Ты либо со мной, либо против меня

— Помощь? Он предлагает помощь? С чего он взял, что она нам нужна? — бесился Питер, меряя шагами кабинет Кейна. Едва взошло солнце, Питер отправил мальчишку в колледж, а сам рванул к Маркусу, узнать какого черта понадобилось Девкалиону. — Он говорит, что здесь неподалеку поселились охотники… — Охотники? С каких это пор? Их лет 10 уже и близко не было. — Вот и я об этом, — продолжил Маркус. — Но Дев говорит, что это так, они здесь. А значит, они достаточно безумны, чтобы вступить с нами в схватку. — Боже, не называй его Дев, — поморщился Хейл. Кейн непонятливо взглянул на друга. — А то я представляю себе милого песика. И забываю, как он опасен на самом деле. Маркус улыбнулся. — Ты только послушай — Девкалион. Брр… меня аж холодом пробивает. И сразу ясно — с этим парнем шутки плохи. — В молодости ты от него был в восторге, — с улыбкой отметил Кейн. — В молодости я был глуп, — отмахнулся Питер. — Постоянно умолял Талию, чтобы тебя пустили на их встречи, — продолжал издеваться Маркус. — Не упускал ни одного случая, чтобы взглянуть на него. Хейл закатил глаза. Ну да, было такое. В нем чувствовалась власть, решительность, сила, не то, чтобы всего этого не было в Девкалионе сейчас, просто ко всему прочему еще добавилась толика безумия. И не сказать, чтобы это не нравилось Хейлу, просто немного пугало. В молодости он ему нравился больше, эдакий ковбой или добрый дядюшка, который всегда приходит на помощь. Как-то раз Питер вляпался в одну не очень приятную историю, в которую не очень-то хотелось посвящать Талию. Тогда добрый дядюшка Девкалион прискакал на помощь, когда молодого волчонка чуть заживо не сожгли охотники в одном амбаре. С того дня Питер возненавидел огонь и заинтересовался взрослым оборотнем. И задался целью: узнать настоящее имя Девкалиона, ведь оборотень взял это имя себе после убийства своей семьи. Талия что-то рассказывала про это: по легенде Девкалион был сыном Прометея, это как-то связано с ликанами, но Питер не любил слушать эти истории. Раньше не любил… Но Девкалион этой симпатии не ощущал, он постоянно называл Питера «волчонком», от чего тот просто бесился. Молодой волк, бросив попытки убедить сестру взять его с собой, умолял Девкалиона повлиять на Талию, тот лишь тяжело вздыхал и трепал волчонка по голове, оставляя Питера одного в раздумьях. Он не знал, что Талия строго настрого запретила Девкалиону впутывать во что-то своего младшего брата. И он понимал, у него самого не было семьи, больше не было… И он старался оберегать волчонка. Даже после смерти Талии он пару раз заглядывал в палату к Питеру, забирая его боль. А услышав, что старший Хейл снова* альфа, не стал просить его присоединить к нему, потому что помнил обещание: не впутывать волчонка ни во что. И он послушно наблюдал на расстоянии, видя, как безумие завладевает Питером. Девкалион всегда нравился Питеру, возможно, как мужчина или как волк, он не был уверен наверняка, но точно знал, что он ему нравится, как защитник. Но эта его вера в людей, вера в Арджентов — просто убивала. Как он мог поверить Джерарду? Помнится, Питер себе места не находил, когда узнал, что Девкалион лишился глаз. Талия пришла домой, не замечая никого вокруг, Дерек кинулся обнимать мать, а Лора тихонько стояла у двери, немного напуганная состоянием матери. А Талия лишь подошла к колыбельке Коры и долго смотрела на девочку, не выпуская Дерека из объятий. И только уложив детей спать, она дала волю слезам. Питер смотрел, как плечи сестры сотрясаются от рыданий, и не знал, что делать. Он тихо подошел к сестре и обнял ее за плечи, она тут же притянула его ближе к себе и все повторяла: «Это моя вина». И Питер понял, что с Девкалионом что-то случилось, он был единственным, кроме семьи, о ком Талия могла так сильно переживать. Питер никогда не претендовал на Девкалиона, он знал, волк принадлежит сестре. Все это было сложно не замечать: эти взгляды, которые говорят гораздо больше, чем слова, едва заметные прикосновения, неловкое молчание и запах…запах абсолютного безумия, которое захлестывает человека с головой, заставляя нуждаться одного человека в другом, и этот запах просто сводил с ума молодого волка, он не понимал, как Талия и Девкалион это терпят. Но они всегда сохраняли спокойствие, Девкалион как-то сказал, что это Талия научила его этому: в любой ситуации сохранять спокойствие, даже если внутри ураган чувств. Они никогда не позволяли себе слишком многое, по крайней мере на людях, они были в ответе за многие жизни, и не могли себе позволить отвлекаться на такие мелочи, как любовь. И от этого Питер был в восторге, от химии, которую нельзя была не замечать между этими двумя. И когда Талия вернулась и принялась рыдать, что она, на памяти Питера позволила себе только раз — после смерти родителей — молодой волк понял, что что-то случилось. Он знал: сегодня была важная встреча с Арджентами, и Талия отправила туда Девкалиона. От Джерарда нельзя ожидать честности, он это знал и проклинал Девкалиона за его слепую веру в людей. Как прозаично. Тогда Питер еще не знал, что он ослеп, Талия ему не сказала, она знала, что ее младший братец привязался ко взрослому оборотню, она знала, что Девкалион теперь, навряд ли, останется в Бейкон Хиллс и знала, что братишке будет нелегко смириться с этим. Слухи быстро расходятся, и на следующий день весь город уже знал: в заброшенном перегонном заводе случилась бойня; и каждый оборотень был в курсе: Девкалион потерял зрение. Почувствовав кровь, стервятники слетаются, и слепому оборотню пришлось покинуть Бейкон Хиллс. Больше Питер его не видел. Хейл и сейчас был от Девкалиона в восторге, хоть и страхом все сводит от одного его вида. Он всегда хотел оказаться в одной стае с Девкалионом, но побаивался его. А сейчас он предлагает объединиться… Питер встряхнул головой, выкидывая из головы ненужные мысли. — Значит, охотники, — тихо проговорил Хейл. — И сколько их? — Не знаю, он сказал, что зайдет позже, когда мы это с тобой обсудим. Питер резко вздернул голову, на лбу появилась морщинка. Ему не нравилось, что Девкалион так хорошо знает его. — С чего он взял, что ты будешь советоваться со мной? Маркус лишь пожал плечами. — Ладно, черт с ним. Подождем немного, а там видно будет. Скажи лучше, что с твоим волчонком? Питер слегка улыбнулся, вспоминая, что Девкалион также называл его. — А что с ним? — Почему он не полностью тебе подчиняется? Да и как он умудрился напиться? Хейл задумался, глядя на друга, а потом осторожно спросил: — Думаешь, это пройдет? — Подчини его, — легко произнес Кейн. — Я думаю, все дело в этом. Заставь Стайлза нуждаться в тебе, кусать локти, ногти грызть, искусывать губы в кровь. Сделай так, чтобы мальчишка умолял, плакал, жить без тебя не мог. Не знаю, почему этого до сих пор не произошло, думаю, ты слишком много ему позволяешь, и он забывает, кто ты. Напомни ему! — А не испугается? — Вот и посмотрим. Думаю, ты уже знаешь, видишь это в мальчишке. Он будет истинным альфой. Присматривай за ним. А то к нему присмотрится Дев.

***

По-быстрому выгнав мальчишку из дома, Питер убежал, оставив волчонка одного. До начала учебы оставалось еще два часа, и Стайлз не торопился в колледж, он медленно прогуливался по лесу, вдыхая свежий воздух. Стилински любил прогуляться, обдумать все — этому его научил Питер, чтобы не держать все в голове, а потом не выпаливать сплошным потоком. К тому же это расслабляет и помогает все расставить по полочкам. Стайлз размышлял, как так получилось, что Девкалион альфа Джесси, и почему он сам об этом ничего не сказал. Знает ли он, что они с альфой знакомы? Знает ли, что он делал? Да и как вообще Джесси мог оказаться в стае Девкалиона, он ведь только альф собирает. Вспомнив, как мужчина вчера прикоснулся к нему, Стайлз вздрогнул, а подняв глаза от земли, его затрясло: в трехстах метров от него стоял Девкалион. Стилински уже собирался рвануть с места, убежать куда-нибудь подальше от этого оборотня, спрятаться под кровать и не вылезать оттуда, пока мужчина не уйдет, как вдруг услышал: — Побежишь — догоню и выпотрошу. Девкалион слов на ветер не бросает, и Стилински не посмел убежать, он не осмелился даже пошевелиться, лишь наблюдая, как мужчина неторопливыми шагами приближается к нему. Сердце отбивало бешенный ритм и громкими ударами отдавалось в голове, во рту пересохло, дыхание сбилось, и Стайлз уже начал прикидывать, какие у него шансы против мужчины. Тем временем Девкалион уже вплотную подошел к нему, вдохнул запах волчонка, проведя носом по шее, с улыбкой отмечая, что мальчишка дрожит, и довольно протянул: — Боишься. Не вопрос, не утверждение. Скорей что-то среднее. Не пустая констатация факта и не вопрос, на который требуется немедленный ответ. И Стилински молчал, наблюдая, как мужчина обходит его, откровенно рассматривая, оценивая, прикидывая, что из волчонка получится. Стайлз замер, не смея пошевелиться, и ждал заключения Девкалиона, но он лишь небрежно обронил: — Пройдемся? На секунду Стилински показалось, что у него спросили, но быстро сообразил, что отказаться он не может. Едва поспевая за мужчиной, Стайлз старался услышать, что говорит Девкалион. — Как тебе живется в качестве оборотня? Мальчишка аж споткнулся, но не упал, удерживаемый сильными руками. Убедившись, что волчонок крепко стоит на ногах, мужчина ослабил хватку, но не отпустил, заглядывая в глаза мальчишке, и ждал, когда тот ответит. Поняв, что от ответа не уйти, Стилински лихорадочно перебирал в голове варианты, что можно рассказать Девкалиону, а о чем лучше умолчать. — Неплохо, — промямлил подросток. — Неплохо? Интересно. Это все? Стайлз неуверенно кивнул. Мужчина отпустил волчонка, и они пошли дальше. — А как тебе твой альфа? — не унимался Девкалион. Стилински снова споткнулся, и на этот раз мужчина не успел поймать мальчишку. Стайлз зашипел, разглядывая порезанную руку, все еще сидя на коленях на земле. Девкалион опустился на колени рядом с волчонком, прямо в грязь, чем немало удивил Стайлза, осторожно взял руку мальчишки и стал разглядывать, как ранка затягивается. — Долго заживает, — задумчиво проговорил мужчина. Стилински сделал вид, что не услышал, хотя ему было любопытно, что имел в виду Девкалион. После того, как мужчина помог волчонку встать, он снова задал свой вопрос: — Так как тебе Питер? Не обижает тебя? Стайлз фыркнул, чем вызвал у Девкалиона улыбку. — Да, неправильный вопрос. Но ты не обижайся на него, поверь, он не всегда был таким. Стилински вопросительно взглянул на альфу. — Да, я знал его, когда он был еще волчонком, — поняв, что имеет в виду мальчишка, разъяснил мужчина. — И раньше он мне нравился гораздо больше. Думаю, я ему тоже. Девкалион печально улыбнулся, вспоминая молодого Питера, как спас его от охотников, а потом долго не мог добиться от волчонка правды. И только пообещав ничего не рассказывать Талии, мальчишка признался, что сам полез к охотникам, он хотел доказать сестре, что уже взрослый и может охотиться вместе с ней. Талия… Дерек очень похож на мать, но почему-то Девкалион вспоминает ее только, когда видит Питера. Наверно, потому что Дерек тогда еще был очень мал, и мужчина не очень хорошо его запомнил, а вот Питер оставил неизгладимый след в жизни Девкалиона. Но времена меняются, как меняются и люди. И если Питер выживет, то… если. — Я изменю вопрос. Ты хочешь избавиться от Питера? Стайлз остановился, недоверчиво глядя на мужчину. Чего он добивается? — Мне Джесси рассказал, — пояснил мужчина, останавливаясь и слегка повернув голову к мальчишке. — Ну так как, хочешь? Джесси. Так вот откуда ноги растут. Стайлз успел сотню раз себе отругать за откровенность с другом, как почувствовал горячее дыхание на шее. — Решай уже, чего ты хочешь? — А тебе-то это зачем? — все еще не доверяя мужчине, спросил Стилински. — Хочу тебя к себе в стаю. Вот так. Легко. Без лишних слов, уверток, прямо в лицо, всю правду. Стайлз оторопел от такой искренности. И просто уставился на Девкалиона, все еще стоящего непозволительно близко. — Решайся! — И что, ты мне поможешь? — немного нервно спросил Стилински. — Что-то вроде того. Уклончиво. Неоднозначно. Девкалион определенно что-то скрывал. Стайлз не успел выбрать в какое именно место послать оборотня. Немного сильнее, чем следовало бы, мужчина схватил волчонка за руку и повел глубже в лес. Мальчишка пару шагов прошел самостоятельно, а потом начал сопротивляться, и Девкалион схватил его, закрывая рот рукой. «Ну все» — подумал Стайлз. Вот так вот и пропадают люди без вести. Правда вряд ли, конечно, их похищает полоумный альфа, тут Стилински повезло. Но не успел подросток придумать себе самую ужасную смерть, как его поставили на ноги и указали на что-то в лесу, при этом, не убирая руки ото рта. — Видишь? — прошептал альфа, опаляя горячим дыханием ухо мальчишки. Тот лишь покачал головой, насколько позволяла рука, все еще крепко держащая рот закрытым. Нельзя, чтобы их услышали. — Смотри внимательней. И Стайлз увидел. В пятистах метрах от них стоял дом, но волчонок заметил его только, когда из него вышли люди. Человек 10, все вооружены до зубов, с суровыми лицами, они молча чистили оружие и затачивали ножи. Девкалион убрал руку от лица Стилински, тот приоткрыл рот. — Это охотники, — подтвердил догадку Стайлза мужчина. — Они помогут тебе избавиться от Питера. Поверь, ты для него всего лишь вещь. И если ты все-таки надумаешь, дай мне знать. — А если Питер узнает, — уже вдогонку как можно тише прокричал подросток. Оборотень остановился, снова принимая суровый вид, каким его привык видеть Стайлз. — Так сделай так, чтобы он не узнал.

***

Прибежав домой, Стайлз залез под душ, долго отмываясь от запаха Девкалиона и раздумывая над его словами. Да, Питер не всегда был добр, но он уже привык к нему и все-таки думал, что Хейл не считает его вещью, иначе бы он так не таскался с ним. Вроде Девкалион не сказал ничего особенного, но подростка задели его слова. Нет, Питеру не плевать на него, и мальчишка отчаянно пытался убедить себя в этом. Питер еще не вернулся, и в отсутствии альфы Стайлз попытался узнать хоть что-нибудь о звонке отца. Он пытался перезвонить на звонивший номер, но он был заблокирован. Стилински включил ноутбук, любезно подаренный Питером на Рождество, и стал бить по клавишам. Номер оказался не Калифорнийским. Куда же занесло шерифа в поисках своего сына? Больше ничего выяснить не удалось, и Стайлз захлопнул крышку ноутбука, откидываясь на диван. О чем подумал шериф, когда Стайлз не позвонил ему, как обещал? Подросток думал о том дне, когда оставил ключи на столе у отца в участке. Что случилось после его исчезновения? Отец заметил ключи, выбежал на улицу, чтобы отдать их сыну, а выбежав, увидел машину Стайлза, припаркованную у участка, а самого Стайлза нет. Через что пришлось пройти шерифу? Думал ли он, что его сына больше нет в живых? Запил ли он снова? По голосу вроде нет. Стилински снова возненавидел Хейла за то, что он не позволил ничего рассказать отцу. Стайлз встал с дивана и направился в библиотеку, чтобы хоть как-то отвлечься. Стайлз тихонько сидел в библиотеке и читал бестиарий. Вообще Стилински больше любил читать в своей комнате, но Питер запрещал ему выносить эту книгу из библиотеки. Стайлз не сразу почуял чье-то присутствие — Хейл тихо вошел в помещение и встал за диваном, на котором расположился мальчишка. Недолго глядя, на какой странице остановился его волчонок, Питер подвинул Стайлза и сел на диван, притянув мальчишку к себе поближе. Стайлз чуть не захлебнулся от нахлынувших эмоций, Хейл редко позволял себе что-то подобное, обычно он держался с мальчишкой холодно, однако подпускал его ближе, чем остальных. Питер с удовольствием слушал, как дыхание волчонка сбивается, а сердце набирает бешенный ритм. — Читай, — только и сказал мужчина, зарывшись рукой в волосы мальчишки. И Стайлз послушно опустил глаза в книгу. Он подолгу задерживался на одной странице — присутствие Хейла мешало сосредоточиться. Мальчишка пытался успокоиться, но руки мужчины постоянно меняли свое место упокоения на его теле. После нескольких минут рассматривания одной и той же страницы, Стайлз чуть развернулся и спрятал лицо в рубашке Питера. — Читай, — спокойно попросил мужчина, все еще перебирая волосы на затылке волчонка. — Я не могу, когда ты рядом, — еле слышно пробубнил Стайлз в плечо Питера. — Я же спрошу у тебя обо всем, что есть в этой книге, и если хоть что-нибудь не ответишь… накажу. Хейл почувствовал в воздухе запах обиды. Волчонок оттянул ворот рубашки, оголяя плечо мужчины, и слегка укусил его, отчего Питер улыбнулся, прикрывая глаза. Но когда клыки вошли слишком глубоко, альфа тихо рыкнул, и мальчишка, убрав клыки, стал зализывать укус, чем вызвал у Питера еще одну улыбку. — Читай книгу, — повторил мужчина, поднимая голову мальчишки. — Или иди спать. Волчонок ткнулся носом в шею Хейла, укладываясь поудобней, но прозвучал стальной голос: — К себе в комнату. Стайлз со злостью посмотрел в глаза мужчине. Это было жестоко. Питер знал, что мальчишке не снятся кошмары, когда он спит рядом с ним. Но волчонка пора было воспитывать, как бы не было тяжело, как бы не щемило сейчас сердце от этого взгляда. Стилински медленно слез с Хейла, не сводя осуждающего взгляда с мужчины, а потом схватил книгу и рванул по коридору в свою комнату. — Без книги, — раздался грозный рык, от которого у Стайлза волосы на спине встали дыбом. Еще на лестнице волчонок почувствовал приближение альфы, но как-то успел добежать до комнаты, когда острые клыки вонзились в руку, пытавшуюся закрыть дверь. Мальчишка зарычал от боли, глаза окрасились в желтый, и Стайлз ударил Питера в грудь. Мужчина не ожидал удара и на секунду застыл в двух шагах от мальчишки. Стайлзу хватило этой секунды, он засомневался в своих силах и рванул к окну. Но острые клыки вонзились в плечо, когда Стилински уже открыл окно. Питер долго сжимал зубы на коже волчонка, чувствуя как тому больно. Хейл не хотел делать больно мальчишке, но почувствовал, как от него пахнет Девкалионом, и просто не смог так легко простить волчонка, отпустить его, он должен понять, кому принадлежит. На минуту Хейл почувствовал ту власть, которую ему бы хотелось иметь над мальчишкой, но увидев, как тот дрожит, понял, что не хочет эту власть такой ценой. Стайлз смотрел в окно, на мужчину, склонившего голову и наблюдавшего за ним. Девкалион слегка улыбался, а потом приподнял бровь, как бы говоря: «Я же говорил». Челюсть разжалась, и мальчишка смог вздохнуть. — Ты моя собственность, — раздельно проговорил стальной голос над ухом Стилински. И Питер отпустил волчонка. Тот как кукла свалился на пол, больше не удерживаемый сильными руками. Хейл последний раз взглянул на мальчишку, тихо скулящего и свернувшегося калачиком на полу, кровь из раны все еще хлестала, и Питер понимал — рана заживет еще не скоро.