, тогда, когда любовь между героями не подаётся изначально как нечто само собой разумеющееся. Я мало встречала фанфиков, где ОП сводили с персонажами одного с ними пола, но такие всё же встречаются. Так вот, если вдруг у кого-то возникнет такая мысль, помните: канон можно гнуть, но не ломать. Можно свести героя (по канону натурала) с ОП одного с ним пола. Нельзя сделать вид, что не происходит ничего необычного.

Итоги

В общем и целом, создание ОП – кропотливый труд; иногда он даже сложнее, чем создание персонажей для своих собственных произведений. Если мир создан вами самостоятельно, то и рамки этого мира воспринимаются как само собой разумеющееся, да и гнутся они лучше, чем неподатливый материал чужого канона. При написании фанфика с ОП всегда есть риск, что кому-то он не придётся по душе даже при идеальной обработке. Но стоит ли бояться писать?

Нет, однозначно нет. Пишите, учитесь, ошибайтесь – с первого раза без ошибок не пишет никто. Другое дело, что ошибки нужно замечать, стараться находить их, а не делать вид, что их нет. Это как с огородом: сами собой сорняки не уберутся, даже если активно убеждать себя, что их нет. Нужно надевать перчатки, брать ведро или таз – и бодренько чесать по грядкам, выдёргивая всё, чего там расти не должно. Непросто, да, но того стоит, однозначно.

Удачи вам в творчестве!

По желанию автора, комментировать могут только зарегистрированные пользователи.