Беляш

      Погода оставалась безветренной, однако для прогулок всё равно не подходящая. Было слишком холодно. Сложно представить, насколько отважными были две старенькие бабушки, которые решились в такую погоду сходить за хлебом. — Серафима Петровна, это куда мы забрели? — поинтересовалась одна из них. — Понятия не имею, Нюра Степановна, — ответила та. — Неужто это Центральный бульвар? — Что? Какой бульвар? — Центральный, глухая тетеря! — повторила бабуля.       Другая старушка, конечно, услышала. Однако она никак не могла вспомнить, что этот бульвар из себя представляет.       Спустя ещё пяти минут бабушки остановились. Серафиме нужно было пересчитать мелочь, а Нюре просто оглядеть местность. Так и не поняв, где они находятся, та снова начала задавать вопросы. — Тот, где ларёк с шаурмой, что ли? — Да сейчас на каждой улице такой ларёк! А вот в советские времена… — Знаю я твои советские времена! — перебила её Нюра, — Ты лучше скажи, какой именно ларёк. — Ой, да в котором работает… — Серафима ненадолго задумалась. — Ну вот, имя забыла. — Фёдор Иваныч? — Да нет же! Он на вокзале, а этот здесь!       Серафима Петровна положила деньги в карман, и бабули продолжили бродить по пустой площади, угадывая имя владельца. Вокруг не было ни одного человека, и слышен был только топот валенок по снегу. Как вдруг среди этой тишины раздался крик. — Ну, наконец-то! Сотня! - донеслось с другого конца бульвара. — Ладно, 101, 102, 103… — после чего голос затих. — Нюр, это ты? — Нет, Серафима Петровна. Вроде из той палатки, а может и нет. — Слушай, а давай посмотрим, кто там. Голос какой-то незнакомый.       И старушки направились к ларьку, а Нюра Степановна продолжала перечислять имена. — Аркадий Петрович, что ли? — Ты что? Он вообще около рынка! А этот ещё из своего «стана» понаехал… — Ашот Ахмедович? — Кто-кто? — Лентяй, которому только поспать да переложить работу на кого-то.       Серафима Петровна остановилась, и Нюра Степановна удивленно посмотрела на неё. — Ой, так я же знаю этого паренька, - наконец, заговорила она, — Тот, который беляши ещё продаёт, что ли? — Вот-вот, именно он. — Слушай, а это же Ашот постоянно принимает на работу кого попала, — старушка перешла на шёпот. — Похоже, у него там новая девица нанялась. — Ой, представляю, как ей худо будет… — Да я не про это! — продолжила Серафима, и начала говорить ещё тише. — Видать, что-то её вынудило работать там. Слушай, а давай пойдём к ларьку да поглядим на неё? — Давай, — согласилась Нюра Степановна, хитро улыбнувшись, — да заодно посмотрим, какие нынче молодки пошли.       И бабушки отправились в путь. Их так терзало любопытство, что они уже забыли про хлеб. Старушки как можно быстрее преодолевали сугробы, наметённые днём, чтобы добраться до ларька. И тогда они понятия не имели, какой важной станет эта прогулка.       Морозы тем временем начали отступать.