Просто твоя тень

Отец, На этих выходных состоится поход в Хогсмид. Насколько мне известно, завтра он будет в Трех Метлах, где-то около полудня. Я подслушал его разговор с грязнокровкой и Уизли. Буду держаться подальше оттуда, как и обещал. ~Драко

В субботу Драко встал до рассвета. Он плохо спал ночью, беспокойно ворочаясь от нетерпения. Все выходные в Хогсмиде были отменены на весь год из-за нависшей над всеми угрозы после возвращения Волдеморта. Но атак не было, не было ни насилия, ни исчезновений с прошлой весны, когда возвращение Темного Лорда было доказано, и вот Дамблдор неохотно разрешил студентам посетить Хогсмид на этих выходных перед Хэллоуином. Но не поход был причиной возбуждения Драко. Все остальные ждали беззаботного дня в Сладком королевстве, приколах Зонко с пинтами пенного усладэля. На уме у Драко были вещи поважнее, он знал, что на самом деле произойдет. Драко чувствовал, как его сердце бьется быстрее и сильнее чем обычно, когда он осмотрел в полумраке свой гардероб и быстро оделся. Сегодня ему было о чем волноваться посильнее, чем одежда. Его задание. С исчезновением из Азкабана дементоров, Люциус легко сбежал через месяц после своего заключения. Это Люциус предложил Волдеморту Драко в качестве шпиона, и с тех пор Драко был счастлив следить за Поттером. Его заданием было только предоставить информацию, сообщить отцу о том, когда Поттер покинет пределы школы. Как обычно, отец не сказал ему ни слова о планах Темного Лорда, но было совершенно очевидно, что будет в некотором роде нападение. Если Драко понимал что-то о методах Темного Лорда, слушая отца, то Волдеморт сам не пришел бы в Хогсмид. Он бы послал кого-то привести ему Гарри. Это была бы хитро спланированная атака, с отвлечением внимания, потом один или два Упивающихся напали, и Гарри Поттер, спаситель волшебного мира, исчез бы прямо из-под носа Дамблдора. Наверное, Драко это должно было радовать, но он не мог справиться с раздражением. Поттер был его, ничьим больше. Он хотел своей личной мести, и факт, что последний удар будет не его, сводил с ума. Поттер был не только Мальчиком-Который-Выжил, не просто целью Волдеморта, но личным соперником Драко, как и вся его плоть и кровь, этого занозы-в-заднице гриффиндорца, который сидел через две скамейки на зельях, сияя насмешкой и легендарным шрамом в своих идиотских очках. Он знал о Поттере все. Если бы половину того времени, что он следил за шрамоголовым он тратил на квиддич, он бы давным-давно обыграл придурка. Это было его главное хобби, изучение Гарри Поттера. Драко с точностью знал, где в коридоре они с Уизли будут ждать свою подругу-грязнокровку после арифмантики, которую он с ней посещал. Знал о странном отвращении Поттера к сухофруктам, о его любимом темно-зеленом пере, и привычке нервно посасывать кончик большого пальца левой руки, когда скучал на занятиях. Он даже ждал, когда Гарри был в растерянности, как он наклонит голову вправо, глядя налево вверх. Интересно, как у Поттера не сводило шею судорогой в этом месте. Драко даже заметил, каким угловатым тот рос с начала семестра. Не то чтобы чересчур неловким, но еще и нервным, раздражительным, отстраненным и унылым. Ему даже не приходилось докучать Поттеру, он и сам прекрасно справлялся. В классе мальчик будет сидеть на стуле прямо как доска, готовый вскочить в любой момент. Потом, словно устав следить за происходящим вокруг, он отвернется от своей работы, чтобы смотреть в окно или в пустоту перед собой. Не то, чтобы Поттер не делал так и до этого, но раньше Драко он казался просто образцом пустоголового гриффиндорца, глядевшего пустым взглядом, как будто отдельно от мира. Сейчас это было по-другому. Казалось, что он смотрит на что-то определенное, следит взглядом за невидимой целью. Единственный предмет, где этого не происходило, были зелья, где Поттер сразу начинал работать старательно и быстро. Гренджер радовалась его новому энтузиазму, и его поведение даже останавливало Снейпа от обычных нападок, но Драко знал, что дело было в другом. Гарри мало интересовался своими оценками, он пытался отвлечься, сбежать от чего-то. Это было очень странным, и ему просто необходимо было знать, в чем дело. Это занимало гораздо сильнее, чем должно было. К тому же, он перевыполнял свои обязанности шпиона, и подробные записи всего, что делает Гарри Поттер, заходили далеко за обычную слежку. Он не выходил из головы Драко, и как бы слизеринец этого ни отрицал, он сам это знал. С ареста его отца его старая одержимость и личная неприязнь к гриффиндорцу перешли в нечто гораздо более серьезное. Соперничество, нападки, шумные состязания прошлого - все стало сильнее, но сейчас ставки были выше. Это полностью захватило его и стало навязчивой идеей. Но конец был уже близко. Скоро он с корнем вырвет свою манию. Поражение Гарри Поттера - именно то, чего Драко ждал годами. И если ему не удастся сделать это самому, он точно будет первым свидетелем. Ничто на свете не помешает ему это пропустить, ни взбесившийся гиппогриф, ни тем более предупреждение отца. Он беспрестанно следовал за Поттером с первого сентября; увидеть, как его задача подойдет к концу, Драко считал не только обязанностью и своим моральным правом, он просто очень хотел этого. Гарри Поттер будет повержен к концу этого дня, и когда это случится, Драко как-нибудь даст ему понять, по чьей вине это произошло. Он, Драко Малфой, в конце концов, одержал верх над Гарри Поттером. И Поттер узнает это, черт его возьми. Он поймет, что никогда не стоило доставать Малфоя; не стоило игнорировать Драко, сбрасывать со счетов. Он поймет свою ошибку, но будет уже слишком поздно. Драко будет там, чтобы увидеть это, несмотря на указ отца. Опасно? Только для Поттера. Драко Малфой сам о себе позаботится. Драко мельком взглянул в зеркало, чтобы убедиться, что не надел мантию наизнанку. Все было в порядке. Сегодня нет времени на суету. Он зашел в ванную, закрыв за собой дверь, и начал обычные утренние процедуры, надеясь, что привычные действия успокоят его, но успокоить нервы он не мог. Он пытался медленнее дышать, быстро умылся несколько раз, хмурясь тому факту, что у него до сих пор нет повода бриться. Единственное, что он не мог делать в спешке, была прическа. Он расчесывался своим лучшим зачарованным гребнем, пока не был удовлетворен. Ему нравилось совершенство, это была единственная вещь, в которой он превосходил Поттера, хоть она и касалась только его волос. А жизнь была так прекрасна, когда все считали Поттера психом. "Смотри! Мальчик, который выжил, свихнулся! Думает, Сам-Знаешь-Кто вернулся! И убил Седрика!" Но сейчас все снова любили Поттера. И потом, всего неделю назад Драко слышал, как несколько Хаффлпавцев-третьегодок хихикали над его "восхитительной" прической. "Восхитительная! Эта драная половая щетка! Как бы не так!" Но как бы Драко не пытался это отрицать, он понимал, чем Поттер привлекал некоторых не особенно выдающихся студентов, что злило Драко еще больше. Быстро запрятав мысли о поттеровских достоинствах куда подальше, Драко попытался успокоиться тем, что Поттера скоро не будет. С самого начала было бы гораздо лучше без этого ублюдка. Тогда Драко никогда бы его не встретил. Между ними не было бы вражды. У него не было бы бессонных ночей в размышлениях, как невероятно надоедлив был этот мальчишка, приводящий его в ярость. "Никогда бы так не сходил из-за него с ума". Вот, он снова это делает. Рыча, он отбросил расческу в раковину. Она отскочила и упала в угол. Драко хотел достать ее, но решил, что это будет ниже его достоинства, домашний эльф сделает это позже. Он вышел из ванной, прокрался на цыпочках по спальне и пошел на завтрак один. Винс и Грег будут сегодня лишними. Он хотел быть тихим, невидимым, незаметным. Он хотел посмаковать мысль о грозящем Поттеру унижении в блаженном одиночестве; только он сам, и один рассеянный Гарри Поттер. Итак, он сказал своим друзьям, что будет занят, соврал, что заприметил одну милашку и хочет ее подцепить, пятикурсницу из Равенкло с соблазнительными слизеринскими чертами, и гориллы купились. Но ни один парень или девушка даже близко не занимал мысли Драко так, как Поттер. В холлах было тихо, когда Драко подошел к Большому залу. Все было окутано сизой утренней дымкой и проникнуто легкой осенней прохладой. Эхо его шагов умиротворяло, и на мгновение Драко полностью забыл о грозящей опасности этого дня. Пока не столкнулся лбом с Гарри перед дверьми Большого зала. - Следи за дорогой, Малфой! - накинулся Поттер. Неряшество Гарри сильно выделялось по сравнению с аккуратной прической и дорогой мантией Драко. Одетый в красный джемпер и стертые брюки, он был похож на нищего маггла. Драко видел в этом влияние Уизли. Только тогда он и заметил, что Грязнокровки и Подлизли рядом не было. Его губы изогнулись в хитрой ухмылке, он близко наклонился к Гарри: - О, я буду следить, Поттер. Гарри дернул головой вправо перед тем, как раздраженно потребовать: - Уйди с дороги. "Не тут то было!" - подумал Драко. Одним плавным шагом он встал в дверях Большого зала и сложил руки на груди, перекрывая проход. - А где же Уизел и Грязнокровка, Поттер? - спросил он с мнимым сожалением, - Только не говори, что даже самые преданные фанаты устали от тебя. Гарри не пропустил удар: - Я рано проголодался и не стал их будить. - Он заметно наступал на Драко. - А где безмозглые тролли, которых ты зовешь друзьями, Малфой? Ха. Неудивительно, что ты врезался в меня. Без жирных костылей по обе стороны ты даже прямо ходить не можешь. "Костыли?" - Драко не успел скрыть эмоции и упустил момент, Поттер грубо толкнул его в плечо и прошел в зал. Драко повернулся, глядя Поттеру в затылок, с полуоткрытым ртом, словно подбирая колкость получше, но тот даже не оглянулся и сел за пустой гриффиндорский стол. Драко молча хмурился про себя: "Ты, придурок! Повернись, чтобы я мог тебе ответить!" Гарри уже налил себе стакан тыквенного сока и тянулся за тостом, не думая оглядываться, когда Драко, наконец, пришел в себя, успокаиваясь мыслью об исходе дня. Он посмеется последним. Но он даже не замечал, что ест, продолжая следить за затылком гриффиндорца. Когда другие студенты начали прибывать в Большой зал, Гарри спешно вышел, и Драко тут же отложил свой завтрак (к которому почти не прикоснулся) чтобы последовать на безопасном расстоянии. Драко видел, как Гарри выскользнул через Главный ход и закрыл за собой дверь. Драко пересек фойе и приоткрыл ее. Небо снаружи было тускло серым, прохладный ветерок бежал по траве. Гарри обнял себя, пока пересекал двор по направлению к Хогсмиду. Ветер ворвался в дверь, и Драко поежился. "Жалкий денек", - сердито подумал Драко, сильнее запахивая мантию. "Но для Поттера он тоже жалкий, и потом ему будет еще хуже." Драко наблюдал за Гарри, и ему показалось забавным, что он так рано ушел в Хогсмид, тем более без остальной части "троицы". Очень странно. Гарри никогда не появлялся без своей гриффиндорской свиты. Но Поттер вообще был странным последнее время, даже для своего уровня. Учитывая его поведение, Драко почти поверил, что Гарри сам хотел сбежать от них. "Забавно." Драко подождал, пока Гарри пройдет через двор, потом выскользнул из двери. Быстро оглянулся и поспешил по траве к краю Запретного Леса, прячась в его тенях до дороги в Хогсмид. Гарри был недалеко впереди. Он шел медленно, словно забывшись, ничего не замечая вокруг. "Слишком просто", - ухмыльнулся про себя Драко, выходя на дорогу. Хогсмид только начинал просыпаться, когда Драко прошел первые его лавочки. Он останавливался и разглядывал витрины, стараясь не привлекать внимания, и ждал пока Гарри куда-нибудь войдет. В воздухе начали витать утренние запахи Хогсмида. Свежеиспеченный хлеб и пироги из Пышных Пышек, аромат кофе из Трех Метел, горячий шоколад в Сладком Королевстве, вся радуга вкусов в восходящем дыме из труб. У Драко заурчало в животе, неприятное напоминание о пропущенном завтраке. Он зло посмотрел вслед уходящему Гарри. "Он когда-нибудь остановится? Как только он зайдет в магазин, я смогу зайти в булочную за кексом и потом легко его перехватить." Драко снова поежился, когда ветер ударил по мантии, и мысленно добавил к будущему заказу чашку кофе. Гарри прошел лавку Зонко, принадлежности для квиддича "Золотой Снитч" и починку метел. Даже не повернул головы на звон стекла, оранжевой вспышки, грохота и громких проклятий из Аптеки. Драко с опаской посмотрел на дым из дверей Аптеки, но тут же забыл его, следуя за Гарри. Его снова обдуло ветром, и снова появились дрожь и мысли об ароматном кофе, и Драко зло пробормотал про себя: "Кофе. Забудь про кекс. Просто дай мне чашку кофе! Зараза, Поттер! СТОЙ!" Но Гарри не остановился. Он даже не оглянулся на нарядный вход Таверны Каменного Тролля и Гостиницу, последних зданий главной улицы. Теперь, Драко был не только голодным, он был еще и растерян. Единственное, что было за деревней - Воющая Хижина. "Он же не может идти туда? Зачем?" Драко зашел за выступ на углу Таверны и в ужасе смотрел, как Гарри шел прямо к Воющей Хижине. "Он не... он не может... да он окончательно сдвинулся... крыша поехала... Борода Мерлина, он и правда собирается туда..." Гарри не замедлил шага, пока не остановился перед дверью дряхлого маленького домика. Легким взмахом палочки дверь открылась, и Гарри исчез. Дверь за ним почти захлопнулась, потом отскочила на петлях обратно и приоткрылась со скрипом, дразня Драко своим пугающим приглашением. Как и все дети, Драко рос на историях о юных ведьмах и колдунах, которые посмели войти в Хижину. Их поглотила тьма и растерзали разъяренные призраки, они попали в их страшные когти, окруженные боггартами, а в конце были съедены живьем существами, о которых даже упоминать страшно. Однажды, когда семилетний Драко прилюдно закапризничал, Люциус пообещал, что сам закроет его в хижине на неделю, если он еще раз опозорит имя семьи. Это был последний раз, когда Драко позволил себе подобное. И тут Гарри Поттер запросто заходит туда, словно это кладовка для метел. Это уж слишком. Драко сжал кулаки. "Если Поттер может, то и я смогу." Борясь с возрастающим напряжением в груди, Драко твердо прошел по тропинке. Строение мрачно возвышалось перед ним, чернея на фоне тусклого серого неба, как будто погода пыталась помочь Хижине избежать вторжения. Его это не остановит. Он должен войти. Он собирался следить за Поттером весь день и будь он проклят, если хоть что-то его остановит. К тому же он до смерти хотел узнать, какого черта Поттер пришел сюда в первую очередь. Глубоко вздохнув и надеясь, что переживет это, Драко медленно толкнул дверь и вошел в самое страшное здание Британии. Внутри каждая поверхность и выступ были покрыты толстым слоем пыли. Частички медленно парили в тусклом слабом свете из треснутых окон. Справа в прихожей стояли два стула и небольшая софа с вырванной обивкой, и в камине все еще лежали обгорелые бревна. Слева была столовая, посередине стоял стол, окруженный разномастными стульями; один был перевернут, у другого не было двух ножек. Они, правда, лежали рядом и выглядели весьма пожеванными. Дрожа, Драко заметил прямо перед собой сомнительную лестницу. Единственное, что уверяло Драко в том, что ступени не рассыплются под его весом, была дорожка свежих следов в пыли, Поттер уже прошел наверх. Каждый нерв Драко был натянут до предела, а внутренний голос кричал, чтобы он сейчас же развернулся и убежал. Следовать за Поттером весь день было, конечно, ненормально, но прийти за ним в Воющую хижину - по лестнице - было чистым безумием. "Значит, я сошел с ума." Но как только он наступил ногой на первую ступень, дерево громко треснуло. Сердце Драко замерло в груди, и он, боясь шевельнуться, смотрел вверх, ожидая, что Поттер в любой момент с криком выбежит. Но прошло несколько секунд, Гарри не появился. Потом еще несколько. Когда стало понятно, что никто не придет, Драко выдохнул. Проклиная себя за тупость, он вытащил палочку, направил на туфли и прошептал "Силенцио!" И пока снова не передумал, начал подниматься. Следы Гарри повернули направо. Сдерживая дыхание, Драко прокрался к щели в дверном проеме. Гарри был за ним, и медленно, с опаской, не зная, чего ждать, Драко приоткрыл дверь. Гарри лежал на кровати лицом вниз, закрывая руками голову. В воздухе крутилась пыль, и одежда Гарри была сильно ей испачкана. Драко шмыгнул носом в отвращении: "Определенно грязнуля." Но пыль тут же забылась, когда он услышал тихий всхлип. Он зажмурился, но глаза его не обманывали. Плечи Гарри дрожали. Драко открыл рот - в изумлении, шоке или любопытстве, он и сам не знал, и он уставился, зачарованный, как дрожь росла все сильней. Кровать скрипнула, и от скрюченной фигуры послышалось глухое рыдание. "Что, черт возьми, происходит? Драко спрашивал про себя в полной растерянности. Только не говорите мне, что у Поттера, Великого Гарри Поттера, нет всего, о чем только можно мечтать! Вот еще! Плачет от страха перед Волдемортом, наверно. Как раз для него..." "Нет... Это бы подошло, но что-то не похоже. Хотя... может это потому, что он сегодня ОДИН! Ха! Я был прав! Уизел и Грязнокровка КИНУЛИ его!" Лицо Драко засияло. "Нет, не то, - размышлял он, - не совсем. Он хотел уйти. Он давно хотел сбежать. Неделями. Я должен был сообразить... но почему? О чем он плачет?" Странное ощущение поразило Драко. Похожее на любопытство, но не совсем. Он хотел, нет, ему необходимо было знать. Это было таким личным, больше чем просто одержимость до этого. Это его пугало. Гарри пошевелился на кровати. Драко приготовился выйти, но Гарри даже не посмотрел на него. Вместо этого, он подтянул ноги, упираясь в живот коленями, и крепко обхвати себя руками. Он почти повернулся, открывая Драко свое лицо, и Драко задохнулся. На Гарри не было очков (теперь только Драко заметил их на прикроватном столике) и его глаза были прикрыты пушистыми ресницами. Щеки был горячими и красными, блестя от влаги. Слезы медленно стекали по лицу, а плечи продолжали вздрагивать. Каждые несколько секунд его дыхание замирало, вырываясь потом судорожным всхлипом, кашлем и шмыганьем. Здесь, в одиночестве, вдали от всех глаз, где никто не ожидал этого от героя, Гарри Поттер рыдал. Драко смотрел на это, полностью пораженный. В уме вспыхнули две противоположные мысли: "НИКОГДА в жизни у меня не было лучшей возможности унизить Гарри Поттера" и "Я все еще не могу свободно вдохнуть." Но обе эти мысли исчезли, когда появилась третья: "Ему, правда... очень больно. Выглядит таким уязвимым..." Нежданная мысль была так близка к этому незнакомому ощущению - сочувствию. За долю секунды Драко понял, о чем только что подумал, и тут же в шоке признал в уме предательство. Он прикусил нижнюю губу, пытаясь предотвратить этот неожиданный эффект своей одержимости. Это был не Гарри Поттер. По крайней мере, это был не тот Гарри, которого месяцами изучал Драко. Этого человека Драко совсем не знал, никогда не встречал, и это никуда не годилось. Не герой, не лопух в зельях. Это был настоящий человек, с настоящими слезами, и Драко не знал, что о нем думать. Он не сводил взгляда с лица Гарри. Не желая и не имея возможности шевельнуться, он понял, наконец, что зашел слишком далеко. "Узнать слабость врага... и какова за это плата?" - Думал он с грустью. Внезапно Гарри снова подвинулся. Драко был начеку, готовый бежать, чтобы не быть пойманным, но Гарри только повернулся к нему спиной. Он перекинул ноги через кровать и сел, склонившись, с руками на коленях. Драко вытянул шею, но видел только четверть его профиля. Пока он смотрел, Гарри достал из кармана что-то небольшое и плоское и поднял к лицу. Это было маленькое зеркало, простое и квадратное, которое как раз помещалось Гарри в ладонь. Драко прищурился, пытаясь разглядеть получше. Оно было сильно потерто, с тонкой паутиной трещин на тусклой поверхности. "Это еще что? Проверяет, не размазал ли тушь?" - Драко еле сдержался, чтобы не бросить Гарри оскорбление, но понял, что все равно ничего не выйдет, когда горящие легкие напомнили ему, что он забыл вдохнуть. Гарри смотрел в зеркало около минуты, может две, потом, наконец, глубоко вздохнул и прошептал, - Думаю, ты ушел навсегда. "О ком он, черт возьми, говорит?" - Драко нахмурил брови как раз за секунду перед тем, как тишину нарушил звонкий треск. Глаза Драко в шоке распахнулись. В одной руке Гарри сжал зеркало так, что оно разломалось, и большой кусок глубоко проник ему в ладонь. Зеркало упало на пол, пока кровь быстро наполняла ладонь, стекая на осколки. Драко побледнел, он ненавидел вид крови, но Гарри будто и не заметил, что только что сам себя ранил. Он сидел, глядя на руку невидящим взглядом. Кровь стекла по ладони и начала капать ему на свитер, окрашивая его из тускло красного в глубокий бордовый. Плечи Гарри снова задрожали, но Драко знал, что это не от боли. Он сглотнул, несмотря на тошноту, и чувствовал, что разрывается в двух направлениях. Он хотел остаться и смотреть, полностью поглощенный дикой сценой перед глазами. Но он должен был немедленно уйти отсюда по той же причине. Пятна на полу, истекающий кровью мальчик, забывший обо всем мире... все было таким неправильным, что Драко чувствовал острую необходимость зайти в комнату и все исправить. Убрать кровь, спросить Поттера, что происходит, и... и... Драко отвернулся, не глядя на это, и слетел вниз. К счастью, бесшумные чары с обуви еще не рассеялись, и он только надеялся, что его порывистое дыхание и биение сердца не были слишком громкими. Он почти сбежал, почти скатился с лестницы в спешке и вылетел в дверь. Холодный ветер приятно ударил в лицо, как пощечина, выводя его из почти истерии. Он обошел дом и облокотился на стену, ища поддержку, не доверяя своим ногам. Через несколько минут, он глубоко вдохнул, пытаясь осознать увиденное, или, что было важнее, то, что он почувствовал. Он закрыл глаза, пытаясь забыть этот образ, но сделал его только ярче. Обнял себя руками, не из-за холода, но чтобы остановить дрожь. Щеки горели под порывами ветра, и внезапно Драко понял, что сам плачет. "Я не должен был видеть это. Никто не должен был." Драко снова открыл глаза, глядя через окружающие хижину поля; Запретный Лес вдалеке, тяжелые серые облака над всем этим. Он чувствовал себя отрешенным от всего, разделенным тугим туманом вокруг, проникающим ему в грудь. Никогда прежде Драко не заходил во что-то настолько личное и чужое, и сейчас проклинал себя за эту слежку. Не из-за Гарри, нет, ради себя - он никогда не должен был видеть это. Поттер должен был быть просто пешкой в этой великой битве света и тьмы, хоть и решающей в чем-то. Он был просто обсуждаемой частью этого сюжета. Его роль заключалась в том, чтобы страдать и истечь кровью от руки Волдеморта, умолять о пощаде Темного Лорда. Он не должен сам причинять себе боль. Для волшебного мира Гарри Поттер был практически бессмертен. Даже Драко было нелегко бороться с этим образом. Легенда, на пару с самим Мерлином. Но легенды не рыдают, и бессмертные так не истекают кровью. Они не были простыми, доступными боли людьми, маленькими и уязвимыми. Они не были одинокими, рыдающими в старой хижине мальчиками. Драко не мог соединить этот образ с тем, что он всегда представлял о Поттере. Оно не совпадало в корне. Это болезненно не укладывалось в голове, он должен был излить свою необъяснимую боль, застрявшую в груди, мешавшую дышать. Он должен вернуться по лестнице наверх, в эту спальню, и заставить Поттера объяснить, что, к черту, происходит. Он должен сбежать отсюда, назад в подземелья Слизерина, и спрятаться на кровати под своей согревающей виной. Но ноги его не слушались. И он так и сидел там, позволяя леденящему ветру путаться в мантии, надеясь, что скоро просто онемеет. Он потерял счет времени, когда скрип петель на тяжелой двери вернул его в чувство. Он вскочил, но быстро взял себя в руки. Крадучись, он тихо зашел за угол дома, выглядывая из ветвей небольшого куста. Хотя ему даже не нужно было прятаться. Поттер шел прочь со склоненным лицом, безвольно опущенными руками. Он словно был сломан, но в то же время, терзавшее его последние недели напряжение, отпустило. Драко заметил, что на руке Поттера больше не было раны. Должно быть, он залечил ее, но видение льющейся крови было еще свежо в памяти Драко. Он задрожал, наблюдая, как Поттер прошел половину обратного пути к деревне. "Деревня... назад в деревню... Я собирался следовать за ним весь день", - вспоминал Драко, - "Сегодня... да, нападение. Я должен пойти следом." Мысли Драко путались, когда он пошел обратно к Хогсмиду. Он был на виду, если бы Поттер обернулся, он бы не успел нигде спрятаться, но он почему-то знал, что Поттер не станет оглядываться. Драко чувствовал аромат кофе и свежей выпечки, проходя мимо Таверны Каменного Тролля. Дальше по улице несколько Хаффлпавцев разглядывали витрину Зонко. Двое из Равенкло заходили в булочную. Герман из Королевства выставлял рекламный знак перед своим магазином, о распродаже взрывачек и мятных прилипучек. Драко чувствовал, что приходит в себя от привычных видов и запахов, как будто всего, что он пережил за чертой деревни, не было на самом деле. Драко проскользнул на веранду Трех Метел, прислонился к стене, и потер переносицу. Он знал наверняка, что это не было иллюзией, и, не желая этого признавать, он все же был напуган. Он старался дышать медленнее, потом повернулся в сторону Поттера, который в нерешительности остановился около Аптеки. Гарри дважды оглянулся, словно проверяя, не следят ли за ним. "Он что-то подозревает? Нет, исключено." Никто кроме Драко не смотрел, как Поттер прошел следующее здание, и, последний раз оглянувшись, зашел в Сломанное Перо, местную книжную лавку. Дверь захлопнулась за ним с глухим стуком, оставляя Драко наедине со своими мыслями и искушающим запахом кофе. Он был уверен, что Поттер останется там достаточно, чтобы Драко успел взять себе чашку, которая ему была сейчас просто необходима. Вообще-то он даже хотел чего-то покрепче. С оглядкой, он вошел в Три Метлы. Внутри было пусто и тихо, был слышен только звон посуды из кухни. Драко сел за стойку, тяжело облокотившись, согреваясь теплом помещения. - Милый, ты белый, как призрак! Ты не заболел, дорогой? - Розмерта, всегда такая заботливая, вышла из кухни, вытирая стакан полотенцем. Драко хотел нагрубить в ответ, он не нуждался в родительской опеке, но пререкания только затянут спор, а ему просто нужен был кофе. - Все в порядке, мадам, - Солгал Драко. - Наверно из-за погоды. Живот. Ничего страшного. Я буду кофе, если можно. Розмерта поставила стакан на полку и засунула полотенце за фартук. - Ах, это недомогание с животом по всей деревне. Ты не захочешь кофе с этим, дорогой. "Нет, захочу!" - Нет, я буду. - Нет, нет, детка. Ничего не хочу слышать. Милая мисс Ферроус из Аптеки сварила вкусную легкую настойку, как раз на случай такого недомогания. - Она засуетилась перед широкой испускающей клубы пара посудиной за прилавком. - Поверь, милый, тебе понравится, и ты забудешь о дожде. Драко заскрежетал зубами и едва сдержался, чтобы не вскочить на ноги. "Это НЕ мой день." Дверь в Три Метлы отворилась, впуская холодный порыв ветра, и Драко раздраженно обернулся на нарушителей его тихого пространства, и по рукам и ногам побежали мурашки. Он выпрямился и развернулся к вошедшим, только затем, чтобы убедиться, что день становился все хуже. - Ну кто же еще, если не Грязнокровка и Уизел. - кинул Драко, придавая лицу любимое презрительное выражение. - Молодой человек! - крикнула Розмерта из-за прилавка. - Здесь нет ни того, ни другого! - Ну так просто выгоните эту жалкую задницу и проблема будет решена, - Сказал Уизли, складывая на груди руки. - Мальчики... - начала Розмерта, но Гренджер ее перебила: - Пошли, Рон. Этот, - она указала на Драко, - не стоит и внимания. Пойдем за столик. Драко знал, что стоит прикусить язык, но не удержался: - А где же третий, Гренджер? Сам Мальчик Загадка? "Как будто я и так не знаю." Гренджер резко повернулась, твердо ставя руки на пояс: - Не твое дело, Малфой. Драко презрительно ухмыльнулся: - Что, уже потеряли? Осторожнее, Гренджер. Будешь плохо за ним следить, он может исчезнуть. - Драко перешел на шепот - Мир так опасен последнее время. Уизли неожиданно выступил между Драко и Гренджер: - Ты что, угрожаешь, Малфой? Драко перевел на него взгляд, даже так Уизли был почти на голову выше него. - Конечно, нет, Уизли. Просто наблюдение. Не хотел бы видеть, как спаситель волшебного мира поранится. Говоря это, Драко не мог понять, зачем дает им даже намек на предупреждение. То есть он имел в виду другое, но сам не знал, было ли это саркастическое замечание, или действительно предупреждение. Он окинул Уизли и Гренджер своим лучшим пренебрежительным взглядом, но на этот раз с примесью колебания. На мгновение лицо Гренджер чуть посветлело, как будто она заметила что-то особенное в обычных нападках Драко. Она только открыла рот сказать что-то, но Розмерта закончила за нее разговор: - Вот твой чай, молодой человек. Можешь забрать чашку. И уходи. Драко быстро заплатил ей, забрал чай, и вышел, хмуро оглядываясь на двух Гриффиндорцев. Он попробовал травяной чай Мадам Розмерты, она была права, он был довольно вкусный, мятный с ликером, но он все равно хотел кофе. Улица выглядела оживленной студентами, в основном на том конце, где были Зонко и Сладкое Королевство, и у Драко не было никакого желания туда идти. Он быстро пересек улицу и вошел в Сломанное Перо. Послышался легкий звон колокольчиков на двери, когда он вошел, но звук тут же утонул в неестественной тишине, которая здесь превосходила любой книжный магазин на его памяти. Он почти чихнул от сухого духа старых свитков и кожаных переплетов, пока оглядывался. Бэзил Плюм, хозяин лавки, кивнул ему из-за прилавка и уткнулся носом обратно в свою книгу. Магазин казался пустым. Драко неслышно прошел между полок, осторожно выглядывая за каждым углом и в щели между книгами. Наконец, за последним стеллажом, в заднем углу магазина, он заметил Гарри Поттера. Гарри сутулился, сидя спиной к Драко в старом кресле, перекинув ноги через подлокотник. Драко зашел обратно за стеллаж, поставил чай на полку и медленно подвинул две книги, чтобы было виднее. Теперь Драко мог смотреть на профиль Гарри. Тот рассеянно жевал кончик пера, глядя в пустые страницы небольшой книжки у себя на коленях. Драко не мог не улыбнуться во весь рот. "Поттер купил себе дневник! Я должен это видеть!" Пока Гарри начал писать несколько слов пером, Драко достал палочку, но обнаружил, что у него нет бумаги. Сдерживаясь от громкой ругани, он отчаянно осмотрел полки, пока не наткнулся на стопку журналов со знаком распродажи.

Скидка 20% на ежедневники и журналы Каждый журнал оснащен обычным набором чар

И небольшая подпись снизу гласила: "Служащий активизирует чары по запросу" "Отлично". Драко взял один и уже собирался открыть его, когда знак резко изменился.

"Воры окрасятся в синий!"

"О, и все из-за оплаты". Ругнувшись, Драко взял книгу подмышку и поспешил к началу магазина заплатить. Мистер Плюм пробил чек, бормоча про себя, про эту великолепную идею с распродажей, и вернулся к чтению. Пока Драко пришел обратно, Гарри исписал половину страницы темно-красными чернилами. Драко открыл свой дневник, облокотив его на левую руку. Он снова поднял палочку и осторожно направил ее через щель между книг на Гаррин журнал. Это были одни из его любимых чар. Он использовал их постоянно, от записок на уроках до списывания у Гренджер домашней работы и экзаменов. А это было даже лучше. "Телескриптари!" Он прошептал заклинание, досчитал до трех, потом коснулся палочкой открытой страницы своей книги. Тут же, на пергаменте расцвели чернильные росчерки, образуя буквы и знаки, похожие на раздавленных жучков. Драко сжал зубы, сдерживая свою радость, закрыл книгу, взял чай и поспешил в другой угол задней части магазина. Там у стены стояло кресло с подушками и небольшой столик с книгами. Драко скривился на состояние мебели, но она подошла. В футе над столом висела свеча, но ее света было недостаточно, чтобы развеять утренний сумрак. Быстрое множительное заклинание и еще одна свеча появилась около полки, приятно освещая угол. Наконец, Драко поставил чай на стол, развернул кресло от случайных посетителей и устроился с журналом на коленях. В спешке, Драко не задумывался о том, что может оказаться в дневнике Гарри. Его пока устраивал и такой поворот - доступ к самым потайным мыслям Гарри Поттера. Но, даже не думая об этом, Драко оказался не готов к появившимся на странице словам. Больно не было. Я думал, что будет, но ничего не почувствовал. Наверно, я этого хотел. Вроде наказания за то, что я все испортил. Испортил. Да. Все я. Я просто смотрел, как она стекает. Словно это было не с моей рукой. Я видел достаточно своей крови, но это было иначе. Это был только предлог, я знаю. Мне казалось, если это случится таким образом, это будет иначе, чем если я Вдруг текст оборвался. Драко уставился на линию свежих чернил, и медленно строчка завершилась. сам себя пораню. Я ведь не должен так думать. Не важно, кого я потерял, и что со мной произошло. Я обязан оставаться самонадеянным, потому что каждый чертов идиот смотрит на МЕНЯ. Как будто я знаю все ответы. Как будто Я и есть ответ. Пауза. Идиоты. Паучий почерк Гарри Поттера проявлялся как свежая кровь на пергаменте, рваные мысли переплетались с зачеркиваниями и помарками. Драко почти ощущал, как опустошенность льется через перо Гарри в книгу ему на коленях, с каждым словом. И в то же время, он ничего из этого не понимал. Поттер очевидно говорил о том, что только что произошло в хижине, но он ничего не объяснял. Любые догадки приводили Драко в еще большую растерянность. Ни одна не совпадала с тем, что он всегда считал, что знает о Поттере. Где был этот самонадеянный чертов Гриффиндорец? Где невыносимый соперник, которого Драко мучил на зельях, с которым дрался на дуэлях перед всей школой, боролся за квиддичный кубок? Где был Поттер? Драко подождал новых слов, но ничего не произошло. Он испугался. "Подробности! Где подробности! Поттер должен доверять дневнику мысли. В этом и весь СМЫСЛ чертового дневника! А потом журнал должен..." Вдруг на пергаменте появилось влажное пятно, просачиваясь на поверхность, а потом еще одно, в нескольких дюймах. "Дневник должен писать ему в ответ! Сочувствовать ему, позволяя делиться своими мыслями, докапываясь до деталей. Так устроены дневники!" И тогда до него дошло. Гарри не попросил активизировать чары. Служащий и не следил ни за чем, кроме своей книги. К тому же, Поттер мог никогда раньше не покупать себе журналов, и думает, что чары уже действуют. Он наверно просто ждет, когда книга ответит ему. Что давало Драко самую неожиданную возможность. Он достал палочку. Он ненавидел использовать ее для чего-то столь простого, но пера у него не было, и он не собирался тратить время на его поиски. - Скрипто! - прошептал Драко. Он прислонил кончик палочки к пальцу и был вознагражден капелькой зеленых чернил. Вообще-то палочковые записи всегда оказывались гладкими и аккуратными, без помарок и клякс. Это было даже лучше сейчас, чем перо. Драко задумчиво облокотил подбородок на рукоятку палочки. Если сочувствие поможет Поттеру раскрыться, то Драко подделает его, даже если от одной только мысли о сопереживаниях Поттеру у него внутри все переворачивалось. В конце концов, он направил палочку на пергамент.

Что с тобой?

Неожиданный вскрик из другого угла магазина заставил Драко только слегка вздрогнуть, пока он не услышал стук книгой по стене и звук ее падения на пол. Драко быстро отложил дневник, выглядывая из-за ближайшей полки. Он едва мог видеть, что Гарри закрывается стулом как щитом, согнувшись с выражением полного замешательства на лице. "Что же с ним, черт побери, не так?! Он что, никогда не видел волшебных журналов?" - У вас там все в порядке? - позвал хриплый голос Бэзила Плюма. Гарри тупо кивнул, затем слабо ответил: - Э, да, сэр. Просто... меня паук испугал, и все. "Определенно не все," - хмыкнул про себя Драко. Хозяин что-то пробурчал в ответ. Медленно, Гарри обошел стул и наклонился за книгой. Драко вернулся к своему сиденью. Положил книгу обратно на колени и стал ждать. Он явно не предвидел такой реакции, но в этот день все было не так, как он ожидал, с чего уж меняться? Конечно, в этом была проблема. Если Поттеру не подходит зачарованный дневник, как он заставит мальчика говорить? Палочка Драко склонилась над пергаментом, пока он подбирал слова, когда на его поверхности снова стали появляться кривые записи Гарри. Кто ты? Драко удивленно поднял брови. "Кто?! Какого... Поттер думает, что ему отвечает живой человек? Ну, в этом случае он, конечно, прав... но, он что, правда, никогда не видел зачарованных журналов? Он что, на самом деле такой дурак?" Драко закатил глаза.

Я твой дневник. Ты же написал во мне, не так ли?

Потом была еще одна длинная пауза, но на этот раз хотя бы без криков на весь магазин. Наконец: Дневники не пишут в ответ. "Да, правда, дурак." Драко зло закусил нижнюю губу, думая, что бы журнал на это ответил.

Я был зачарован сочувствовать своему владельцу, выслушивать его проблемы, предлагать поддержку.

Он пытался не засмеяться, пока писал, но это все еще был единственный путь заставить мальчика говорить. Я не верю книгам, которые отвечают. Драко поразмыслил и решил рискнуть:

Тогда я не стану отвечать.

Ответ пришел тут же, тяжелой быстрой строчкой. Нет, подожди! Драко чувствовал, как его рот кривится в усмешке.

Да?

На этот раз медленнее Гарри написал, Я хочу с кем-то поговорить, но не могу говорить ни с кем. Драко еле сдержался. Чертова Гриффиндорская логика.

Ну, не то чтобы я был "кем-то", скорее "чем-то". Моя задача - слушать вещи, которые ты никому больше не решишься сказать.

Звучит так клинически.

Я могу подстроиться под какой-нибудь характер, если хочешь. Я твой дневник.

Нет, клинически как-то безопаснее. "Безопаснее? На Поттера что, уже нападал говорящий дневник? Вот умора." - Драко уже видел заголовки: "Мальчик-Который-Выжил До Смерти Боится Говорящих Дневников. Владелец Книжной Лавки Отказывается Комментировать". Он едва ответил:

Как пожелаешь.

Драко немного подождал, что Гарри тут же начнет изливать историю своей жизни, но ничего не появилось. Нетерпение пересилило, и Драко, наконец, начал сам:

Итак, что с тобой?

Прошло еще некоторое время без ответа. Нелегко объяснить. Все на что Драко был способен, это не захлопнуть книгу и не стукнуть ей по своей башке. Тут же.

Может, стоит начать с начала?

Наверное. Драко устроился поудобней и сосредоточился на книге, это обещало оказаться интересным чтением. Он дотянулся до столика и отпил чая, пока ждал, как Гарри начнет разглашать свои самые тайные секреты. Я ненавижу свою жизнь. Драко чуть не подавился. Он напряженно выпрямился, забыв о комфорте. Он не понимал, почему так остро реагирует на это откровение, после всего того, что видел утром, но все было из-за этих блестящих красных чернил. Слова стали появляться на бумаге все быстрее и неразборчивей. Я думал, мое детство было достаточно плохим, но тогда я хотя бы знал, что когда повзрослею, смогу уехать прочь. Но нет. Я должен был "спастись" от своей жалкой тетки, дяди и чулана в этом прекрасном мире магии только затем, чтобы быть почти убитым хотя бы раз в год! К тому же, словно все еще не достаточно плохо, у меня не может быть личной жизни, люди умирают вокруг меня, а весь этот долбанный мир ждет, что я спасу их. Думаю, это сойдет для начала. О, и еще, я ненавижу свои волосы. К тому времени, как Гарри достиг края страницы, записи стали почти нечитаемыми, но Драко не мог отвести взгляд. Он хотел смеяться, ликовать от долгожданного удовлетворения, он, наконец, получил все доказательства того, насколько жалок был шрамоголовый. Но он не мог. Он всегда считал, что Поттер обладает всем: слава, друзья, квиддичные победы. Ненавидеть Поттера было так легко, когда казалось, что у него есть все. Открытие, что это было не так, оказалось... очень странным. Он держал палочку над пергаментом, и до того как сам понял, что пишет, появилось слово.

Чулан?

"Вот дерьмо! Черт! "Чулан?" Что за идиотский вопрос!" Но очевидно, это был тот вопрос, на который Гарри желал ответить. О, да. Он был моей спальней более десяти лет. Милая комнатка. Они даже повесили туда лампочку, когда мне было восемь, но она перегорела, когда мне было девять с половиной, они ее так и не заменили.

В чулане?

"Чертовски изящно с твоей стороны, Драко Малфой." Чулан под лестницей. Лучшее место, которое могли для меня придумать мои дядя и тетя, чтобы не видеть подольше. Они магглы, и сказать, что они не в восторге от магии, значит, не сказать ничего. Я для них подлая тварь, которая должна сидеть в маленькой темной клетке. Нет, вообще-то это было терпимо. К паукам я давно привык, но муравьиное нашествие в 1989 доставило неприятностей. Ненавижу муравьев.

Они держали тебя в чулане?

Драко уже решил отложить книгу и начать биться головой о стенку, пока мозги снова не начнут работать. Или пока он не вырубится. Только по ночам. Или когда я провинялся. Что, вообще-то, случалось часто. Забавно, весь мир принимает меня за героя. Прелестная ирония.

С чего бы людям так думать?

Я мог бы сказать, из-за таких, как Рита Вритер. Или потому, что люди любят сплетни и скандалы. Но, по правде говоря, сам не знаю.

Ну, может, если ты предмет сплетен, ты сам сделал что-то, чтобы заслужить это?

Прошло время, потом еще. Около минуты без ответа понадобилось Драко, чтобы подумать, что он мог сказать глупость. Он пожевал нижнюю губу, быстро сообразил, и добавил:

Или люди просто считают, что ты сделал что-то, чтобы заслужить это?

Снова большой промежуток времени, и Драко уже серьезно опасался за стук своего сердца, дыхание в груди, и стрелы бессловесных проклятий, которые он насылал на себя в уме. Да. Точно. Моя вина. Я мог бы с самого начала всего избежать, если б знал.

С самого начала?

А, ну конечно, ты не можешь знать. Это даже к лучшему. Приятно, наконец, поговорить с кем-то, кто не думает, что уже знает все обо мне. Драко прикусил язык. Сильно. Кое-кто пытался убить меня в детстве. Темный колдун. Родители погибли, я выжил. Колдун стал жертвой своего же проклятия, и, несмотря на то, что я ничего не помню, люди решили, что я стал героем. Я еще в пеленках ходил, а они хотели героя. Все было бы гораздо проще, если бы я тогда умер. А сейчас волшебник, который хотел меня убить, вернулся закончить начатое, если сможет. Он пока не определился. Вместо этого, он убивает всех, кто стоит на его пути ко мне. Я продолжаю жить, а все вокруг умирают. Я не хочу видеть больше ничьей смерти. Сейчас я просто жду своей очереди. Я не хочу жить, если это все, ради чего стоит жить. Почему они просто не придут за мной и не оставят всех в покое, если так сильно хотят? Я устал сражаться. Драко казалось, что слушать, как Гарри Поттер будет выкладывать свои мысли на бумагу для расслабляющего чтения, будет легко и забавно, но опыт оказался совсем другим. Это было так, словно голос Гарри кровоточил сквозь бумагу, лился ему в ухо, нарушая личное пространство, так же как он проникал в пространство Гарри. Его тон был горьким и холодным, слова острыми и саркастичными. К тому же, Драко знал Гарри, или чувствовал, что знает, и дико было понять через несколько минут прямого доступа к его мыслям, что он открыл новый слой, который раньше просто не замечал. Но еще хуже была его уверенность, что Гарри все еще прячет несколько слоев, маскируя их за горечью.

Как ты дошел до такого?

Не думаю, что готов говорить об этом. Еще не совсем. Я потерял кое-что очень важное, и мне никогда не было так одиноко. Я чувствую, что нет никого, кому было бы до меня дело, на кого я мог бы положиться, кому мог бы доверять. Я просто не могу так больше.

Одиноко? Как насчет твоих дяди и тети, ты сказал, что живешь с ними?

Мои дядя и тетя не настоящая семья. Если судить по тому, как они меня принимают, уверен, они были бы счастливы, если бы я умер. Когда летом я возвращаюсь в их дом, я иногда думаю, что лучше б снова встретился с Волдемортом. Драко тут же отвернул взгляд от имени на странице. Никто не смеет называть имя Темного Господина, или даже писать его... Поттер обладает либо большой храбростью, либо глупостью. Слова хранят в себе магию; написанные слова сильны. Отец всегда так говорил. "Всегда будь осторожен с тем, что пишешь на бумаге, потому что никогда не знаешь, к чему это приведет". Внезапно у Драко пересохло во рту. Он пытался облизнуть губы, но язык не слушался. Он помотал головой, взял чай и сделал небольшой глоток, но проглотить его было нелегко. В словах была сила, и вот он смотрит в этот текст как в окно души Гарри Поттера. Не того, которого он думал, что знает. Этот Гарри был слабым и ранимым, холодным и жестоким, раненым и злым. Настоящий Гарри, которого никто не видел. С содроганием Драко задумался, сколько он действительно не знал о Гарри Поттере.

Как насчет твоих друзей? Наверняка у тебя есть друзья, которые тебе почти как родная семья?

Да, есть. И они - самое дорогое для меня в этом мире. Поэтому я уверен, они умрут следующими, если все будет так продолжаться. Я боюсь быть к ним так близко. Все, что мне дорого, отнимают. Все, о ком я беспокоюсь, погибают.

Ты же не думаешь так на самом деле.

Как это не думаю?

Ты говорил об этом с ними?

Я не могу. Они и так слишком много пережили из-за меня. Они могли погибнуть из-за меня прошлой весной. И не первый раз. Они в опасности только потому, что они мои друзья. Может быть, если я буду держать их подальше от себя, я смогу их защитить. Но они не должны знать. Я не могу позволить им нести и это тоже. У каждого свой крест, я знаю. Этот - мой.

С кем же ты тогда будешь говорить?

С тобой, наверно. Что-то сжало Драко грудь. Гарри Поттер открывался ему, не Подлизли или грязнокровке, а... этому идиотскому журналу. Не ему. А безмозглому дневнику. Странно, но эта мысль оставила в нем чувство пустоты.

Я всего лишь книга.

Это ничего. Сейчас ты лучшее, что у меня есть. Вот почему я купил дневник в первом же месте, я не хотел никому говорить об этом. Я знаю, что ты просто книга, но пока я притворюсь. Потом была длинная пауза. Драко собирался что-то ответить, но он не знал, как надо реагировать. Что он должен сказать? Гарри вроде поверил, что у него был обычный волшебный дневник, но ведь ему хотелось поговорить с человеком. Я вот думаю... Красная строчка появлялась неторопливо. Ты сказал, что можешь подстроиться под характер. Кажется, сейчас я готов к этому. Драко глубоко вздохнул, вспоминая, как придумывал характер своему первому журналу.

Какую личность ты хочешь получить?

А я могу попросить о чем-то особенном?

Да.

Надо же. Не знаю, о чем просить. Просто такой же подросток, как и я, наверное. Кто-то, с кем можно подружиться. Но я не хочу сожаления. Хотя бы без фальшивой доброты. Терпеть не могу такую заботу.

Что-нибудь еще?

Будь саркастичным, если не трудно. Подкалывай меня. Или делай что-то, чтобы я забыл об этом мире хоть ненадолго. Все говорят мне то, что должно меня защитить, они думают, что я хочу это слушать. Не надо подобного. Когда люди начинают суетиться вокруг меня, это просто убивает. Так что... будь жестоким, но честным. Можешь даже грубить, если хочешь. Черт, просто будь таким, словно тебе нет никакой разницы, я это или кто-то другой. Драко застыл, сам не зная почему. Потом медленно про себя улыбнулся.

Ты ведь просто жалкий кусок дерьма, да?

Ха. Отлично. Драко, не веря своим глазам, уставился на ответ. Потом нарисовал под словами рожицу с языком. Гарри добавил красный нос. Драко - зеленые волосы. Красные очки. Зеленые усы. Драко бесшумно зашелся от хохота и, кажется, слышал тихий смех с другой стороны магазина. Он улыбнулся, представив это, и не сразу заметил новые слова под рисунком. Давай поиграем?

Давай. Во что

? На минуту Драко полностью забыл о своем задании. Играл когда-нибудь в виселицу?

Какую еще виселицу?

Еще один короткий смешок, и быстрыми красными росчерками Гарри объяснил правила. Загадаешь слово?

Сейчас. Повешу тебя в два счета.

Это мы еще посмотрим. На следующей странице Драко обозначил место для игры. _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ П Драко нарисовал вертикальную черточку. Через пять минут Гарри уже назвал С, А, Е, И, Д, Р, М, Н, К, Х, Т и О, и Драко пришел к выводу, что у парня аналитический ум Хаффлпавца первокурсника. С _ Х О _ Р _ К Т _

Сдаешься?

НИ ЗА ЧТО! Тогда... Л?

Ха! Жалкая попытка

. Драко старательно дорисовал оставшуюся ногу. Ну и какой ответ, если уж ты такой умный? Драко медленно вписал оставшиеся буквы.

С У Х О Ф Р У К Т Ы

Терпеть их не могу. Драко стоило больших трудов сдержаться и не написать: "Я знаю". Вместо этого он быстро дополнил свой рисунок деталями: Х - вместо глаз, язык и кривой рот. Гарри не остался в стороне и блестящими красными чернилами подписал "Драко Малфой" около человечка, и, чтобы не оставлять никаких сомнений, провел к рисунку стрелку. Драко вдруг испытал бурю эмоций. Внезапная вспышка паники оттого, что Гарри знает, кто отвечает ему в дневнике, тут же прошла, когда он понял, что, если бы Гарри знал, он бы вообще не стал писать. Потом был шок оттого, что это было его имя, и его бросило в жар, потому что он вдруг понял, как это обидно. Он много раз оскорблял Поттера, и тот обычно отвечал на его устные нападки, но эти перепалки были на виду у всех, они были привычными между их домами. Так уж сложилось. Но тут все было совсем по-другому. Здесь Драко полностью забыл, с кем переписывался. Настолько личным было общение. И если Драко поначалу и думал, что только Гарри со своей стороны опустил щиты перед своей душой, то теперь понял, что, сам не ведая, тоже стал достаточно открытым. И это ранило. Появилась новая строчка, и Драко вдруг понял, что так и не ответил. Играем дальше?

Кто такой Драко Малфой?