Кружево жизни

Глава 13. Деметрий стоял посреди коридора у распахнутой двери в покои Маркуса. Он слушал, как удаляются звуки шагов Виталины. Сейчас он чувствовал себя опустошенным, у него было такое чувство, как будто она залезла к нему в душу и порылась там, вытащив все, что он хотел спрятать. Хотя разве у вампиров есть душа? До этого момента этот вопрос его как то не интересовал. Он заглянул в комнату, там витал ее запах, в кресле лежала оставленная ею книга, и Деметрий поспешил захлопнуть дверь. Она опять от него убежала, точнее, ушла, наверное, надо бы ее найти, но напрягаться и применять свой дар абсолютно не хотелось. У нее тоже наверняка есть дар, иначе, откуда она знает о его матери, о нем. Что еще она знает? Взгляд вампира упал на обескровленное тело, с какой ненавистью посмотрела на него Вита, когда увидела, что он сделал с рабыней. Почему она готова терпеть собственную боль, лишь бы не причинять ее другим? Какое ей дело до других? Многие, кто встречался ему, были готовы для сохранения собственной жизни пожертвовать жизнями своих родных, даже детей. Какое ей дело до них, когда люди во все века гибли просто так, от болезней, за бредовые идеи, во время войн и разбойных нападений, от собственной глупости, наконец, взять хотя бы события почти трехсотлетней давности, чуть не уничтожили сами себя. Не то чтобы ему было их жаль, но отсутствие еды – это уже неудобство и для него. А она другая. Жаль он не встретил ее тогда, когда был человеком, возможно с ней он захотел бы состариться. Деметрий испугался собственных мыслей. Ему нравилось быть вампиром. Еще на подходе к своей комнате он почувствовал ее запах, она была здесь, она не пряталась и не убегала, а спокойно стояла у окна, глядя на небо. Услышав его шаги, девушка повернулась к нему. На ней было все тоже платье, в котором она убежала от него, ее единственное платье, оно было мятым и в некоторых местах запачканным, волосы в беспорядке лежали на хрупких плечах, на руках уже проступили синяки, губа опухла. Где-то на задворках сознания у него мелькнуло воспоминание о том, как она ударилась о стену, после того как он ее оттолкнул. При виде него ее сердце забилось очень, очень быстро. Она боялась его, он это знал точно. Вдруг ему в голову пришла бредовая мысль, что ему бы очень хотелось, чтобы ее сердце билось так сильно, не от ожидания боли и смерти, а в предвкушении удовольствия, от радости встречи. Что в ней так изменилось, что он уже не чувствует той безумной жажды обладания вперемешку с раздражением от ее побега, что преследовала его еще менее часа назад. Он смотрел на нее, избитую, растрепанную и грязную и не мог понять, почему в тот день, когда Алек приволок ее в замок, он решил, что она некрасивая. Она самая красивая женщина, которую он только видел. Ему вдруг захотелось обнять ее, и он сделал шаг вперед. Пока Деметрий задавался по сути риторическими вопросами, Виталина смотрела на него. До прихода вампира она рассматривала в окно грозовое небо и прощалась с жизнью. Хотя девушка внешне выглядела спокойной, но на самом деле ей было очень страшно, она боялась даже думать о том, что ее ждет, и при этом в ушах стоял хруст ломаемых костей. Когда первая волна ярости прошла, она почувствовала слабость. Это ожидание боли убивало ее, ей хотелось, чтобы все уже поскорее закончилось. Она услышала, как открылась дверь, и в комнату вошел Деметрий. Девушка испытала новый приступ страха, и, кажется, он это заметил, иначе почему так рассматривает ее? Его задумчивый взгляд так вообще приводил ее в панику, она решила, что вампир размышляет о том, какие пытки и в каком порядке к ней применить, и перед ее мысленным взором уже рисовались кровавые картины, одна страшнее другой. Видимо он принял решение и сделал шаг. Нервы Виталины не выдержали и она, громко завизжав, отшатнулась назад и забилась в угол за шторой, сжавшись в комочек. По ее перепачканному лицу градом полились слезы. В самый первый момент Деметрий растерялся. Вампир смотрел на дрожащую и заплаканную девушку и опять не знал, что ему делать. Он собирался уже просто уйти и дать ей возможность успокоиться, но затем, подумав, что она может наделать глупостей, все-таки подошел к ней и поднял на руки. Девушка испуганно замерла и зажмурилась. Деметрий отнес ее в ванную комнату и, включив теплую воду, осторожно положил ее в ванну прямо в одежде. Оказавшись в воде, Виталина замахала руками, пытаясь выбраться, но, по крайней мере, перестала плакать. - Сиди! – строго произнес Деметрий, - И перестань рыдать, я этого не выношу. Твое платье промокло, снимай его. Да не цепляйся ты так за него, твои тощие прелести меня больше не интересуют. Снимай! Отцепи руки! Вот так. Э-э, а почему ты без белья? - Я его постирала, оно осталось в комнате Маркуса. - Вот, кхе-кхе, - вампир покосился на девушку, и почему то неожиданно для себя сдержал готовое сорваться ругательство, - неожиданная сложность, я думаю, Владыка Маркус будет удивлен. - Может сходить за ним? Я сейчас сбегаю, - приподнялась девушка. Виталина сама себе иногда удивлялась, не успела она отойти от страха, и вот зачем-то опять провоцирует вампира, сейчас он вроде не собирается ее пытать, но ведь может и передумать. Деметрий же о пытках даже не думал, когда он с боем снял промокшее платье, перед ним предстала совершенно обнаженная девушка, и его тело запротестовало против его слов, о том, что ее прелести его не интересуют. «Интересуют, интересуют!», - вопило оно. Но он уже не хотел делать ей больно, что-то пробудило в нем давно забытое чувство юношеского восхищения, и впервые со своих семнадцати лет он подумал об интересах и желаниях кого-то кроме себя. Вампир даже после обращения все равно остался мужчиной, и видимо именно сейчас, несмотря на вновь ощущаемое желание, в нем проснулась потребность защищать и оберегать. - Сейчас не надо. Ты тут мойся, я пойду в комнату. Полотенце где-то здесь. - А что мне одеть? Платье промокло. -Мойся, я принесу. Деметрий открыл шкаф: черные рубашки, черные брюки, серые плащи. Можно конечно вызвать какую либо наложницу и потребовать платье, но в данный момент он не хотел чьего-нибудь присутствия. В итоге он достал из шкафа черную шелковую рубашку и, открыв дверь ванной комнаты и не став заходить туда, повесил ее на ручку двери с противоположной стороны. - Одень пока это, и приходи в комнату, нам надо поговорить, я хочу знать, откуда ты знаешь про брошь. Теплая ванна более или менее привела чувства девушки в порядок, истерика отступила. Тщательно смыв с себя грязь и вымыв голову Виталина стала искать полотенце, его нигде не было. Перерыв практически все, ей удалось наконец найти небольшое полотенчико, которое не особо помогло ей обсушиться. Кое-как закрепив его на голове, чтобы высушить волосы, девушка одела рубашку, которая сразу же налипла на мокрое тело. Деметрий сидел на кровати и размышлял о своем прошлом, он вспоминал отца, который любил и его и жену, мать, которая безумно любила отца и почти всю жизнь ненавидела своего сына, Элигию, которая вообще никого не любила, кроме себя. Остальные женщины не оставляли особого следа ни в его жизни ни в его сердце. Дверь почти бесшумно растворилась и из ванной комнаты вышла Виталина. «Черт, надо было, все же потребовать принести платье» - подумал вампир. На взгляд Деметрия девушка выглядела восхитительно сексуально, но ему нужно с ней поговорить. Он похлопал по кровати около себя и Виталина послушно села рядом с ним. - Откуда ты знаешь про мою мать и про Элигию? - Я видела сон, со мной такое бывает. Я видела тебя маленьким мальчиком в колыбели и видела эту старуху, которая говорила о зле. Затем я видела тебя с отцом после охоты, а потом как ты подарил Элигии розу, ваш последний разговор в саду. Я видела, что ты сделал с ее мужем. Кстати, что с ней случилось, ты отпустил ее как обещал? - Она умерла. - Мне жаль. - А мне нет. Что еще ты видела про меня? - Больше ничего. - Как работает твой дар? - Я не знаю. Сны просто приходят. Я не контролирую их, единственное, всегда знаю, где просто сон, а где реальность. - Почему ты притворилась, что потеряла сознание, и убежала от меня? Неужели ты не подумала о том, что я потом с тобой сделаю за это? Ты не могла не знать, что не сможешь покинуть замок. Куда бы ты пошла? - Я и не думала! Просто когда ты схватил меня за плечи, мне стало очень больно. Я, и правда, потеряла сознание, очнулась, а тебя нет. Я и побежала наугад, смотрю двери Маркуса, туда и забралась. - Ты врешь, - уверенно заявил Деметрий. - Нет, я не вру! Все так и было, я не собиралась тебя обманывать, я просто испугалась, - с честным видом соврала Виталина, она на генетическом уровне знала, что мужчинам никогда нельзя говорить всей правды. - Но этого больше не повторится, - продолжила она, - я готова! - К чему? - удивился вампир. - Как к чему? К смерти, вот кусай! – девушка приподнялась и подставила шею практически к его рту. - Нет, так дело не пойдет, - Деметрий, легко подняв девушку, пересадил к себе на колени, - так будет удобнее тебя кусать, ох, я очень голоден, - забавлялся он. После его слов о голоде в животе у Виталины громко заурчало, и она вспомнила, что ничего не ела со вчерашнего дня. - Да, перекусить было бы не плохо, - вздохнула девушка, но, посмотрев на ухмыляющегося вампира, добавила, - перед смертью. - Ладно, сейчас организуем, - Деметрий вытащил мобильный телефон и позвонил в подвал, своей прислуге, - Принесите еды с кухни, чего-нибудь посытнее, и сок, яблочный. Быстро! - Ой, что за штучка, она понимает, что ты ей сказал? - Виталина с удивлением рассматривала телефон, - А как эта штучка принесет поесть? Штучка, а платье ты принести можешь? А то мне холодно. После мировой катастрофы, Аро постарался по возможности сохранить достижения цивилизации, нужные ему: электричество, телефонную связь, автомобили, кое-где даже железные дороги. Он создал особые лагеря для тех, кто поддерживал все это в рабочем состоянии, привлек к этому и другие кланы в других регионах. Конечно, многое было утеряно, или отброшено за ненадобностью, но все же, многие разработки использовались вампирами и сейчас. Люди соответственно этих достижений были лишены. Рассматривая телефон, девушка заерзала на коленях у вампира и он сдавленно охнул. - Мне сидеть неудобно, что-то мешает, можно я спущусь? Ведь ты меня пока есть не собираешься. Как соберешься, я клянусь, сяду обратно. - Спускайся, садись куда хочешь, мне надо срочно к Хайди, у меня срочные неотложные дела. Принесут еду, поешь и ложись спать. - А где? На полу? - Зачем на полу, есть же кровать, ложись на нее. Деметрий вышел из комнаты. Буквально через пару минут принесли еду, на которую девушка и накинулась, наевшись до отвала, она залезла под покрывало.