Миссия П.О.Р.О.К. не закончена

ТОМАС Юноша сидел у края обрыва на берегу моря. Беспокойные волны омывали песчаный берег. Солнце склонялось к линии горизонта. «Угроза» — передавало оно своим неестественным красным оттенком. Вокруг относительная тишина. Слышны лишь звуки прибывающих волн и шуршащей листвы леса, находящегося недалеко от оврага. Ветер взлохматил темные волосы парня, делая его прическу похожей на прическу безумца. На нём были тёмно-синие джинсы, зеленый потрёпанный джемпер с капюшоном и обычные черно-серые кроссовки. Каждый день он приходил к оврагу и изливал свою душу синему бескрайнему морю. Порой ему приходилось смахивать слёзы с ресниц или же растирать их по щеке тыльной стороной ладони. Слёзы лились сами собой. Томас не мог ничего с этим сделать, поэтому оставил в прошлом свои попытки их остановить. Бесполезно. Прошло полгода с того дня, когда погибла Тереза. Для него этот день не ознаменовался освобождением от ПОРОКа, он стал для него днём гибели лучшего друга. Хуже всего было то, что ничего нельзя исправить. Томасу оставалось лишь беспомощно сидеть, сложа руки, подавляя свою душевную боль. «Ничего не изменить и ничего не исправить! Сначала Чак, после Ньют, затем…Тереза» — мысленно терзал себя Томас. ПОРОК отнял у него самое ценное — друзей. Конечно, есть еще Минхо и Бренда. Но многое изменилось с тех пор, как они прошли через плоспер, попав в неизведанные земли, из пылающего логова ПОРОКа. Кажется, Минхо начал спокойно обходиться без помощи Томаса. Коммуникация в Глэйде и на Жаровне была необходима, чтобы выжить совместными усилиями. Здесь же, в мире и спокойствии их пути постепенно расходились. К тому же, «клей» скрепляющий их вместе был убит своим лучшим другом, о чем Минхо, разумеется, не подозревал. Он знал наверняка, что Ньют погиб, но никогда не пытался говорить об этом вслух. Он боялся, что призраки прошлого заберут его, как Томаса, и он не сможет спокойно жить. За эти полгода Минхо сильно возмужал и повзрослел. Настолько сильно, что собрался жениться. Его избранницей стала Соня, девушка из Группы-Б. Оказалось, что у них с Минхо очень много общего: Соня была куратором бегунов в своей группе, как и её суженый, нрав у неё был непредсказуем и вспыльчив, Минхо тоже не отличался терпеливостью и выдержкой. Ньют бы сказал, что Минхо-это бомба замедленного действия. Отчасти так и было. Томас почувствовал перемены в себе и в Минхо. Он знал, что в итоге останется совсем один, цепляясь за прошлое, как за спасательный круг, который на самом деле топит его, а не спасает. Но бороться было не за что. Друзья мертвы, ПОРОКа больше нет. Во всяком случае, в том месте, где они оказались не было и намека, что эта организация когда-либо существовала и терроризировала имунных и больных подростков, пытаясь получить формулу лекарства от Вспышки. Как-то раз, скорее всего неделю назад, Томас точно не помнил, для него все дни слились воедино, Минхо решил посоветоваться с другом. Хотя Томас прекрасно знал, что тот никогда не спрашивает и не советуется, если Минхо что-то спрашивает, то скорее всего он на это уже решился или у него есть своё мнение на этот счет, а вопрос задал с целью позабавить себя чужим мнением, особенно если оно отличалось от его. — Я хочу сделать Соне предложение. Что думаешь по этому поводу? — тихо спросил Минхо. В ответ Томас немного нервно, но положительно замотал головой, мол да, это стоящая мысль. Внутри Томас удивился, поэтому и не нашел слов для целостного ответа. «Минхо и женитьба», — подумал он, — «это точно тот несдержанный подросток, с которым я познакомился в Лабиринте?». После этого Томас потерял всякую надежду на дальнейшую дружескую близость. «Ничего не будет как раньше. Ничего». С Брендой, казалось бы, всё должно было обстоять иначе, но боль от потерь расставила все точки над «i». Томас не смог построить с ней отношения из-за смерти Терезы. Он определённо испытывал тёплые чувства к Бренде, но никак не мог начать ухаживать за ней, даже разговоры вызывали затруднения. Каждый раз, когда он пытался заговорить с Брендой, его преследовало жгучее чувство того, что он изменяет Терезе. Разумеется, Бренда в скором времени поняла проблему Томаса, но всё равно не переставала надеяться. Это подтверждали ухаживания Галли и Эриса, к которым она чаще всего была равнодушна, особенно первые три месяца. Из них двоих ей больше симпатизировал Галли. Она смогла разглядеть в изувеченном юноше светлую и добрую душу. Галли значительно преобразился: шрамы на его лице почти невозможно было разглядеть, счастливый взгляд и радостная улыбка сопровождали его всюду. Конечно, после ужасов Лабиринта, спокойная жизнь — лучшее лекарство от шрамов. Группам А и Б удалось создать Новый Глейд, на основе старого. Парни и девушки неплохо уживались вместе, также взрослые имунные помогли им справиться с проблемами постройки жилья, добывания пропитания и с прочими бытовыми вопросами. У каждого жителя Нового Глейда было свое дело: одни строили хижины, другие занимались сельским хозяйством, некоторые охотой, также были и те, кто помогал на кухне, во главе которой был Фрайпан. Готовить еду приходилось по старинке, с помощью костров и импровизированной посуды. Всё это было потому, что Новый Глейд не был оснащён техникой. Вчерашние бегуны стали охотниками — одна из немногих перемен. Томас нашел свое место, в Новом Глейде – он стал охотником, но ему не хватало друзей. Чак и Ньют были ему ближе Минхо, а Тереза ближе Бренды. Охота не отвлекала Томаса от печальных мыслей, как и не отвлекали его другие повседневные занятия. Он нёс на себе мысленный груз переживаний, каждый раз задаваясь одними и теми же вопросами: «Почему погиб не я? Почему они?», поэтому Томас даже не заметил, что сзади к нему кто-то приблизился, когда он был, сидя у моря, погружён в свою думу. — Ты не можешь оплакивать их всю жизнь, Томас – тихо, но слышно прозвучал голос девушки. Он вздрогнул, но узнал голос - это была Бренда. Томас обернулся и молча осмотрел её с головы до ног. Это был не оценивающий взгляд, а скорее блуждающий, растерянный. Длинные каштановые волосы Бренды развевались по ветру, на ней были мешковатые черные штаны и бледно-розовая майка. Несмотря на довольно-таки небрежный вид, выглядела она необычайно женственной особой. Томас вернулся к её глазам, взгляд Бренды плавно проникал в душу, посылая сигнал сочувствия. — Том…- начала было она. — Никогда не называй меня Томом! Никогда! Слышишь?- Томас почти сорвался на крик, злобно вцепившись пальцами в зелёную траву. Бренда не подала виду, что её как-то задел грубый тон Томаса. Хотя в душе её полил дождь, долгий, бесконечный дождь. — Я просто хочу, чтоб ты вернулся к нам. Вернулся ко мне. В нормальную жизнь – ровно произнесла она, опустив взгляд в землю. — К нормальной жизни? Серьезно? – начал Томас, выдержав недолгую паузу, продолжил – Бренда, они все погибли из-за меня. Это я должен был умереть тогда, когда убили Чака, ведь целились в меня! Это я должен был оказаться шизом, а не Ньют. Он меньше всех этого заслуживал. А Тереза… Я до сих пор не пойму, зачем она это сделала. Она была бы сейчас жива, а я бы отправился туда, где мне самое место – к друзьям, к Ньюту и Чаку. Мне тошно находиться здесь и сейчас без них, зная, что они пожертвовали собой ради меня. — У тебя есть я, есть Минхо. Хватит уже, Томас. Ты нужен мне. Я больше не могу мириться с твоим отсутствием… - Бренда замолчала, ожидая ответа, но его не последовало. Её собеседник не смотрел на неё, словно потерял к ней интерес. Сейчас его больше интересовало бесконечное море. Так что не дождавшись ответа Бренда продолжила - Ты должен определиться в каком времени живешь: в прошлом или в настоящем. — Хочешь сказать, это ультиматум? – всё так же не глядя на неё, тихо, в пустоту спросил Томас. — Мне больше ничего другого не остается… Я нуждаюсь в тебе, а ты держишь меня на расстоянии. Это неправильно и это слишком затянулось. Мне казалось, что тебе необходимо обо всём подумать, прежде чем ты вернешься в новую жизнь, но твои думы только ухудшили положение, оставив тебя в прошлом – отчаянно промолвила Бренда - Я больше не могу ждать, Томас. Он не ответил. Молчание длилось несколько секунд, а по ощущениям годы. Томасу стало безумно жаль Бренду. Он действительно мучает её да и себя тоже. — Тогда… Ты можешь начать новую жизнь. Я не держу тебя – как можно равнодушнее сказал Томас. Всё также не глядя на неё, хотя внутри у него все оборвалось. «Теперь я и её потерял… И винить мне в этом нужно только себя». Бренда разозлилась. Это было видно по её лицу. Злой блеск в глазах выдал её ярость, от услышанного. Не сказав ни единого слова, она развернулась в сторону Нового Глейда и убежала прочь. Только сейчас Томас смог посмотреть ей вслед. Ему было больно. Он сам отказался от своего друга. «Всё кончено… Всё кончено…» - проносилось в его голове. Мысли разозлили Томаса, он подобрал крупный камень, лежавший возле него, и со всей силы зашвырнул его в сторону моря. Булыжник едва коснулся воды. Томаса это не успокоило. Не найдя по близости подходящего камня, он начал рвать и швырять траву. Наконец, обессилев, он опустил плечи вниз и поник головой. «Бренда права, я должен прекратить, но я сделаю это сам, один». Томас поднялся на ноги, оглядел местность, остановив взор на том, что его всегда притягивало - на море. Ему вдруг захотелось окунуться в воды бескрайнего синего простора. Томас поддался своему желанию, спустился к берегу, скинул с себя джемпер и джинсы, буквально выпрыгнул из кроссовок. После он приблизился к омывающим берег волнам, глубоко вздохнул и начал приближаться к воде, постепенно погружаясь в неё. Вода на удивление оказалась не такой холодной, несмотря на уходящее солнце. Когда уровень воды достиг его шеи, Томас попробовал плыть. Его ритм сбивался не раз из-за накатывающих волн, но он не сдавался, потому что представлял, что борется с призраками прошлого, и ему просто необходимо выиграть эту схватку. Так продолжалось некоторое время: Томас плыл и плыл, старясь ни на что не отвлекаться, кроме плаванья. Наконец, он опомнился, когда уже начало темнеть и начал плыть к берегу. Выйдя на берег, Томас присел на песок, недалеко от оставленных вещей, решив немного обсохнуть, прежде чем одеваться. Сейчас он сидел и ни о чем не думал, Томас устал, он был изможден мыслями. Спустя 15 минут, парень начал было одеваться, уже почти натянул одну штанину джинс, как заметил боковым зрением темный движущийся силуэт по правую сторону от него. Томас резко повернул голову в сторону тени. Тень оказалась человеком, точнее девушкой, казалось, словно та замерла на мгновение, когда Томас увидел её. Она стояла на приличном расстоянии недалеко от оврага, наверху которого не так давно сидел Томас. Издалека невозможно было рассмотреть её лицо, а находилась девушка на приличном расстоянии. Кажется, она не была высокого роста, зато была довольно-таки стройна, у неё были тёмные, почти чёрные чуть вьющиеся волосы, которые были немного ниже плеч. На девушке были темные обтягивающие брюки и белая футболка с каким-то рисунком (Томас не смог разглядеть). Она смутно напоминала ему кого-то, но он не мог определить точно. «Тереза?» - пронеслось у него в голове- «Не может быть, чтобы это…». Не успел он додумать, как брюнетка сорвалась с места и побежала к оврагу. Миг и она уже вскарабкалась по нему и направилась в сторону леса. Томас быстро среагировал, как ошпаренный и начал одеваться, судорожно думая: « Неужели это она. Так похожа. Она же мертва…Чёрт, это не она, но я все равно должен выяснить, кто она». Он быстро накинул джемпер на спину, легко перевязав его у шеи (не было времени надевать его) и быстро, словно в Лабиринте, побежал к оврагу и также стремительно вскарабкался на него. Когда он оказался наверху, брюнетка уже подбегала к лесу, мгновение и она скрылась в зелёных зарослях деревьев. Томас направился вслед за ней.