Воин и Чудовище

Наконец-то на замену душному и жаркому дню пришла такая желанная и приятная прохлада. Солнце стало клониться к горизонту, смягчая свой яркий и ослепляющий свет и удлиняя тени, в которых люди находили спасение от палящего зноя. Опускаясь всё ниже, солнечный диск становится оранжевым, а над линией горизонта небо приобретает нежно-розовый оттенок. Закат – настоящее украшение вечера. Эльза стояла на небольшом балконе, опираясь о перила и наблюдая за окружающими. Она подставила своё лицо на встречу легкому ветру, который ласкал пылающие щёки и длинные алые локоны. Отвести взгляд от столь прекрасного пейзажа девушка не могла. Он дарил ей незабываемое ощущение комфорта и выветривал все ненужные мысли прочь из головы. А ведь в последнее время она и была забита таковыми. После того, как Жерар ушёл в долгий поход, вся его работа была переложена на её хрупкие плечи. Доставка провизии и медикаментов, выработка оружия и брони, подготовка молодых бойцов – всё, что создано для мужчин. Но не для неё. Погрузившись в свои мысли о том, как тяжело быть женщиной, она так и не заметила приближающиеся шаги. — Рад видеть тебя в добром здравии, Эльза, — неожиданно послышался голос сзади, и девушка инстинктивно вытащила свой меч и приставила к горлу нахала, что посмел вывести её из важных раздумий. Светловолосый мужчина лишь усмехнулся и поднял руки в примирительном жесте. В тот же миг она быстро спрятала своё оружие и присела на колено, покорно склоняя голову. — Ну же, поднимись, не стоит быть такой формальной, — казалось, его ухмылка стала ещё шире. — Не хотел тебя трогать, но тут появилось одно важное задание. — И какое оно? — резко поднявшись, она пристально посмотрела в его темные глаза, пытаясь рассмотреть хоть какую-то подсказку в том, что её ожидает. — Король хочет, чтобы мы уничтожили очередное чудовище, — начал он. — Он говорит, что оно терроризирует далёкие западные земли, и мы просто обязаны им помочь. Мы же герои. Эльза немного задумалась. Почему король, думающий только про то, как обеднить жителей своей страны и пополнить свою казну вдруг начал заботиться о своих поданных? Неужели-таки хочет на старости лет, чтобы о его доброте слагали легенды и песни? Но вслух она это сказать не решилась, посему лишь спросила: — А почему мы с тобой? — Потому что я так захотел. Она удивлённо посмотрела на него и хотела что-то возразить, но вспомнила, что она на несколько рангов ниже его. И что любое неприятное или оскорбительное слово, сказанное в его адрес, может лишить её головы. Девушка-воин снова посмотрела на него, и что-то нехорошее мелькнуло в его взгляде. Ох, как ей не хотелось покидать город. — Когда выступаем? — она задала вопрос, когда поняла, что мужчина выжидающе на неё смотрит. — Завтра на рассвете. Собери всё самое необходимое, и я буду ждать тебя около Южных ворот. Только оружие не забудь, — уведомил он, поворачиваясь на носках и направляясь к выходу. После того, как звук шагов отдалился, она позволила себе громко вздохнуть и легонько стукнуться головой о стену. Мало того, что у неё и так много своих проблем, так тут ещё и это. Единственное, что её тревожило, это то, что на западе было одно ещё не найденное и не убитое чудовище – горгона. Бессмертная и очень опасная — так про неё рассказывают во всяких детских сказках и легендах. Единственное, что Эльза помнила про неё со школьной скамьи, так это то, что убить её можно только одним мечом, который затерялся задолго до её рождения. Выдохнув, она направилась во внутренний двор, дабы уведомить воинов об её отсутствии. Ведь её не будет достаточно долго, так как дорога к западным землям довольно опасна и находится чуть ли не на краю Земли. Закат уже начал расплываться, а на небе по очереди зажигались звёзды. Эльза жалела, что пропустила такое прекрасное явление, но всё же поспешила в лагерь. Ей лучше не задерживаться. *** — И где эта проклятая дорога? — буркнул Гажил, в очередной раз стряхивая с себя пару листьев. Уже несколько дней он ходил по узким горным тропинкам, дабы найти хоть что-то, что укажет ему путь к чудовищу. Склоны гор густо поросли лесами, из-за чего воину пришлось оставить часть своих вещей и доспехи, чтобы хоть как-то облегчить себе дорогу. Горы — могучие и бесстрастные, не ведающие жалости, не знающие милосердия. Если ты им не угодишь, они с легкостью смогут сбросить тебя в тёмные ущелья, где твоё бездыханное тело будет на радость плотоядным птицам. Но, тем не менее, мужчина видел всю их красоту. Как белоснежные облака застревали на вершинах гор, как мелкие ледяные ручейки стекали вниз к склонам, попутно омывая огромные валуны. На их берегах в такт ветру колыхалась высокая трава. Как ни странно, он мог почувствовать их безмолвную мощь, что обрушивалась на него, словно тяжёлые камни. Горы хранят множество тайн, и горгона – одна из них. Дороги становились всё уже и круче, и мужчине приходилось держаться за могучие стволы вечнозелёных деревьев. Посмотрев вниз, он отметил, что забрался уже достаточно высоко и ему стоит осмотреться в поисках хоть какой-то пещеры. Скоро ночь, а желания умереть от холода не было. Он остановился и посмотрел вокруг. Где-то вдалеке виднелось море, а уже почти тёмное небо усеивали тысячи огоньков. Гажил не думал, что шёл так долго. Внезапно, он почувствовал, как земля под ногами исчезла, и он с грохотом покатился вниз. Включился инстинкт самосохранения, и воин начал судорожно хвататься за хоть какое-то спасение. Так он смог ухватиться за сухой корешок и остановить падение. Слегка вздохнув, мужчина начал понемногу карабкаться вверх. Вот уже и тропинка рядом, осталось совсем немного. Но пальцы предательски соскользнули с влажной земли, и Гажил снова полетел вниз. Всё, о чём он думал в этот момент, это было то, что про него вспомнят только как про дурака, который хотел получить славу и признание и который всё никак не мог найти своё место под солнцем. Попутно ударяясь головой о камни, он начал терять сознание, а алая кровь застилала глаза, не давая шанса спастись. Умирать ему хотелось меньше всего. *** В голове будто звонили тысячи колоколов, а в горле было суше, чем в самой горячей пустыне. Сознание наконец приходило в порядок, но вот тело совершенно не слушалось, поэтому Гажил так и остался лежать. Где он находился, мужчина не знал, но точно не в аду. Потому что адское пламя не пожирало его плоть, а приспешники Аида не разрывали его мышцы, выламывая кости. Этим его пугали в детстве, когда он не хотел слушаться, поэтому это очень сильно засело в его памяти. Неожиданно воин почувствовал, как ловкие тонкие пальцы перевязывают его раны. И тут он вспомнил, что чуть не погиб из-за своей неосторожности. Пульсирующая боль отзывалась по всему телу, а малейший вздох давался с трудом. Когда звон в ушах стал тише, он смог расслышать чей-то разговор. — Как думаешь, он выживет? — спросил мелодичный женский голос. И, как ни странно, он отгонял этот шум из его головы, возвращая такую нужную ясность. — При должном уходе он через пару дней сможет полностью восстановиться. Ему нужно просто отдохнуть, — этот голос был уже совсем девичий, но говорила девочка со всей серьёзностью. — Я сейчас схожу за травами и вернусь. Присмотришь за ним, хорошо? — Конечно! Она встала и тихими шагами направилась в сторону, где шумели деревья, а женщина осталась сидеть подле него. Он мог почувствовать на себе её пристальный взгляд, но что-то сказать против этого не был в состоянии. Тело контролировать он мог с трудом, а веки были слишком тяжёлые, чтобы разлепить их. После нескольких минут её молчаливого взгляда, незнакомка отошла куда-то, да вот только было слышно ползанье, как у змеи, а не человеческие шаги. Гажил насторожился. Собрав все силы, он резко подскочил с места. Когда картина перед ним стала чётче, он осознал. Перед ним стояла горгона, которая мирно копошилась в его сумке. Настоящая, с огромным змеиным хвостом, покрытым серой чешуёй и с погремком на конце. Она была повёрнута к нему спиной, и он понял, что вот его шанс! Быстро обнаружив свой меч, он схватил его и с криком замахнулся на чудовище. — Прошу не убивайте меня! Я не сделаю вам ничего плохого! — неожиданно отозвался монстр, слегка съёживаясь, но не поворачиваясь. — Что?! — выдавил из себя Гажил, вопросительно выгибая бровь. Вот тут он совершенно во всём запутался.