Obsession

Этого паренька он заприметил сразу. Узкие чёрные джинсы, черная же футболка, массивные ботинки на толстой подошве , шипастое колечко в пухлой нижней губе. И копна прямых белых волос на голове. Блондин сидел в одиночестве за дальним столиком бара и просто напивался. Но парень настолько выделялся из завсегдатаев, что, казалось, на него направлен мощный луч прожектора. Он следил, как красивые руки с татуировками чуть ниже локтей берут бутылку, наполняют небольшую стопку прозрачной жидкостью, опрокидывают содержимое в рот. Как при этом светлые волосы откидываются назад, оголяя изгиб шеи. Ему кажется, что, не смотря на расстояние и плотную завесу сигаретного дыма, он почти может чувствовать запах его кожи. - Тут свободно? - Блондин поднимает на него взгляд. То есть, кажется, что тот смотрит на него, ведь глаз не видно под густой светлой чёлкой. - Свободно. Но это не значит, что ты можешь сесть. - Я всё-таки рискну. - Улыбаются ему в ответ. На удивление, блондин просто пожимает плечами. Официантка приносит им ещё одну стопку и очередную бутылку. - Тогда ты должен со мной пить. - безапелляционно заявляет блондин. - Я не против. Как тебя зовут? - Эй, я не включаю в понятие "пить" ещё и разговоры. - И всё же? - Блондин смотрит на сидящего напротив темноволосого парня и ему, на мгновение, кажется, что глаза его сегодняшнего собутыльника отливают серебром в тени широкополой шляпы. - Джиён. - Очень приятно, Джиён. Меня зовут Сынхён. - Это очень полезная информация для меня, правда. - кривит губы блондин. - Может, теперь ты замолчишь и выпьешь? Сынхён склоняет голову на бок и заинтересовано смотрит на него. - Как ты только с людьми уживаешься с таким-то характером? - А кто сказал, что я с ними уживаюсь? - улыбается Джиён и пододвигает к нему полную рюмку. - Пей. Сынхён залпом выпивает предложенный алкоголь и снова интересуется: - А семья? - Нет у меня семьи, какого чёрта привязался? Нет? Просто идеально. Джиён снова подливает ему и пьёт сам. Сынхён готов поклясться, что блондин, не смотря на своё хрупкое телосложение, почти не пьянеет. По крайней мере, внешне нет никаких признаков. - Выйдем? - затянувшееся молчание Джиён прерывает первым. Сынхён смотрит на часы- начало первого ночи. - Куда? Джиён дергает плечом. - Не важно. Хочу убраться отсюда. Сынхён не против, даже более чем. Это как раз то, что нужно ему самому. На улице холодно, брюнет ощущает это даже сквозь кожаную куртку. Джиёну, одетому в одну футболку, наверно, совсем зябко. Когда крупная горячая ладонь обнимает его за плечи, притягивая ближе, Джиён вздрагивает от неожиданности, но тут же расслабляется и сам обнимает Сынхёна за талию, прижимаясь к его груди. - Ты тёплый. - с каким-то детским удивлением сообщает блондин. - А не должен быть? - напряженно интересуется Сынхён, оглядывая пустую улицу. Сейчас, на свежем воздухе и с такого расстояния, он отчётливо чувствует тот сладковатый запах, который слабо ощущался в баре. Запах Джиёна. Он боится не удержаться. Но ещё слишком рано. - Не знаю. Ты тёплый как-то по-особенному. - Блондин поднимает голову и рассматривает лицо Сынхёна. - И красивый. Хочу поцеловать. Сынхён не успевает сказать, что это не самая умная идея. Джиён прикасается к его губам неуверенно, но буквально через секунду уже целует его настойчиво и страстно. Сынхён чувствует, как чужой язык ласкает его рот и с удивлением отмечает, что это приятно. Когда блондин от него отстраняется, он подавляет в себе желание потянуться за продолжением. - Тёплый. - Джиён облизывается и снова рассматривает лицо Сынхёна. С детским интересом проводит кончиками пальцев по скулам, носу, губам. Спускается к шее. - Сынхён, ты далеко живёшь? Пойдём к тебе. Брюнет просто берёт его за руку и тянет за собой. Такое жильё есть в каждом городе. Маленькие ободранные квартирки, которые снимают, обычно, не на длительный срок. Джиёну плевать на условия. Он замёрз, ему снова хочется ощутить тепло рук Сынхёна на своём теле. Он прижимается к нему сразу же, как только тот закрывает дверь. Стаскивает с него куртку, просовывает холодные ладони под тонкий свитер и снова целует. У Сынхёна едет крыша. Запах Джиёна забивает ноздри, а напор обескураживает. Обычно, к моменту такого близкого знакомства с ним, люди инстинктивно начинают нервничать- и это в лучшем случае. Джиён же был слишком поглощён тем, что изучал его тело руками и губами, поэтому вряд ли замечал что-то вокруг. Сынхёну было интересно. Настолько, что это даже отодвинуло на задний план мучающий его голод. Хоть он и знал, что это не надолго. - Хочу заняться с тобой сексом. - бормочет Джиён. - Сейчас. Блондин стаскивает с себя футболку и тянется к свитеру Сынхён. Но тот снимает его сам и прижимает Джиёна к себе, кожа к коже. Когда брюнет его целует, Джиён нетерпеливо вздыхает и тянет его к кровати. Джиён очень красивый. Его бледная кожа, светлые волосы, в беспорядке разметавшиеся по простыням, припухшие губы и розовый румянец на щеках. Сынхёну нравятся его татуировки и пирсинг в губе. Нравится, как он вздыхает от удовольствия и реагирует на его ласку. И Сынхёну нравится дарить ему наслаждение. Почему-то с Джиёном это не кажется чем-то навязчивым. Сынхёну нравится прикасаться к нему просто для удовольствия, а не по необходимости. И он, наверное, даже не против был бы это повторить, хоть и знает, что этому не суждено случится. Сынхён чувствует, как голод, сдавший на время свои позиции, возвращается с новой силой. Он смотрит, как Джиён выгибается, открывая тонкую беззащитную шею, и тянется к нему. Тонкая кожа такая горячая под губами, брюнет чувствует, как заполошно бьётся пульс, совсем рядом, стоит только немного прикусить кожу, и он ощутит этот сладкий вкус чужой жизни. Джиён, забывшийся в предоргазменной лихорадке, этого даже не почувствует. Сынхён обнажает клыки и впивается в шею Джиёна как раз в момент, когда тот кончает под ним. Тело блондина крупно вздрагивает, он как-то удивлённо-недовольно морщится, но не отпускает плечи брюнета до самого конца, пока не теряет сознание от потери крови. Вкус крови Джиёна какой-то странный, он отличается от вкуса обычной так же, как старое марочное вино отличается от дешёвой подделки. Сынхён отрывается от него не сразу, продолжая прижиматься губами к шее Джиёна даже после того, как в его теле не остаётся ни капли крови. Брюнет садится на постели, но продолжает сжимать в руке безвольную ладонь. Мальчик, который так доверчиво прижимался к нему в поисках тепла, теперь уже не согреется никогда. Почему-то Сынхёну обидно, хотя он был уверен, что давно похоронил в душе все человеческие чувства. Брюнет возвращается в реальность через пару минут. В воздухе чувствуется напряжение и витает тонкий запах озона, как во время грозы. Тонкие пальцы вздрагивают в его ладони и Сынхён вскидывает взгляд. Внешность Джиёна стремительно меняется- волосы укорачиваются и меняют цвет, наливаясь алым. Сынхён не понимает. Джиён судорожно вздыхает и открывает глаза. Радужка у него ярко-розовая. - Ммм, это было неожиданное окончание. - улыбается он. - Что? - Сынхён бледнеет. - Кто ты такой? Не переставая улыбаться, Джиён садится на постели и обнимает Сынхёна, прижимаясь ухом к его груди. - Не бьётся. - шепчет он. Сынхён хочет его оттолкнуть, но Джиён до боли сжимает руки на его плечах. - Не дёргайся. Я сегодня в хорошем настроении, я не стану тебя убивать. - Но ты был мёртв, я в этом уверен. Джиён отрывается от его груди и заглядывает в глаза. - Такой мелочью меня не убить, нет. - Тянет он. - Ты мне нравишься. Джиён склоняет голову набок и задумчиво закусывает губу. - А ты всегда выпиваешь кровь тех, с кем спишь, или можно обойтись и без этого? Сынхён не отвечает. От взгляда Джиёна у него буквально кровь стынет в жилах. - Молчишь? Ну и ладно. - Джиён снова прижимается к нему. - Ты тёплый. Если я буду тебя кормить, ты будешь меня греть? Сынхёну кажется, что от его ответа ничего не зависит. - Я всегда один. - продолжает Джиён. - Всегда. Брюнет его понимает. Монстр не может ужиться с людьми. Сынхён неуверенно поднимает руки и обнимает Джиёна за плечи. Тот тихо урчит и трётся об его грудь щекой. - Так кто ты такой? - Тело Джиёна снова напрягается. - Ты можешь сделать вид, что я просто парень, с которым ты познакомился в баре? Сынхён думает. А он действительно хочет это знать? - Ты меня не отпустишь? Джиён снова поднимает на него взгляд, нижняя губа чуть уловимо надувается, придавая его лицу обиженно и детское выражение. - Хочешь уйти? Сынхён думает, что он тоже устал быть один. Сынхён думает, что всегда иметь под рукой источник еды- это удобно. Сынхёну кажется, что ему нравится чувствовать руки Джиёна на своём теле. Наверно, остаться в его власти- это не так уж и плохо. - Нет. Не сейчас. Джиён улыбается.