Загляну в глаза твои

      На протяжении двух часов девушка никак не может понять, в чем суть разговора двух друзей. Буквально пару часов назад она узнала, что Ханджи, её довольно странноватая соседка и Ривай, парень, который ей не очень-то и приглянулся, знают друг друга на протяжении 15 лет. Встреча с парнем была нежеланна. Только она успела забыть об инциденте в поезде, так он явился. Вот это и есть совпадение. Микаса не настолько глупа, чтобы не понять, о чем же говорят двое знакомых. Просто такие темы не для нее, а в чем же и суть? Все довольно просто. Ведь Ривай унаследовал огромную компанию, а клан Ханджи поставляет им различное сырье. Все довольно просто и без заморочек. Вот только для девушки эти темы были чужды, жизнь в обычном городке, в самой обычное семье, никаких излишков. Эта беседа уже осточертела. Так и напрашивалась мысль:       - Вы, богатенькие, все время о своих денежках и болтаете... Бабки то, бабки все... У вас кроме денег нет ничего на уме? Кретины, да кому нужны эти деньги... А самим поработать? Или не хотите руки испачкать?.. - Спустя десять секунд, после того, как Ханджи и Ривай изумленно посмотрели на девушку, Микаса поняла, что ее мысли она произнесла вслух. Вот и везение, не правда ли?       - Микаса, ты ничего не хочешь рассказать? - чуть дрожащим и удивленным голосом проговорила Зоэ, все ближе и ближе подвигаясь к темноволосой.       - В каком же это смысле богатенькие? Видимо ты что-то скрываешь... Как я сам не догадался, когда встретил тебя в поезде, - задав вопрос и тут же на него ответив, Ривай подошел ближе к подруге.       - Да, я это... А ко мне какие претензии? Сам же в поезде проехался! Ничего не защемило? - на полной уверенности отчеканила девушка.       - На то у меня были причины. Возвращался от родственников, которые живут не пойми где. Аэропорта там подавно нет, да и не будет еще лет сорок, не меньше, - спокойный голосом ответил Ривай на довольно простой для него вопрос. - А вот что на счет тебя? - Всматриваясь в очертания лица темноволосой, парень задал вопрос, который так мучил его подругу, ну и самому тоже ведь интересно.       - Микасочка, не бойся! Мы ведь любим тебя такой, какая ты есть! - взяв за руку собеседницу, просто выговорила Ханджи. Настолько ей интересно.       - Какая любовь?! Я вас даже толком и не знаю! Не виноватая я! - отодвигаясь к самому краю дивана, Аккерман и не знала, куда деваться.       - Хм... Ханджи, она просто так не сознается. Придется задействовать твою словесность - болтовню ни о чем. Микаса, лучше сразу расскажи, а то эта четырехглазая будет вымаливать у тебя ответ. Причем, разными способами, - сообщил парень, словно намекая девушке, что другого выбора у нее нет. И не знает она про методы, которыми могут ее мучить.       - Эм... Значит, так такового выбора у меня нет? Я правильно поняла? - чуть напрягшись, проговорила Микаса.       - Мы уже на протяжении пятнадцати минут вбиваем тебе это в твою головешку. Я вбиваю, а эта только слюну распространяет по всей комнате. Смотри, сейчас начнет хвостом вилять и лаять на меня, - на полном серьезе сказал Ривай.       - Не слушай это чурбана! Совсем нет манер! Так что... ты ведь расскажешь?! - не скрывая всего интереса, просто умоляла Зоэ, или, как любит называть ее Аккерман - очкастая или четырехглазая.       - Вы на меня так смотрите, сейчас черная дыра во мне образуется. Ладно... Расскажу, и правда выхода другого у меня нет, да и не будет.       Сев поудобнее, девушка начала свой рассказ. На протяжении десяти минут, два друга внимательно слушали Микасу. Каждая ее фраза словно была незнакома им. Обыденная жизнь - скучно. Больше ничего. По крайней мере, так думал Ривай, Ханджи же очень внимательно вслушивалась в каждое произнесенное слово.       - Как-то так. Больше мне нечего рассказать.       - Ладно, я пошел. Скучная история. Тем более уже десять часов, увидят меня тут - мало не покажется, - уверенно произнес парень, направляясь к двери, ведущей к выходу в коридор.       - Погоди-ка, ты не чувствуешь ко мне отвращение? - задала девушка довольно глупый и, в некоторых моментах, неприличный вопрос, с ее стороны.       - Глупая? С чего это вдруг? Мне как-то все равно, социальный статус меня никогда не волновал, - слегка удивленным голосом произнес Ривай. - Спокойной ночи. Очкастая, не забудь о нашем договоре, - на прощание сказал Ривай, закрывая за собой деревянную дверь, но один нюанс привел азиатку в небольшой шок, дрожь пробежала по ее белоснежной кожице. Все повторяется - парень снова посмотрел на ее. Но в чем суть? Обычный взгляд. Что тут такого? Да и суть для самой Микасы не ясна. Почему он так смотрит на нее? Да и не понятно. Взгляд презрения? Значит он соврал ей. Или же глаза парня могли выражать другие эмоции? Опять намекая на что-то.       - Хорошо, все будет сделано, - отчеканила Зоэ, словно отдавая честь. С чего бы это? - Ты не обижайся на него, но он сказал правду, Леви редко врет, - договорила она, приподнимаясь с дивана, на котором все еще сидела Микаса.       «Редко врет?! Ага, конечно. Кто мне наплел с историей про кошку?! Но все же, я понимаю его. Только одна пробежавшая мысль о моих родителях - настроение сразу ухудшается». - Мысли девушки можно было и предугадать.       - Ты ведь прекрасно знаешь, лучше никому здесь не рассказывать про твой статус. Будут не очень хорошие последствия. А на счет нас с Леви не переживай. Мы сами когда-то были как ты. Хоть только в детстве. Так и вспоминаю эти беззаботные деньки. Эх... Ладненько, спокойной ночи. - Забирая какие-то бумаги, Ханджи пожелала спокойно ночи и скрылась за дверью, ведущую в комнату этой довольно странной девушки.       - Спокойной ночи... - еле слышно, почти шепотом, проговорила Аккерман. - Пора и мне ложиться спать... Хотя...       Микаса взяв пару листов чистой бумаги и черную ручку. Все эти атрибуты лежали на стеклянном столе, который так дополнял интерьер комнаты, или же небольшой гостиной. Зайдя в комнату, она сразу же плюхнулась на кровать, заправленную чистейшим и вкусно пахнувшим бельем. Полежав так пару минут, Аккерман выключила свет, включила настольную лампу, стоявшую на тумбочке рядом, залезла под одеяло и принялась писать письмо своему дорогому другу детства - Армину.       Здравствуй, Армин! Как ты поживаешь, все ли нормально? Ничего такого не случилось за время моего отъезда? Я волнуюсь! Может, хочешь спросить, как я сама поживаю? Сейчас я живу в одном из блоков огромного общежития, у меня даже соседка есть... Правда, она какая-то чокнутая, немного странная, даже очень странная. Прости, Армин... Я помню, как ты говорил мне держаться подальше от этих богатеньких и помешанных, я прекрасно понимаю... Но ничего поделать я не смогла! И еще... я рассказала, что я не из богатой семьи, у моих родителей нет своей компании. Я прекрасно понимаю, я виновата. Еще раз прости. Надеюсь, ты поймешь. Мы обязательно встретимся. Твой друг навсегда - Микаса Аккерман.       Когда девушка поставила точку в конце последнего предложения, она тяжело вздохнула. Аккерман просто не может отправить Такое своему другу. Она уже мысленно представила его реакцию. Нет, лишние заботы ни к чему. Тогда Микаса и решила написать другое краткое письмо, написав, что все хорошо, не надо беспокоиться. А этот листик она решила спрятать среди двух страничек своего нового дневника, который взяла на всякий случай. Азиатка мысленно представила, как в старости перечитывает этот дневник и испытывает разные эмоции: грусть, радость, удивление, смущенность. С такими-то мыслями девушка и провалилась в царство Морфея, ожидая красочных и незабываемых снов.