Выше облаков...

Быть занятым – тоже хорошее лекарство, даже эффективнее обнимашек. Пока не было работы, я собирала обратно движок. Замучилась кататься в город за расходниками, но оно того стоило. Вышло довольно быстро. Что ж, и первый пуск после установки всех запчастей на место прошёл удачно, машина ожила, сизый дым из трубы пропал, посторонних звуков не выявилось. Победно хлопнув капотом, я пока не спешила сильно радоваться, нужно было ещё вывезти на обкатку на улицу, а то дымить тут в таком количестве не очень полезно. — Пять утра. Самое время готовить завтрак, - глянула я на часы и заглушила двигатель. Он работал стабильно, подождёт, когда закончу с едой. Поджарив тосты с яйцом и беконом, озадачила соковыжималку достать мне сок из апельсинов и накромсала остатки овощей в греческий салат. Ещё захотелось сладкого, поэтому быстренько загуглила рецепт кексов в микроволновке, замешала смесь на шесть штучек и по готовности красиво залила это всё взбитыми сливками. Стол получился до того красивым, что были мысли съесть всё в одну морду, пока никто не видит. В шесть встал только Сэм и тут же убежал, старшего на горизонте не видно, так что я позавтракала пока горячее и выгнала машину на улицу. Двигатель на холостых работал чётко минут двадцать, и я решила прокатиться. Два маленьких круга прошли на ура, поэтому ничего не мешало дать оборотов побольше. Настолько больше, что пролетела мимо мирно бегущего вдоль дороги брата на бодрых ста пятидесяти километрах в час; не знаю, сколько это в милях, приборка показывает километры. Он разве что кулаком вслед не пригрозил, отмахиваясь от облака пыли. Ну что ж, это успех! Довольная донельзя результатом, я вернулась только к обеду, выкатав старый бензин и залив новый. Уже никто не спал. Более того, Дин нашёлся за несвойственным ему делом. — Что сдохло, раз ты решил поутюжить вещи? – скрестив руки на груди и привалившись к дверному косяку, спросила я с улыбкой. Милее картины не придумаешь. Дин с утюгом и бутылкой пива в двенадцать часов дня в среду. — Ты была занята, а Сэм нашёл дело. Нам нужны костюмы, - не поднимая глаз от своего занятия, ответил брат. – Ну как твой некромобиль? — Отлично! Не едет, а летит, - бодро ответила я. – Куда нам в этот раз? — Оклахома. Возможно кто-то гуляет без души или демоны шалят. — Далековато… - прикинула я риски мысленно. Неа, не в этот раз. Вялые сборы, домашний обед перед дорогой и наконец выехали. Вот так развлечение, трястись на заднем сидении несколько часов к ряду! Кто бы знал, что это рядовое дело перевернёт вообще всё с ног на голову и принесёт решение проблемы с Тьмой. Пока мы разбирались с убитым, ради которого приехали, местная помощник шерифа грохнула своего благоверного и пропала, объявившись только на следующий день перед налётом густого тумана. Такой мы уже видели, у нас от него Сэм чуть не окочурился. Девушка, умирая, передала Дину сообщение о том, что скоро вообще ничего не будет, кроме него, и никому не спастись. Так почти и вышло, когда Сэм надышался туманом и опять подхватил этот демонский вирус, только в этот раз он действовал на мозг быстрее, заставляя заражённых нападать на всех гораздо раньше. Брат едва не превратился на наших глазах в агрессивного зомби. Тяжело передать то, что я испытала, снова чуть не потеряв его. Это что теперь раз в месяц будет происходить? Крепко обняв Сэм за шею, я зажмурилась от едкого тумана, наполнившего полицейский участок целиком. За старшего я не переживала, он уже столько надышался, а никаких симптомов не получил, а вот притихший младшенький грозился вот-вот халкануться. Я очень не хотела сворачивать ему шею, но думаю это лучше, чем потерять рассудок и мучительно умереть. — Всё будет хорошо, Сэмми, - удобнее перехватила я его шею, давясь слезами и подступающим отчаянием. Мало нам его потерять, нужно будет ещё как-то спастись от всех остальных заражённых. Дин держал брата за плечо. – Дин? — Я здесь! – положил он вторую руку на моё плечо и громко выругался то ли на Бога, то ли на Тьму, без разницы. Сэм уже не двигался, но тяжёлое дыхание становилось чаще. Не знаю, что бы со мной стало, если бы пришлось облегчить его участь, но к счастью не пришлось. Внезапно всё вокруг стихло. Я открыла глаза и увидела чистый воздух. Дин всё ещё сидел на коленях рядом с нами и озирался по сторонам с видом затравленного зверя, ожидая подвоха. Сэмми дёрнулся, делая напряжённый вдох, его руки были чисты от чёрных вздутых вен. — О Эру! Ты в порядке? – смахивая всё-таки укатившиеся слёзы, поднялась я на ноги и подала руку Сэму. Брат легко встал, переводя внимание на Дина, уставившегося куда-то вниз. Из кармана его куртки что-то светило. Он вытащил оттуда свой старый амулет. – Что это? — То, что ты искала, - поднял он на меня поражённый взгляд. – Амулет, что горит огнём в присутствии Бога. Я аж рот от удивления приоткрыла, вцепившись в рукав куртки Сэма. Быть того не может! Тогда как объяснить иначе то, что всё вдруг стало таким, как было до ядовитого тумана? Неужели и вправду Бог постарался? Ощущений Его присутствия точно не было, а вот дрожь по моему телу прошла от неожиданности события. Амулет ведь не просто так внезапно нашёлся. Мы вышли на улицу, держа светящийся артефакт перед собой, ища, куда он мог указывать. Но мне было крайне не по себе, я никак не отпускала куртку Сэма, просто не могла разжать пальцы. — Эй, ты чего? – заметил это брат, перехватывая мою кисть в свою руку. — Как-то страшно мне… - призналась я, делая больше вдохов, чем обычно. Для меня встречи с могущественными существами всегда заканчиваются скверно. Мне неоткуда было ждать добра и радушного приёма, учитывая ярое недовольство Бездны моим появлением на свет. — Держи меня за руку, - предложил Сэм и спустился с крыльца за Дином. Тот уже ушагал на загруженную ничего не понимающими людьми дорогу. Все уже пришли в себя, а я только грозилась выйти. В толпе показалось знакомое лицо. Чак Ширли. Глупо было предположить, что горе-писаку закинула в наши края случайность. Я точно смотрела не на человека, если верить тому, что осталось от моей способности различать сущности в сосудах. И ощущения мои совсем не были похожи на то, что было при Амаре. С ней тепло и свет, а тут только желание убежать подальше и спрятаться, но рука Сэма через чур крепко держала мою. Он тоже волновался. — Кажется, нам надо поговорить, - дружелюбно сказал Чак. Или лучше Бог? — Что-то я не врубаюсь… - проговорил Дин и вопросительно посмотрел на меня, я излишне активно закивала головой в ответ, мол, да, очень похоже на Бога. — Я с радостью восполню все пробелы, но может мы пойдём туда… — Никуда мы не пойдём! – сурово ответил старший. – Может, ты вовсе и не Чак. Может, ты заклинание, чтобы нас… Он не договорил, а Чак уже щёлкнул пальцами, и вот мы уже дома в прихожей. Я закрыла и открыла глаза. Ничего не поменялось. Из-за спины Чака вышел некий Кевин, что я поняла из дальнейшего разговора. Пророк божий призывал довериться Чаку и был отправлен на Небеса взмахом руки. — Мне… не чем дышать, - теряя сознание от духоты помещения и от сдавившего горло шока от реальности происходящего, я чуть не упала на пол без чувств. Сэмми успел подхватить мою тушку на руки и усадить на ближайший стул. В глазах потемнело, стало очень жарко, но слух и сознание не пропали. — Так, дыши, - смешался Дин, мигом притащивший жутко пахнущий виски. Я сделала вдох, а потом и глоток, активно приходя в себя. – Дай-ка мне, - забрал он бутылку и тоже пару раз глотнул содержимое. Да, думаю, не помешает. — Я в порядке, - раскрывая шире глаза, пыталась убедить я Сэма, но лучше видно не становилось. – Посижу немного. Моё состояние отвлекло мальчиков от более серьёзного вопроса, скромно стоящего в сторонке. Но вечно игнорировать такое нельзя. Сэм подкатил второй стул, сел рядом со мной, чтобы присматривать, Дин залез на лестницу, а Чак… Бог занял стул у стола около стены напротив нас. Ничего страннее этого не придумаешь в жизни! За последующим разговором я немного выдохнула и пришла в себя, убедившись, что карать меня на месте никто не собирался. Из головы буквально вылетело всё. Я опасалась не то что заговорить, даже глаза поднять на… Да как же его называть-то? Его устраивало Чак, но язык не поворачивался. В общем, не хотелось мне тут сидеть и уж тем более задавать вопросы о моём будущем. Плавно разговор перешёл в библиотеку. Моё волнение утихло, но мне по-прежнему было некомфортно просто так сидеть за столом с Чаком. Это не укрылось от мальчиков, но всё, что они могли, это только быть здесь со мной и всё. — Вам надо кое-что понять о Тьме, - вещал Чак. – Она неумолима. Её сила за пределами человеческих возможностей, только поэтому я и вышел на сцену. — Круто, наверное, быть её братом? – неловко сказал Сэм. Интересно, а круто для него быть моим братом? Ведь мои возможности тоже далеко за пределами его. Я улыбнулась этой мысли, потому что его слова не были сказаны с негативом. — Полная жесть! – высказался Чак, разнясь с моими мыслями. – Вечно мне указывала, заставляла поступать как ей надо. Ну, сами понимаете. О да, мы понимаем! — Так, где она? – спросил Дин, проигнорировавший наши взгляды. — Хрен её знает! – всплеснул руками Час, возмущаясь. – Она скрылась конкретно от меня. А у вас что? — Ноль. И уже не первый месяц. — Ну, это вопрос времени. Я всегда в вас верил, даже если вы не верили в ответ, - глубокомысленно заявил Чак и тут же перевёл тему на более будничную. – А где гостевая комната? Душ хочу принять. Я машинально поднялась проводить его как хозяйка в доме, но Сэм вдруг упомянул про Люцифера, и это взбесило нашего гостя. Чак довольно резко высказался о своём так называемом сыне, величайшем творении. Можно сказать, что повысил голос, от чего я ещё больше занервничала, а когда осталась с ним наедине в коридоре, то ладошки аж вспотели. Он это, конечно же, заметил. — Да расслабься ты! Не буду я зол на тебя только потому, что ты демон, - хотел приободрить меня Чак, однако сказанул лишнего. – Причины есть и другие, но я тактично промолчу. Я же в гостях. Я пару раз моргнула, уставившись на него и уже развернулась, чтобы уйти, как он окликнул меня и добавил, что ему бы ещё и полотенчико надо бы принести. Кивнув, я поспешила к ребятам, точнее к непочатой бутылке виски. Залетев в библиотеку со скоростью света, я попыталась налить алкоголь в стакан трясущимися руками, но, когда залила весь столик, плюнула на это неблагодарное дело и приложилась прямо к горлышку. Горячительный напиток обжёг поначалу и не принёс удовлетворительного спокойствия, а вот тёплая ладонь на плече вполне вернула в реальность. — Так ли это необходимо, милая? – поинтересовался Дин, не стараясь отобрать бутылку. Не знаю, понимал ли он, но я не могла объяснить. Не сейчас. – Нам тоже не по себе. — Он сказал… - хотела объясниться я, но ударившая в голову горячая волна опьянения помутила мою эмоциональную стабильность, и я чуть не задохнулась от подступивших рыданий. Его слова были злыми, и они только подтвердили мои опасения. Я не нужна этому миру. Даже Бог не доволен проделками Михаила, его экспериментами над жизнью. — Тиши, тише, - хотел обнять меня Дин в знак утешения, но я бы так только сильнее позорно расплакалась, и поэтому не далась. Он от этого поник. Мне жаль его обижать, просто не хотелось бессмысленного утешения. – Что он сказал? — Если коротко, то у него есть причины злиться на меня, - шмыгнула я носом и поспешила добавить пояснение, потому что вытянувшиеся лица мальчиков меня позабавили. – Не то что бы мне не всё равно, просто я… Мне нужно было узнать у него, что со мной будет. — В каком смысле? – спросил Сэм. Ах, да, он вряд ли задумывался о таком, это был разговор со старшим. — Вас не станет, и я останусь одна на многие годы. Но даже когда время сотрёт мир в руины, я не знаю, где окажусь в итоге. — Это было главной причиной, почему я не хотел снимать Метку, - добавил Дин для ясности картины брату. Я кивнула, успокаиваясь немного. Алкоголь сделал своё дело, мне стало легче дышать. — Остаться человеком и обрести покой после смерти – это для тебя гораздо важнее меня! – сказала я Дину, заглянув в глаза. Он не ответил. Наверняка хотел бы поспорить, но не стал. Я отдышалась и высказалась, теперь хотелось провалиться сквозь землю, опасаясь гнева божьего. Вёл он себя ужасно. А ещё Бог называется. – Я пойду, займусь ужином. — Ты точно в норме? – участливо спросил Сэм, перекрывая мне дорогу. Уткнувшись носом в его грудь, я вздохнула. — Да, - честно ответила я. – Он дал нам передышку, возможность осмыслить. Советую вам этим тоже воспользоваться. И я ушла на кухню, размышляя, а на сколько персон готовить? Ест ли Бог вообще обычную еду или он просто захочет посидеть с нами, раз считает себя гостем? Может, он наоборот не захочет выходить из комнаты… Голова аж разболелась от всего этого. Поэтому я достала бутылку вина из заначки, поставила мясо на разморозку и села чистить картошку, чтобы занять руки. И к моменту, как было с этим покончено, я вообще не помнила, а что я собственно на кухне забыла после того, как открыла вино. Зашёл Сэм. Вспомнила! У меня тут два голодных птенчика. А потом зашли Дин с Чаком и требованием ужина. Три птенчика. — А вы думали, что у меня пропеллер в заднице? – как можно чётче выговорила я возмутительным с такой наглости тоном, но выпитое дало о себе знать, и получилось не очень. – Щас всё будет. Вот только я собиралась честно приготовить, но волей Бога в одно мгновение мы вдруг уже расселись за столом, полным готовой еды из моей головы, которая оказалась абсолютно трезвой. Я опешила от такого поворота событий и большими глазами уставилась на Чака. — Виски с вином? Серьёзно? Приятного аппетита! – как ни в чём не бывало сказал Чак и приступил к ужину. Сэм, сидящий возле него, кажется уже осознал происходящее и только восхищённо наблюдал за своим кумиром. Ну хоть кому-то тут есть, чему радоваться. Я на автопилоте съела свою порцию, дождалась, когда закончат остальные и наконец снова осталась одна мыть посуду. Все разбрелись по комнатам. День был тяжёлым и очень странным, нужно было от него отдохнуть. Забавно, что Дин даже не проверил, что его машина спокойно стояла в гараже. Я там просто гуляла. Как вообще можно после такого заснуть? Трезветь мгновенно мне ещё не приходилось. Из своей комнаты глубокой ночью я несколько раз слышала, как Дин пытался угомонить Чака, зарядившего песни в душе. Куда столько мыться? Хорошо, что мы не платим за воду. Лично я, когда мне надоело нарезать круги по бункеру, села точить свой меч, чем и занималась до самого утра. Успокаивает, знайте ли. А там уже и время готовить завтрак подоспело. Завернув сосиски в слоёное тесто и отправив их в духовку, я принялась за творожные оладушки. Ровно в шесть проснулся Сэм и, налив себе кофе, сел за стол, подпирая голову рукой. Даже доброго утра не пожелал. — Солнышко, без тебя не наступит день, - взлохматила я и без того растрёпанные волосы брата. Сэм по-доброму улыбнулся. — Я вообще не выспался, - простонал он в чашку. Я принялась улаживать ухоженные волосы пальцами, приглаживая длинные пряди на макушке. – Сегодня бегать не пойду. Как ты? Уже не трясёт? — Да, я успокоилась, - полной грудью вздохнула я и наклонилась обнять многострадального братишку за шею. – Просто вчера было тяжело. Я обнимала тебя и боялась, что придётся умертвить собственноручно. — О как! – усмехнулся Сэм. – Что ж, хорошо, что всё обошлось. — Это точно! – Я приложила губы к его виску, вдыхая запах волос. Не представляю, что бы с нами было без него. – А потом ещё и Бог со своим очень уместным замечанием. Я ведь даже не спрашивала… — Джесс, мы и с этим разберёмся, - заверил меня брат, похлопав по руке. – Просто нужно ещё немного времени. Поцеловав брата в висок, я вернулась к готовке. Уже вся кухня пропахла вкусненьким запахом свежей выпечки. А когда я открыла консервированные персики к оладушкам, так вообще сказка! Всё больше мне казалось, что готовить куда приятнее, чем ежедневно убивать мерзких пауков и орков, регулярно валяться в грязи и дежурить часами под проливным дождём. — Я один слышал этот кошмар? – начал с порога причитать Дин. И сразу к кофе приложился. Сэм развернулся к нему заспанным лицом. – Понял. Я три раза просил его угомониться! — Ты наорал на Бога? – удивился Сэм, мгновенно просыпаясь. — Ну да! Я-то сплю, - ответил брат как ни в чём не бывало. — Я насчитала четыре, - доставая из духовки завтрак, поправила я. – Ммм! Какая прелесть. — Чем побалуешь нас сегодня, принцесса? – смягчился брат, учуяв запах еды и обнимая меня за плечи. Его непрошенная близость была кстати, но он держал дистанцию. Он вообще перестал первым идти на такие шаги, что меня несомненно радовало, это говорило о наличии у него совести. – Выглядит как эксперимент над сосисками. — Вот это запах! А у меня вот пончики, - бодренько появился в помещении Чак. Он весь халат уделал в сахарной пудре! — Да ты… Вы, - быстренько поправила я себя, отодвигая стул, - присаживайтесь! — О, я не хочу, спасибо, - отмахнулся он к моему облегчению и убежал в свою комнату. — Это на нём мой халат был? – спохватился Дин. Я тяжело вздохнула и уткнулась носом в его плечо. Я так долго не смогу жить. Втроём позавтракав, мы по очереди приняли освободившийся после божественного заплыва душ и снова собрались вместе в библиотеке. Засели просто новости читать, искать хоть что-то об Амаре. Настроение у всех не очень, но никто не сделал и глотка алкоголя. Резкое отрезвление вызвало у меня неприязнь к опьянению. Может, это воля божья? Помянешь чёрта… Явился наконец Боженька, когда проспался. Сэм нарыл новости о том, что этой ночью в Оклахоме в небольшом городке все жители погибли в тумане, на что Дин бросил упрёк в сторону Бога и был жёстко поставлен на место. В общем, Чаку плевать, сколько людей погибнет, пока Амара до него доберётся. Мы итак сидели тихо, так теперь вообще атмосфера уныния какого-то повисла. Кстати, не все жители погибли, остался один единственный, которого мы и решили навестить. — Отлично! Поехали, - тут же подорвалась я и пошла за вещами. — Что, не пообедаем даже? – уточнил старший. — По дороге съешь бургер, - бросила я уже из коридора, стремясь побыстрее покинуть дом, ставший вдруг не милым. В дороге как-то и дышалось легче. Я бы сказала, что в нашем доме гость задержался, но он там и суток не пробыл. Зато успел всем надоесть! Нам такие гости и даром не нужны. Между прочим, гостевую комнату даже не я стелила, я бы вообще её убрала. Уровень моего гостеприимства на лицо. Звонил писарь божий Метатрон. Как обычно нетелефонный разговор. Помимо этого перца судьба послала нам пророка, о которых мне подробнее рассказали мальчишки, упомянув и того призрачного азиата. Жизнь пожилого преподавателя химии из маленького городка в один миг переменилась и наполнилась библейскими именами. Как я его понимаю! А вот своих мальчишек, тянувших в дом всякую каку, вообще перестала понимать. Они решили показать Донателло Чаку, а дедульки в машине случилась истерика, и сидели мы вместе сзади. — Какой из меня пророк? Я атеист и химик! Я верю в молекулы, а не в Бога, - настойчиво причитал наш новый знакомый. Я притихла в уголке, посматривая в окно, и хмыкнула на этой реплике, так как со мной случилось то же самое. Только теперь моя религия больше язычество, ведь Айнур по сути стихии природы, поимённое представление явлений, почти как у славян Перун, Лада и прочие. Теперь у меня Эру, Варда, Манвэ и остальные. Они хотя бы не притворяются, что им не плевать на мир. Дальнейший короткий рассказ о тёрках Бога с сестрой, да и вообще о сестре Бога, о Люцифере в частности, всполошил запаниковавшего Донателло настолько, что он принялся дёргать заблокированные двери, чтобы выйти на ходу. Ага, щас. — Мы там иногда монстров возим, - пояснил Дин. И меня… В общем он нужен нам, потому что скорее всего его коснулся не Бог, а Амара, и мы можем попробовать найти её через Донателло. Да, мы снова пользуемся простыми людьми в своих корыстных целях. Ну и что? Разве, только мы хотим спасти мир? Пусть помогают! Дома у меня чуть сердечный приступ не случился от вида Чака в одних трусах за просмотром кёрлинга и поеданием лапши. Это слишком даже для меня. Может, для парней и нормально с такой скоростью добавлять навое фигуры в нашу игру, но меня это напрочь сбивало с толку. Нужно было отдышаться в тишине и спокойно обдумать, что делать лично мне со всем этим? Я ведь всё ещё не поговорила с Богом и даже не знала, как к нему подступиться, а сделать это нужно было вопреки его гневу. Сегодня я не сильно мудрила с ужином, так как народу оказалось много, а настроения у меня на них всех вообще никакого. Обойдутся спагетти с сосисками и овощами. — У тебя даже макароны выходят вкусно! – похвалил меня Дин. Думаю, это было просто потому, что он заметил моё уныние. Я натянуто улыбнулась, чувствуя неловкость, так как сегодня мы ужинали за большим столом в библиотеке в компании двух посторонних людей. — Приятно, когда твой тыл всегда в безопасности и с накрытым столом. Вам повезло с сестрой, хоть я этого и не задумывал, - неожиданно подхватил Чак, вгоняя меня в ещё большую краску. Это, конечно, приятно, но я не знала, как реагировать, поэтому просто кивнула. — Не хвастаемся, конечно, но очень рады такому подарку судьбы. – Вот Сэм был совершенно искренен в своих словах, от чего я расслабилась. — Присоединюсь к хвалебным речам, - решил поддержать атмосферу очень приятно воспитанный Донателло, - Благодарю, мисс, за сытный ужин. — Мне очень приятно, что все оценили, - смущённо ответила я, буквально окрылённая таким вниманием. После трапезы старший вызвался убрать со стола и помыть посуду, а я постелила Донателло на диване в нашем импровизированном кинозале. Гостевые спальни закончились. В бункере Хранителей знаний я насчитала четыре разного профиля лаборатории, кучу пыльных архивов, хранилищ артефактов и прочей лабуды, но спален было всего четыре: две для постоянного персонала, две гостевые. И ещё одну кровать мы нашли в кладовке, когда понадобилась вторая в мою комнату, так там и стоит. Вообще не продумано! Ещё одного гостя наш огромный бункер будет встречать, я не знаю, кожаным диванчиком в библиотеке. Всё, больше кроватей нет. Совсем. — Ну вот, Донателло, располагайтесь, - закончила я стелить постель и протянула гостю пульт от телевизора. – Туалет один слева дальше по коридору, душ там рядом. Я, если что, в комнате двадцать четыре, Дин в одиннадцатой, а Сэм в двадцать первой. Халат и чистые полотенца с недавних пор стопкой лежат на стиральной машинке, тапочек только нет. Ну, тут уж извините! Я не знала, что у нас будут гости. — Да всё нормально, Джессика. Спасибо тебе большое! – улыбнулся старичок, и я ушла к себе. Точнее хотела уйти к себе, но на повороте столкнулась с Чаком нос к носу. Вся стопка журналов оказалась на полу. Растерянно рассыпаясь в извинениях, я помогала ему собирать бумажки, как наконец решилась начать разговор. И только хотела уже задать свой вопрос, протягивая ему последнее издание, как озвучил вслух очень болезненный для меня ответ. — Я не вмешиваюсь в судьбы людей! — Но…. — Совсем никак. — Но я ведь не просила жизни, - всё равно успела я прервать его побег от разговора. Да, рисковала быть испепелённой на месте, но Чак вроде ещё не испарился. – И что мне делать с ней, если нельзя лишиться? — Поздравляю! Ты увидишь закат этой цивилизации, - радушно улыбнулся Бог, хлопнув меня по плечу свободной от журналов рукой. К горлу подступал тугой ком. — Разве так можно?! – чуть не сорвалась я на истерику, осознавая его слова в полной мере. — Я же сказал, что не вмешиваюсь! – терял терпение Чак. Я вступила на тонкий лёд. – Михаил тебя создал, пусть и решает эту проблему. — Но ведь он заперт в Клетке… — Я очень тебе сочувствую, - участливо сказал Чак и ушёл. Я чувствовала себя проигравшей по жизни. На какое будущее теперь вообще можно рассчитывать, не имея возможности связать свою жизнь с кем-то? Быть одной… Всю бесконечную жизнь. Даже у Бога есть сестра, а я останусь одна. Добравшись до своей спальни, я свалилась сидеть на пол у кровати, заливаясь слезами отчаяния. Безысходность ещё никогда была такой буквальной, и после сотни прожитых лет, мне не хотелось продолжать коротать срок на Земле, длинной в тысячи раз больше этого. Даже если и удастся найти путь в Средиземье и сойтись с Леголасом, это не сильно мне поможет, всего на ближайшие тысяч десять, даже он потом уйдёт в Аман, и там я буду ещё вечность наблюдать, как будут жить наши потомки. Но много ли это принесёт радости, учитывая тот факт, что именно моих любимых и близких не будет? Я не хочу вечную жизнь, это похоже на какое-то издевательство. — Джесс, мы отъедем ненадолго… Что случилось? – вдруг резко открыл дверь Дин и, заметив мои слёзы, так как я инстинктивно развернулась для дачи отпора, прервал сам себя. — Ничего! Стучаться надо, - буркнула я, быстренько растирая щёки. Но очень взволнованный взгляд брата заставил меня признаться, хотя я и не хотела бы сильно перед ним распинаться. – Чак сказал, что не вмешивается в проблемы людей. Ему всё равно. Дин зашёл и закрыл за собой дверь. Я неловко обняла себя руками, чувствуя потребность высказаться на эту тему. И мне очень хотелось, чтобы он был рядом как раньше, когда я могла доверить ему всё. Дин сел на кровать, я села рядом лицом к нему. Может, он тоже на меня обижен за холодность. — Что именно? — Я не смогу умереть, и моей душе нет места в любом из известных загробных мест. И путь в Средиземье мы не нашли. Собственно, с таким раскладом и не надо, - шмыгнула я носом, растирая свои ладошки от переживаний. — Как это «не надо»? – удивился Дин. – В чём проблема? — А что я буду там делать, когда никого не останется? Даже эльфы не бессмертны, всему есть срок, - терпеливо объясняла я, чувствуя, что снова готова разрыдаться. Брат сидел, как кол проглотил, не знал, куда деть руки. Подозреваю, что очень хотел меня утешить хоть как-то. – Что мне делать, Дин? – не выдержала я и сама упала в его объятия. Мне это было нужно. Я так нуждалась в хоть каком-нибудь совете, хоть малейшей определённости, шанса избавиться от судьбы разделить вечность с Михаилом в Клетке. — Для начала успокоиться. Ещё не было у нас безвыходных ситуаций, - тихо ответил старший, мягко поглаживая меня по спине и шее. Его тепла мне не хватало. — Вот эта первая! – выдохнула я ему в грудь. – Мой сосуд слаб и столько не выдержит, я стану обычным демоном, буду вечность скитаться по чужим телам, пока миру не придёт конец. А дальше Бездна, если впустит меня на свой порог, но я всё равно не усну. Одиночество в темноте и пустоте. — Да, это тяжёлый случай, - уткнулся мне в макушку носом брат, перебирая волосы рукой. Он ничего не мог сделать, но его присутствие успокаивало. Это мой человек, тот самый, что однажды так же защитил вопреки всем логичным исходам его неприязни ко мне, и теперь не мог противится этому приятному чувству быть нужным и любимым. – Ты только не впадай в отчаяние! Я сам скажу Чаку, что он ошибся на твой счёт. — Я не сделала ничего выдающегося, это вы герои, а не я, - высвободилась я из надёжных объятий брата. У него самого глаза на мокром месте стояли, настолько ему не безразлично моё состояние. Тяжело теперь было представить любимые глаза абсолютно чёрными и слышать внутри его злые слова из прошлого. — Даже героям нужны те, кто их любит, - коснулся ладошкой моей щеки Дин. — Может сработать, вы же его любимчики, - беззлобно поддела я брата, немного завидуя такой удаче. На меня как снег сыпались повседневные проблемы и более масштабные, а у них всегда всё получается. Где справедливость? Дин улыбнулся в ответ, разгоняя своим светом уныние, засевшее в моей комнате уже довольно давно. Мне стало чуточку легче, но не от вероятного разрешения проблемы, а от близости брата, какой не было с самого Средиземья. Этого не хватало. — Иди, умойся и съешь мороженое из дальнего левого угла на второй полке в морозилке, а мы сгоняем, узнаем, что там хочет опять выкинуть Метатрон, - проговорил Дин и щёлкнул меня по носу. – Всё будет хорошо. Обещаю! Я кивнула, и он ушёл. Мороженое, значит, заныкал. В следующий раз съем из принципа, чтоб никто не крысятничал. А если серьёзно, то меня отпустило отчаяние, которое оказалось не таким уж беспросветным. Поговорить с кем-то – всегда хорошая идея. Быть может это и не принесёт чудесного решения проблем, но на душе станет легче от того, что ты не один. Боги мои! Да ведь я сама оттолкнула Дина от себя. И даже считала это правильным, ведь он заставил меня испытывать боль, он эгоистично разрушил мою жизнь… В то же время сам страдая не меньше от содеянного. Быть может, мы уже достаточно натерпелись друг от друга? Ну хотя нет. С утра пораньше меня вновь огорошили возможностью потерять братьев. И не где-то там в перспективе, а вот прямо сегодня. Игра по-крупному набирала обороты.