Умом Россию не понять

— Это Рокудо Мукуро! — воскликнула Таня, тыкая в плечистого брюнета. — С фотографии! — Он наконец-то показался, — Артем сжал кулаки. — Где Максим и Фуута? — Серпова попыталась придать своему голосу стали. — Что? — брюнет хладнокровно раскрутил над головой свой огромный шар. — Я не знаю, о ком ты говоришь. Отреагировать на слова мужчины никто не успел. Хаято вдруг схватился за грудь и с хриплым стоном рухнул на колени. Он закашлялся, и к нему рванула Бьянки, прикладывая ладонь ко лбу брата. — Что с Хаято? — Таня с трудом перевела взгляд от новой опасности к своему хранителю. — Он горит, — пробормотала Бьянки. — Кажется, это и есть побочный эффект, о котором говорил Трайден. — Так значит поэтому Хаято и смог так быстро поправиться? — девушка скрипнула зубами, когда розоволосая кивнула. Артем сжал кулаки и вдруг вышел вперед, оттесняя в сторону девушек и друга. — Я буду твоим противником! — произнес он, глядя в глаза брюнету. Но тяжелый металлический шар в сполохах алого пламени полетел прямо в Артема раньше, чем кто-либо успел среагировать. Яковлев скользнул в сторону, но шар все равно ударил его прямо в грудь. Изо рта баскетболиста брызнула кровь, и он рухнул на грязные бетонные плиты как подкошенный. — Яковлев! — с трудом прохрипел Гокудера, приподнимаясь при помощи сестры. — Почему? — Бьянки сжала ладони на плечах брата. — Он же верно рассчитал траекторию! Таня сжала кулаки, глядя, как от рубашки Артема поднимается красноватый дым, что оставался от пламени Урагана. — Вы, надеюсь, поняли, что у вас нет и шанса на выживание? — гулко спросил брюнет. — Оставьте все надежды! — Ублюдок, — Серпова сплюнула на пол. — Эй, я ещё не проиграл, — вдруг произнес Артем немного хрипло, принимая сидячее положение. — Хорошо, что я использовал его как щит. В руках он держал футляр с новым мечом от Реборна. Похоже, деревяшка обратилась в сталь и выдержала удар. — Черт, напугал! — Таня нервно улыбнулась. — Все равно ситуация не изменится, если мы не разгадаем загадку этого шара, — лаконично заметил Реборн, и Татьяна не могла с ним не согласится. — Как глупо, — произнес брюнет, снова раскручивая шар. — Бесполезная борьба только приблизит вашу кончину. — Мне все равно, я нападаю! Артем выхватил меч, все ещё находящийся в боевом состоянии, и перехватил его обеими руками за рукоять. Он сделал широкий взмах по кругу почему-то вдоль пола, поднимая тучу пыли. Но она, поднявшись в воздух, закружилась вокруг шара, уже летящего на подростка. — Этот железный шар вращается в потоках воздуха! — выкрикнула Бьянки, сообразив раньше всех, что происходит. Артем же, осознав, что ему деваться не куда, кинулся ничком на пол, избегая прямого удара. Только когда шар рванул обратно к нападающему, он поднял голову. — Черт, если бы не упал, получил бы серьезные травмы, — пробормотал Артем, приподнявшись на локтях. — Я понял, шар создает ветер. Это как мяч в баскетболе, он невольно создает позади себя циклон в потоках воздуха, но это совершенно другой уровень. — Конечно, он же использует пламя, — Таня скрипнула зубами. — Не только, — Реборн мотнул головой. — Весь секрет в змеях, вырезанных на шаре. Выемки заставляют потоки воздуха закручиваться в спираль. Воздушный поток, проходящий через выемки, запутывается в сложных узлах, вызывая сильнейший шторм. — Даже если ты понял, ты не сможешь это остановить, — произнес брюнет. На простом кольце полыхнул язык алого пламени, и Мукуро снова со всей силой раскрутил шар и швырнул в Артема. Яковлеву удалось увернуться, но шар вдруг пошел обратно. Пламя Урагана, что окружало шар, вдруг потащило его в обратное вращение, создавая настоящий смерч. Тане и остальным пришлось прикрыть глаза, чтобы мелкие осколки стекла и пыль, что поднял в воздух шар, не попали в них. Баскетболиста же закрутило в этом потоке, и на этот раз шар влетел в его грудную клетку с такой силой, что даже подставленный под удар меч переломился на две части. С другой стороны, это спасло его от перелома позвоночника, но, влетев спиной в стену, он сполз по ней и больше не шевелился. Его куртка, воротник рубашки, часть рукавов и брючин сгорели в потоках пламени, что создали обратное вращение, а обнаженные участки тела оказались изрезаны мелкими осколками стекла. Из уголка его губ сочилась кровь. И судя по тому, что она не останавливалась, это уже был не просто одиноко лопнувший капилляр. — Артем! — Таня первая кинулась к упавшему другу. — Я же сказал, отбросьте все надежды, — произнес брюнет, прикрывая глаза. Таня же проверила пульс Темы, как их учили на уроках ОБЖ, и с облегчением отметила, что его сердце ещё гонит кровь по сосудам. Правда, если внутренние повреждения были серьезными, без медицинской помощи он долго мог не протянуть. — Я все равно покажу каждому из вас ужасную смерть, — произнес брюнет, раскручивая шар над головой. — Яковлев, черт! — Гокудера рванул вперед, доставая динамит, но вместо этого снова упал, видимо, от очередной вспышки боли. — Хаято, не вмешивайся! — Бьянки ухватила из рюкзака ещё пару контейнеров с фиолетовой субстанцией и закрыла спиной лежащего без сознания Артема и сидящую подле него Таню. — Я не дам тебе ударить! — Я не показал и трети своей настоящей силы, — усмехнулся противник. — У тебя нет шансов. Таня услышала, как Бьянки шумно сглотнула и выпрямилась. Она сжимала и разжимала кулаки. У «Ядовитого скорпиона» и правда не было шансов, а пуля посмертной воли у них была одна. Да сама Серпова уже не была уверенна, что это как-то поможет. Страх снова сковал её, но запах крови уже не так сильно воздействовал на её сознание, хотя все ещё было ощущение тошноты. — Как мило, я убью одним махом и Вонголу, — усмехнулся мужчина, и шар рванул из его рук. — Сейчас или никогда, Реборн! — заорала Таня, глядя, как смертельные потоки воздуха, полные осколков стекла, пыли и пламени Урагана надвигаются на Бьянки, высоко вскидывая её выкрашенные в розовый цвет пряди. Аркобалено услышал её. Грянул выстрел. Враг моргнул и увидел, как его шар останавливается. Таня, тяжело дыша, крепко сжимала его в руках, и её глаз никто не видел. Из мелких порезов, что оставило стекло на её руках и ногах, текла кровь. — Таня… — Бьянки уставилась на спину девушки, которая под действием шара доехала до неё, оставляя на пыли дорожки. — Я ЖИВА! — Таня подняла голову, и на её лбу заплясало оранжевое пламя. — Я УНИЧТОЖУ ТЕБЯ ИЛИ УМРУ! Одежда привычно слетела с неё, тлея под действием пламени посмертной воли, лишь пиджак от Леона оставался на её плечах поверх нижнего белья. Реборн с невозмутимым видом кинул обычный автоматический пистолет, что вытащил из рюкзака Бьянки, обратно. — Это наш последний козырь, — произнес он, глядя на Таню. — Покончи с ним сейчас. — Да вам не победить меня лишь половиной ваших сил, — произнес все в той же манере брюнет. — Ты пришел нас убить или болтать с нами? — оскалилась Таня, и между её бровей пролегла глубокая складка. — Не могу отказать синьорине, — враг дернул цепь, и шар снова взмыл в воздух. Снаряд летел на Таню словно камень, выпущенный из пращи, а вокруг него снова стали кружить алые всполохи. Но сейчас девушка была под властью посмертной воли. Она ловко скользнула прямо под потоками ветра и пламени и на нечеловеческой скорости добралась до противника. И со всей силой ударила его кулаком в челюсть. — Девочка способна на такое? — услышала Серпова словно через вату восклицание Бьянки. — Девочка становиться сильнее, — заметил Реборн, явно довольный таким ходом своей подопечной. Отлетевший в сторону брюнет смог перевернуться и отправить шар в девушку прямо в воздухе. Волосы шатенки разметало от ветра, резинка не выдержала и лопнула, и копна волос, которую она утром затянула в хвост, рассыпалась по плечам, но ей было на это как-то все равно. С большим трудом она удержала шар, не позволяя себя ударить. Кости выдержали, а вот кое-где на пальцах кожа лопнула от такого давления. Да и пламя Урагана оставило несколько царапин на ещё щеках. Но тут она поняла, как этот парень кидал шар. В посмертной воле ей не нужно было кольцо. Она просто позволила бурлящему под её кожей пламени выплеснуться через ладони, и отправила шар обратно в противника. Брюнет, явно не ожидавший такого поворота, принял удар в живот своим же орудием и улетел в стену. Хлипкая кирпичная кладка такого удара не выдержала, и парень оказался в одном из коридоров. Таня, тяжело дыша, выпрямилась и потерла окровавленные пальцы. Сила все ещё бурлила в её крови, но выходить из режима посмертной воли она не торопилась. Интуиция, что была сейчас обостренна, долбила её в виски. — Ты сделала это! — воскликнула Бьянки. — Нет, он жив, — прохрипела Таня. И словно в подтверждение её слов брюнет вылез из-под груды кирпичей и встал на ноги. Его глаза были темными, и он с ненавистью смотрел на свою противницу. Татьяна сжала кулаки. Посмертная воля требовала крови противника. — Не думал я, что против какой-то девчонки придется драться в полную силу, — произнес он, утирая рукавом уже порядком грязного и потрепанного кителя рот. — Он в норме даже после такого удара, — снова раздалось испуганное бормотание «Ядовитого скорпиона». — Что не так с этим парнем? — Игры с мячом всего лишь хобби, — протянул между делом брюнет, широким движением подбрасывая шар в воздух. — Чего? — Таня оскалилась снова. Тут её оппонент резко рванул на неё и со всего маху ударил девушку в живот. Стремительное действие оказалось быстрее, чем Серпова успела понять, что именно сейчас подсказывает ей шестое чувство. — Моя сильная сторона — битвы с обладателями пуль! — прорычал он. Таня отлетела в сторону, с трудом умудрившись перегруппироваться, чтобы хотя бы упасть на колено. Мышцы живота скрутило, дышать удавалось с трудом. Но отдохнуть ей, конечно, не дали. Брюнет схватил её за всклоченные в пылу драки каштановые пряди и разбил коленом ей нос, снова заставив подлететь над землей. Девушка попыталась освободиться, но парень сдавил её горло и с силой впечатал её в бетонные плиты, отчего те даже треснули. Только посмертная воля ещё спасала Серпову от переломов — в обычном режиме она бы уже не могла бы и пошевелиться. — И последний удар, — произнес брюнет, отходя в сторону. Шар, который за это время успел по широкой дуге взмыть до самого потолка, тяжело рухнул прямо на Таню, она лишь успела прикрыть локтями глаза. Но она успела заметить, что противник прикрыл глаза и отвернулся. — Таня! — Бьянки сжала кулаки. Реборн только прикрыл глаза полями шляпы, не проронив и слова. — Ваши надежды разрушены, — снова вернулся к пафосным речам брюнет. — Кто следующий? Но тут шар двинулся раз-другой и откатился в сторону. Таня, с текущей по подбородку кровью, приняла сидячее положение. Её взгляд, затянутый поволокой пламени, был одновременно злым и каким-то жалостливым. Она все поняла. — Что? — брюнет распахнул глаза шире. — Ты ещё жива?! — Ты ведь вовсе не плохой человек, — вдруг проговорила она хрипло и было заметно, что языком она ворочала с трудом. — Что ты сказала? — лицо брюнета словно потемнело. — Это твоя слабость, — продолжила говорить девушка как ни в чем не бывало, хотя кровь продолжала капать из сломанного носа на её когда-то белоснежный лифчик. — Поэтому кишка у тебя тонка победить мою посмертную волю! — Да что ты знаешь?! — взревел брюнет, бросаясь на девушку. — Убить тебя — моё единственное желание! — Ути-пути, смотрите, как мы разозлились, — просюсюкала девушка, приподнимаясь. — Заткнись, девчонка! — кулак брюнета нацелился прямо в голову шатенки. — Да ты врешь самому себе! Таня скользнула под ударом парня и со всей силы ударила его кончиками пальцев прямо в «солнечное» сплетение. Болевые точки Серпова знала наизусть. Брюнет рухнул на колени, хватаясь за живот. Боль должна была сейчас волнами распространиться по телу, как электрический заряд, ограничивая движения. — Когда ты атаковал, — произнесла Таня, и челка закрыла её глаза. — Ты закрывал глаза. И ты не дал своему шару до конца завершить удар сейчас. Ты испытываешь вину. Когда я увидела тебя, я почему-то подумала, что совсем тебя не боюсь. Пламя с шипением погасло. Серпова моргнула и посмотрела на брюнета. Тот сидел на полу, причем в полной прострации. А от него просто несло чувством вины и растерянности. Но он вдруг улыбнулся и начал смеяться. — Эй, ты чего? — Таня наморщила лоб. — Я признаю себя побежденным, — отсмеявшись, произнес он. — Не удивительно, что Рокудо Мукуро тебя опасается. — Что? — брови Тани взлетели вверх. — Но разве не ты Рокудо Мукуро? Но ведь на той фотографии был ты! — Я подставное лицо. А настоящий Мукуро никогда не фотографировался. — Фальшивка?! — голос Бьянки прозвучал совсем рядом, и её прохладная ладонь коснулась плеча шатенки. — Кроме того, — продолжил брюнет, закрывая лицо руками. — Рокудо Мукуро — тот, кто отнял у меня все! — Ась? — Серпова уставила на него глазами по пять копеек. — Пять лет назад, — начал рассказывать брюнет. — Я был частью семьи в Северной Италии. Я был сиротой, так что босс и семья, что нашли меня, были моей жизнью. В ответ, чтобы оплатить за их доброту, я служил телохранителем семьи, пока не стал известен, как сильнейший парень тех мест. Но однажды босс подобрал другого сироту. Казалось, что босс очень любил этого мальчика и имел огромные планы на него. Мальчик оказался под моей ответственностью. Я любил его, как будто он и правда был частью моей семьи, как и моя семья когда-то отнеслась ко мне. Спустя несколько месяцев произошел инцидент. Однажды, когда я вернулся домой после игры в карты, вся семья была убита… — О, это был известный инцидент, — влез Реборн. — Карликовый репетитор, помолчи! — Таня приложила палец к губам. — Видишь, ему и так тяжело об этом вспоминать! — Я был взбешен из-за предателя, но кто знал, к чему приведет мое расследование, — глаза полные боли и тоски посмотрели на Таню, и она невольно вздрогнула. — Это был я! Я убил их всех! — Как это? — девушка озадаченно потерла нос и поморщилась от легкой боли. — С тех пор я много раз просыпался, ничего не помня, и видел перед собой горы трупов… — продолжил брюнет, глядя в одну точку перед собой. — Но ведь ты не был намерен убивать их? — Конечно, нет! — возмутился фальшивый Мукуро. — Я думал, что стал абсолютно сумасшедшим, и решил совершить самоубийство… Но это уже было невозможно… я был под его полным контролем… Это был тот ребенок, Рокудо Мукуро… он все это время держал меня под контролем! — Что за бред? — Серпова сложила руки на груди. — Я сам понимаю, что это бред, — брюнет вздохнул. — Я не знаю, как и когда, но я потерял свое имя и волю, и стал фальшивым Рокудо Мукуро… Я делал для него все… Я стал машиной для убийств… — Что за чудовище этот Рокудо Мукуро? — шатенка была в ужасе. — Человек на такое не способен! — Ему тем более нужно надрать задницу, босс! — Хаято?! — Таня уставилась на подскочившего к ней Хаято, который уже схватил её за локоть, пытаясь помочь подняться. — Тебе уже лучше? — Вонгола, возможно, только ты можешь это сделать, — брюнет вдруг опустился перед девушкой на колени. — Послушай, настоящая цель Рокудо Мукуро… Вдруг брюнет резко подскочил и заставил Хаято и Таню одновременно упасть на пол. В этот же самый миг в него, прилетев откуда-то сверху, вонзилась сотня знакомых игл. — Придурок с йо-йо, — Хаято вскочил на ноги первым. — Он ушел, Гокудера, — произнес Реборн мрачно. — Атаковал и сбежал. Его целью было заставить его замолчать. — Вот же ж трусливые мрази, — Таня сплюнула в сторону кровью и подползла к рухнувшему на пол парню. — Держись! Тебе ещё рано умирать! — Что за ужасная жизнь у меня была… — прохрипел брюнет, горько усмехнувшись, и закашлялся. — Какое твое настоящее имя? — тихо спросила Таня, сжимая кулаки. Она почему-то была уверенна, что должна это знать. — Ланчия, — тихо прозвучало ей в ответ. — Ланчия, пожалуйста, держитесь, — Таня вдруг ощутила, как от запаха крови, что разливался по цеху, и от переизбытка эмоций у неё из глаз хлынули слезы. — Как давно я не слышал собственное имя, — голос самого сильного человека Северной Италии становился все тише. — Я сейчас вспоминаю… давным-давно… моя… семья… я теперь… могу… воссоединиться с ними… верно? Он закрыл глаза и, судя по всему, потерял сознание. — Ланчия! — голос Тани заставил вздрогнуть даже Реборна, который до этого старательно изображал, словно он в танке. — Они использовали его, — скрипнул зубами Хаято. — А сейчас он потерял свою полезность… вот сволочи! Это их путь?! — Да что он вообще о себе возомнил, этот Рокудо Мукуро! — похоже, даже Бьянки разозлилась. Таня поднялась на ноги сама. Челка снова упала ей на глаза. Её трясло от усталости, боли, страха и злости. — Этот парень меня бесит, — произнесла она. — Идемте, найдем этого Мукуро и вытряхнем из него всю дурь! — Но мы использовали последнюю козырную карту, — к удивлению Тани в голосе своего репетитора она услышала беспокойство. — Ты уверена, что нам не нужна подмога? — У нас нет на это времени! — Таня подняла глаза, полные злых слез на аркобалено. — Мы должны что-то сделать с этим ублюдком! — Понимаю, — Реборн сделал пару шагов по направлению к Ланчии. — Но этот парень ещё не умер. Основная проблема — отравленные иглы. Если мы дадим ему антидот в течение часа, он будет спасен. — Правда? — Таня смахнула слезы с глаз. — У того парня должен быть антидот, — уверенно заявила Бьянки. — Любой, кто работает с ядами, обычно страхует сам себя. — Босс, не волнуйтесь, — Хаято улыбнулся. — Можете рассчитывать на меня! — Спасибо, Хаято, — Таня похлопала своего хранителя по плечу. — Яковлев не может больше участвовать, — заявил Реборн, уже добравшийся до лежащего у стены парня. — Давайте занесем его в ближайший кабинет, — предложила Бьянки. — Да и думаю, у нас есть пара минут, чтобы перевести дух. — А куда, собственно, дальше идти? — Хаято посмотрел на идущий вдоль уровня второго этажа балкон. — Птичник убит! Птичник убит! — вдруг раздался тонкий голосок под потолком и, отражаясь от стен, рассыпался эхом по помещению. Подростки подняли головы и увидели, как под потолком кружит маленькая желтая птичка, и именно она повторяла ту фразу. — Это птица того старика, — протянул Хаято задумчиво. — Давайте просто понаблюдаем, — заявил Реборн, поправляя пустышку. — Птица должна быть натренирована сообщать товарищам, когда её хозяин повержен. Птица некоторое время кружила под потолком, продолжая повторять одну и ту же фразу, пока не метнулась к разбитым окнам, что вели с третьего этажа на такой же балкон, что и на втором. Судя по всему, это когда-то был кабинет управляющего цехом. Тень, что была с трудом различима в темноте комнаты, скрылась в глубине. — Вот значит где ты, Рокудо… — пробормотала Таня. — Но прежде, чем идти, тебя стоит немного привести в порядок, — заявила Бьянки, хватая Таню за руку. — И без возражений. — Она права, — Реборн вздохнул. — Гокудера, бери Яковлева и пошли. Таня не стала сопротивляться. Мелкие царапины ещё кровоточили, хотя нос уже перестал истекать кровью. Металлический запах перестал вызывать страх и ужас. Но она была благодарна, когда Бьянки, усадив её в ближайшем кабинете на стол, начала обрабатывать раны. Вскоре тело девушки покрылось лейкопластырями, но уже было не так больно. — На нос надо бы шину наложить, — заметила розоволосая, когда Реборн запрыгнул на стол рядом с Таней. — Но я ничего не взяла. — Давай я, — Реборн запрыгнул на плечо Гокудере-старшей. — Я не могу часто её использовать, но не страшно будет, если я сейчас хотя бы нос сращу. — Будет больно, — заметила розоволосая и взяла девушку за нос. И она не соврала. Когда женщина поставила кость на место, Серпова взвыла и чуть не прокусила себе язык. Но в тот же миг соска Реборна засияла, ноющий нос обволокло теплое пламя Солнца, и в течение какой-то минуты нос шатенки оказался целым. — А почему ты Артема не можешь исцелить? — Таня потерла нос. — Я не могу часто использовать пустышку, — повторил Реборн. — Энергии она много тратит. Ты, думаю, сама не хочешь, чтобы я снова уснул в самый неподходящий момент, разве нет? — Конечно, нет! — Серпова спрыгнула на пол. Хаято пристроил Артема в углу на порванном кресле и протянул Серповой её сумку. Девушка тут же зарылась в неё, достала чистую футболку и джинсы, и натянула это все прямо поверх испачканного в пыли и крови нижнего белья. Пиджак она снова натянула сверху, с удивлением обратив внимание, что тот только испачкался. Натянув носки, она снова обула кроссовки, которые умудрились не сгореть и остаться у неё на ногах. — Отдыхать времени нет, — заявила она, серьезно глядя на остальных. — Я не успокоюсь, пока этот парень на свободе. Слишком много гадостей он уже сделал. И девушка первая вышла за дверь под удивленными взглядами Гокудер и довольным — Реборна.