Наложник

Неожиданно сладкий сон, который радовал меня все это время, закончился, и я, с трудом разлепив глаза, кое-как сел в кровати. В глаза сразу бросилась незнакомая обстановка и находясь уже почти на грани паники я вспомнил, что меня спасли принцы и теперь, за свое спасение я должен быть в их гареме. Все бы ничего, если бы можно было сбежать, но я заперт, наказан и привязан. С шумом выдохнув, я обратил свое внимание на окно, в котором стекла не было, но была довольно прочная на вид решетка, и, примерно оценив то, что вижу, я понял, что это далеко не первый этаж и выбраться таким путем не удастся. - Вечер... – сказал я куда-то в пустоту, и тут ко мне медленно пришло осознание того, что я действительно спал целый день. Так как я сплю очень чутко и от каждого шороха просыпаюсь, могу с уверенностью сказать, что днем им новая игрушка не понадобилась… Новая игрушка, как же. В который раз обводя комнату глазами рядом все с тем же креслом, в котором еще утром сидел младший принц, я заметил небольшой столик, а на нем было что-то наподобие еды. Именно наподобие, ведь такого я еще в своей жизни не видел, разве что воду, которая и привлекла мое внимание. Мне вдруг до жути захотелось пить, и, поднявшись с мягкой кровати, перина которой тут же подпрыгнула, я утолил свою жажду несколькими глотками. Должен признать, что эта странная на вкус вода действительно утоляет жажду: стало намного легче и свободнее, и хотя в комнате было довольно прохладно, мне было уютно и хорошо. Тут в голове замелькали самые разные мысли, но самой абсурдной была: «Надеюсь, она не отравлена». Поняв насколько это глупо, я просто поставил обратно искусно отделанную стеклянную чашку и поплелся обратно к большой кровати. - О, ты уже проснулся, - вдруг раздался голос, который заставил меня вздрогнуть и оглянуться. Повернувшись к двери, я тут же встретился с взглядом ледяных глаз, которые будто бы с интересом меня рассматривали. - Карим... - Ты ничего не хочешь мне сказать? – с какой-то легкой насмешкой на губах спросил он, закрывая за собой дверь таким образом, что она щелкнула – очевидно, снова закрылась на замок, чтобы я не убежал. - Разве что... Извиниться? - И? - Ну… Мне очень жаль, что так вышло. Это было сказано не совсем искренне, без лишнего пафоса, просто и прямо, но вины за все свои слова я совершенно не чувствовал; мне было отвратительно чувствовать себя чьей-то куклой и я совершенно точно знал, что смирится с этим не смогу и буду внутренне бушевать, пока внешне буду оставаться спокойным. Во мне еще теплилась некая надежда на то, что если я буду послушным мальчиком, меня скоро отпустят, только вот насколько скоро… - Жаль? Знаешь, ведь ты не передо мной извиняться-то должен, - ухмылка не сползала с его губ, и он выглядел так, будто только что одурачил какого-то наивного мальчишку. Хотя, по сути, так оно и было: меня обвели вокруг пальца и заперли в темнице. Это ведь не они меня спасли, а Красный ястреб. Интересно, кто же он?.. - Я знаю, но… Здесь ведь только ты. - Ладно, забудем. Ты можешь выйти вместе со мной. При этих его словах в моих глазах загорелись искры, и я решил было, что услышал приглашение сбежать отсюда куда подальше. Я хотел немедля согласиться, ведь было все равно куда меня поведут, но потом подумал, что в его словах может быть скрытый намек и, поумерив свой пыл, выдохнул и осторожно продолжил. - Ммм, но куда? - В ванную. - Было бы чудесно, - заметно успокоившись и не заметив того самого подвоха, я довольно улыбнулся. Не мешало бы помыться, ведь все эти события заметно меня помотали, и я лежал на песке, на камнях и… В общем, стоило бы. - Только она открытая. - Открытая? – ко мне в голову сразу полезли весьма странные картинки об открытой ванной, которая начинается с порога комнаты и занимает все свободное пространство. Поймав себя на том, что я снова придумываю себе что-то абсурдное, я покачал головой и дал положительный ответ Кариму, который, присев на колени возле моей новой кровати что-то стал искать под ней рукой. Вскоре в руках его была цепь, которая не позволяла мне довольно далеко уходить, и он повел меня в купальню. Шли мы недолго, купальня находилась в другом крыле коридора, прямо напротив моей комнаты. Мне пришлось идти босиком и прямо в таком виде, с тонкой, но очень прочной цепочкой, которую держал Карим и делал вид, что не замечает мои обиженные взгляды в его сторону. Когда мы вошли, я ахнул, в буквальном смысле. Купальня действительно была очень открытой: через множество окон с решеткой и без стекол, как в моей комнате, сюда проникал свежий ветерок, а так же было очень много ламп, которые освещали это помещение до такой степени, что становилось очень больно и приходилось закрывать глаза, чтобы не ослепнуть. Пришлось немного спуститься по ступенькам, чтобы дойти до большой ванны с фонтаном, наполненной горячей водой, от которой шел пар. На прозрачной воде плавали лепестки роз и в воздухе витал такой же запах. Даже несмотря на то, что было очень много окон, в купальне все равно было очень жарко, так что я был даже счастлив, что нахожусь здесь в такой одежде – в своем костюме я бы сварился. Закончив с осмотром купальни, я внимательно посмотрел на Карима, который еще стоял на входе, скрестив руки на груди и внимательно за мной наблюдая. Этот взгляд просто замораживал на месте, и мне вдруг стало очень холодно, не смотря на то, что в купальне было жарко, я быстро отвел взгляд, утыкаясь им в пол. Я слышал как Карим хмыкнул и, медленно надвигаясь на меня, стал раздеваться. Сначала на пол полетел пояс кремового цвета, потом нежно-зеленая легкая накидка в пол, и наконец, Карим предстал передо мной практически нагим, оставаясь лишь в широких белых штанах. Он был очень смуглый и подтянутый, с хорошей физической подготовкой, так что мог справиться со мной с легкостью. - Эй!.. – я смущенно отвернулся, пораженный тем, что он сделал. Не обращая внимания на мой возглас, он подошел ко мне и заставил снять свою малочисленную одежду, грозя мне тем, что сейчас сделает это сам. Когда же я разделся, юноша опять делал вид, что не замечает моих укоризненных и обиженных взглядов, лишь иногда ухмылялся. Он взял меня под локоть и повел на другую сторону этой большой ванны, где обнаружились все нужные предметы для гигиены. - Карим… - несколько смущаясь, я тихо позвал его, пытаясь выдернуть локоть из его цепкой хватки что, к моему великому сожалению, мне не удалось. - М? - Ты меня будешь... мыть?! - Ну да, - как само собой разумеющееся произнес это голубоглазый юноша и повел меня дальше, крепче взяв за локоть. - Но… - Никаких возражений, - отрицательно покачал головой он и, поставив меня спиной к себе, наказав не шевелится, стал мягкой намыленной мочалкой тереть мое тело, - это приказ Господина Сани. - Значит, если бы я не согласился, ты бы все равно привел меня сюда? – слегка жмурясь от неприятных действий Карима, задал я первый пришедший в голову вопрос, который остался без ответа, словно риторический. Наверное, он не ответил на него потому, что посчитал, что это итак слишком уж очевидно. Когда я был почти вымыт, мне вдруг в голову пришел еще один вопрос. Покосившись на Карима, после долгих терзаний внутри себя, я все-таки решил его задать, заранее сделав вид, что я тут ни при чем. - А у вас с Господином Сани было что-то? Карим даже на пару секунд замешкался и перестал тщательно натирать мое тело, удивленно уставившись на меня. Пожалуй, это второй раз, когда я вижу на его лице хоть какую-то эмоцию - уже хорошо. - Я просто спросил.. - совершенно непонятно зачем стал оправдываться я, на что Карим никак не отреагировал и, вернув на свое лицо обычное выражение, промолчал, а мне стало так неловко, что я даже покраснел от собственного вопроса, - Извини… Карим был похож на какое-то изваяние, тщательно выполняющее свою работу, но не более. А так же успешно игнорирующее меня, что было несколько обидно. Вздохнув, я убрал свою руку из его рук и, повернувшись, посмотрел на него, внимательно вглядываясь в глаза. - Карим? Снова молчание. Неужели этот вопрос его так задел? Юноша лишь отвернулся и жестом показал мне следовать за ним. Карим отвел меня обратно, ко входу, и кивнул на одежду, не проронив при этом ни слова. Мне было ужасно стыдно за свои слова, но взять их обратно, а еще лучше вообще не говорить, я их не мог. - Уилл, Карим, - вдруг раздался нежный голос принца с золотистыми глазами, что заставило меня стоять как вкопанного и бояться повернуться к нему лицом. - Добрый вечер, Господин. - Господин Сани..?! - меня только на это и хватило, да и то это было настолько тихо, что меня никто не услышал. Я боялся смотреть им обоим в глаза, боялся своей же собственной наготы и боялся того, что будет дальше. - Сегодня как обычно? - Да, Карим. Когда я, наконец, осмелился поднять глаза на старшего наследного принца, я увидел, что он уже разделся и стоял совершенно голый, даже не стесняясь собственной наготы. На его губах играла все та же легкая и добрая улыбка как обычно, а в глазах какие-то родные искорки, игравшие еще тогда, когда я в первый раз его увидел. Его тело было божественно: он, что свойственно всем людям, живущим в песках, не был бледным, но и слишком загорелым его назвать было нельзя. Золотистого цвета кожа, идеальное тело, длинные светлые волосы, которые все так же были уложены на правую сторону, и очень добрые и мягкие глаза. Я хотел к нему обратиться, но не знал как – мне вдруг подумалось, что «Господин» это слишком низко для него, поэтому я только и смог бессильно открыть рот, словно какая-то рыбка и тут же закрыть его, с восторгом глядя на Господина Сани. Все-таки собравшись с силой, я сглотнул и выдавил из себя: - Господин Сани… - Добрый вечер, Уилл, - он улыбнулся шире и мне вдруг показалось, что земля уходит у меня из-под ног. *интригуэ*