Истина

      Снейп, видимо, хотел отказаться от чая и вообще уйти, но Верити решила продержать его здесь до того момента, как Ремус проснется. Не то что бы она не доверяла мрачному черноволосому колдуну, но какое-то невесомое беспокойство в ее душе нарастало. В конце концов, ей было просто не по себе – если Люпина хотели убить целенаправленно, то они могут попытаться сделать это еще раз. Саншайн очень «хороший» противник – толку от нее никакого, Северус был прав, говоря, что она не знает ни одного атакующего заклинания.        Снейп пил чай без сахара. И без конфет. И крепкий. Верити хотелось поморщиться от такого, но она молчала. До какого-то момента. - Как думаете, это обычная потасовка или преднамеренное нападение? – тихо спросила девушка у волшебника, тот отвлекся от созерцания коричневой жидкости у себя в чашке. - Я не знаю ни одного идиота, который мог бы в здравом уме направить на другого волшебника палочку, да еще и с таким мощным заклинанием, - процедил Снейп, - даже колдуны предпочитают выяснять отношения кулаками. Или безвредными для жизни заклинаниями. Можно подвесить человека за ногу и обсмеять его, знаете ли, действует лучше, чем любые другие чары.        Верити хмыкнула, не поняв, что Северус намекает на свою нелегкую молодость. - Знаете, что самое интересное? – было непонятно, смягчился Снейп или нет. – Заклинание, которым атаковали Люпина, в принципе, не такое уж и опасное. Для обычного волшебника. Но не для оборотня…        Снейп испытующе уставился на Саншайн. Та хлопнула глазами, прекрасно понимая, что этот проклятый черный маг имеет в виду. - Вы меня в чем-то обвиняете? Вот это номер, - девушка была откровенно возмущена, но Северус даже не моргнул. – Я никому не говорила, что Рем…А Вы откуда знаете? – Верити прищурилаь. - Я учился с ним на одном курсе. Семь лет он и его дружки отравляли мне жизнь. Когда стало необходимо искать компромат, чтобы выжить, я нашел. - У Вас гораздо больше мотивов подстроить нападение на Ремуса, чем у меня, - резонно заметила Саншайн. Снейп поднял бровь: - Но я, в отличии от Вас, не безалаберная девка, по уши влюбившаяся в волка.        Верити хотелось ударить Северуса за такие слова. Почему-то первой мыслью было выхватить палочку. Вот как, она всего неделю волшебница, а рефлексы уже есть. - У Вас очень странные понятия о любви и влюбленности. И, видимо, абсолютно нет понятий о чести и долге. – медленно произнесла Саншайн. Ей показалось, что Снейп на короткое мгновение улыбнулся. - Все же, - он опять начал цедить, - я полагаю, что нападение было не случайным. Более того, я склонен думать, что нападавшие знали и «мохнатой проблеме» Люпина. - Значит они узнали от кого-то еще, - отрезала Верити. – Я никому не говорила. - Ваш дорогой Ремус, видимо, не обучил Вас таким вещам, как «окклюменция» и «леггилименция». Вы могли просто подумать об этом не там, где нужно, и сильный волшебник узнал бы все сразу. - Вы такой мерзкий, - без стеснения призналась Верити, поморщившись. – Не удивительно, что Лунатик, Сохатый, Бродяга, Хвост и Лили над Вами издевались.        Услышав последнее имя, Снейп неестественно дернулся. - Лили защищала меня. Первое время, - зачем-то рассказал он. - А что стало потом? – Саншайн тихонько хмыкнула. - А потом я назвал ее «грязнокровкой».        Верити не нужно было объяснять, что значит это слово. - Так она была прямо как я… - Верити сложила руки на груди, - магглорожденной. - Я бы не стал сравнивать Вас с Лили Эванс, - голос Снейпа вновь стал холодным. – Лили была гораздо одареннее Вас. - Но тем не менее, Лили Эванс почему-то стала Лили Поттер, а не Лили Снейп, - Саншайн быстро раскусила Северуса. Ей по долгу службы приходится смотреть в душу людей, чтобы узнать, что они скрывают от анамнеза.        Губы Снейпа чуть скривились, но он ничего не ответил. Из гостиной послышался шорох. Верити вдруг стало неудобно смотреть на черноволосого колдуна, захотелось извиниться, поэтому она, не сказав ничего, направилась в гостиную, лишь бы не видеть каменного, пронзающего насквозь взгляда Северуса.        Люпин очнулся. Он пытался встать, но выходило не очень. - Ремус! Тебе нужно лежать, я совсем недавно зашила твою рану… - Верити подошла к дивану, и Люпин решил, что безопаснее будет действительно лечь. - Где Снейп? – хрипло поинтересовался раненый оборотень. - На кухне, чаи гоняет, если, конечно, от страха еще не аппарировал на Луну, - Саншайн слегка улыбнулась. Ремусу было не до веселья. - Позови его. Нам нужно поговорить. - Рем, ты уверен, что ему можно доверять? – тихо спросила Верити. - Я – нет, - честно признался Люпин. – Но Дамблдор ему доверяет.        Верити вернулась на кухню и попросила Северуса пройти в гостиную. Пока мужчины беседовали, волшебница решила приготовить ужин, чтобы не мешать им. На самом деле, ей очень хотелось послушать, о чем же говорят Снейп и Люпин, но, понимая, что третий лишний, девушка засунула свое любопытство подальше. Если Ремус сочтет нужным рассказать – он расскажет.        «Забавно, я уже веду себя так, будто мы женаты много лет.»        В конце концов, когда ужин уже был готов, а два волшебника не появлялись, Верити решила навестить их. Снейп уже собирался уходить. - Верити… - Ремус глянул на нее. – Послушай…мы думаем, что нападение на меня было запланировано. Я не имею права подвергать тебя такой опасности, но мне придется остаться здесь до полного выздоровления. А потом я отправлюсь решать свои проблемы. Так что обучение придется приостановить…Прости. - Ничего страшного, - заверила Верити, видя, как Северус выходит из дома. – Я сейчас вернусь, - вдруг сказала она Люпину и унеслась во двор, где Снейп готовился аппарировать. - Северус! – окликнула она его. - Профессор Снейп, - поправил волшебник девушку, не поворачиваясь лицом.        «О Боже, он еще и профессор…» - Обучите меня атакующим заклинаниям, сэр, - она встала в паре метрах от него. Снейп наконец обернулся, слегка заинтересованно глядя на волшебницу. - Зачем это Вам сейчас? - Затем, что, если в мой дом ворвется тот, кто хочет убить Ремуса, я ничего не смогу с этим поделать, - в сердцах воскликнула Верити. Она действительно волновалась за благополучие друга-оборотня. - Так попросите Люпина Вас обучить, - Снейп закутался в мантию, закрываясь от Саншайн. - Он сейчас слаб, - терпение Верити кончалось. – Ему нельзя вставать с постели еще несколько дней. Он, несомненно, научит меня чему-нибудь, но только когда окрепнет.        Снейп молчал. В его карих глазах не отражалось ничего, кроме света уходящего солнца. - Я обучу Вас одному заклинанию, - медленно проговорил он. – Но Вы не должны говорить о том, откуда знаете его, никому. Даже Вашему дражайшему Люпину.        На миг Верити смутилась. Было бы подло не рассказать об этом Ремусу, ведь оборотень-то все ей рассказывает. - Хорошо, - согласилась волшебница, кивнув.        Северус достал свою палочку. - Сектумсемпра! – произнес он, направив палочку на ближайшее дерево. На стволе остался глубокий порез.        Верити сжала губы. Что-то подсказывало ей, что такими заклинаниями пользуются тёмные маги. Снейп начал объяснять ей, как оно выполняется. Делать было нечего, ей пришлось слушать Северуса и практиковаться. Через полчаса она худо-бедно могла пользоваться сектумсемпрой, а кустарники, которые матушка Верити выращивала долгие годы, были изрезаны вдоль и поперек.        Снейп не сказал больше ни слова, аппарировав черт знает куда с вездесущим громким хлопком. Девушка постояла еще немного на улице, потом пошла домой. Люпин, видимо, волновался за нее, она обнаружила мужчину в коридоре, он намеревался идти за ней. - Так! Ну-ка быстро на диван! – возмутилась Саншайн, и Ремус поковылял обратно, конечно же, заметив в ее руках волшебную палочку. - Что-то не так? – настороженно спросил Люпин, садясь на кушетку. - Да нет… - волшебница проследила взглядом за оборотнем, - просто хотелось ткнуть твоему Снейпу чем-нибудь в глаз, а под рукой была только палочка.        Люпин недобро хмыкнул. - Целых тридцать минут гонялась за ним, пытаясь достать до глаз? – спросил он несвойственным ему тоном. Ремус хмурился, сжимал губы, в общем, был чем-то недоволен. - Люпин, - Верити расплылась в улыбке, - это что, ревность? - Нет, - слишком поспешно ответил Ремус, утопая в подушках.        Верити хмыкнула. Все понятно, это «Я страшный оборотень и не подпущу тебя к себе. Но и к другим тоже не подпущу. Сиди дома, кукуй одна». - Он мне даже не понравился, - обнадежила Саншайн. – Страшный, наглый и хамоватый. Ну такое.        Люпин ничего не ответил, но, по-видимому, был удовлетворен ее заверениями. - Ремус, - позвала волшебница. – А существуют ли такие заклинания, которые запрещены законом? - Зачем ты спрашиваешь? – напрягся Рем, глядя на подругу. - Вдруг что-нибудь не то наколдую… - Верити улыбнулась, пытаясь скрыть волнение. Не хватало, чтобы Люпин действительно узнал, что она теперь может пользоваться заклинанием, которому ее обучил Снейп. - Существуют. Их три. Империус, Круциатус, Авада Кедавра, - от произношения названий Люпину стало не по себе. Он замолк на какое-то время, потом продолжил. – Империо подчиняет колдующему волю человека. Круцио приносит жертве страшные мучения. Авада Кедавра убивает мгновенно, от нее не спасают никакие защитные заклинания…        Верити сглотнула. Одно было хорошо – Сектумсемпра к запрещённым заклинаниям не относится. - У тебя есть предположения, кто и зачем мог на тебя напасть? – продолжила допрос девушка. - Есть… - вздохнул Люпин и вдруг засмеялся. Саншайн вопросительно посмотрела на него. – Я просто думал, что ты начнешь спрашивать меня про наш с тобой поцелуй в «Дырявом котле», про то, что будет дальше. А потом на меня напали и теперь я даже не знаю, что мне сложнее обсуждать – поцелуи с тобой или приметы нападавшего…        Верити понимающе кивнула. - Я могу не спрашивать тебя ни про то, ни про другое, - пообещала Саншайн. – Могу просто чаю принести. И ужин. Я его приготовила, но он, наверное, уже остыл. - Пожалуй, - так Люпин попросил чай и еды. Верити снова удалилась на кухню, исполняя просьбу Ремуса. На сердце было неспокойно, только сейчас волшебница поняла, как на самом деле беспокоится за этого мужчину. Как дрожали руки, пока она зашивала его рану. Как дрожат руки сейчас, когда Верити понимает, что влипла в ужасную историю, причем на всю жизнь. Волшебство – это не только кролик из шляпы. Это кровь и смерть в том числе.        И больше всего Верити не хотела, чтобы кровь Ремуса была на ее руках. Не хотела, чтобы Ремус Люпин встретил смерть.