Девица Эллен и подарок королю

      Джона Хекс видел много всякого — военный госпиталь, глупого солдата, который попался мескалеро живым, одного мескалеро, который попался в руки кайова, полковника-янки Аккермана с кнутом, Великого Червя, если точнее, то Ма Червячиху и Эль Диабло, который плел ему чего-то там про еще один раз, но этот чертов пейзаж был запоминающимся. Твою ж мать! Хекс помотал головой. Не, не помогло. Увиденное напоминало такую коробку, которую показывают в цирке — смотришь на две картинки под определенным углом, они совмещаются в третью, не такую, как две показанные. А вот тут ничерта не совмещалась — левым глазом охотник за головами видел зеленую траву и ручей, а вот правым — костяные шипы торчали из серой земли, небо отливало красным, мясным, ручей тек гноем. Ни хрена себе. Ох ни хрена себе! И правым глазом Хекс не видел с войны. Правда, Аккерман потом очень славно верещал, когда Хекс до него добрался и выдрал ему оба глаза сразу. А тут, получается, видит. Вот сейчас и проверим — Хекс зажмурился и рванул пучок того, что росло из земли, разжал кулак, глянул — два тупых костяных шипа. Ну да, тут же ничего живого не водится, жрать-пить нечего. Хоть бы они из этой соплячки супчик не сварили. Но если они уже сделали из Лэша котлеты, то это их первое и последнее доброе дело, потому что двух дам треф в одной колоде быть не должно. Знать бы еще, где тут живет Добрый Народ, потому что жареным не пахнет. Тут ничем не пахнет, холодно и безветренно. По течению ручья идти, что ли? А если он не туда течет? Да на приманку похоже -забудешь, хлебнешь и останешься тут на веки вечные. Ладно, Лэш правша, пойду направо. Или он знал какую-то дорогу? Ага, лошадь пасется. Лошадь, у которой в глазницах черви копошатся, шерсть из шкуры клочьями вылезла и кишки из распоротого брюха свисают. Пасись себе дальше, пешком быстрее выйдет.       Мертвец лежит. Ну и лежи себе, и подходить не буду даже, разный ты сильно, то рыцарь в доспехах, то Джонни Реб, то просто силуэт черный, если правым глазом глянуть. Ищи дурака, а моя ма, хоть и шлюха, но дураков не рожала. Это еще что за зрелище? Старый хрен овец пасет? Интересно как. Ну у тебя и рожа, дед, меня раза в три страшней. — Вон туда, значит, девочку повезли? И один такой хмырь в модном костюме тоже туда пошел? Спасибо, заработал ты деньги, сейчас и заплачу, — Хекс рванул нож из-за воротника, ударил скрюченную, морщинистую, одноглазую тварь в горло, пока тот не догадался огреть врага своим посохом или поднять тревогу. Скрюченный распался на комки сухой серой пыли. Ни крови, ни тела, ни скальпа. Тьфу ты! И овцы куда-то делись. Тоже обманка. А вот с направлением не обманул — и правда видно что-то на горизонте. Хм, так глянешь — аж целый замок, как на картинке в книжке Вальтера Скотта. Красивый, белый, с золотыми флагами на башнях. А правым глазом посмотришь — да навахо лучше строят! Вот на их хоган строение похоже, только неправильное какое-то, дым из него не идет. Ну да, зачем им дымоход, если тут только кости из земли торчат? Беленькие. Вареные, видать. Так, а это еще что за холм? Ох ни хрена се, он шевелится. Здоровый какой, двухголовый, в шерсти рыжей и штанах. Это не зверь. Если его ножом пырнуть, он тоже в пыль растечется или успеет мне двинуть? А глазки какие — красные, выпученные, по одному на голову. — Мясо пришло? — засопело чудовище в четыре ноздри. Голосочек у него был булькающий, и странно тихий. — А ты, похоже, слепой. А раз слепой, значит, пойду дальше. — Сладкая кровушка, сладкие косточки. Эттин голодный. — Я не вкусный, — Хекс повел перед собой ножом, — очень не вкусный. — Злое железо, злые дела, злые слова. Эттин голодный. — А я злой. И мне надо пройти дальше. — Они везли маленькое мясо, они везли большое мясо, они не поделились ни кусочком, ни косточкой. — Кто? Сколько? Куда? Те, кого везли, хоть живые? Если скажешь, дам сухарь. Один, зато большой. — Не сухарь. Ем мясо, ем кровушку, ем косточки. — Самому сгодятся! Или сухарь, или ничего. — Они сказали — сторожить, они сказали — испытывать проходящих. — Чем испытывать? Глаз выкалывать не согласен, сразу говорю. — Говорить проходящим загадки. Мясо не отгадает, я мясо ем. Сладкое мясо. Хочешь дальше — отгадывай. — Я невкусный. Загадывай. — Мертвый живых несет. — Люди в лодке плывут. — Кто на свете всех сильнее? — Смерть. — Твоя очередь, мясо. Хекс плюнул. Вот такого он не ожидал.