Insanity

POV Sasuke Весь день думаю о том, что рассказал мне брат. Весь грёбаный день… Это слишком – думать о ком-то так много. Особенно для меня. Чересчур жестоко. Кто смог сделать такое? По словам Итачи, Наруто болезненно отреагировал на слова о его семье и родном городе. Что-то случилось именно там, именно с ними. Но, чёрт возьми, как, ка-а-ак можно довести человека до такого состояния? И даже полиция не может ничего сделать. До чего же ужасно немыслимо. Может, посоветовать им поколесить по Японии в поисках самой лучшей раменной? Ха-ха, да, именно… Нет, я решительно не могу понять, почему так зациклился на этом блондине. Ему непременно нужна помощь, но ведь не ему одному. Так почему же я не могу выкинуть его из головы? Эти взъерошенные светлые волосы, голубые глаза. Глаза… они стоят того, чтобы всем человечеством кинуться на помощь парню. Рассказ Итачи просто выбил меня из колеи. Полностью и бесповоротно. Иначе как объяснить то, что сейчас я шурую прямиком в супермаркет за коробочками с лапшой? Ещё и дома из одежды ничего оранжевого не нашлось. Поэтому я заскакиваю к Суйгетсу после. – О, Саске-чан, привет, – друг смеётся и немного неловко чешет затылок. Я фыркаю и в который раз говорю ему, что не стоит меня так называть. Прохожу в квартиру и понимаю, что он тут не один. А вот и причина его неловкости. Не здороваюсь с девушкой и сразу прохожу на кухню – парень спешит за мной. Суйгетсу – стилист, у него много всякого шмотья. Уж оранжевая футболка найдётся, я думаю. – Не думал, что ты сегодня заглянешь, – он наливает в электрочайник воды и включает его. – Соскучился, да? – смеётся, обернувшись ко мне. – Угу. Жить без тебя не могу. Мне нужно что-нибудь оранжевого цвета. Ну, или жёлтого… Протягивает мне ярко-жёлтую поварёшку. Сморю на него одним из своих самых выразительных взглядов. – Из одежды. Суйгетсу ржёт – я закатываю глаза – и уже идёт в комнату, но вдруг разворачивается с вылупленными глазами. – Повтори-ка. – Мне нужна одежда оранжевого цвета. Что непонятного? – начинаю раздражаться. – Тебе? Нет, погоди. Тебе?! Сасочка, ты головушкой не ударялся, м? – он подходит и прикладывает ладонь к моему лбу. Я отклоняюсь в сторону с испепеляющим взглядом и уже реально начинаю беситься. – Со мной всё в порядке! Тащи свой костлявый зад к шкафу и возвращайся с тем, зачем я пришёл, – злюсь. Вот любит же кое-кто крашенный в пепельный блонд меня нервировать… Парень примирительно поднимает руки с раскрытыми ладонями, быстро уходит. Я откидываю голову назад, устало прикрыв веки. Чего срываюсь-то? Раньше не реагировал на него так. Снова думаю о Наруто. Самое противное то, что я даже поговорить с ним не могу. А он приходил в себя… Боже, да это было совсем недавно, а теперь снова!.. И нет чёртовой гарантии, что если он вновь очнётся, то сможет не возвращаться в прежнее состояние. Ведь уже два раза всё провалилось. Но я постараюсь помочь ему. Не как врач – как человек. Суйгетсу вскоре возвращается и кидает мне яркую футболку с каким-то принтом. Молча делает нам чай. Обиделся… Складываю футболку и кладу её рядом с собой. – Хэй, извини. Я сегодня с утра в некотором… замешательстве, – наблюдаю за тем, как парень ставит чашки и пиалочку с печеньем на стол, потом вздыхает и садится рядом. – Проехали. Что случилось? – он берёт печенюшку и кусает её. – Да там… расскажу как-нибудь позже, – отмахиваюсь и сразу принимаюсь за обжигающе-горячий, дымящийся напиток. – Просто надо помочь одному человеку. И, если честно, я не очень представляю, как. – А с ним что? – парень щурится, смотря прямо на меня и старясь подловить. Он точно знает: если меня кто-то интересует, то этот человек много значит. Как иронично. Ведь Наруто, по сути, никто для меня. – Назовём это психологической травмой. На самом деле, я очень мало знаю. Завтра снова к нему пойду… – Учиха, скажи, – парень делает небольшую паузу, – это часом не связно с работой твоего папы и брата? Молча киваю, отведя взгляд. Он снова тяжело вздыхает. А я, тем временем, допиваю чай, смотря в окно, – дождь начинает настойчиво бить по стеклу, и я невольно вспоминаю палату Наруто. Каково это – сидеть там, взаперти? Без живого солнечного света, без ветра, без… того же дождя? Когда тебя могут выпустить только под присмотром медбратьев с успокоительным, будто ты бешенный… Это доводит больше всего. Это неправильно, немыслимо, бесчеловечно. Несправедливо… Мои и без того бледные пальцы сжимают кружку чуть ли не до боли – Суйгетсу это замечает, я уверен, но молчит. Я расскажу подробнее позже, как и обещал, а сейчас мне пора. – Я, пожалуй, не буду больше вам мешать, – ставлю несчастный сосуд на стол и встаю. – Спасибо, – иду в коридор. – Обращайся. Не забудь: завтра важная фотосессия. – Тц. Надеюсь, она не займёт весь день? – Да нет, всё должно пройти гладко, – пожимает плечами. Я киваю и открываю дверь. – До завтра. – Бывай, – парень улыбается, показывая свои острые как у чёрта зубы, и закрывает за мной дверь. *** Некоторое время занимаюсь своими делами, хоть на чуть-чуть выкинув Наруто из своей головы. Почему-то к вечеру меня накрывает странное ощущение уверенности в том, что мы все вместе сможем вытащить его. Отчего-то кажется, что он очень весёлый парень, жизнерадостный такой… Наверное, это мой мозг уже сотворил образ Наруто, исходя из впечатлений от его внешности. Закончив всё, решаю позвонить одному упёртому барану. Тот, как выяснилось, так и не поговорил с Дейем. Вот идиот… Ещё и выбесил меня. Чего он увиливает-то? Дейдара неплохой парень и, как мне показалось, они бы смогли сойтись. Ну, Аники пообещал, так что можно расслабиться. С чувством выполненного долга иду в душ и долго вожусь там. Спустя несколько часов раздаётся звук моего мобильного. Я лежу на кровати, смотря в потолок, и не сразу реагирую на настойчивую мелодию. Потом поднимаю, даже не глянув на дисплей. – Слушаю. – Саске… – голос Дейдары звучит тускло по сравнению с тем, как он говорит обычно. – Я… Итачи… – блондин будто не может выговорить то, что хочет сказать. Я слышу, как тяжело он дышит. Понимаю, что что-то произошло, и устало закрываю глаза. – Приезжай. – Да, – парень отключается – моя рука с телефоном сразу же падает на кровать. Пару минут продолжаю лежать без малейшего движения, слушая, как ухает сердце. Встаю, не выдержав этого бездействия и тишины. Несмотря ни на что чувствую себя как никогда одиноко и разбито. Слишком насыщенное утро – я устал. Хотел лечь спать пораньше, но у этих двоих что-то произошло. Чёрт, неужели Итачи поговорил с ним и всё закончилось плохо? Кидаю телефон на кровать, а сам иду на кухню искать чего покрепче чая. Что-то мне подсказывает, что пара стаканчиков виски не помешает. Блондин добирается ко мне быстро – открываю ему дверь после тихого стука (не спрашиваю, почему он не звонил в дверь, а именно стучал) и внимательно смотрю. Дейдара медленно заходит, оставляет сумку на полу и просто обнимает меня. Я не привык к подобному, даже немного удивился, но спустя пару мгновений обнял парня в ответ, стараясь поддержать. Создаётся ощущение, что мы дружим уже много лет, – я прикрываю глаза и отчего-то слабо улыбаюсь. Друг… у меня нет друзей, как таковых. Ну, настоящих. Никогда не было… Суйгетсу близок к этому, но не настолько. А Дейдара смог за неделю как-то неожиданно ярко и сильно втереться в мою жизнь. А я и, на удивление, не против. – Хэй, – чуть отстраняюсь и поднимаю его лицо. Мы одного роста, так что мои взволнованные глаза смотрят прямо в его, огорчённые, – что случилось? Он отрицательно качает головой – понимающе киваю и веду его, аморфного, за руку в свою спальню, где на полу уже стоит бутылка и два стакана. Садимся на мягкий ковёр. Я разливаю нам янтарную жидкость и протягиваю один стакан Дейю. Он аккуратно обхватывает его ладонями, смотря в пол. Спокойно жду, пока он начнёт говорить. Мы сидим бок о бок, прислонившись спинами к моей кровати. – Саске, я… такой слабый, – поднимает на меня взгляд. Приподнимаю одну бровь. – Я собирался уже домой, как ко мне зашёл… Сасори, – парень запинается на его имени, и это заставляет меня нахмуриться. – Мы снова начали спорить, но в этот раз он был какой-то раздражённый. Это не похоже на Акасуну, и я сказал ему об этом. Спор перетёк в другое русло, отдалившись от искусства. Мы перешли на личности. – А дальше? – на автомате делаю глоток. – Он вцепился в меня своими клешнями и… – блондин виновато-сожалеюще опускает голову ниже некуда и кусает губу, – он поцеловал меня. Я ожидал чего угодного, уже приготовился защищаться от удара, но никак не был готов к поцелую. Я опешил, я не смог, – он поднимает голову и немного запрокидывает её, часто моргая. Глаза красные, но сухие – Дейдара сдерживается. – Не смог, понимаешь? Одолеть его, оттолкнуть – не смог, не справился. А Итачи зашёл именно тогда, чёрт побери, именно в тот момент! Сглатываю. Это ведь я фактически заставил брата пойти к блондину поговорить. Если бы… – Он извинился и ушёл. Извинился, – парень шипит и залпом опустошает стакан. Без промедления наливаю ещё. Ситуация щепетильная, чего уж говорить. Я думал, так только в фильмах может «подфартить». Некоторое время сидим в тишине. Дейдара расстроен так, что я уже ни секунды не сомневаюсь в его чувствах к Аники. – Что было потом? – Я хотел догнать его и объяснить всё, но он не остановился. Когда я вернулся, этого проклятого кукольника уже не было. Ну, дальше тебе позвонил… Как думаешь, – приподнимает стакан к своему лицу и безразлично рассматривает алкоголь, – что мне делать? Бежать к нему прямо сейчас или… – Подождать, – перебиваю его. Блондин смотрит на меня внимательно и доверительно. А мне приятно. Ловлю себя на мысли, что хочу, жутко хочу, чтобы ещё один голубоглазый блондин смотрел на меня именно так, доверяя. Ну что за чертовщина… – Итачи не из тех, кто будет рвать и метать в ярости. Довести его до такого, конечно же, можно, как и любого человека, наверное… Но это не тот случай. На данный момент он, скорее, расстроен и хочет спокойствия. Подойди к нему утром, но не позже. Не вздумай затягивать, не бойся: я уверен, он спокойно выслушает тебя. – Но мне всё равно страшно. Кажется, что он не поймёт и не поверит. – Ну, в этом я уже тебе не помощник. Если заговорю с ним про это – решит, что ты меня подговорил. А тогда уж точно перестанет верить. Парень понимающе кивает и как-то нехотя допивает свою порцию, а потом осторожно кладёт голову мне на плечо. Я напрягаясь – он чувствует это и отстраняется, смотря мне в глаза. – Извини, я… – Нет-нет, всё в порядке, – стараюсь ободряюще улыбнуться. Не знаю, как получается, но Дейдара, кажется, перестаёт так сильно грустить. – Спать? – Да, пожалуй. – Саске, знаешь, – говорит блондин после некоторой паузы, пока я расстилаю постель. – М? – У тебя красивая улыбка. Замираю, распахнув глаза, но оборачиваюсь к парню уже со спокойным лицом. – Ты это к чему? – Просто, – пожимает плечами. – Ты очень редко… улыбаешься по-настоящему. А зря, – Дей растягивает губы в лучезарной улыбке. – Ничего и не зря, – возвращаюсь к постели. – Не хочу растрачивать её на кого попало. – Не знал, что ты такой жадный, Учиха, – смеётся, падая на расстеленную кровать. Я фыркаю и стягиваю домашнюю футболку, потом тоже ложусь и сразу ныряю под одеяло. – Хэй, раз ты улыбаешься иногда мне, то я, выходит, не кто попало? – Выходит так. – Вау. Сочту за честь, – блондин смотрит на потолок, продолжая улыбаться. Что ж, похоже, мне удалось поднять ему настроение. Хотя, скорее он сам себе его поднял, ну да ладно. – Учиха. – Что? – обнимаю подушку руками и закрываю глаза. – У тебя слишком мрачно. Как ты тут живёшь, хм? – Ну, я люблю чёрный. И другие тёмные цвета, но больше чёрный. Слышу, как Дейдара фыркает и укладывается удобнее. Вот теперь можно и поспать… Утром я встаю первым, принимаю душ и готовлю нам завтрак, потом отвожу Тсукури в клинику. Ужасно хочется зайти к Наруто, но мне нужно на работу, куда я, собственно, и еду, напоследок пожелав Дейдаре удачи. Итачи вряд ли будет сильно психовать. Так что, надеюсь, всё пройдёт гладко. *** После съёмок еду обратно, как и запланировал. Волнуюсь. Не знаю, от чего, просто как-то не по себе. Но, думаю, это нормально. Припарковавшись, долго сижу в машине, задумавшись. Я позвонил Итачи ещё на пути сюда, так что он, должно быть, уже ждёт меня у Наруто. Чёрт… Вспоминаю лицо парня, пытаясь восстановить его в памяти. Почему-то удаётся вызвать только образ его глаз. Таких ярких, пронизанных жилками ядовитой боли. Нет, я должен, просто обязан помочь ему. А сейчас мне необходимо увидеть его и запомнить каждую чёрточку, втиснуть в свою память, чтобы тоскливые глаза в моём воображении не были одни. Снимаю с себя косуху, футболку и с невероятно страдальческим лицом натягиваю оранжевую тряпку, которую вчера одолжил у Суйгетсу. Ужас какой… Подавив внутренний фэйспалм от самого себя, накидываю косуху обратно, чтобы никто не увидел этого позора, и выхожу из машины, прихватив с собой сумку, в которой удобно расположилось несколько коробочек с раменом. Я определённо схожу с ума. Медленно так, неспешно. Но верно и бесповоротно. Мне плевать в общем то, только бы папа не заметил, хах. Ну что за бред? Пора успокоиться. Зайдя в спецкорпус, без промедления иду к двенадцатой палате. Сегодня я попробую помочь Наруто, помочь отцу и брату и… – Саске! – Итачи почти что сталкивается со мной в коридоре. – Ты уже приехал… Послушай, сегодня не получится, там… – Что? – хмурюсь. – Итачи, пропусти. – Нет, Отото, говорю же, не сегодня. – Но почему? – тут же становлюсь недовольным. – Там сейчас отец с Орочимару-саном. Я не знал, что они собирались заглянуть к Наруто. Так что иди: папа не должен тебя здесь увидеть. – Но Итачи! – пытаюсь пройти мимо брата – он не даёт, переворачивает меня и подталкивает в спину. – Но мне надо! – прижимаю к груди сумку и упираюсь в пол ногами, начиная скользить из-за напора Аники. – Са-а-аске, давай, топай, – он продолжает меня толкать в сторону выхода. У нас на дороге возникает какой-то странный парень – я успеваю разглядеть только его красные волосы – который сразу же отходит к стене, пропуская нашу с братом потасовку. Лучше бы помог мне, чёрт возьми. Итачи выше меня и сильнее, так что ему легко удаётся подавлять моё сопротивление и продвигать нас к выходу. Парень, тем временем, косится на нас как на полоумных, ведь мы толкаемся как малые дети, но я не обращаю внимания: сейчас есть проблема поважнее. – Но… но… – Хватит этих «но». – Аники! – не сдержавшись, выкрикиваю, забыв о постороннем. Решительно останавливаю нас, отойдя на шаг, развернувшись и вперив взгляд в брата. – Почему?.. – Боже, Отото, не веди себя так, ты давно не маленький. Я же объяснил: в палате у Наруто отец. – Ладно! – опускаю голову и стискиваю челюсти. Надо прекратить беситься из-за ничего. Это так на меня не похоже… Но, в последнее время, я очень часто веду себя в несвойственной мне же самому манере. – Хорошо, – поднимаю голову, взяв себя в руки. – Я загляну к нему позже. – Боюсь, что они там надолго. – Плевать. – Саске… – Я сказал, я зайду позже. Не волнуйся, отцу на глаза не попадусь. Брат тяжко вздыхает и кивает, потом уходит. А я так и не поинтересовался у него насчёт Дейдары. Ладно, это можно сделать потом. Замечаю, что тот парень всё ещё пялится на меня. Хмурюсь, смотря в ответ. Фрик какой-то… Стоп, а если он… Таращусь на него и медленно иду к выходу, стараясь держаться около стены. В его глазах зарождается недоумение, он двигается ко мне – я ускоряюсь и наблюдаю за ним во все глаза. – Эй, парень, – фрик подбегает ко мне. Теперь я могу разглядеть его получше. Красный цвет волос кажется настоящим, хотя я предполагал, что они крашенные. Бирюзовые глаза толсто подведены, но это почему-то не портит его внешность. Вот только… – С тобой всё нормально? – парень внимательно вглядывается в моё лицо, а я лишь шарахаюсь от него подальше. – Где твои брови? – продолжаю на него таращиться и на всякий случай прикрываюсь сумкой. Спокойно, Саске, это всего лишь душевнобольной. – Эм... постой-ка, – он кладёт руку на мою сумку и опускает её. – Ты решил, что я шизик? – недовольно щурится. Я сглатываю и отвожу взгляд. – А я всего лишь пришёл друга проведать, – пихает руки в карманы и чуть отходит. Я виновато прикусываю губу. Совсем спятил. Подумаешь, человек странно выглядит, сейчас уйма таких. А я панику развёл, идиот. Но здесь, правда, свихнуться можно. И как только Итачи работает в таком месте? Как отец управляет всем этим? – И… – собираюсь с силами, – извини, – поднимаю взгляд. Учиха Саске извиняется перед незнакомцем, докатились. – Да ничего. Привык уже… Собаку-но Гаара, – парень протягивает мне ладонь для рукопожатия. Я вздыхаю, наконец расслабляюсь и пожимаю её в ответ. – Учиха Саске. – Учиха? Ты… – Да-да, сын главного врача. Давай выйдем отсюда? Гаара кивает, и мы молча уходим из здания. Стоит ли продолжать разговор с ним? Я вообще, если честно, не понимаю, зачем он решил познакомиться со мной. – А… к больным пускают посетителей? – неловко спрашиваю, застёгивая куртку по самое горло. – Только близких родственников. Но у моего друга никого нет кроме меня, так что… сам понимаешь. Мы оба из детдома, провели вместе всё детство, вот я и навещаю его иногда. Да и врач говорит, что мои визиты идут ему на пользу. – Зачем ты мне это рассказываешь? – спрашиваю спокойно, но немного непонимающе. – Просто, – он пожимает плечами, смотря на дорогу, по которой мы идём. – А ты что там делал? – А почему спрашиваешь? – криво усмехаюсь. – Просто. – У тебя всё вот так вот просто? – смотрю на красноволосого, изогнув бровь. Он останавливается и смотрит в ответ. – Ну да. Отчего-то начинаю посмеиваться, качая головой, а потом смотрю в сторону. – Я понятия не имею, что я там делал, – продолжаю глупо смеяться, не заботясь о том, что Гаара может принять меня за тронутого. – Там есть один парень, с которым я даже не знаком. И вот я весь такой припёрся ему помогать, хотя даже не знаю, как. – Мда-а-а, – Гаара, кажется, тоже немного смеётся, подхватив мою волну. – Так может всем пациентам поможешь, Мать Тереза? – Нет, только ему, – смеюсь ещё сильнее и уже смотрю на парня. – За что это? – За глаза, – весело отвечаю, но потом серьёзнею, осмысливая то, что только что сказал. – А как насчёт того, чтобы помочь и моему другу? А потом вместе поможем твоему, – он склоняет голову набок. А я, окрылённый непонятным настроением, соглашаюсь. Всё равно надо где-то провести время до ухода врачей из палаты Наруто. И мы идём в спецкорпус. К другу Гаары. И к моему, надеюсь, будущему другу. К Наруто… И мы идём обратно. Мы, обычные смертные, хотим вылечить их души. И мы верим в них… Мы окунаемся в их проблемы. В их собственный мир. Окончательно и бесповоротно… … сходим с ума сами.