Как научиться ценить

- Черт… Это куда сложнее, чем я себе мог представить, - Игорь покопался во внутреннем кармане куртки и выудил оттуда начатую пачку сигарет, купленную утром. Он всем сердцем жалел, что согласился участвовать в этом нелепом мероприятии, но еще больше парня удручал тот факт, что его очередь подошла гораздо раньше, чем он предполагал. Никита спасовал уже на второй же день игры, как и ожидалось от самого брезгливого и изнеженного человека в компании. Вернувшись домой в истерическом состоянии, он чуть ли не плевался ядом, язвительно рассказывая о людях, с которыми ему довелось встречаться, о «бомжатнях», в которых ему приходилось ночевать, и о помоях, которые предлагали вместо еды. Одно только выражение лица этого нытика пробуждало в душе Игоря необузданную злость, а кулаки парня наливались кровью: так сильно ему хотелось избить неженку до полусмерти, но он старался контролировать свои эмоции и не подавать виду. Конечно, от десятого округа, как от одного из самых бедных районов, нельзя было ожидать многого. Но как можно говорить в таком пренебрежительном тоне о людях, которые готовы поделиться крышей над головой и домашней едой, когда сами не имеют ничего за душой!? Человеку, который с самого детства привык питаться в самых дорогих ресторанах, не дано понять, что значит голодать несколько дней, и каким вкусным может быть самый обычный овощной суп. Кулаки Игоря инстинктивно сжались, и он ударил правой рукой об землю. Пытаясь найти в куртке зажигалку, парень копошился в карманах, но вместо нужного предмета, достал оттуда маленький пакетик с белым порошком, врученный намедни Андреем со словами «Без этого никак не обойтись». Конечно, употребление различного рода наркотических веществ в этой компании не было новинкой, но именно сейчас, в состоянии недосыпа, голода и общего стресса, это так разозлило Фролова, что тот, не думая, небрежно разорвал пакетик и высыпал содержимое на снег, затаптывая его ногой. На город тихо опускалась ночь, зажигая на небе яркую россыпь звезд и свет в окошках жилых домов, за которыми в размеренном темпе протекали разные жизни. Эти огоньки отражались от снежной глади, заставляя ее искриться и сиять. Игорь сидел на маленькой деревянной скамейке в парке, недалеко от квартала, где он раньше жил. Парень выбрал это место не случайно: он намеренно напоминал себе о прошлом, чтоб иметь возможность смириться и принять его. Но такое испытание оказалось гораздо сложнее и мучительнее. Это был уже второй день игры для Фролова. Еще с вчерашнего утра он не ел ничего, и даже не спал, просто скитаясь тенью по округу, пока не пришел на это самое место, где провел уже больше восьми часов. Конечно, было немало добрых и отзывчивых людей, которые предлагали ему пищу и кров, но, наплевав на условия игры, парень упрямо отказывался: он воспринимал происходящее, как своеобразное наказание за его недостойную жизнь. Более того, он принимал это как должное, не жалуясь и не ноя. Единственная, пожалуй, слабость, которую он мог себе позволить, это кофе или другие теплые напитки, которые приносили неравнодушные. - Холодно сегодня, не правда ли? – тихий мужской голос прозвучал где-то со стороны левого плеча, который был весьма неожиданным и слегка испугал юношу. – Да тебя же прямо трясет! Так и до смерти замерзнуть можно! – он снял свой шарф и накинул его на плечи парня. - Не нужно, у меня все в порядке, - Игорь поднял взгляд на собеседника. Перед ним стоял высокий худощавый человек в длинном сером пальто. Его черные как смоль волосы небрежно развевались на ветру, а кожа под лунным светом казалась настолько бледной и тонкой, что напоминала собой снежный покров. - Итак, - продолжил незнакомец, - ты не похож на бродягу, но и податься тебе некуда. Неужто из дома сбежал? - Не совсем, - Игорь улыбнулся, подмечая проницательность мужчины. – Не буду врать: у меня есть деньги, и я могу в любую минуту пойти в отель. Но не хочу, вот и все. - Вот как… Похоже, кто-то решил себя таким образом наказать, - подколол молодой человек, словно заглядывая Фролову прямиком в душу. – Но знаешь, какой бы не была причина, изводить себя не стоит. Твоя жизнь куда дороже, чем ты можешь представить. - Я понимаю… Но порой мне кажется, что в этой жизни нет никакого смысла. Словно она просто протекает мимо меня, а я не могу ничего сделать, - парень сделал глубокую затяжку, пропуская едкий горький дым по легким. - Прости. Я не должен был говорить подобные вещи сразу после знакомства. - Огорчу тебя, мы еще даже не познакомились, - мужчина засмеялся, протягивая вперед правую руку. – Владислав Авдеев к вашим услугам, месье. - Игорь Фролов. Очень приятно. - Значит так, Игорь, сейчас ты идешь ко мне – будем отогревать тебя. Я как раз пивка прихватил, - он демонстративно приподнял пакет, который держал в левой руке. - Я точно не помешаю? – парень снова поднял глаза на своего собеседника, который казался приветливым и крайне дружелюбным. Конечно, он сомневался, планируя провести еще одну ночь на улице. Но, по какой-то непонятной причине, отказать этому странному человеку он тоже не мог. - О нет, совершенно не помешаешь! Только я вынужден признаться кое в чем. Дело в том, что я предпочитаю мужчин. Так что если тебе неприятен этот факт, не заставляй себя, я пойму. - Не вижу никакой проблемы. У меня никогда не было предрассудков касаемо сексуальной ориентации. И вообще, я считаю, что ты крут. Правда. Знать, кем ты являешься, и не боятся признаться в этом ни окружающим, ни самому себе – это потрясающе. - И это мне говорит человек, который в столь юном возрасте способен рассуждать настолько глубоко! Давай, пойдем, мне хочется подольше поболтать с тобой, но еще пара минут – и я точно превращусь в ледышку. Игорь бесшумно следовал за своим спасителем, который тоже молчал, хотя и казался болтливым по своей сути. Возможно, он чувствовал нависшую в воздухе атмосферу неловкости, и не хотел ее усугублять пустым трепом. А может, был слишком уставшим, о чем говорила расслабленность его походки. В любом случае, Фролов был благодарен за эту тишину: в нынешнем состоянии ему было бы очень непросто поддерживать разговор. Он просто шагал, шаркая ногами по снегу и предаваясь чересчур навязчивым воспоминаниям и мыслям, которые, почему-то, совершенно не хотели оставлять его в покое. Дом Влада был в пятнадцати минутах ходьбы от парка, в котором они встретились. Это была небольшая двухкомнатная квартира на третьем этаже высотки, скромная, с минимальным количеством мебели, но создающая общее впечатление уюта и тепла. Единственное, что действительно сразу бросалось в глаза, это огромное количество фотографий, которые нашли себе место фактически на каждой стене этого жилья. Их было около сотни, не меньше, они имели разную форму и размер, на них были запечатлены совершенно разные люди в разное время суток. Но только одна черта объединяла все эти снимки: каждый из них был наполнен душой, и каждый имел свой собственный характер. Словно кусочек жизни застыл в маленькой деревянной рамке. Игорь очарованно рассматривал фотографии, на секунду даже забыв, где находится. - Нравится? - Да, очень. Твои работы? - Ага. Занимаюсь этим лет с шестнадцати, - Влад немного стушевался, и чтоб не показать этого, начал снимать с себя пальто, повернувшись спиной к своему гостю. - Невероятно! Я в восторге. Только знаешь, мне страшно интересно, почему ты снимаешь только людей? - Они прекрасны. Невероятные существа. Такие неидеальные, но, в то же время, совершенные. Гордые и свободные, венец творения природы. Каждый из них хранит в себе целую историю, которую так и хочется воплотить в фотографию, - Владислав говорил об этом с такой страстью и запалом, что создавал впечатление настоящего профессионала, который по уши влюблен в свою работу. Игорь даже позавидовал этой его черте, так как сам никогда не получал удовольствия от того, что делал. И пока он задумчиво вглядывался в снимки, хозяин квартиры успел поставить чайник и скрыться в одной из комнат, из которой вскоре вынес стопку вещей и протянул их своему гостью. – Отложим искусство на потом. Сейчас тебе в первую очередь надо согреться, а то аж до костей промерз. Не хватало еще тебе воспаление легких подцепить, или еще какую болячку. Вот чистое полотенце и пижама, честное слово, она новая, только боюсь, тебе размер будет маловат. И еще, на случай, если ты хочешь побриться, вот. Хотя это всего лишь одноразовый станок, но, возможно, пригодится. Центральная дверь справа по коридору. А я тем временем чаю заварю. Зеленый пойдет? - Да, конечно. Спасибо большое… Хотя я все равно не понимаю, зачем ты так много делаешь для меня. Я ведь обычный бродяга, в конце концов. - Прежде всего, ты – человек. А обстоятельства порой складываются таким образом, что мы не вправе что-то сделать с ними. Так что просто расслабься, и постарайся принять это как должное. Игорь просто кивнул головой, после чего зашел в ванную комнату. Под стать всей квартире, она была скромной, но чистой. Парень взглянул в зеркало, висящее над раковиной, и на секунду застыл: в отражении он видел незнакомого ему человека. Светло-русые волосы, которые он не состригал вот уже несколько месяцев, сейчас были сбиты и спутаны морозным ветром, а лицо густо заросло недельной щетиной, придающей парню небрежности и запущенности. Но одна вещь обескураживала: постоянно хмурое выражение сейчас сменилось счастливой улыбкой, не такой, которую он обычно нацеплял на себя для публики, а настоящей, искренней. Казалось, Игорь даже забыл, что может улыбаться вот так, как в детстве. В ясных зеленых глазах набрались слезы, но парень взял свои эмоции под контроль: юноше не хотелось, чтоб хозяин квартиры видел его заплаканным. Говоря о Владиславе, он сразу привлек внимание Фролова. Уже с первых минут разговора можно было понять, что это интеллигентный и воспитанный человек, кроме того - добрый и заботливый; таких в этом мире не сыщешь и днем с огнем. Более того, он был очень привлекателен внешне, напоминая собой фарфоровую куклу, каких делают на заказ талантливые мастера: тонкие, но мужественные черты лица, густые черные волосы, которые так красиво контрастируют с бархатистой кожей цвета молока. Удивительно, что даже его чрезмерная худоба не портила общей картины, а, кажется, наоборот прибавляла особого шарма и утонченности. На секунду Игорь даже представил Влада в облике ангела смерти, как его обычно изображают художники, но получившийся образ как-то слишком быстро выскользнул из головы. - Молодой человек, а вы кто? – Авдеев засмеялся, видя вышедшего из ванной юношу. Раньше небрежный и неухоженный, теперь он выглядел совершенно иначе: слегка волнистые волосы были аккуратно собраны в низкий хвост, и теперь не закрывали лицо, как и прежняя растительность на нем, безжалостно сбритая станком. Предложенная пижама, явно маловата для парня, облегала крепкое тело, подчеркивая тренированные мышцы, которые тот заработал, занимаясь большим теннисом еще с раннего детства. Сам же Игорь раскраснелся от горячей воды, и его клонило в сон. – Пойдем чай пить? - Да, спасибо. И за ванну тоже. Чувствую себя просто прекрасно. - Ну и чудно. Вот, надень тапки, а то тут пол немного холодный. Кстати, твои родные не будут волноваться из-за твоего отсутствия? – уже сидя на кухне за чашкой ароматного чая со сладостями, поинтересовался Влад. - Это вряд ли, - Игорь заразительно зевнул, после чего продолжил, - отца волнует только его работа. Последний раз я виделся с ним примерно месяц назад, и то по моей же инициативе. Конечно, я не виню его, но иногда от этого становится немного обидно. - А мама? - Мама… Она умерла двенадцать лет назад. - Прости, я не должен был… - не успел Владислав и договорить, как его заверили, что все в порядке и нет причины волноваться о сказанном. После этого в комнате воцарилась неловкая тишина, которую ни один из молодых людей не решался нарушить. Авдеев молча наблюдал за парнем, который пил чай, и почти уже клевал носом. По всей видимости, он был и правда уставшим. Да и кто знает, сколько этот ребенок скитался по промерзшим улицам, когда спал последний раз, было ли ему тепло, хватало ли пищи? По непонятной причине, Влад слишком переживал за Игоря. Он всю свою сознательную жизнь наблюдал за людьми, и мог точно понять, что за этой холодной стеной из равнодушия скрывается нечто болезненное и мучительное. Глядя в эти грустные, полные тоски глаза, ему хотелось защитить парня, который был младше него самого всего на несколько лет. - Спасибо за чай, - полусонным голосом отозвался Фролов, допивая остатки жидкости из кружки. - Не за что. Я подготовил комнату, иди и выспись хорошенько. Если вдруг захочется чего-нибудь – не стесняйся, спокойно ройся в холодильнике или в кухонных шкафчиках, в общем, чувствуй себя как дома. А пока что, спокойной ночи. - Спокойной. Хороших снов, - Игорь встал из-за стола и направился в отведенную ему комнату. Она была небольшой, а из мебели присутствовала только двуспальная кровать и прикроватная тумбочка, но этого было больше чем достаточно. Парень развалился на мягкой постели и наконец-то позволил себе немного расслабиться. Только сейчас он вспомнил, что все еще участвует в игре, и, достав из кармана джинсов, небрежно брошенных на пол, мобильный телефон, он сделал фотку, не вставая с кровати. Игорь отправил сообщение Саше, в котором, кроме прикрепленного снимка, был короткий текст: - «Меня приютил очень интересный человек, так что все в прядке. А еще он гей». Ответ последовал практически сразу: - «Похоже, твоей попке грозит серьезная опасность! Усилить оборону тыла, рядовой!». Игорь тихо засмеялся, подумав о том, что идиот Сашка никогда не изменится, и отложил телефон в сторону. Он не мог уснуть несколько часов, просто лежа на кровати и смотря в небо, которое было настолько красивым, усыпанным множеством ярких звезд, которых из третьего округа не увидишь даже при всем желании. Все его мысли были о парне, который так безответственно пустил в дом совершенно чужого человека, не боясь быть обманутым или чего еще хуже. Он правда не мог понять, как можно настолько сильно любить людей и доверять, хотя они того совершенно не заслуживают. А еще он никак не мог поверить в то, что такие люди действительно существуют в этом прогнившем испорченном мире, хотя подтверждение этому сейчас находилось в соседней комнате. Предаваясь размышлениям на эту тему, Игорь уснул, и его сон был на редкость спокойным и мирным. Проснулся он очень рано: солнце только-только начинало появляться на горизонте, заливая заснеженные улицы ослепительно ярким светом. Чтоб не разбудить хозяина квартиры, он, не издавая даже малейшего шороха, оделся, и так же бесшумно ушел. Выйдя на улицу, он полной грудью вдохнул свежий морозный воздух. Парень чувствовал себя на удивление хорошо и спокойно, и, решая, где провести сегодняшний день, достал из кармана куртки пачку сигарет, вместе с которой на землю выпал листик бумаги, сложенный в два раза. Фролов развернул записку, на которой красивым почерком были выведены несколько слов: - «На случай, если ты решишь сбежать утром (а ты так и сделаешь, маленький негодник), просто знай, что можешь вернуться ко мне в любое время, и я всегда буду рад приютить тебя. Удачи!». Игорь улыбнулся, и, закуривая сигарету, пошел вдоль улицы, по привычке шаркая ногами по снегу. Сегодняшний день непременно обещает быть хорошим.