Кружево жизни

Глава 7. Алек и Деметрий вернулись одновременно спустя два дня после событий в главном зале. Оба хотели попасть в замок раньше соперника, поэтому после окончания своих заданий пошли одни, не дожидаясь своих коллег. Они столкнулись у ворот замка. Оба поприветствовали охранника, который и огорошил их новостью о том, что позавчера прибыл Владыка и сразу вызвал к себе наложницу Алека. - И что? – воскликнули они одновременно. - Ничего, странно конечно все это, но девушка сидит в Вашей комнате, - обратился охранник к Алеку, - правда, там же, практически целые дни, проводит и Владыка Маркус, выходит только на перекус. -Ага, - опять одновременно ответили вампиры, и, не сговариваясь, направились к комнатам Алека, а дойдя до них, осторожно приоткрыли дверь. Маркус был одним из самых древних вампиров и обладал невероятной силой, у него был особенный дар - видеть духовные связи между живыми существами. Он безумно любил свою жену, сестру Аро Дидиму. Она была его настоящей любовью, ведь такова природа вампиров, они любят лишь раз. Но, к сожалению, много столетий назад она погибла при невыясненных обстоятельствах. Тогда они жили отдельно от клана, поэтому и оказались беззащитны. Ни одна душа не знала, что свою сестру убил лично Аро, дабы вернуть зятя в клан. Первое время Маркус был безутешен, пытался отыскать убийц своей жены, а когда ему это не удалось, то потерял всякий смысл своего существования, его ничего не волновало и не трогало, он редко говорил, не искал ничьего общества. Ни для кого не было секретом, что единственным желанием древнего вампира было прекратить свое существование и воссоединиться со своей любимой даже в аду. Идти наперекор Маркусу было безумием, он мог запросто оторвать голову, ему было нечего терять, он не боялся смерти, он ее призывал. - Нет, Марк! Вы абсолютно не правы, здесь должен быть желтый, и только желтый, - раздался недовольный голос Виталины из глубины комнаты. - Дитя мое, послушайте умудренного опытом старца, желтый здесь не к месту, сюда идеально впишется белый, - отвечал ему спокойный голос Маркуса. - Это прошлый век! Даже не так, это позапрошлый век, здесь должен быть желтый и точка, хочу желтый, хочу-хочу-хочу! А-а-а! - Хорошо, хорошо, желтый так желтый, но потом не говорите, что я Вас не предупреждал. - Если мне не понравиться, то все равно будете виноваты Вы, так как не настояли на своем. - Вы избалованное дитя, хотя я и не понимаю, кто и когда умудрился Вас так избаловать. И почему я терплю все это? - Потому что я веселая и забавная, посмотрите сколько прикольных идей! То, что нужно полудохликам! Смотрите, я и Каю подарочек сделала! - Надеюсь, что Кайус это не услышит. Кстати, Алек, Деметрий хватит уже стоять у двери, я учуял вас, когда вы только к воротам подошли. -Владыка Маркус, - поклонились оба, войдя в комнату. Перед глазами молодых вампиров открылся удивительный по своей абсурдности вид. Виталина в шикарном бальном платье восседала в центе стола, вокруг были разбросаны лоскуты и рулоны со всевозможными тканями и она пришивала лоскут цыплячьего цвета к любимой черной рубашке Маркуса. Виталина сразу замерла. В комнате повисла тишина. Почему то перед этими двумя она испытывала странное чувство робости. Она не понимала чего они от нее хотят. Девушка привыкла к мысли, что рано или поздно ее убьют, и свыклась с неизбежностью смерти. И всегда говорила себе: «Умирать так с музыкой, чтобы у всех башню снесло»! Она часто размышляла о душе. Но вот что делать, когда от тебя ожидают чего-то другого. - Ну что вы застыли, помогите даме спуститься, - нарушил тишину Маркус, - а Вы леди, встречайте своих рыцарей, - на этих словах Виталина фыркнула. Деметрий, который стоял ближе к столу, воспользовался преимуществом и осторожно подхватил девушку, однако ставить ее на пол не спешил. Алеку это не понравилось, но в присутствии Маркуса возражать не стал. Он только заметил: «Красивое платье, Лина, тебе очень идет». - Согласитесь, платье Дидимы очень ей к лицу, - усмехнулся Маркус, глядя на ошарашенные лица молодежи, - нужно его только ушить. Дитя мое, если Вы спуститесь с рук Вашего поклонника, то сможете переодеться в более практичную одежду, я думаю, Аро пошлет за вами всеми, как только узнает о возвращении Алека и Деметрия. Вы же не хотите шокировать его, появившись в первый раз завернувшись в простынь, а во второй - в королевском бальном платье конца восемнадцатого века? Деметрий наконец-то отпустил ее, но, все же, успел лизнуть в шею. Виталина пулей бросилась в ванную комнату, ее била крупная дрожь. Деметрий усмехнулся своим мыслям и поспешил откланяться: «Пожалуй я тоже пойду переоденусь, с Вашего позволения Владыка», и вампир быстро покинул комнату. Маркус легко кивнул хозяину комнаты и покинул его территорию. Он грустно улыбнулся, он видел как между девушкой и вампирами тянутся ниточки духовного родства, но если от Алека тянулась нежно-салатовая нить возвышенной братской любви, то от Деметрия проходила алая нить страсти. Девушка же ничего подобного по отношению к ним не испытывала, ее нити, тянущиеся к ним, были безликого серого цвета, ее связь еще не обозначилась ясно, но очевидно, что они трое были связаны с момента рождения каждого из них. Такие связи не так-то просто порвать, пожалуй, даже Челси это не под силу. В тоже время, Маркус видел, что и между ним и девушкой появилась нить темно-зеленого цвета, цвета отцовской и дочерней любви. С появлением Виталины в его существовании появился цвет, который разбавил его серые дни, наполненные тоской по любимой. Образ Дидимы для Маркуса всегда оставался очень четким, как будто они виделись всего несколько часов тому назад. Он увидел ее впервые, когда она была еще совсем ребенком, человеческим ребенком, непосредственным и очаровательным. Прекрасная черноволосая девочка лет двенадцати бегала по полю за бабочками, вокруг нее была аура непередаваемого счастья. Маркус был очень голоден, но, даже несмотря на нестерпимую жажду, он не посмел причинить ей вред. В следующий раз он увидел ее восемь лет спустя, проходя мимо ее деревни. Она была уже замужем, ее муж был тираном и мучителем. Он и завернул то в этот сарай, только потому, что почувствовал запах крови, и то, что он увидел, повергло его, древнего вампира, видевшего много жестокости и смертей, в шок. В измученной девушке Маркус сразу узнал преследовавшую его во снах девочку. Правда сейчас она была вся в ранах и крови, а мужчина лихорадочно избивал ее. В следующую секунду она стала вдовой. После этого случая он несколько раз посещал эту деревню, но так ни разу и не учуял ее запаха. С первой встречи он осознал, что они принадлежат друг другу, между ними протянулась крепкая нить. Поэтому, когда, спустя более двухсот лет, он встретил ее и ее брата уже вампирами, то сразу же вошел в их клан, в качестве зятя его лидера, хотя как более древний и мощный вампир мог претендовать на лидерство. Власть его не интересовала, он нашел свою единственную настоящую любовь. Дидима дарила ему покой и радость, он был счастлив. Его жена очень хотела детей, и часто говорила о том, что хотела бы дочку, которая была бы веселой и жизнерадостной. Она хотела, чтобы ее дочка наряжалась в ее платья, заплетать ей косы, читать сказки на ночь. Дидима жалела об утраченных возможностях человеческой жизни. Они покинули клан, чтобы жить более спокойной жизнью, вдали от опасностей борьбы за власть между румынским кланом и кланом Вольтури. Но это решение стало для них роковым, Дидима погибла. В день гибели жены жизнь остановилась и для него. Он вернулся в клан, но единственным его желанием было последовать за своей любимой. И теперь, глядя на Виталину, он видел перед собой описываемую Дидимой дочь. Девушка была веселой и жизнерадостной, что было удивительно в данных обстоятельствах, когда он смотрел на девушку перед ним вставал образ двенадцатилетней Дидимы, бегающей за бабочками. Именно поэтому он отдал так тщательно охраняемые им платья жены. Маркус понимал, что может просто забрать девушку себе, обеспечить ей покой и безопасность, но он не стал этого делать, она должна прожить свою жизнь, сама пройти свой путь. С момента рождения она связана духовными нитями с Алеком и Деметрием. Пытаясь оградить ее от опасностей, он только сломает ей жизнь.