Непокоренный Принц

Бежать пришлось долго. Замок сменился городом, где также бушевали беспорядки, пыль летела в глаза, паника разрасталась с неимоверной скоростью. Расталкивая горожан, что попадались на пути, я, наконец, смог преодолеть заставу города и нырнуть в лес. А дальше деревья. Нескончаемые, все гуще и гуще, выше, толще… Бежать пришлось быстро, отодвинув на второй план чувства, не замечая ноющей боли в руке, которой пришлось блокировать меч, не обращая внимания на уже немеющие от перенапряжения ноги. В момент, когда мой мальчик неожиданно сорвался с крика на булькающий хрип, я осознал, что опасность на время миновала и стоит сделать привал — прислонившись к одному из толстых стволов, сполз на землю, усаживая Наследника на колени лицом к лицу. Запустил пальцы в его волосы, ласково поглаживая и переводя дыхание. — Вэл… Маленький. Молчи. Легкие толчки-попытки привести в себя парня, который все ещё продолжал реветь, как младенец и выкрикивать, хотя сейчас уже просто хрипеть, мое имя, ни к какому результату не привели. Тогда мне осталось лишь вновь крепко прижать его к себе и гладить, гладить, гладить, покрывать его макушку поцелуями и постоянно одергивать, в надежде добиться спокойствия. Постепенно меня охватывал страх — голос Вэла уже не различался. Невнятное шипение с временным бульканьем, глубокий тяжелый кашель и слезы, что никак не могли остановиться. Его истерике не было видно края. — Вэллос! — прикрикнул я, заставив маленького Принца вздрогнуть и крепче прижаться, но это сработало. Задержанное им на секунду дыхание стоило многого. Теперь он лишь изредка кашлял, потирая горло, — Больно. Я понимаю, маленький мой. Терпи. — вытираю его щеки от слез, но они тут же вновь намокают, а я, как идиот, улыбаюсь, радуюсь такой корявой недопобеде. Вскакиваю, вытягивая за руку Вэла, отряхиваю его и осматриваю с ног до головы — цел. Жив! Вплетаюсь в его тонкие пальчики своими и тяну прочь, ещё дальше в лес. У нас была новая цель — вернуть замок, вернуть дом. Но вокруг только враги, которые не дадут далеко продвинуться. Однако что-то тянет вперед, что-то зовет, пленяет сознание. Это поможет победить и я даже знаю, о чем идет речь. Есть только одна маленькая загвоздка… Я забыл. Забыл нечто важное — ключ к решению всех проблем. Придется вспоминать. *** На удивление быстро привыкнув к новому окружению, маленький Наследник уже бегал кругами, настолько погрузившись в этот новый неизведанный мир, разнюхивая тончайшие запахи и рассматривая диковинных животных, что перестал думать о случившемся бедствии. Чувствуя свободу действий, которая охватила его впервые за то жуткое время нашего расставания, он перестал контролировать себя, перевоплощаясь без разбору в зверя, потом обратно в человека и снова по кругу. А я что? Я несомненно любил наблюдать за этим несносным ребенком, любил его искреннюю радость, неподдельное удивление, его счастливую улыбку. Движения, знакомые давно, неуклюжесть и нелепость, а эти постоянные падения и полеты носом в землю! А когда он оборачивался своей второй сущностью… Словно две стороны земной Луны! Грация хищного зверя, энергия силы и уверенности, плотно перекрываемая озорным блеском глаз, медвежьей поступью, кувырканием на свежей благоухающей траве, а самое что ни на есть смешное — чихание от переизбытка новых пряных, острых, нежных запахов. Я всегда любил его кошачую сторону — нечто похожее на пантеру из моего родного мира — кот, в холке достигающий 125 сантиметров, весь черный, с красивейшей шелковой шерстью и пронзительными, как ночь, глазами. Этот вид в народе иногда называли фантомами, их лапы позволяют передвигаться совершенно бесшумно, появляться и исчезать так, словно их никогда и не было. Зоолуры несомненно были достойны занимаемой должности — Господствующие На Земле, защитники лесов, хранители среднего слоя, они проникали в души, в сердца, уничтожали сначала корень зла, и только потом приступали к сорняку. Свойственная им точность, продуманность, серьезность… В Вэллосе этого не было. Может из-за его же глупости, может из-за отсутствия детства. Но в свои 18 лет он являлся полной противоположностью будущего Правителя. Избалованный мальчишка. Несносный. Отвратительный. Но такой близкий сердцу! — Эй, глупый Непокоренный Принц! — я вытащил взрослого ребенка из «такой интересной!» лужи грязи и предпринял неудавшуюся попытку очистить красивейшую шерсть от холодной и отвратительной жидкости. — Я все понимаю, но думай о последствиях. Не хватало мне еще тебя бо… — бесцеремонно прервав назревающие нравоучения своим шершавым языком и заставив поцеловать в ответ мокрый кошачий нос, негодник снова плюхнулся в полюбившееся место, чем вызвал у меня протяжный стон, перерастающий в глухой смех. И все-таки именно такой он мне нравится. — Куда мы теперь, господин охранник? — насмешливо поинтересовался мальчишка вечером, усаживаясь по правую руку и незаметно прислоняясь плечом. Меня не обманешь — не мимолетное это прикосновение, а полное доверия, надежды на опору и защиту С самого рождения, всегда, этот ребенок мог почувствовать себя защищенным лишь ощущая чужое тепло. Это льстило. Я ведь предал того маленького несмышленыша, пусть и не по своей воле, но все же бросив его на растерзание судьбе-злодейке. Даже осознавая, что он не знает, кто я, мои воспоминания камнем тянут на дно, заставляя сердце в агонии биться и легкие сжиматься, в глупой попытке образумить хозяина и впустить воздух в заветное хранилище. Правильно. Я как утопающий, ловлю протянутую мне палку, но тащат не меня, а я тащу, на гибель, на смерть, за собой на дно.

***

С трудом укутав Наследного Принца в купленный черный плащ и укрыв его буйную головушку капюшоном, я огляделся, думая, куда бы пойти перекусить. Ноги сами понесли меня в сторону небольшой таверны, носящее гордое имя «Междумирье». Здесь действительно были рады любым гостям. Зоолуры, конечно, чтились больше — они все-таки правители этих земель, господствующая раса во всех странах и просто сами по себе лидеры по уму и силе, но драконы и эльфы также были частыми гостями, их также принимали с распростертыми объятиями. Место было приятно тем, что здесь не задавали лишних вопросов, просто давали то, чего желал посетитель. — Ван, у нас нет денег… — услужливо прошептал мне на ухо Принц и крепко вцепился в мою руку. — Я знаю, — шутливо боднул его в бок локтем и затянул в двери забегаловки, кивая обратившей на нас внимание толстой женщине за стойкой для заказов. Та сразу же подобралась и, махнув зазывающе рукой, переваливаясь с ноги на ногу, побрела на второй этаж. Я отметил отвалившуюся вниз челюсть моего мальчика прежде чем последовать за хозяйкой таверны. — Благослови Всевышних, Ван! — в длинном пустом коридоре меня сразу же смяли в крепкие тяжелые объятия, заставляя засмеяться и ответно обнять старую знакомую. — Тетушка Лути! Я так рад встрече с Вами! — Ну что ты, мальчик мой! Мы целых семь лет с тобой не виделись! Ты и твой спутник, наверное, проголодались и устали? Ступай в свой номер, он сегодня пустует на удивление. Я принесу вам ужин. Вот так всегда с Лутимерией. Она видит всех насквозь и помогает, ничего не спрашивая и ничего не требуя в ответ. Ее теплая жизнерадостная улыбка отодвигает все невзгоды назад, заставляя забыть на какое-то время о беспокойствах и опасностях. — Откуда вы знаете друг друга? — возмущенно прошипел Принц, падая спиной на кровать и тут же ойкая, — Как же здесь неудобно! — Всяко лучше, чем спать в лесу, не так ли? — скидываю свой плащ, стягиваю следом обувь и разваливаюсь в кресле, устало прикрывая глаза. — Ты назвал ее «Лути»… — фыркает Вэллос и садится, скрещивая по-турецки ноги, — Это противно. — Ты можешь думать что угодно, но для меня эта женщина… Не знаю. Она спасла мне жизнь однажды. — Мне даже не хочется открывать глаз, сейчас, наконец-то, я снова чувствую себя в полной безопасности, ощущаю как гудят мышцы, как потряхивает от усталости ноги… И незаметно ухожу в мир Тех Кого Никто Не Помнит.