Империя наносит ответный удар

      — Иными словами, все плохо? — вопросительно посмотрел на потрепанного Адмирала, сейчас напоминающего собой трехглазого пирата, и стал ждать ответа.       — Верно, вот данные по потерям, — протянул он мне планшет, поправляя повязку на глазу.       Бросив быстрый взгляд туда и прочитав краткую сводку по потерям, я лишь сокрушенно зарычал и отправил невиновный планшет в свободный полет, прямиков в ближайшую стену.       Данные там потери меня обескураживали и заставляли бессильно уповать на нашу неудачливость. Хоть мы и потеряли всего один крейсер, но остальные представляли из себя жалкое зрелище. К примеру, Иден-Прайм представлял из себя сейчас груду металлолома - главный калибр уничтожен, вся аппаратура либо сожжена, либо выбита точечными ударами ракет, Илос - дырявое решето и большая братская могила в космосе на 320 членов экипажа, а в живых там остались только присутствующие в рубке, да и только лишь благодаря ее полной изоляции, и среди них было восемь инженеров, во главе со старшим техником, и несколько раненых, которых успели перенести из лазарета туда, а инженеры, остававшиеся в живых на момент последнего залпа в двигательном отсеке, отдали свои жизни на последние выстрелы - пришедшее вслед за ними перегрузка экспериментального плазменного ядра не оставила от них даже частей брони, вообще ничего не нашли.       Не лучше обстояли дела и на остальных крейсерах - «Биль-Эта-Танан» получил точный выстрел их дредноута и был разорван на двое, но стоит отдать ему должное, даже будучи располовиненным и оставшись без капитанской рубки, с помощью своего навороченного медицинского оборудования минимизировал потери, посреди боя принимая раненых, доставляемых на шаттлах. Корабль торков хоть и сохранил сейчас подвижность и способность к полету, но потерял всю артиллерийскую команду, числом в 40 членов экипажа и всю свою навесную броню, которая была ох какая передовая и сейчас светил пробоинами и обезображенными бронелистами. Трофейный корабль мы потеряли совсем, а вместе с ним и 50 членов экипажа, полностью и безвозвратно. Увы, выживать при взрыве ядра не способны даже мы.       С фрегатами обстояло все немного лучше: безвозвратных всего два, и, к счастью, экипаж одного успел в полном составе свалить, кроме капитана. Тот, как по учебнику, пошел блок ВИ спасать, но не успел - торпеды сдетонировали раньше. Второй был поврежден и, потеряв двигатель, ушел на таран. Глупый и безрассудный поступок - шестьдесят жизней не стоили одного примитивного корабля с двухтысячным экипажем.       Истребительные звенья были выбиты полностью и не смогли в корне повлиять на ситуацию, а размен 25 на 42 машины меня совсем не прельщал - дреллов не жалко, а вот произвести новые машины мы пока не в состоянии. Эх, были бы там наши пилоты… Вот тогда было бы можно что-нибудь предпринять, а так, одно разочарование.       Всего безвозвратно мы потеряли 870 протеан, три корабля, 25 истребителей. А ведь это были практически все жители с Иден-Прайм, у некоторых даже остались в живых семьи, черт…       — Император, вы в порядке? — задал вопрос адмирал, тронув меня за плечо       — Не стоит беспокоиться, просто отвлекся, — повернувшись к нему я заметил, что он хочет что-то спросить еще. Кивком приказав ему говорить, я пошел в сторону серой сферы висящей над полом.       — Прошу заметить, что потери среди наших дреллов достигли трех тысяч. Какие приказания будут на этот счет? — деловым тоном продолжил он.       — Мне плевать сколько сдохнет примитивных существ — они расходный материал, а сегодня семь процентов нашего народа превратилось в прах и знаешь, последнее, что меня сейчас интересует, так это потери среди дреллов! — закончив, я бросил короткий взгляд на экран с пометками гиперборейских кораблей висящих сейчас поблизости от жнеца и, дождавшись пока адмирал будет готов продолжать повернувшись стал слушать вновь.       — Корабли гипербореи захвачены, повелитель. Экипажи обезоружены и взяты под стражу, все ключевые узлы в наших руках. Все как вы и приказывали. Захватом руководил Таркус. Какие еще будут распоряжения? — вопросительно посмотрел на меня военный.       — Были какие-то проблемы с ними? И еще, приведите ко мне их главную, хочу поговорить с ней с глазу на глаз, но на всякий случай пригласи в этот зал пару фантомов, — направившись к сфере, я услышал ответ.       — Нет, штурм произошел без осложнений. Есть пара легко раненых десантников, но они быстро поправятся.Ваши распоряжения будут выполнены через тридцать минут. Что-то еще, повелитель? — и выпросительно посмотрел на меня.       — Нет, ты можешь идти. И еще, — сделав многозначительную паузу я продолжил. — Поздравляю вас, гранд-адмирал, с успешно проведенной битвой. Теперь можете идти, не смею задерживать.       — Благодарю, — коротко бросил он и удалился.       Я же, дождавшись пока шаги в коридоре стихнут, наконец дошел до проклятой погребальной сферы. Что представляет из себя данное устройство — сфера из жидкого металла в радиусе двух метров, при необходимости уменьшающаяся до пятидесяти сантиметров. Заполняется, как правило, образами погибших воинов, данными о них, их болью, воспоминаниями…       Но перед тем как предаваться воспоминаниям нужно было уладить еще некоторые вопросы.       — Азура, надо поговорить, серьезно, — дождавшись, пока передо мной не будет стоять коллекционер в подобии доспеха, я продолжил.       — Мне нужны наши мертвецы, чтобы они вновь могли сражаться… и я не говорю о том, чтобы сделать их хасками. Я знаю что ты это можешь, просто скажи ты на это способна?       — Да, затратно с точки зрения ресурсов, но выполнимо. Правда, на выходе получатся просто навороченные хаски, хоть и способные выполнять сложную работу. Затем, после того как они отслужат свое, я заберу их себе.Ты согласен на это? — с серьезным видом произнес Жнец.       — Да, я согласен, действуй, — Азура не став больше ждать развернулась и ушла (хотя и не понятно зачем-один хрен ее тело и есть весь корабль).       Пора, приказал сам себе я подойдя к сфере и активировав ее. Спустя две минуты после активации она была полностью готова к использованию. Спустя пять секунд после контакта с поверхностью мою голову начали заполнять различные образы с разнообразным содержанием. Внезапно в голове раздался голос.       — Вывод капсулы из стазис-режима, рекомендуется прекратить воспоминание! Какие будут распоряжения, повелитель? — задал вопрос голосом Победы.       — Подтверждаю, начать пробуждение, — и уже себе. — Ну здравствуй, Шепард…       20197 лет спустя с момента записи воспоминания № 1. Фрегат Альянса систем SR-1 «Нормандия». POV капитан Джон Шепард       — Малая тяга… норма. Навигация… норма, — бубнил пилот скороговоркой. — Дрейф… в пределах тысячи пятисот.       — Тысяча пятьсот это приемлимо для вашего вида, человек, — согласилась Моринт. — Кажется, у вас плохая подготовка?       Аленко нервно икнул из кресла.       — Спасибо за комплимент, мисс, — усмехнулся Джокер. — А возможно узнать средний результат ваших пилотов? Ну чтобы прочувствовать так сказать свою ущербность…       Аленко замер. Он прекрасно понимал чем могут кончиться шутки с ардат-якши азари и СПЕКТРОМ по совместительству, а вот Джокер нарывался…       — Еще слово в том же духе, — предупредила женщина. — И я буду вынуждена написать на вас рапорт о дисциплинарном взыскании, у нас боевой вылет, человек, и ваши шутки про меня и весь экипаж в целом не уместны. Что же касается наших пилотов, то средним считается результат в 800 километров при выходе из реле.       — Да вы издеваетесь! — не выдержал биотик и тут же испуганно прикусил язык.       — Нисколько лейтенант — одарив того улыбкой, ответила азари. — Просто ваш вид еще слишком молод, спустя лет 300 и вы сможете похвалиться такими результатами.       — Давно вы находитесь на посту второго пилота? — дежурно поинтересовалась сотрудница срецкорпуса.       — Часов пять, — признался лейтенант. — Сначала думал, что нам предстоит патрулирование или полет на Цитадель. Огорчился еще, что я не… — Аленко осекся.       — На вашем месте я бы уже бежала в трюм, тренироваться в биотике, или бы поспала. Так что вы можете быть свободны, я вас подменю — заметила СПЕКТР. — Высадка не за горами.       — Действительно, — согласился коммандер. — Насидеться еще успеем.       — О меня решил подчить своим присутствие сам капитан, — игриво пропела азари.       — Ой… — выдохнул лейтенант. Моментально выскочил из кресла. Набрал привычную сверхзвуковую. Споткнулся об ногу азари. Шарахнулся в сторону, оттоптав ноги Шепарду, и скрылся из вида.       — Так, — медленно процедил коммандер. — Вдох-выыыдох. Заметьте, я специально подвинулся, чтобы он на меня снова не налетел.       — Я видела, — кивнула СПЕКТР.       — Похоже, это судьба, — заявил пилот. — Ох, наплачетесь вы с ним, капитан.       — Спасибо, Джокер. Утешили.       — Джокер, — снова влез интерком голосом Андерсона. — Передайте капитану, я жду в радиорубке. И мисс Моринт тоже, если она там.       — Слышали, капитан?       — Слышал. Странно, но голос у него все равно раздраженный, хотя вы его не подкалывали.       — Действительно. Как это я так упустил момент…       Андерсон сердито метался по рубке связи. Будь у него хвост, наверняка бы сейчас мел по полу, разгоняя кондиционированный воздух.       — Шепард, Моринт, — поприветствовал вошедших. — Капитан, вы уже в курсе насчет настоящей цели задания?       Прежде, чем Шепард успел открыть свой рот, встряла СПЕКТР:       — Нет. Я решила, будет надежнее обсудить это здесь.       С одной стороны, оно и верно — незачем лишние слухи распускать, которые азари еще может и не расценить. Но коммандер невольно скривился в предвкушении знакомой наизусть лекции, да еще и от ксеноса, хоть он и был из умеренных людей, но воспоминания про Войну первого контакта были еще свежи. Впрочем, леди Моринт и капитан Андерсон оказались не в настроении читать монологи.       — Нужно забрать протеанский маяк. Быстро и без лишнего шума. Моринт пойдет с вами, чтобы оценить ваши навыки, как кандидата в СПЕКТР. Думаю, дальше она сама лучше объяснит.       — Проблемы, капитан? Стоит ли нам ожидать каких-либо проблем от наших соседей, — встревоженно поинтересовался Шепард, когда начальство сделало попытку прорваться мимо него к выходу. В словах коммандера так и слышалось: «Что, уже что-то случилось?»       — Да. От Хакета пришло сообщение о том, что ВКС Гипербореи приведены в полную боеготовность, а их дредноуты двенадцать часов назад покинули свои базы и ушли в неизвестном направлении вместе с флотом, и на всех их планетах объявлена мобилизация, что-то грядет и я не знаю что… И вот еще, поговорите с Дженкинсом       — Так в чем проблема? — Шепард очень старался скрыть радость. Просто очень. Наконец он сможет встретится в бою со старым врагом его расы. — Миссия ведь простая…       — Сам бы рад. Только объяснить Дженкинсу, что это не последнее задание, где можно отличиться, оказалось не так просто. Словом, боец чуть не устроил настоящий бунт. Идемте, капитан, может, хоть вы его образумите. Не отправлять же парня под арест из-за излишнего героизма.       Героизм из Дженкинса так и пер. Уже на подходе к лазарету ясно слышны были его протесты против медицинского вмешательства:       — Док, вы не можете оставить меня на борту! Я так долго ждал настоящего дела!       — Искренне надеюсь, что вы шутите, капрал, — непреклонно отвечала Чаквас. — В таком состоянии с «настоящих дел» солдаты возвращаются разобранными на запчасти. А я не волшебница, чтобы снова собрать такой конструктор, и увы, воскрешать мертвых, как гиперборейцы, я не умею. Так что лежите спокойно, пока я делаю укол.       — Док! — взвыл капрал.       — Вот видите, капитан, — вздохнул Андерсон. — И такая катавасия здесь уже с полчаса.       Увязавшаяся вслед за капитанами Моринт остановилась неподалеку, наблюдая за развитием событий, еле сдерживала смех и записывала все это на иструментрон. Шепард, глубоко вдохнув, пошел в лазарет.       — Сэр! — обрадовался Дженкинс, завидев начальство. — Разрешите готовиться к выходу, сэр!       — Лежать, капрал! — рявкнул Шепард. Вот и вдох пригодился. Оценив изумленный взгляд в свою сторону, коммандер продолжил. — Вы уверены, что в критической ситуации сможете среагировать вовремя? Что мне или лейтенанту не придется вас прикрывать, отвлекаясь от собственных проблем?       — Уверен, сэр! — обрадованно выпалил солдат. — Я готов к миссии, как никогда! И, потом, вам может понадобиться огневая мощь. От лейтенанта Аленко, при всем моем уважении…       Шепард обреченно прикрыл глаза. Давление на долг явно действия не возымело. Точнее, результат оказался прямо противоположный. А совесть у этого паладина, похоже и не ночева… Стоп. Огневая мощь?       — Док, что с этим патриотом случилось такого, что вы решили его запереть за стеклом?       — Ну, ничего слишком серьезного… — теперь уже Чаквас старательно смотрела в сторону. — Но лучше перестраховаться.       — Док, — вздохнул Шепард. — Просто скажите мне, что с ним?       — Нервное переутомление на почве нервного же стресса, — призналась Карин. — И не спешите заявлять, что это ерунда. Психологическое состояние солдата…       Остановила весь этот цирк Моринт, оглядев его и сказав, что он не жилец.       — Предупреждая все вопросы скажу что это сугубо моя интуиция и не имеет никакого обоснования для вас, вы верны поступать по своему, но я рекомендовала бы оставить его здесь.У нас нет времени больше ждать, высадка через двадцать минут. Решайте, — после этого она отвернулась и отошла в сторону       — Карин, он идет с нами. У меня попросту нет второго бойца для десантной группы, — взвесив все за и против. ответил Джон       Обрадованный капрал пулей слетел с больничного ложа. Набрал сверхзвуковую скорость. Промчался мимо Моринт и Шепарда, которые, наученные горьким опытом Аленко, все же успели посторониться. Оттоптал ноги неопытному Андерсону. Сдавленно извинился и сгинул в направлении лифта.       Капитан Андерсон, сэр! — голос Джокера прозвучал непривычно серьезно. — У нас сообщение с Иден Прайм. Вам лучше это увидеть.       — Переведи в радиорубку, — скомандовал тот, поспешно двигаясь к лестнице. Шепард и Моринт устремились следом.       Сообщение смотрели: Моринт, с вежливым интересом, Шепард, сдерживая желание тут же умчаться в трюм, и Андерсон, с побелевшим от волнения лицом.       — Больше сигнала нет, — заключил пилот, когда запись закончилась. И с едва сдерживаемой злостью добавил. — Вообще нихера нет. — Это невозможно, у них нет технологии посадки таких крупных кораблей на поверхность планет, мы не оставим атаку на нашу колонию без ответа.       — Перемотай на тридцать восемь и пять, — отозвалась азари. Внимательно изучила незнакомый характер дизайна корабля. Вывела похожие изображения со своего инструментрона и затем севшим голосом прохрипела. — Связь с Тессией, срочно!       Андерсон с испугом смотрел на испуганную СПЕКТРА и зачем-то взял и ляпнул: «Я не могу понять вашего беспокойства, скорее всего Гиперборея проводит испытания своего экспериментального дредноута».       — Тессия, на связи агент Моринт, — произнесла ардат-якши появившейся на квантомеханическом передатчике изображению другой азари. — Код 12, повторяю, это не ошибка, вторжение началось. Жнецы идут, — прокричала скороговоркой женщина.       — Богиня, я отправила сообщения матриархам командующим флотами. СПЕКТР, я не в праве вам приказывать, но прошу вас уничтожить маяк, наши знания не должны достаться врагу.       — Приняла, постараюсь узнать о враге как можно больше. Агент Т'велл, через сколько прибудет «Путь Предназначения» с первым флотом?       — Расчетное время прибытия 1,5 часа. Держитесь, -говорившая, оборвала связь со своей стороны.       — О чем вы вообще говорите? Какие к черту жнецы? — хором спросили оба военных.       — Скоро узнаете. Я скинула на ваши инструментроны краткую информацию, ознакомьтесь, — и решительно двинулась к выходу. Затем остановилась и, обернувшись, cказала — В моем костюме встроены сканеры, если…меня убьют то вы должны забрать данные. И еще, если я начну странно себя вести, то вам тоже следует стрелять, командер, — невесело улыбнувшись, тихим голосом произнесла девушка.       — А теперь вперед, Джокер, быстро и тихо. Шепард, вызывайте Аленко в трюм.       — Он уже там, капитан, — отрапортовал коммандер.       — Оперативно, — удивленно одобрил Андерсон.       По приходу в трюм троице открылась картина беспорядка. Точнее, в трюме царил полнейший разгром: несколько покореженных ящиков, обломки еще парочки, раскиданные по всему полу. Из ходового отсека опасливо выглядывали инженеры. В углу привалился к стене взмокший лейтенант, но, увидев начальство, тут же вытянулся:       — Капитан!       — Что здесь было? — с потрясающим спокойствием поинтересовался Андерсон.       — Тренировка, сэр! — поспешно пояснил Шепард. — По моему приказу.       Пока Шепард на пару с Андерсоном орали на лейтенанта, Моринт по быстрому достала из кофра свой дробовик Апостол и сейчас занималась закреплением термоклипс на броне. Идиллию разорвало сообщение Джокера.       — Капитан, вы удивитесь, но с нами хотят поговорить наши старые знакомые. В общем на связь с нами пытается выйти крейсер ВКС гипербореи «Зираэль», они повреждены, выводить в трюм?       — Давай. Группа, подготовиться к высадке, контакт через двадцать минут, — появившаяся перед ними через две секунды высокого человека начала говорить на всеобщем общегалактическом языке.       — Говорит капитан Конев, ваша колония атакована неизвестным противником, требуется помощь. Мы уничтожили три крейсера гетов и звено истребителей, но серьезно повреждены, требуем поддержки против их фрегатов. Десантная группа пытается эвакуировать маяк, но мы не можем гарантировать успех их операции, требуется ваша поддержка, человек.Что вы мне ответите? — и презрительно окинув Андерсона взглядом своих миндалевидных глаз, посмотрел на Шепарда.       — Мы вам поможем, но при одном условии — вы расскажете что за нахер тут происходит!       — Это все? Тогда я посылаю челнок за штурмовой группой к вам на борт, жду вас на мостике во время следующего сеанса связи. Прилагаю список повреждений, — с этими словами прозрачная фигура оборвала связь и растворилась в трюме.       Бегло пробежав глазами по списку повреждений, Андерсон хмыкнул и, усмехнувшись, пробормотал — три из восьми отсеков уничтожено, а гонор не пропадает.       — Пидорасы живучие! — и быстрым шагом удалился в сторону лифта.       Гипербореец не наврал, и в трюм действительно залетел спустя три минуты челнок, на ходу раскрыв свою аппарель. Второй пилот сквозь свое стеклянное забрало окинул всех присутствующих людей уничтожительным взглядом и пригласительно махнув рукой отвернулся, было видно что он так и хочет обозвать кого-нибудь своим фирменным мон-кей, однако получив видимо указание от капитана молчит.Дождавшись пока все рассядутся он подал команду пилоту и шатл закрыв аппарель на форсаже покинул трюм.       — Я надеюсь у вас установлено оборудование для дыхания в космосе? Мы сейчас отключим все системы кроме маскировки из-за нехватки энергии.-и вопросительно посмотрел на Шепарда       — Да, на пять минут нахождения в открытом космосе. Мы не настолько примитивны как вы нас считаете.       — Идиоты, мы лететь будем двенадцать, — затем открыл какой-то шкаф и раздал нам всем прозрачные маски, из материала напоминающего пластик, бегло показав, что они сами крепятся к лицу.       — А как же защита глаз и лица? Ведь она покрывает только нос и рот? — задал вопрос Дженкинс       — Поля массы, — увидев, что Моринт сидит без маски, он выгнул бровь и спросил. — Мисс, вам нужно особое приглашение?       — Спасибо, но я могу обходиться без воздуха в течении получаса. Могу ли я просить вас прекратить свои межрасовые распри на время миссии? — холодным безъэмоцианальным голосом спросила СПЕКТР       — Да, конечно, — тут обе стороны почти синхронно кивнули и заткнулись. Пилот удалился на свое место и начал внимательно следить за своей аппаратурой.       А затем шаттл тряхнуло, следом еще раз. От третьего толчка Дженкинс упал на пол, а вся электронника автоматически выключилась, тем самым сделав челнок неинтересным для истребителей гетов, реагирующих только на излучения от работающей техники, заметить тот факт что шатл вполне себе цел и невредимым летит в сторону планеты синтетикам не позволил небольшой, но сейчас жизненно важный для них факт — у них не было окон.       Следить безучастно за избиением шатла оба корабля вынужденных союзников не собирались и вступили в битву незамедлительно.Ели нормандия занималась отстрелом истребителей гетов, то крейсер решал проблему с противником своего класса, обстреливая того с предельной дистанции поражения своих орудий, превосходивших вражеские в 1,5 раза. Все шло хорошо ровно до того момента как враг поняв бесперспективность попытки остановить шатл, входящий уже в атмосферу не обратил свой взор на оставшиеся корабли.Вначале один из крейсеров заслона отдалился от своей группировки и внезапно долбанул по своему человеческому оппоненту торпедами с различными боеголовками-и если дезинтегрирующие ПКО нормандии удалось перехватить то две тандемных прошили борт, по чистой случайности одна прошла навылет, проломив переборки и вышла из корпуса на уровне артиллерийского поста, вызвав своей детонацией легкие повреждения брони.Но вот вторая попала удачно-пробив специальным зарядом керамическое амбилиционное покрытие, предназначенное для противодействия вражеским излучателям, она легко вошла в борт и пробив две переборки сдетонировала в арсенале корабля.От уничтожения крейсер спасла лишь откачка воздуха из помещений и заполнение их вакумом, предотвратившим объемный взрыв и массовый пожар.Взрыв торпеды и детонация боеприпасов в немаленьком арсенале восьмисот метрового корабля привели к образованию широкой пробоины и пожару по всему корпусы, вспыхнувшими от замыкания электроники.Взрывная волна прошедшая по всему корпусы вызвала трещины перекрытий возле ядра массы и повыбила стекла на мостике, была полностью уничтожена комната связи и вышел в результате пожара из строя лазарет.Поняв полноту и патовость своей ситуации капитан приказал лететь в сторону газового гиганта системы, надеясь скрыться в плотной атмосфере газового гиганта, послав меж делом Андерсона который отказался прикрывать их отход.       На Нормандии дела шли до этого момента хорошо — им удалось уничтожить шесть истребителей, получив только одно попадание по касательной от фрегата, просадившего щит на семнадцать процентов. Но после выхода из боя союзного крейсера, удача отвернулась от фрегата, и практически сразу мощнейшая вирусна атака начала отключать систему за системой.Спустя шесть минут упал щит и обесточились орудия ПКО, перегрузка маскировочной системы вызвала тепловую вспышку в реакторном отсеке и гибель большей части инженеров. Спустя двадцать пять секунд работоспособность орудий была восстановлена, но над кораблем нависла друга угроза — флот гетов начал перестраиваться в походный порядок, и чтобы Альянс не путался под ногами, на перехват была отправлена раведывательная группа в составе фрегата и пяти истребителей. Следом завязалась воздушная вакханалия, где несчастный прототип выделывал немыслимые пируэты под авторством Джокера. К сожалению, удача Джокера была не бесконечна и на одном из пируэтов их подловил вражеский фрегат — выстрел, и один из четырех двигателей задымил, а затем взорвался, своей детонацией повредив подачу топлива в соседнюю турбину, питавшую один двигатель. Скорость резко снизилась и корабль получил скользящее повреждение антены радиомачты, срезав один из сегментов передатчика. Тут резко на месте вражеского фрегата расцвел цветок взрыва — это «Зираэль», уходя с орбиты планеты, решил напоследок пострелять, поразив вольфрамовой боеголовкой ядро вражеского корабля. На этом моменте и вышли из строя двигатели израненного прототипа, обесточив корабль. Капитан Андерсон быстро понял масштаб ситуации и приказал всеми силами пытаться выйти на связь с крейсером, но они сами не заставили себя ждат       — И снова здравствуйте Андерсон. У меня к вам деловое предложение, — Михайлович нагло пялился на него из искрящего квантомеханического передатчика и, ухмыльнувшись, продолжил. — Как вы, наверное, заметили, у вас вышло из строя ядро и вы сейчас полностью беззащитны. Поэтому мы предлагаем вам выбор — либо ты сейчас говоришь пароль от коммуникативного буя, висящего в этой систем, е и мы расходимся с миром, либо вы играете в героев, но погибаете вон от той группы милых синтетических истребителей, сейчас на всех парах летящих к вам, ну и на худой конец за то, что помогли нам вначале, мы дарим вам быструю смерть, посредством выстрела из главного калибра. Ну так что? — и уставился на капитана своими миндалевидными глазами.       — Капитан! — к нему внезапно подбежала одна из младших лейтенантов из БИЦА.       — Да? Говори быстрее! — приказал ей капитан, сейчас спешно ищущий в базе данных нужные коды.       — Мы смогли опознать их корабль, это не крейсер «Зираэль», а тяжелый рейдер «Лихау». Это он подозревается в атаке на торговый конвой в Атическом траверсе на прошлой неделе.       — Черт! Постарайтесь отследить их передачу.       — Время вышло! — Гипербореец демонстративно убрал в карман старинные золотые часы. — Каков же твой выбор Андерсон?       — Вот код, — затем, дождавшись, пока тот примет переданный на уник файл, Андерсон задал вопрос. — Мы можем быть свободны?       — Ага, ну мы полетели, — ухмылка покрыла все лицо вражеского капитана, — Вот только с истребителями разбирайтесь сами, приятного времяпровождения, — и, махнув на прощание рукой, оборвал связь.       Рейдер стал неторопливо разворачиваться, чтобы уйти на сверхсветовую скорость, но геты не стали разбираться кто прав, а кто нет, и бодро полетели в сторону потрепанного крейсера. Это Михайловичу явно не понравилось, в связи с тем что он уже успел приготовиться к созерцанию процесса казни корабля Альянса систем, но враги спутали все их планы. Поэтому рейдеру пришлось отбиваться из орудий ПКО, где последние пять истребителей и были уничтожены. После завершения процеса анигиллирования врагов, «Лихау» был вынужден ретироваться из системы, так как вскоре сюда должны были завиться азари и Альянc, встреча с которыми ему не грозила ничем хорошим.       — Все кончено, доклад о повреждения предоставить через пять минут. Чарльз, следи за действиями гетов и держи меня в курсе, — раздав команды, капитан Андерсон вытер тыльной стороной своего кителя выступивший на лбу пот. — Вот, а ты боялась, Келли — Андерсон потрепал по плечу одну из курсанток, у которых эта была первое сражение и сейчас та находясь на нервах и плакала.       — Фух, капитан я чуть не обделался, когда они на нас поперли! — высказался Джокер со своего места, он хотел сказать что-то еще, но договорить ему не дал штурман, обнаруживший совершенно случайно из эллюминатора, что один враг остался почти целым и все это время находился попросту отключенным.       — Один из них не добит! — закричал вдруг Пресли со своего места.       — Как? Вот черт… — Джокер пытайся маневрировать на резервном блоке питания. — Адамс, всю энергию на двигатель, к черту орудия и щит, все равно там перегорели резисторы.       — Слушаюсь… — следующая речь потонула в грохоте взрыва. — Старший инженер Адамс ранен, на связи рядовой Танака, стелс-система вызвала критическую нагрузку ядра, у нас тут все вразнос пошло!       — Держитесь, любой ценой стабилизируйте ядро. Чаквас, в инженерный отсек, быстро.       — Уже там, — спустя пару секунд ответила доктор.       Спустя пару секунд корабль потряс сильнейший взрыв и все попадали на пол, последнее что помнил Андерсон это то как его отбросило к стене и он сильно приложился об нее головой, затем на затылке стало горячо и отключаясь он мог слышать голос кого-то из команды       — Капитан ранен! Живо врача… — над ним склонился Пресли и ввел в шею шприц-тюбик с увеличенной дозой пенецелина. — Чаквас, где вас носит?       — …Адамс, Танака, Пакти…они все…Господи…Я иду к вам, зафиксируйте ему голову, лифт уничтожен.       — Мне не хватит мощности для прыжка, он идет прямо на нас, — бледный как мел, Джокер пытался хотя бы немного маневрировать на отказавших рулях. — Фак! — слова потонули в грохоте от попаданий по корпусу и звуку трескающихся сегментов брони — пущенная истребителем гетов очередь была короткой, но фактической фатальной, если бы не вмешался случай — после первой атаки враг взорвался. Судя по всему, атаковал он уже на последнем издыхании, и второй заход сделать он уже не успел. Но даже сделанного хватило за глаза…       POV Карин Чаквас       — Драйвен, что там с дверью? — прокричала я над ухом солдата. Пока тот копался с дверью, оказавшейся обесточенной, успела три раза пересчитать содержимое медицинской сумки и прикинуть, что смогу сделать с раненными без электричества — выходило все печально, ведь занятия по полевой хирургии в альянсе были плохими и не практиковались, весь упор делался на передвижные медицинские боксы, столь распространенные в наше время.       — Открыто, мэм! Капитан, вот же черт, — вбежавший первым солдат сейчас наклонился возле Андерсона, лежащего в быстро увеличивающейся луже крови. Вбежав на обесточенный мостик и осветив перед собой пространство инструментроном, я не успела толком ничего рассмотреть, так как слева от меня маячил фонарик Драйвена. — Не трогай! У него поврежден череп, — мне пришлось окликнуть бойца.       Подбежав, я быстро осмотрела повреждения на глаз, чтобы затем сверить с показаниями мед сканера и убедиться что все плохо-череп капитана был частично деформирован.Вколов дозу боевых стимуляторов быстро подозвала вбежавших солдат и сказала нести его в лазарет, все равно без медицинского оборудования я не смогу прооперировать его, главное чтобы осколки черепа не попали в мозг. Внезапно включился свет и кто-то сдержанно крикнул, чтобы затем свернуться в рвотных позывах.       Открывшаяся моему взгляду пространство вынудило меня саму еле сдержать рвотный порыв устремившийся к горлу — весь БИЦ был разрушен, слабо мерцало аварийное защитное поле, защищающее их от черноты космоса. Слева от нее маячила сбоящая разбитая карта галактику, чуть впереди валялось несколько вырванных взрывом кресел, часть экипажа находящихся в креслах были мертвы, некоторые получили ранения и сейчас пытались либо оказать себе помощь сами, либо, большей частью, ждали пока им помогут. Пройдя чуть дальше, я внезапно споткнулась обо что-то ногой, опустила взгляд вниз и смогла лишь только охнуть, попутно введя себе боевой стимулятор из шприца тюбика, приготовленного заранее для приведения экипажа в чувство.На полу в луже крови и кишок лежал Чарльз Пресли, впрочем опознать его представлялось возможным лишь только по сохранившейся голове — вся его грудь и живот были разворочены от попадания из масс-драйверного орудия истребителя. Господи, за что нам это? Так нужно узнать что с Джокером, и я решительно направилась в рубку. Картина, открывающаяся мне по обеим сторонам, напоминала тот случай из молодости, который я всеми силами пыталась забыть — мой первый настоящий бой, когда мне, молодой аспирантке и попросту лейтенанту медслужбы дредноута «Килиманджаро», довелось участвовать в космическом сражении между флотами Альянса и Гипербореи, бой который они проиграли…       Почему-то запомнилось лучше всего фрагменты изувеченных тел матросов, наверное из-за тяжести ранений — это были не раны из легких винтовок пиратов, напоминающие собой аккуратные отверстия как в кино, которые нужно было лишь заливать пенецилином. Здесь же присутствовали рваные раны, крупные ожоги, а после и отрезанные лазерами части тел и просто лучевые ранения, когда начался штурм. Не помнила я и то, когда во время одного залпа в одночасье стала старшим врачом на корабле, как пришлось распределять раненых впервые по категориям кого можно спасти, а кто умрет. В память врезалась картина, как мне мне пришлось добивать из пистолета тех, кого нельзя спасти, чтобы освободить место раненым. Весь этот кошмар остановился только лишь когда в помещение не ворвались штурмовики врага и старший из них не отобрал мой пистолет. Помню, даже не заметила, как ко мне подошла фигура в черной непроницаемой броне и не спросила у остального медперсонала, кто здесь главный. Затем пришлось отвечать на его вопросы — как оказалось, у них были большие потери среди врачей и им были нужны медработники, хотя бы моего уровня.       Считала ли я себе предателем? Наверное нет, у меня просто не было времени плакаться кому-то в плечо и сетовать на несправедливость жизни, попутно мучаясь от душевных терзаний — мне просто дали навороченное оборудование, нескольких помощников и приказали лечить. Я не стала сопротивляться, потому как испугалась — при мне наш штатный хирург прилюдно отказался их лечить и был убит выстрелом в голову. Впрочем, жестокость гиперборейцев можно было понять — в штурме участвовали некоторые, кому довелось видеть Исход. Забрав ценный медицинский персонал и лекарства, мы возвратились на их корабль, где отвлекаться у меня не было времени — я опять пришивала ноги с руками, оперировала на медицинских боксах легкие повреждения. Помню, как от работы меня освободил какой-то высокий мужчина с седыми волосами, вручивший мне поднос с едой и сопроводившей меня в одну из кают, где после еды сразу же вырубилась на двое суток от переутомления. Разбудил меня он же, сообщив, что мы прилетели на омегу, тогда я еще спросила его имя, на что он сказал, что это маловажно, так как мы больше не встретимся. Там они купили врачам билеты на лайнер, следующий на Цитадель и отпустили всех, кроме полковника Службы пропаганды Альянса, которую они продали батарианским пиратам. Вот так и закончились мои злоключения в прошлый раз.       Добежала до рубки, и моим глазам открылся вид Джокера, сейчас безвольно свисающего из кресла. Хоть бы не переломы! Но видно, лимит наших неудач подошел к концу, так как он был полностью в порядке — кресло спасло его от падения, приняв нагрузку всю на себя. Представить трудно, что было бы с ним, упади он со всей силы на пол, я до сих пор удивляюсь как он умудрился ничего не сломать за все время службы. Достав старый добрый нашатырь, поднесла его к носу и дождавшись пока он придет в себя собралась уйти к остальным.       — Док, скажите что с моей птичкой? — едва резлепив глаза, спросил Джефф.       — Все плохо, как и с экипажем. Мне нужно идти, — отвернувшись, я направилась к другим раненным, но заняться следующим пациентом мне не дал Танака, как сайгак прыгающий по обломкам в мою сторону.       — Мэм, мы засекли уцелевшими сканерами взлет с поверхности планеты неизвестного корабля, он огромен и кажется, что геты наконец собрались улетать.       — Можешь дать изображение? И сообщите это капитану, -сказав это, я развернулась, однако он вцепился в меня и проорал.       — Вы, как майор медицинской службы, являетесь старшим офицером. Принимайте командование кораблем.       — Я не умею! Мне нужно к раненным, — не успела я договорить, как Джокер схватил меня за рукав и показав на какой-то мне неизвестный прибор, сказал, что сейчас здесь выйдет из сверхсвета куча кораблей.       — Увози нас отсюда куда-нибудь, главное подальше от разборок с неизвестными, — вцепившись в кресло, проговорила я пилоту. — Танака и Ричардсон, осматривайте раненых и говорите внешний вид подтверждений, сообщайте мне их по унику с прикрепленными фото, когда я прикажу им что-то колоть — сразу выполняйте.       — Док, мы не успеваем уйти! — договорить Джокер не успел, так как пространство космоса началось мерцать и готовилось выпустить рядом с реле ретранслятора корабли.       Первый же корабль чуть было не снес Нормандию, выйдя из перехода в трехстах метрах от нее. В нем экипаж опознал двухкилометровый азарийский дредноут «Армали», следом выскочил четырехкилометровый «Путь Предназначения» и еще десять дредноутов. Рядом, с ста метрах от Нормандии, появился легкий эскортный крейсер с сопровождении кучи истребителей, затем, после появления трехсот сигнатур подобных ему, повалили корабли второй линии. Наблюдать, правда, за ними не удалось, так как на связь вышел «Путь Предназначения».       — На связи матриарх Лиданья, назовите себя или будете уничтожены за пособничество гетам, — голос говорящей азари источал власть и уважение.       — Говорит Альянс систем, фрегат «Нормандия-SR 1», майор медицинской службы Карин Чаквас, терпим бедствие.       — Держитесь, вами займется тяжелый крейсер «Нефрана», — после ее слов от строя действительно отделился один из крейсеров и направился в их сторону.       — Нормандия, говорит Эритра Т'нова, вы можете пристыковаться к нам или следует направить шаттлы? — у появившейся в изображении азари отсутствовал один глаз и это делало в остальном милое лицо жутким.       Пока Джокер подводил плохо слушающийся корабль к доку, все могли наблюдать за разгорающейся в космосе битвой. А посмотреть там было на что — дредноуты азари, вышедшие из реле первыми, выстроились в линию и пошли в атаку на корабли гетов, обильно раздавая вольфрамовые болванки противнику. Оставшиеся солдаты Альянса имели прекрасную возможность увидеть то, как корабли азари, называемые пропагандистами «каракатицами», вполне быстро двигаются, попутно ведя огонь из четырех главных ускорителей массы — крестообразное строение корабля позволило установить главный калибр сразу в каждой из плоскостей. Геты от такого положения вещей, мягко сказать, малость офигели, когда оба их дредноута прекратили свою существование в первые десять минут боя, не нанеся сколько-то нибудь урона.       А затем с земли взлетел Властелин. И от открывшегося расклада малость завис, чтобы затем геты всей толпой кинутся на корабли азари в самоубийственной миссии. То ли сговорившись, то ли совершенно произвольно, но «Назара» сошлась в линейной схватке с «Путем Предназначения», и надо сказать, начала спустя пятнадцать пять минут проигрывать, потеряв свой щит, когда у оппонента осталось еще тридцать процентов, затем два близлежащих крейсера гетов разогнались и врезались на всей скорости в кинетический щит Пути, сняв его, но не нанеся какого-либо урона, кроме косметического — на линкоре зияли две черные подпалины по триста метров каждая. Теперь враги поливали друг друга всем, что было у них в трюмах — жнец выпустил оки, азари — истребители, затем произошло первое попадание не отбитое броней силарис — оно оставило по меркам линейного корабля серьезное повреждение — черный уродливый шрам длинной в двести метров, но на этом удача для Назары закончилась — линейник азари заложил крутой вираж, выглядевший смешно для корабля его размеров и пальнули из своих гидродинамических орудий — два попадания оставили подпалины на броне, наподобие полученных им, но вот остальные два вызвали — дымящуюся пробоину в корпусе и оторвали одну из вспомогательных лапок вдоль корпуса. После этого корабли гетов-еретиков сошли с ума и начали бросаться на таран, снимая щиты и временно выводя из строя азарийские крейсера. Властелин же, плюнув на гетов, утробно заревел на весь эфир и пошел на прорыв, сходу вновь восстановив щит, ценой отключения всего вооружения, попутно врезавшись у ретранслятора в один из тяжелых крейсеров, мешавших ему воспользоваться реле, снеся тому подчистую одну из крестовин, попутно отломив одно из своих щупалец на половину, другое удержалось, но сбоило…Больше «Назаре» никто помешать не мог, и она смогла прыгнуть через реле в неизвестном направлении. На «Нефране» же тем временем уже успели эвакуировать с гибнущего корабля большую часть экипажа, включая Джокера, несмотря на все его протесты — теперь он занимался тем, что пилил мозги двум пилотам крейсера, отчего одна из них стала фиолетового цвета и намеревалась кинуть в него чем-нибудь биотическим. Чаквас же помогала распределить своих раненых и наблюдала за азарийскими медиками, в связи с тем, что часть их препаратов мягко говоря не подходила людям, но хотя бы была не смертельной, в отличии от турианских.       — Надеюсь, что ты выжил, Джон, — сказала Карин, задумчиво глядя в один из гигантских иллюминаторов, откуда открывался вид на зависшие по орбите планеты корабли азари, от которых отделялись сотни челноков для наземной операции…       POV капитан Джон Шепард, два часа назад       Шаттл резко затормозил над поверхностью планеты, чтобы спустя три минуты не начать резко маневрировать.       — Зенитные орудия, держитесь! — прокричал один из пилотов, заходя в крутой вираж. Его напарник тем временем высунулся из апарели и, активировав станковый пулемет, стал за орудие, практически сразу открыв огонь по врагу на земле.       — Я не смогу вас высадить возле места раскопок — там сплошные деревья. Ждите, я ищу ровную площадку для десантирования, — донесся до ушей всей десантной группы голос пилота челнока.       — Мне нужно оказаться на земле как можно скорее — вскочив с места, объявила Моринт, подойдя к летчику и тронув того за плечо.       — Ты умеешь летать? — ехидно прокомментировал это второй, попутно обстреливая бегающих повсюду хасков.       — Нет, я ничем не рискую. Я сильный биотик и смогу затормозить свое падение. Постарайтесь снизиться как можно ниже. Буду высаживаться вот здесь, — она ткнула на один из участков карты на дисплее, отображающейся на потолке, и направилась к выходу.       — Выполняю, но если сдохнешь раньше времени, будешь виновата сама, — проворчал кто-то из них, но я этого не услышал, отвлекшись на проверку своего пистолета.       — Шепард, я пойду перед тобой и буду сообщать ситуацию, постараюсь отвлечь часть врагов на себя. Удачи! — махнув рукой на прощание, азари подошла к открывшейся десантной аппарели и прыгнула вниз, засияв биотикой.       Спустя пару минут челнок наконец смог обнаружить более или менее ровную площадку и пошел на посадку. Резко затормозив, он снизился до земли и вновь открыл свою дверь.       — Десант, на выход! Капитан, задержись, — дождавшись, когда Дженкинс и Аленко покинут салон, он протянул мне в руку лазерную указку.       — Что это такое? — удивленно спросил я у него, c интересом смотря на тонкую продолговатую вещицу.       — Мы будет рядом, человек, и подберем вас, если на земле все пойдет совсем плохо. Этой указкой подсветишь место, если нужно оказать воздушную поддержку. Запомни, один клик — огневая поддержка, два клика — мы подбираем вас. Не перепутай, идиот, — съязвил гипербореец, перед тем как пнуть меня под задницу на прощание. Пилот не стал рисковать, и шаттл сразу же взмыл в небо и устремился в направлении дымящих небоскребов.       Проследив за направлением полета шаттла, я осмотрелся по сторонам. Багряные краски заката заливали притихший мир кровью. Светило неспешно закатывалось за горизонт, слепя чувствительные глаза, остро пахло дымом и гарью. Высокое здание вдалеке чадило тяжелым дымом пожара, в нем нетрудно было узнать здание планетарной администрации. Тихо шелестели листвой деревья, поскрипывала сухая почва под подошвами. Тяжелая, давящая картина, которая мне сразу не понравилась своей тишиной-на войне не может быть тихо, тишина всегда к беде. Аленко поежился.       — Пахнет дымом и смертью, — тихий хриплый голос бойца звучал… органично в атмосфере утопающего в закате мира.       — На корабле ты был куда самоувереннее, — мой комментарий остался на этот раз без ответа. Я молча кивнул обоим бойцам, опуская забрало. Штурмовая винтовка тихо щелкнула, выходя в боевое положение. Нужно быстрее добраться до оставшихся в живых и оказать им помощь. Неизвестно, что тут делали и их враги, так что нужно поспешить.       — Пошли, — повторять не пришлось, и оба пристроились за моей спиной.       Бойцы последовали за мной, настороженно глядя по сторонам, лишь Аленко тихо буркнул: «Черт!», — вляпавшись в мутную зеленоватую жижу, напоминающие своей консистенцией чьи-то фекалии. Внезапно Дженкинс указал рукой на какой-то ящик, валяющийся рядом с обуглившимся трупом. Пока мы с Аленко осматривали тело, присутствовали характерные для лазерного оружия следы, Дженкинс полез за ящиком в воду, чтобы спустя пару минут с матюками не провалиться по пояс в ил, смешанный с дерьмом газовых пузырей, левитирующих над землей в тридцати метрах отсюда. К счастью бойца, ящик нам вытащить удалось. Открыли его с помощью биотического броска о камень, правда интересного там ничего не нашлось, кроме дополнительного радиатора на винтовку, следом установленным на оружие Кайдена.       На руке пискнул уник, подавая сигнал о том, что карта прогрузилась, так надо свериться — шаттл высадил нас в паре километров от места раскопок на небольшой площадке у самого края обрыва, сумев избежать основных групп врагов и обеспечив нормальным маршрутом. Моринт высадилась чуть раньше, следовательно, она должна быть где-то южнее космопорта или станции монорельса. Очень надеюсь, что она правильно истолкует мое предупреждение, и я не найду ее насаженной на какой-нибудь древесный сук, расплющенную о землю или с пристреленную гетами. Это было бы крайне обидно и досадно, ведь она выразила желание встретиться на Цитадели и обещала приписать к азарийскому подразделению Спецкорпуса. Да и вообще интересная она. Жаль будет, если погибнет из-за чего-нибудь, так ты не о том думаешь, отдернул я себя от мыслей о азари в черном комбинезоне.       Аленко недовольно ворчал, пытаясь стереть вонючую зеленую гадость с обуви об траву, но это ему плохо удавалось — растер ее еще сильнее, став таким же вонючим, как и Дженкинс, который измазался об эту жижу по пояс. Вот как они умудрился не заметить эту здоровенную лужу? Дженкинс понятно — за трофеем полез, но этому как удалось найти грязь? А я-то надеялся, что Кайден хоть немного отличается от своего товарища, не новичок ведь. Ага, щаз! Смазливая физиономия с вечно тоскливым выражением и вселенской скорбью в карих глазах, вызывала только желание треснуть своего обладателя по ней же чтобы соображать шустрее начал и перестал тормозить. Вроде бы адекватный мужик, но… Посмотрим, какой из него боец и биотик. Надеюсь, он меня не разочарует окончательно.       — Аленко, заканчивай с чисткой и будь внимательнее.       — Я не могу это с себя отчистить… — Чисти лучше. За разговорами я не заметил, как с ближайшего холма под тактической маскировкой за нами внимательно следила фигура в черной броне со стеклянным забралом.       Кайден смущенно опустил голову, тщательно вытирая ботинок. Дженкинс вообще стушевался. Стыдно им, засранцам. Ну так под ноги смотреть надо и не лезть куда не надо — прожили бы мы и без этого радиатора! А если бы там было что-то посерьезнее дерьма? Мина там, токсическая дрянь или еще что-то столь же доброе? Закинуть бы его в древние гиперборейские захоронения, в которых ловушки натыканы под каждым удобным булыжником, а на каждой пятой стене прицеплено смертоносное заклинание, сдобренное чей-нибудь кровушкой. Быстро бы научились не щелкать клювом. Если бы пережили первые сутки и первый же километр.       Да и демоны с ними, с Кайденом и Дженкинсом. Я пошел вперед, жестом указав бойцам двигаться за мной.       Новые тела мы нашли на камне совсем недалеко от точки высадки: черные, выжженные до шлака, они лежали, теряя жирный пепел под порывами ветра. Это явно не излучатели гиперборейцев — они бы просто отрезали части тел или же были бы следы на броне или одежде. Аленко вздрогнул.       — Что тут произошло?       — Скоро узнаем. Судя по всему, это неизвестное доселе оружие, — перехватив взгляд бойца, я сухо припечатал. — Хватит истерить! Словно впервые труп видишь, как будто это не ты своего инструктора прибил с особой жестокостью!       Кайден потупился и заткнулся, а я медленно двинулся вперед. Чуть дальше — еще тела, раскиданные по дороге. Такие же сожженные, рассыпающиеся кусками золы и еще тлеющих углей. Это явно не гиперборейцы — они бы таким не стали бы заниматься точно, если до этого у меня и были сомнения, то сейчас они полностью отпали.       Едва слышный свистящий звук заставил меня резко вскинуть сжатую в кулак руку. Бойцы замерли, вслушиваясь в посвист ветра. Показалось? Не должно бы… где-то тут кто-то есть. Указав пальцами на глаза, я махнул рукой в направлении поляны, маячившей впереди. Дженкинс кивнул, осторожно вышел на дорогу, пристально всматриваясь в кустарник и деревья.       Дроны появились неожиданно, вынырнув из-за большого камня. Длинная очередь голубых импульсов, и Дженкинс, приглушенно вскрикнув, рухнул на дорогу объятый пламенем — пара выстрелов задела зажигательные гранаты на поясе.       Штурмовая винтовка разразилась очередью, дрон упал на землю, искря и дымясь. Тонкий писк охлаждающегося радиатора, поймать в прицел следующего, выстрел. Аленко снял последнего.       Проклятье! Три каких-то летающих хрени и сразу же — труп на земле! Моринт же как в будущее глядела — надо было все-таки послушать ее, а я принял ее слова за шутку. Вот как можно было так подставиться, а? Опустив оружие, я осторожно подошел к телу бойца, вернее тому что от него осталось. А осталось немного — всего лишь кучка костей и оплавленный скафанд. Мертв. А вот и причина: боец забыл включить кинетический щит. В который раз невнимательность и растяпство стали причиной глупой смерти…       Рядом остановился растерянный Аленко.       — Дженкинс…       — Мертв. К таким результатам приводит невнимательность, — наклонившись, осмотрел тело — даже похоронить нечего будет. — Будь осторожнее.       Аленко коротко кивнул, хмуро глянув на меня. А ты что ждал, я буду истерить и убиваться как баба? Как раз тот случай, чтобы еще и остальных перебили! Дженкинса, где-то в глубине моей черствой души, было все же жаль. Немного. Самоуверенный, полный энтузиазма молодой парень, чья жизнь так глупо оборвалась в самом ее начале. Я помню, как он психовал у доктора Чаквас, надо было просто послушать ее и этого бы не случилось. Такие, к сожалению, и правда гибнут первыми, как сказала азари. Хорошо, если в одиночку, не утаскивая за собой на тот свет всех остальных.       Перешагнув тело, я двинулся вперед, переходя от камня к камню. Эти дроны тут не единственные.       Тихо щелкнул передатчик и Моринт выйдя на связь сообщила:       — Шепард, здесь несколько сгоревших зданий и много трупов, — голосом она выделила слово «много», давая мне оценить масштабы трагедии. — Я постараюсь разведать обстановку и встречусь с вами у места раскопок, если меня там не будет продолжайте двигаться дальше.       — Ты же помнишь, что обещала мне перед высадкой? — тихо полюбопытствовал я. Короткая пауза и быстрый ответ:       — Я помню.       — Что вы собираетесь предпринять СПЕКТР? Мне бы не хотелось найти ваш труп. Мне хватает Дженкинса.       — Уже? — с интересом донеслось от собеседницы       — Погиб. Постарайся не рисковать.       — Мне триста лет, Шепард, и учить меня не надо, — прошипела на этот раз азари.       Связь пропала. Аленко как-то странно на меня посмотрел, но никак не прокомментировал.       — Будь внимательнее! Эти дроны тут явно не единственные! — пусть лучше он будет напуганным и живым, чем мертвым и храбрым.       Солдат вздрогнул, крепче стиснул свою модифицированную винтовку и медленно пошел вперед. Я — чуть в стороне, всматриваясь в шелестящую листву, в массивные стволы деревьев, в глыбы камней. И не прогадал — дроны нападали еще дважды, но сейчас, зная, чего ожидать, их мы перебили легко, так как нападали они в открытую и не маскируясь. Вот только Кайден словил пару выстрелов по касательной и в плечо, поэтому сейчас, шипя ругательства, обрабатывал раны панацелином, стараясь не встречаться со мной взглядом. Я же отмычкой пытался вскрыть еще один здоровый прямоугольный кофр. Так, наподдеть чуток, все открыл. Ну что тут у нас — о, подвезло, так подвезло — на дне лежала броня «Скорпион», производства Хане Кедар.       — Кайден, бери эту броню и переодевайся. Она получше твоей однозначно будет.       — Слушаюсь, сэр, — еле справившись с обрабатыванием плеча, он полез в ящик за обновкой.       Вот как можно быть таким растяпой? Ладно бы мигрень была, так нет же…       Впереди раздались выстрелы. Кайден вскинулся, схватился за оружие.       — Не спеши. Заканчивай переодевание. Я проверю.       Боец кивнул и вернулся к нагрудной пластине, а я, забравшись на небольшой холмик, прильнул к прицелу винтовки, всматриваясь в довольно обширную низину, тянущуюся вдоль обрывистых холмов к раскопкам, чьи лампы разгоняли закатный сумрак яркими стрелами белого света, чуть дальше маячил вход в подземелья.       Выстрелы и уже знакомый свист дронов раздались ближе, из-за камней выскочила женщина в бело-розовом доспехе, поскользнулась, словила выстрел в спину, снявший часть щита и отправивший ее по инерции об камень. Судя по всему, местный гарнизон — значит, надо спасти в целях получения информации. Короткий толчок от очереди в плечо, дрон прошился насквозь пулями и рухнул на землю. Девушка, отойдя от падения, кубарем закатилась за камень, сняв очередью последнего и словив еще один выстрел, отодравший в наплечник. Выскочивший на холм рядом со мной Кайден успел закрыть нас от выбежавших из-за поворота двух гетов, которые открыли по нам незамедлительно огонь. Он же и убил первого из них, приложив того об скалу, чем вызвал критические повреждения. Затем ему пришлось упасть в траву так как гет снял из своего чудо-оружия наш биотический щит. Второго завалили мы с незнакомкой, изрешетив его из двух винтовок.       Я внимательно осмотрел прилегающую территорию на предмет наличия дополнительных противников. Врагов не было — ни дронов, ни гетов, ни еще кого-нибудь. Убрав на крепления винтовку, я съехал на заднице по склону и пошел к солдату, Кайден двинулся следом. Женщина меня заметила.       — Спасибо за помощь, — выдохнула она, вставая на ноги. — Я уже и не надеялась выжить.       — Не стоит благодарить. Это наш долг.       — Кто вы? — нарисовавшийся из-за спины Кайден решил озадачиться подробностями.       — Сержант Эшли Уильямс, — четко ответила женщина, вытянувшись по стойке «смирно». — Взвод 212.       — Коммандер Джон Шепард, — представился я. — Прибыл на фрегате ВКС Альянса.       За спиной посыпались камешки со склона. Резко развернувшись и прячась за камнем, я успел только отметить для себя, что склон начал медленно сползать и спустя пару минут завалил дорогу к группе руин, оставив нетронутым только котлован и пару вездеходов возле него.       Я встал, но винтовку убирать в небоевое положение не стал — неизвестно, кто тут еще может быть.       — Что здесь произошло, сержант? Женщина устало вздохнула.       — Тут все сложно. Кроме гетов, тут есть еще враги — неизвестный отряд наемников, часть одета в дорогущую броню Терминус, остальные незаметны из-за хорошей маскировки, но, по крайней мере, их главная точно из гиперборейцев — их элитное снаряжение Фантомов ни с чем не спутаешь. Мы не застали начало нападения, сэр. Эти неизвестные убили несколько отрядов наших парней, а затем началась заварушка с гетами и им стало не до нас. Наш отряд патрулировал периметр, когда началась атака. Мы попытались послать сигнал бедствия, но враги глушили связь.       — Мы получили ваш сигнал. Где остальные бойцы вашего отряда?       — Они погибли. Мы пытались вернуться к маяку, но попали в засаду.       — Кто на вас напал?       — Геты, сэр.       — Гетов не видели за пределами Вуали уже почти двести лет! — воскликнул Кайден. — Что они здесь делают?       — Полагаю, пришли за маяком, — ответил я. — Не думаю, что на Иден Прайм было что-то более ценное, чем действующее протеанское устройство. Все из присутствующих знают возможности азарийского оружия, а это лишь бледная копию протеанских технологий. Если хотя бы часть легенд про протеан правдива то даже один их маяк с информацией способен вывести заполучившую его расу далеко вперед.       — Это вполне вероятно, капиан. Здесь проводились работы, чтобы провести железную дорогу и расширить колонию. Несколько недель назад рабочие откопали протеанские руины, — Эшли поморщилась. — И вдруг, после этого, вся колония как будто помешалась на этом маяке. Нас отправили его охранять. Затем, при раскопках маяка, были обнаружены подземные помещения возле него, в которые также удалось проникнуть. — Он работал? Что они нашли внизу? — Насколько я знаю — да. Я сама почти ничего о нем не знаю, но один из ученых говорил, что это может быть величайшим открытием века. Но про подземные помещения все почему-то молчат, уклоняясь от ответов. Говорят, что несколько дней назад к нам прилетели важные ученые Альянса, но никто их пока не видел. — Нам надо забрать маяк. Сержант, проводите нас к месту раскопок. Здесь есть обходной путь? — спросил я у женщины, сейчас поспешно остужающей винтовку. — Так точно, сэр. Нам нужно идти прямо через те подвалы, или что там еще находится. И возьмите мой пистолет, это все равно командира — подобрала его, когда бежала. — Спасибо, Эшли. Теперь веди нас, — ответил я ей, закрепляя на магнитный захват новенький Страйкер.       Вот что хорошего я сразу же обнаружил в Эшли, так это отсутствие привычки спорить с командиром. Сказано провести? Значит, проведет. А уж зачем, это ее не касалось. Хотя глаза поблескивали от любопытства у самой.       Котлован встретил нас вязким илом и следами гетов ведущими вниз. Сам проход вниз был образован небольшим проломом в каком-то перекрытии, внизу тускло мерцал свет.       — Ну что спускаемся, командир? — спросила Эшли подсвечивая фонариком в дыру.       — Да, у нас не выбора, — и сам полез первым, схватившись руками за хлипкие поручни лестницы.       — Сэр, смотрите! Как новое, — Кайден указывал на линию пролома. Действительно, края дыры отливали серебристым металлом и каким-то непонятным камнем.       — Значит, там могли сохраниться их защитные технологии, быть вдвойне осторожными. Мы не знаем куда и от чего исчезли протеане. Быть может, что это была какая-то болезнь, лучше загерметизируйте ваши шлемы.       Подземелье пахло сыростью и тленом, навевая нехорошие ассоциации о былых хозяевах этого места, вместе с тем подчеркивая величие своей монументальностью. Спустившись по лестнице, мы оказались в одном из широких коридоров, уходящих куда-то вперед и налево, позади нас находился сплошной завал, преодолеть который не представлялось возможным. Оставалось двигаться только вперед, по освещенной установленными лампами дороге.       — Смотрите, что за выемки там на стенах? — проговорил Аленко, указывая на пустые полости в стенах коридора, из некоторых из них торчали продолговатые капсулы из серого блестящего металла, переливающиеся зеленым сиянием.       — Надеюсь, это древнее оружие, или что-нибудь в этом духе, что позволит нам поставить ксеносов на место, — ответила Эшли, смотря на ближайшую капсулу.       — Не надо так, Эш. Это может оказаться чем-нибудь опасным и непонятным, отойди оттуда, — пришлось подойти к женщине и, взяв за руку, отвести от странной капсулы       — Я нашел планшет, — Кайден, удалившись на тридцать метров, теперь стоял с датападом в руках. — Вам будет интересно это почитать, сэр.       — Так, посмотрим, что тут у нас, — после я начал читать текст под авторством какой-то профессора Уорен.       День 1. Это невероятно, мы нашли работающий протеанский маяк. Также обнаружены пустоты под ним. Ведутся раскопки.       День 2. Вчера нам удалось откопать экскаватором проход вниз. Понимаю, что это варварство, но прямо на входе мы обнаружили уже невероятное. Их строительные материала — они совершенны, простоять шестьдесят одну тысячу лет и даже не покрыться коррозией многого стоит, к сожалению, даже взяв пробы, мы не способны расшифровать этот состав. Надеюсь, завтра, когда из колонии прибудут заказанные мной лестницы нам удастся обнаружить еще что-нибудь новое.       День 3. Мы нашли способ транспортировать маяк. Здесь же у нас возникла проблема — мы столкнулись с системой нейтронной зачистки помещений. В результате, от нанятых чернорабочих, выдвинувшись вперед, ничего не осталось. Были обнаружены странные капсулы, похоже это химическое оружие, и нам удалось открыть одну из них — она оказалась пустой, завтра будет вскрывать следующую. По архитектуре, это помещение похоже на храм, но точно отследить предназначение не представляется возможным, ввиду отсутствия других протеанских сооружений в такой степени сохранности. Отправила запрос на Ферос по найденным здесь материалам. Я верю в то, что мы не вскрыли ящик Пандоры…       День 4. Эта сука Лоусон запретила допуск на объект всей моей группе, кроме этого придурка Мануэля, но он псих, хоть и идейный. Прибыла только вчера с двумя охранниками, а гонора хватает на весь лагерь. Отправила запрос Хакету с просьбой отстранить эту сучку от раскопок. Я не дам ей исследовать наследие протеан одной. Завтра транспортируем маяк на станцию монорельса.       — И что ты мне притащил, Кайден, мне все равно, какая сучка мисс Лоусон, полезной информации тут нет, — кайденовское лицо после моих слов скисло.       — Сэр, у нас проблемы, -коротко бросила Эшли в рацию       — Уже иду, ничего там не трогай.       По прибытию на место дислокации Уильямс, я обнаружил там ее в целости и сохранности, но в окружении кучи перебитых гетов, которые сохранностью похвастаться не могли. Осмотрев фрагменты тел, можно было сделать только один вывод и причем неутешительный — неизвестная система безопасности умеет стрелять и бегать, попутно шинкуя роботов оружием со свойством лазерного резака. Эшли занималась тем, что считала трупы гетов, в процессе пиная железяки. Сзади подтянулся Аленко, держащий дозатор с шестью зарядами пенецилина. Наконец он стал приносить хоть какую-то пользу. Пройдя еще с десяток метров и свернув в уцелевший коридор, до меня наконец дошло какой я дурак — я забыл про шаттл с пилотами, ведь они могли тупо перенести нас на ту сторону, вместо того чтобы лазить по древней постройке с кучей ловушек, сумевших за раз перебить тридцать синтетиков.       Ладно, сказано — сделано, и мы свернули в один из коридоров. Пройдя пару десятков метров, мы натолкнулись на новую группу трупов — опять синтетики, но к ним добавились куски серого мяса, разбросанные по полу.       — Дрон! — успел прокричать Аленко перед тем как скрыться из вида за одной из псевдоколон. Мне и Эшли пришлось спрятаться за фрагментами брони одного из крупных роботов гетов. Укрытие мы выбрали неудачное, потому как неизвестные мне лучи желтого цвета начали пробивать тело гета насквозь.       — Вот черт! — проорал я, когда мой щит улетел с одного попадания, и броня же по всей грудной пластине покрылась трещинами. — Отступаем! — отдал солдатам приказ на отступление, после того как один из лучей скользнув по выставленному барьеру Аленко сшиб того, не заметив биотики.       Побежал я за Уильямс, успевшей отбежать от дрона и сейчас прикрывавшей нас огнем, из винтовки.       — Бегите на свет от ламп, — приказал я им, отвлекая огонь стража на себя.       Вот в таком порядке мы и бежали по подсвеченному коридору — два бегут, один их прикрывает, затем меняемся. Бежали ровно до того момента, как перед нами не выросла стена и наш отряд не оказался в тупике.       — Как мы могли оказаться в западне? Мы же побежали по подсвеченному лампами пространству, — обреченно сказала Эшли.       — Все просто — это не лампы ученых, — указал я ей на светившиеся желтым неизвестные светильники. — Эта машина завела нас в западню — она не уничтожила нас все пять минут нашего бега, хотя могла сделать это сразу же, — словно в подтверждение сказанного мной, машина зависла над нами и попискивала.       Спустя минуту попискивание сменило тон и из корпуса появился какой-то луч, начавший бегать по нам. Мне пришлось взять за руку дернувшуюся Эшли, когда луч перешел на нее, позволив тем самым закончить непонятному устройству такие-же неясные действия. После этой процедуры тон попискиваний изменил интонацию и странная конструкцию, пискнув, исчезла в спышке желтого света.       Стена же, за которой мы стояли, пришла в движение и с тихой вибрацией отошла в сторону. От столь резкого исчезновения конструкции, мы, вжавшиеся в нее, чуть не попадали на пол, однако равновесие сохранить удалось. В вновь открывшемся помещении включился свет. Здесь освещение, к счастью, работало, хотя определить подлинный источник возникновения света не удалось. Коридор упирался в другую дверь, на этот раз каменную, со странными отметинами на ней — издалека было не разобрать стиль изображений на камне. Стены и пол были выполнены в строгом золотом цвете, их покрывали мерцающие странным защитным полем панели. На них же были изображены какие-то картинки.       Подойдя к одной из них и всмотревшись, Аленко охнул, отходя назад.       — Что там Кайден? — спросил я у него направляясь в его сторону.       — Ты только посмотри, кэп! — только и сумел произнести Кайден, смотря на одну из панелей.       Сблизившись, я увидел картину заставившую меня, похолодев, отшатнуться. Там были изображены странные четырехглазые существа с длинными головами, на конце которых находились гребни. В качестве оружия держали они в основном копья или мечи, некоторые носили странного вида автоматы. Азари здесь также присутствовали, правда, в роли просвещяемых существ — на одном из барельефов, например, им передавалась письменность, на других чужаки отражали комету, на последнем же фрагменте было показано как группа странных четырырехглазых вручала группе азари звездную карту. На соседней стене была сцена с турианцами, но исследовать ее не дал взволнованный голос Эшли, которая пятилась назад от одной из «картин».       Увиденное рядом с Уильямс меня заставило похолодеть и начать внимательно все записывать, потому как изображена там была моя родная планета, которую держал в руке один из странных инопланетян, но больший эффект на смотрящего оказывала поза держащего — там было все, за исключением жалости, всем своим видом инопланетянин показывал, что судьба целой планеты для них это ничто. Данный момент, помимо этого, содержал сцену уничтожения планеты и космической битвы между двумя цивиллизациями.       — Это все меняет, все что мы знали о себе. Вся наша история, технологии — все это не принадлежит нам, они управляли всеми и в любой момент могут вернуться, — по лицу Эшли текли слезы.       — Успокойтесь солдат, мы знали на что шли, — я начал ее трясти в целях привести в чувство, однако, это плохо помогало.       — Кайден, займись ей, — сам же я начал поспешно набирать номер Моринт.       — Я на связи, говори.       — Мы обнаружили изображения доказывающие то, что вся эволюция большинства рас, это была минутная прихоть протеан. Они в любой момент могут вернуться и забрать то, что принадлежит им по праву.       — Предсказуемо, мы это знали. На Тессии мы сохранили свидетельства контакта с ними, эта информация не новость для нас, так как всю власть они передали нам. Осмотрите до конца подземелье, на наличие других интересных источников данных. Затем выбирайтесь, я мониторю ситуацию. И еще Шепард, если эта информация останется в тайне, то люди получат статус азарийского протектората, со всеми вытекающими последствиями в вооруженных силах и экономике, если же станет достоянием гласности — мы сотрем ваш вид в порошок. Конец связи! — резко сбросила очередную маску СПЕКТР.       — Быстрее к двери оба! — крикнул я на своих подчиненных, сейчас больше похожих на двух психованных влюбленных.       Как только мы добежали до двери, нам открылась новая загадка — каменная дверь во весь коридор, с выгравированными разъемами рук, вот только рук здесь было сделано больше 15 видов.       — Кто-нибудь знает что нам делать дальше? — задал им вопрос не особо надеясь на ответ.       — Кажется, если присмотреться, то каждая выемка для своей рамки, — успокоившаяся, но до сих пор всхлипывающая Эшли, мировоззрение которой в одночасье изменилось, наклонилась к одному из них, больше всего напоминающему человеческую руку       — Как говориться — к черту, сержант! — после этого я приложил к нему руку.       Дверь пару минут оставалась неизменной, но лишь для того чтобы спустя этот промежуток времени не начать ходить волнами, образуя в своем чреве проход в следующее помещение.       — Живой металл, приплыли, — прошептал Аленко косясь на стенку. — Может, повернем назад командир?       — Уже поздно лейтенант, разведайте обстановку, — отдал я тому приказ, косясь сквозь прицел, как долговязая фигура лейтенанта исчезает в проходе.       — Чисто, тут только кучка статуй и очередной гроб, — спустя минуту, высунувшись в коридор, доложил оный.       Войдя в помещение и осмотревшись по сторонам, моему взгляду открылся вид на квадратный постамент, стоящий посреди зала, на котором и находился указанный ранее «гроб». В самом зале больше ничего не было, если не считать за важные предметы восемь статуй по углам комнаты, и по четыре с каждой стороны от постамента.       — Осмотреться, — отдал я обоим приказ, сам направившись к неопознанному предмету.       — Да нихрена тут больше нет, кэп. Пойдем отсюда, у меня плохое предчувствие, — опять завел свою песню Аленко.       — Судя по всему эта хрень самая важная, раз ее спрятали вдали от остальных, — начал я рассуждать, обходя ее по кругу. — Ваши предположения, что тут может быть?       — Либо оружие, либо артефакт. Но судя по барельефам с протеанами, какая-нибудь палочка-указочка, способная уничтожать планеты, — угрюмо высказалась Эш       — Значит, его нужно однозначно открыть и передать артефакт Альянсу. Так, ищем то, чем его можно наподдеть.       Три минуты хождений по комнате не дали ничего, зато я придумал идею оригинальнее. Ведь если взять все наши гранаты и взорвать в определенном участке, это наверняка вызовет хотя бы небольшие, но повреждения хранилища, а там как-нибудь этот шестидесяти тысячелетний ящик удастся открыть. Взяв в руки все пять оставшихся гранат, я пошел их закреплять на поверхности, но стоило мне только дотронуться до холодной, идеально легкой поверхности, как что-то под нами легко завибрировало и в центре комнаты сквозь помехи появилась едва различимая фигура гуманоида.       — Идет определение временных рамок.Рамки определенны. Цикл постпротеанский, мы готовы к работе.       — Кто вы? — бросив свое рискованное занятия, я обратился к ней.       — Мы — ВИ, — в тон ему ответила фигура       — Зачем ты здесь? Какова твоя функция? — решил не отставать от него я, потому как не верил, что протеанская техника будет такой простой.       — Хранить память о ушедших в века. Я — страж этого комлекса, мне подчиняется вся его защита.       — Почему вы ушли в века? Ваша мощь и технологии колоссальны, — что-то тут не ладно, в душу начали закрадываться подозрения.       — Жнецы. Создатели были уничтожены в жестокой войне. Этот цикл также находится на пороге жатвы, — безапелляционно продолжил страж реликвий.       — Что ты подразумеваешь под жатвой? Кто такие жнецы? — вопросов появлялось больше, чем ответов.       — Машины. Уничтожение всех высокоразвитых цивилизаций и переработка в себе подобных.       — Ты можешь открыть этот ящик? Скажи, почему ты нас не убил, как гетов, почему решил показаться? — ВИ, судя по всему, начал брехать, сочиняя сказки про всяких разумных машин, единственные доказательства существования которых его слова.       — Да, данное хранилище будет открыто как только вы пройдете небольшой тест, показывающий степень вашего развития. Я показался перед вами лишь потому, что вы не служите жнецам и не несете следов одурманивания, — после этого изображение стало сильнее сбоить, чтобы спустя некоторое время разразиться новой тирадой слов. — Итак, вы должны ответить, сколько лепестков насчитывается у станции, называемой в этом цикле Цитаделью?       — 5, давай дальше, -викторина походу рассчитана на болванчиков, коими протеане и считали представителей наших видов.       — Да, правильный ответ. Назовите схему питания в вашем оружие и принцип его работы, — изображение стало постепенно гаснуть. Ну уж нет, я открою этот долбанный ящик.       — Кинетическое, есть на основе термозарядов, -скороговоркой пробубнил данную информацию, грозящемуся сдохнуть в любую минуту ВИ.       — Полученные ответы сочтены удовлетворительными. Открываю капсулу, — голограмма окончательно исчезла.       Спустя пару минут гроб начал вибрировать и испускать пар. По всей поверхности появились таблицы и диограммы с символами на неизвестном языке, которые начали быстро сменяться и исчезать.       — Прям как мой холодильник, — высказался на этот процесс Кайден.       — Ага, сейчас отроем полный протеанской выпивки, — мое решение попытаться разрядить атмосферу тупой шуточкой не увенчалось успехом.       — У меня ощущение. как будто открываем ящик Пандоры, — Эш уже который раз за день сказала данную фразу. — Да не… — ответить ей я не успел, так как Кайден раньше всех выразил общую мысль       — Ахереть, дохлый протеанин — и мы замолчали на несколько минут смотря на содержимое теперь уже настоящего гроба.       На дне находился один из представителей виденных ранее на гравюрах инопланетян. Надо сказать, этот ксенос впечатлял — рост под два метра, если не больше. Одет был в какой-то белый с золотым доспех, чем отдаленно напоминал японского самурая, хотя сравнение было неуместным — от него веяло чужим и попытка очеловечить данного инопланетянина была глупой. Кожа зеленая или светло-синяя — цвет нельзя было определить из-за инея, покрывшего все тело. C моей точки зрения — урод, получше конечно турианцев или батаров, но все равно страшный, с азари или кварианцами не сравнится, хотя и выражает уважение к своей дохлой персоне. Ну ладно, рассматривать будут его в лаборатории, а пока нужно изъять артефакт, о котором упоминал ВИ — как раз я заметил в одной из его рук небольшую золотую цепочку, в самый раз, то что нужно.       Так полуфабрикат, разжимай свои пальчики. Рука этой сволочи отпускать побрякушку отказывалась. Спустя две неудачных попытки я разозлился и дернув изо всех сил на себя и, наконец, вырвал «артефакт» из рук трупа.       — Командир, а может надо было оставить его труп в покое? Мы ведь не знаем о них ничего, соответственно и об их обычаях, — став напротив меня Эш, попыталась поставить меня на путь истинный.       — Как говорят в N7, мертвым добро ни к чему, зато позволит живым не пополнить их ряды. Да смотри, — подбежав, я стукнул начавший оттаивать труп по костяному лбу. — Все еще не веришь? Смотри тогда приколюху, — и взяв труп за обе щеки, я начал перемещать их на манер речи тела: «Смотри Эшли Уильямс, я сдох и разрешаю капитану Шепарду забрать свою безделушку». — Вроде помогло, так как Эшли перестала дуться и пошла с Кайденом на выход.       Внезапно артефакт в моей руке начал светиться и я почувствовал, как не могу пошевелиться. Зеленое свечение между тем нарастало, меня подняло над полом вместе с этими бусами и начало транслировать в мою голову какие-то мутные образы и видения. Я, пытаясь сопротивляться, отвернул голову, но, внезапно, увидел, как Кайден улетает со всей силы об стену под ударом непонятной зеленой волны, а Эш лежит на полу, окутанная таким же зеленым полем. Повернув голову назад в сторону саркофага я увидел, как бывший труп протеанина стоя во весь свой рост на полу, освещает пространство перед собой четырьмя желтыми глазищами и с недобрым оскалом смотрит на меня.       Затем я сдался и образы заполнили мою голову…