Она выживет, я обещаю

POV Китнисс (вернёмся чуть назад) Я зашла в комнату вместе с доктором и медсестрой. Я так надеясь, что Пит пойдёт за мной, но его остановил Сноу. Пит пытался возразить ему, но у него ничего не вышло. - Ложитесь на кровать, миссис Мелларк, – обратился ко мне доктор Аврелий спокойным тоном. Я послушно легла. Он потер ладони друг об друга, поднял мою майку повыше и начал ощупывать мой живот. - Так, всё понятно, – сказал он, закончив осмотр. - Что-то не так? – спросила я. - Нет, всё в порядке. Лиз, достань из моего чемодана прибор для выявления беременности, пожалуйста, – он обратился к девушке, стоящей за его спиной. Она вынула из белого чемодана небольшую прямоугольную штуковину, от которой тянулись провода с несколькими присосками. - Что это? – я любопытно уставилась на «новую» для меня вещь. - Как бы вам это объяснить…,- он замялся, - это такой датчик, он покажет, беременны вы или нет. Если да, то вот здесь, – он указал пальцем на маленький экранчик, - появится +, если же нет, то –. - И как он это определит? – поинтересовалась я. - Я присоединю эти присоски к вашему животу, он замерит всё что нужно и покажет результат, я надеюсь, вы не против? - Нет, пожалуйста, присоединяйте, – уверенно ответила я. Он намазал мой живот каким-то гелем и начал лепить жёлтые штуки к моему животу. Всего их было 4. После присоединения последней присоски, на них всех загорелся красный огонек. Сначала он мигал, потом остановился и прибор, что стоял справа от меня, пропищал несколько раз. На маленьком экране загорелся +. Доктор быстро снял присоски и отдал прибор девушке, а потом протянул мне салфетку. Я быстро вытерлась и опустила майку. Тем временем, капитолийский врач достал из своего чемодана большой шприц. Я до жути перепугалась и стала отползать на дальний край кровати. - Не волнуйтесь, миссис мелларк, это не больно, разве что чуть-чуть, – таким же невозмутимым голосом сказал он. Медсестра, всё время стоявшая за спиной у доктора, быстрым шагом подошла ко мне. Я даже не успела среагировать, как она поднесла к моему лицу какую-то тряпку. От неожиданности я резко вдохнула и тут же перестала ощущать своё тело. А доктор Аврелий смазал мой живот чем-то и снова взял в руку шпиц. Мне хотелось биться, кричать, отталкивать его, но я не могла пошевелиться, а голос как будто пропал, получалось лишь слабое шипение. Игла у шприца была довольно длинная, но тонкая. Он одним движением шприца проткнул кожу моего живота этой иглой, как ни странно, но боли я практически не почувствовала, да, было неприятно, но не особо больно. Он ввёл жидкость из шприца в меня и тут же вытащил иглу. Снова смазал чем-то мой живот, убрал шприц обратно в чемодан, встал, и не сказав ни слова, вышел, а за ним последовала его ассистентка. Тут меня пронзила боль, внизу живота начало тянуть, крутить и колоть, мне стало трудно дышать, я не понимала, что происходит. Теперь я могла пошевелиться, но голос ко мне так и не вернулся. Я ухватилась рукой за край кровати, но внезапно в теле появилась тяжесть и заболели мышцы по всему телу. Я резко вспотела, но жарко мне не было, даже наоборот. Мне захотелось закрыть глаза. И я закрыла. Слышу какие-то непонятные звуки, открываю глаза, Пит. Пит, как хорошо, что он здесь, он держит меня за руку, его ладонь такая тёплая, так приятно, он что-то говорит, но я не могу ничего разобрать. Хочу сказать ему, что мне больно, но язык не слушается. Резко Пит встаёт и выходит из комнаты. Вообще не понимаю, что происходит, опять закрываю глаза. Боль бьёт всё тело, дышать всё труднее, что он вколол? Неужели, я умираю? Нет! Только не это! Я не могу бросить Пита! И маму с Прим. Кто же будет охотиться и добывать еду для них? Нет, так дело не пойдёт, я должна бороться. Но сил совсем не остаётся. Тут в комнату снова заходит Пит. Он опять садится рядом с кроватью и берёт меня за руку, целует её, что-то говорит, но я опять не понимаю. В его глазах стоят слёзы, вот одна уже спустилась по щеке. Хочу успокоить его, сказать, что со мной всё в порядке, хоть и всё тело ужасно болит. Но в глазах плывёт. Я проваливаюсь в забытьё. Прихожу в себя. Пит рядом. Боль прошла, но слабость осталась, нет желания двигаться, выдыхаю, получается тихий стон: - Китнисс, как ты? Тебе больно? – в голосе Пита слышна тревога. - Уже нет…,- отвечаю ему и не узнаю своего голоса, такой хриплый, будто я долго кричала и сорвала его. Но я не помню, чтобы я кричала. Странно. - Что…что это было? – спрашиваю я. Мне хочется знать, чем меня накачали, и как это отразилось на моём ребёнке. - Это сыворотка, чтобы ребёнок родился здоровым. Тебе очень больно было? – обеспокоенно спрашивает Пит. Сыворотка. Здоровый ребёнок. Опять, наверное, какие-то новые штучки Капитолия. Ну, если это нужно для ребёнка, то можно и потерпеть. - Нет, почти нет, просто живот чуть-чуть болел, – врать не хорошо, но я не хочу, чтобы Пит волновался ещё сильнее, он и так весь на нервах. - Ты была жутко бледная, тяжело дышала, кошмарно это всё выглядело, я чуть морду этому доктору не набил. - Господи, а там же Сноу, как он на это отреагировал? – теперь беспокоиться начала я. - Никак, представляешь, даже выпороть меня не приказал, – усмехнулся Пит. Я слабо улыбнулась и меня начало клонить в сон. Я прикрыла глаза. - Китнисс? Что такое? – испугался мой муж. - Всё в порядке, – успокаиваю,- я просто спать хочу. Останься со мной. - Хорошо, – он слегка улыбнулся. Пит подошёл с другой стороны кровати и лёг рядом, я обняла его и заснула. *спустя 8 месяцев* Всю мою беременность Пит жутко нервничал как за меня, так и за малыша. Сноу больше не появлялся, а вот врачи наведывались каждые 2 месяца. Во время каждого осмотра Пит был рядом, следил за каждым движением доктора. И как медсестра не пыталась его выгнать, он стоял на своём и каждый раз упоминал тот случай с сывороткой. Он очень уставал от моих частых перемен в настроении. Я и сама понимала, что так нельзя, что нужно перестать устраивать истерики по каждому пустяку, но, к сожалению, осознавала я это лишь после очередного психоза. И так каждый раз. Ужас, и как он до сих пор меня терпит? Пошёл последний месяц, Боже, меня так раздуло, в зеркало смотреться противно, кошмар, но Пит всё также повторяет: "Ты самая красивая". В день родов мы с Питом сильно поругались – первый раз за всю жизнь. А дело было так: Пит пошёл в пекарню, а я осталась дома. Мне было скучно, и я решила пойти прогуляться. Давно не навещала Гейла. Я надела кожаную куртку, в которую теперь помещалась с трудом, и не застёгиваясь, отправилась на улицу. Мы с Гейлом очень мило побеседовали, он напоил меня чаем, спустя примерно 3 часа я вспомнила, что Пит должен был уже давно вернуться домой и, наверное, волнуется. С этими мыслями, попрощавшись с Гейлом, я отправилась домой. Уже подходя к дому, я увидела, что дверь открыта нараспашку. Подходя ближе, начинаю слышать какой-то шум. Захожу в дом. - Китнисс! Где ты была? Я чуть весь дистрикт на уши не поднял! – орёт Пит. - А что, собственно, произошло? Что ты на меня кричишь? Я ходила проведать Гейла, что случилось? – я не могу понять, он что, с ума сошёл? - Ты меня не могла предупредить?! Я возвращаюсь из пекарни, тебя нигде нет! Я решил, что ты у Прим, но тебя там тоже не оказалось! На охоту ты не ходишь, мы это обговаривали. Где ещё тебя искать? А может врачи из Капитолия забрали тебя?! Да я чуть с ума не сошёл! – Пит кричал на меня, а я не могла понять, чего он поднял такой шум, неужели он даже не предполагал, что я могла пойти к Гейлу, и почему он к нему не пошёл спросить? - Да что ты орёшь на меня? Если ты совсем чокнулся, я не виновата! - Что, прости? – он немного обалдел. - Что ты поднял балаган из-за какой-то ерунды? Ты забыл, что есть Гейл? Я его давно не видела и решила пойти к нему. Что, додуматься мозгов не хватило? - Ну извини меня, что я о тебе беспокоился, извини, что волновался за нашего ребёнка, извини, что так сильно люблю тебя, что беспокоюсь по каждому пустяку! И что я в тебе нашёл? Ты вообще мне на нервы…, -он осёкся. - Что ты сказал? – мне было неприятно, но ещё я очень сильно злилась. - Прости, – только и сказал Пит. Я молча сняла куртку, повесила на крючок и пошла на второй этаж, Пит остановил меня: - Китнисс… - Не прикасайся ко мне, – прошипела я и бросила на него злобный взгляд. Я прошла в комнату и закрыла за собой дверь. У меня резко подкосились ноги, и я упала на кровать, внизу живота заболело, малыш начал дёргаться и брыкаться. Правильно, Пит вывел меня из себя, и ребёнок это чувствовал. Вдруг мои штаны резко намокли. Мне потребовалось минут 5, чтобы понять, что это…отошли воды. Боже! Только не сейчас, только не тогда, когда я поругалась с Питом. Нет, Господи, нет. Мы с Питом договаривались, что он будет со мной во время родов, но сейчас мне этого хотелось меньше всего. Я встала с кровати, быстро сменила штаны, а мокрые бросила на стул. Я решила, что Питу ничего не скажу, просто пойду к маме. Выхожу из комнаты, спускаюсь по лестнице. Пит сидит на диване, обхватив голову руками. Услышав мои шаги, он вскочил и направился ко мне. - Китнисс, прости меня, я правда волновался за тебя. У тебя большой срок, мало ли, что может случиться. - Не сейчас, Пит, – коротко бросила я. - Что такое? Куда ты? – обеспокоенно спросил он. - К маме. - Зачем? – недоумевал Пит. - Надо!- прикрикнула я. И тут меня пронзила резкая боль, живот скрутило до такой степени, что я не могла вздохнуть, из горла вырвался крик, я согнулась пополам, - У меня отошли воды, я не дойду, зови маму! Пит подхватил меня на руки и понес в спальню. Положил на кровать. - Держись, я скоро, – бросил он и тут же исчез из комнаты. Поясницу начало тянуть, живот снова скрутило, только теперь было ещё больнее. Я опять вскрикнула. Мне хотелось выть. Глаза начали щипать и слезиться. Меня просто разрывало на части изнутри, и я снова закричала. В комнату вбегает Пит, за ним мама с какими-то пелёнками и коробкой. Пит садится на корточки рядом с кроватью и берёт меня за руку. Я снова заливаюсь криком, ноги начинают ныть, в копчике появляется ощущение тяжести. Мама снимает с меня штаны, накрывает сверху белой простынёй. Запрокидываю голову, сжимаю руку Пита. - Сделайте что-нибудь, я больше не могу! – кричу я из последних сил. - Ччч, скоро всё закончится, потерпи, милая, - успокаивает Пит. Но закончилось всё далеко не скоро. Я мучилась ещё часов 7, но Пит не отходил от меня ни на шаг. Внезапно боль покинула меня, захотелось закрыть глаза и уснуть. Но тут раздался детский плач. - Это девочка, – проговорила мама и засияла улыбкой. - Она прекрасна, – сказал мне Пит. Он взял малышку на руки и нежно поцеловал в щёчку, а затем протянул мне. - Моя девочка, – с придыханием протянула я, - я люблю тебя. Пит снова сел рядом с кроватью и стал любоваться на нашу доченьку. У неё были небесно-голубые глаза, точь-в-точь как у Пита, но черты лица мои. А вот волосики, похоже, будут светленькие. Она такая красивая, такая маленькая, вот появился ещё один человечек, за которого я буду готова отдать жизнь.