Стюхи

В антиматерии ауры наших тел тёплые слова превращаются в ледяные стрелы. Ты хочешь переплести наши пальцы, всегда хотел, а в моём пространстве взрезаешь ножом моё тело. Лето превращается в зиму, а зима в журавля, а тот опускает голову в кувшин и пьёт только мёртвую воду. Нищий становится королём, а мы кружимся вокруг короля, ему не видать ни любви, ни прав, ни свободы. Тёплые слова оказываются сетью из сказанных в детстве пик, они причиняют боль, срезают маховые перья. Мигает красно-синим цветом: сегодня ты ученик, завтра я, послезавтра мы теряем диплом по доверию. В этом танце мы то в яме, то взлетаем к горам. И разреженным воздухом дышим, погибшей водой проточной. Между нами февраль переменчивых сочных вчерашних драм. Между нами всё хрупко, как птичий скелет, но при этом прочно. Я хочу развязать тебя и отпустить к другим. Ты мечтаешь мой взгляд оскопить, устремлённый в тебя перманентно. Мы друг другу сквозь ауры шепчем: «Беги». И взрезаем красную нить — интеллигентно. Уроборос из змей, не способных разинуть рот. Это кажется вскрытым, но на деле оно краснокнижно. Мир сближает и отдаляет за солнечный оборот. Но нельзя отдалить тех, кто двигается неподвижно. Близнецовые мифы сотканы из окровавленных тел. Из прозрачных глаз и из крови цвета полуночной вишни. Ты хочешь переплести наши пальцы. Всегда хотел. И я вижу твой жест, хотя в ауре это не слышно.