Ты либо со мной, либо против меня

Чтобы не потеряться во времени: Девкалион лишится зрения через 4 года. Пожар случится через 8 лет. Томасу 12 лет Питеру и Маркусу около 18 лет. Соответственно Талии и Девкалиону около 30 лет. С чего бы начать? Говорят, если не знаешь с чего начать, начни сначала. Пожалуй, я так и поступлю. Когда у человека спрашивают о его жизни, он принимается рассказывать: «Я родился…», это неправильно. С чего вы взяли, что ваша история началась именно с вас? Ох, поверьте, ваша история началась задолго до вашего рождения. Ведь когда-то двоих людей что-то столкнуло, что-то связало их вместе, а потом у них родились дети, а у тех свои дети, и где-то в конце появляетесь вы. Но история-то началась именно с них — с тех, кто нарушил все правила и наперекор окружающим остались вместе. Если бы не они, этой истории вообще бы не было. Так вот… Их звали Эрик и Дара. Эрик Хейл и Дара Арджент. Волк и охотница. Они не могли быть вместе, просто не имели право. Но звезды сложились иначе. Одним дождливым утром молодой волк решил прогуляться по лесу. Солнце едва взошло, но Эрик привык рано вставать. Оставив семью досматривать сны, волк бегал по лесу, не подозревая, что в город заявились охотники. Семья Хейлов никогда не нарушала кодекс, они не вступали в схватки с охотниками и не нападали на людей. Но охотники, приехавшие в город, этого не знали. Для них любой оборотень был монстром, которого надо убить. Из поколения в поколения семья Арджентов разъезжала по городам и убивала оборотней, но этот город заставил их задержаться. Молодая охотница тоже любила вставать пораньше и пробегаться по лесу, захватив с собой, на всякий случай, пару острых кинжалов. Пробежав несколько миль, Дара остановилась, любуясь рассветом. Сквозь мелкий дождь, из-за туч выглядывало солнце, и юная охотница подставила лицо под его лучи. В тишине леса послышались шаги, Дара насторожилась и схватилась за кинжал. Молодой парень быстро пробежал мимо, не заметив девушку, и Дара тихо побежала за ним, чтобы убедиться. Нет, она не ошиблась — волк. Арджент притаилась, и в тот момент, когда Хейл нагнулся, чтобы отдышаться, напала на него. Но Эрик одним сильным рывком уложил охотницу на лопатки и на мгновение остановился, рассматривая девушку. Хейл не собирался никого убивать, но и сдаваться так просто не собирался, у Дары, напротив, была только одна цель — убить оборотня. Отразив пару ударов, Эрик оказался прижатым к земле, и когда он уже собирался выпустить когти, то почувствовал что-то острое у сердца. — Даже не думай, — проговорила девушка, сильнее надавливая на кинжал. Парень замер, с улыбкой наблюдая за охотницей, и это удивило девушку, обычно оборотни сражались до последнего вздоха, никогда не сдавались, а этот парень спокойно лежал под ней и ухмылялся. — Чего лыбишься? — не удержалась Дара. — Ты красивая. Охотница онемела от такого заявления и пропустила тот момент, когда оказалась на земле, прижатой парнем, но при этом не торопилась сопротивляться. Было что-то в этом волке, что-то необычное, что-то с чем она еще не сталкивалась — в нем не было враждебности, он не желал ей смерти, а наоборот, хотел понравиться, как щенок в приюте, который хочет, чтобы его купили. — Я Эрик. Эрик Хейл, — все с той же очаровательной улыбкой представился парень. — Дара. Дара Арджент. И понеслась душа в рай. Никто из них так и не смог сказать, что же зацепило их в другом, но с того дня они больше не разлучались. Естественно, их родители были не в восторге от такого союза, они обвиняли друг друга в происходящем, что это ловушка, уловка. Волк и охотница. Как такое могло произойти? Родители с обоих сторон пытались разлучить эту пару, они даже начали войну, но ничего хорошего это не принесло. Дара и Эрик пытались остановить свои семьи, остановить кровавую бойню, но никто их не слушал, все были так увлечены проливанием крови, что даже не заметили в кого стали превращаться — в монстров, в тех, кем обещали никогда не быть. И возлюбленные просто ушли, когда поняли, что Дара беременна. Ушли подальше от враждующих семей, от осуждения, от своего прошлого, чтобы их дети всего этого не видели. Но годы шли, и у молодой семьи появлялось все больше детей, но, к сожалению, только девочки. Нет, не то, чтобы девочки это плохо, просто Эрику больно уж хотелось наследника. И его молитвы были услышаны, в семье Хейлов родился мальчик — Роланд. Единственный мужчина в окружении пяти девочек. Эрик имел сильное влияние на сына и старался воспитать его правильно, хоть ему и казалось, что он позволяет мальчику слишком многое. Младшим всегда позволяется очень многое, его все балуют, сюсюкаются с ним, ищут оправдание, а учитывая, что он был единственным наследником, то позволялось ему еще больше. Роланд рос завистливым и злым ребенком, и родители не понимали в чем же дело. Но не судите их, любые родители любят своего ребенка и считают его самым лучшим. Вот и Эрик с Дарой были уверены, что с возрастом это пройдет, что их сын научится ответственности. Но чем старше становился Роланд, тем было яснее, что этого не случится. Тьма и зависть поселились в его сердце, когда он понял, что ему не быть альфой, не быть вожаком. Родители пытались ему объяснить, почему они ушли от своих семей, но он и слушать не хотел, его волновала только власть, стремление обладать еще большей силой. В городе, где они поселились стали происходить зверские нападение животных, и только семья Хейлов знала, что происходило на самом деле — мальчик становился неуправляемым и жестоким, а его любовь к убийствам держала в страхе всю семью. Но Эрику недолго пришлось лицезреть ужасы, которые творил его сын, он скончался, когда Роланду было 9 лет. Вот так чета Хейлов лишилась единственного человека, который мог угомонить маленького дьявола. Убийства стали происходить все чаще, и Роланд даже не пытался этого скрывать, ни мать, ни сестры из страха не осмеливались ему ничего говорить. С тех пор безумие в семье Хейлов стало передаваться по наследству, а историю про волка и охотницу забыли. Но звание «Самые жестокие и безумные Хейлы» по праву принадлежит Мартину и Амелии Хейл. Вот кто был по-настоящему безумен, они убивали всех без разбору, не имели союза ни с одной из стай. Весь Бейкон Хиллс жил в страхе перед ними, стаи жившие неподалеку, старались уехать как можно дальше, потому что Хейлы привлекали слишком много внимания, и охотники частенько наносили им визит, правда, ни один из охотников так и не смог покинуть этот город. Кроме одного — самоуверенный охотник по имени Джерард Арджент. Тогда еще молодой юноша, который по наивности решил, что сможет разобраться с двумя оборотнями, от которых еще никому не удавалось уйти живым, в одиночку. Никто так и не узнал, как ему удалось выжить в тот день, но с тех пор молодой охотник пообещал себе расправиться с этой семейкой, чего бы это ему не стоило. Мартин и Амелия любили поиграть со своими жертвами, дать им возможность побегать, дать ложную надежду на спасение, а потом все же ловили их и с предельной жестокостью разделывались. Кровь пьянила их похлеще аконита, она раззадоривала их, заставляла желать большего, и Хейлы с удовольствием купались в этой крови и в своем безумии. Они были ненормальными, и это понимали все, даже их дети. Талия, Питер и Томас. Безумие в этой семье досталось только Томасу, 7-летнему мальчику, смотрящему на своих родителей, как на героев. И как бы его сестра, Талия, не убеждала брата, что их родители опасны, он восхищался ими. Талия Хейл должна была уберечь своих младших братьев от безумных родителей, и она сделала то, что должна была: помогла охотникам разобраться с ними. Мартина и Амелию Хейл публично сожгли, предварительно вырвав им когти. Питер и Томас остались на попечении Талии. После смерти родителей, сила альфы должна была перейти к старшему мужчине в семье, то есть к Питеру, но ему тогда было всего 13, и Талия испугалась, что ее брат не справится с такой ответственностью. Поэтому она хранила когти отца в банке из-под кофе и обещала брату, что когда тот будет готов, он получит эту силу. Питер не возражал, он всецело доверял сестре и был не против, чтобы Талия стала альфой. Но вот Томасу это не понравилось, он сам хотел быть альфой, ведь он был любящим сыном своих родителей и считал Питера и Талию слишком слабыми для такой силы. С семилетним мальчиком Талия еще могла справиться, но время шло и ее братья росли, у нее появилась своя семья, и приглядывать за братьями становилось все сложнее. Томас был все так же неуправляем и любил доставать своих племянников, особенно маленького Дерека. С годами Том стал все больше напоминать родителей, и Талия боялась оставлять своих детей с ним. На Питера тоже не стоило особо надеяться, он вечно где-то шлялся, но племянников он любил, особенно Дерека, он был ему как брат, ведь Томас был практически ровесник Дерека. Но большую часть времени Питер проводил со своим другом — Маркусом. Этого мальчика приютила Кали, когда всю его семью убили. Что нашло на эту волчицу, никто так и не смог понять, это был единственный раз, когда она дала слабину своим чувствам. Кали убеждала Маркуса сменить фамилию или оставить только имя, чтобы никто не узнал, чей он сын, но парень отказывался и с гордостью носил фамилию своих родителей, когда-то великих оборотней. А волчица бесилась, потому что, чтобы она не говорила, мальчик все делал по-своему. Да, с Кали вообще было сложно сладить, но она любила паренька. А Кейн, не смотря на жесткое воспитание, остался все таким же милым и справедливым мальчиком, чем просто выбешивал свою опекуншу. Питер с Маркусом неоднократно пытались пробраться на собрания, на которые их никогда не пускали, и им частенько за это влетало. Однажды Талия их застукала и так всыпала, Питер потом еще долго хромал. Она категорически запрещала обоим братьям как-либо вмешиваться в ее дела, почему, для всех оставалось загадкой, ведь они часть стаи. Сам Питер думал, что сестра боится, а вдруг безумие родителей как-то повлияло на ее братьев. С Томасом было не все в порядке, это было видно невооруженным взглядом, а вот с Питером было не ясно, иногда он вел себя нормально, а иногда Талия видела в его глазах проблески родительского безумия. Рисковать было нельзя, и она старалась оградить братьев от любых действий или информации, которая могла бы помочь слететь братьям с катушек. Питер и Маркус всегда во что-то впутывались или что-то замышляли, за что, собственно, всегда и получали. В дела стаи их не посвящали, и они сами искали приключения на свои мохнатые задницы. Если в городе случалось что-то сверхъестественное, друзья были тут как тут, а когда ничего интересного не происходило, они снова прокрадывались на тайные совещания стаи и подслушивали. Не сдавал их только Девкалион, почему, они и сами никогда не понимали. Мужчина только выводил обоих волчат за уши на улицу и отчитывал, говоря что-то вроде: «Раз твоя сестра не хочет, чтобы ты присутствовал на подобных мероприятиях, будь добр, уважай ее решение. А если об этом узнает Кали, она с тебя кожу сдерет. Так что, идите оба, займитесь чем-нибудь полезным». Девкалион знал, почему Талия не пускает брата на собрания, она ему все рассказывала, но он считал, что волчонок уже достаточно взрослый, чтобы самостоятельно со всем справиться. Добрый дядюшка Девкалион вообще был не плох, часто помогал с уроками, учил охотиться, давал нужные советы, сам их из передряг доставал время от времени. Но чаще всего их сдавал Томас, этот маленький засранец вечно строил козни против них. В особенности он ненавидел Маркуса, а тот в ответ ничего не мог сделать, ведь сестра пацана альфа, и Том не упускал случая этим воспользоваться. Кейн, конечно, пару раз срывался и отвешивал мальчишке, но Томас всегда все перевирал, и получалось, что Маркус сам виноват. Обычно на эти разборки у Талии просто не было времени, она считала все это игрой Томаса или он просто привлекает к себе внимание. Как-то раз он притащил тушку оленя к дому Кали, ну и влетело же тогда Кейну от нее. И сколько бы он не убеждал ее, она так и не поверила, что его подставил Томас. Этому маленькому дьяволу почему-то все сходило с рук, все считали его ангелом во плоти, и только его семья знала, какой он на самом деле, но ничего поделать с этим не могли. Маркус послушно принимал все издевательства и насмешки мальчика, а вот Питер не собирался с этим мириться, и при случае всегда взгревал Тома. Когда между этими двумя начиналась драка, кончиться могло все очень плачевно, но проблема в том, что остановить Питера мог только Девкалион, только мужчине волчонок готов был подчиняться, а Томас никого не воспринимал в качестве авторитета. И каждый раз, когда мальчик выводил старшего брата из себя, Маркус бежал к Девкалиону, и тому достаточно было грозно рыкнуть: «Питер», и тот успокаивался. А вот для Томаса так ничего и не смогли придумать, Девкалион просто уводил Питера с собой, и тогда Том переключался на Дерека. Дерек был еще одной излюбленной жертвой этого малолетнего преступника. Томас знал, что Питер любит своего племянника и обязательно прискачет ему на выручку, но порой эти игры выходили за пределы разумности. Как-то раз Питер услышал, что Дерек кричит, и побежал в дом, спасти племянника от рук ненормального братца. Поднявшись наверх, волчонок увидел Дерека, у которого было прострелено плечо, а Томас сидел рядом и прокручивал стрелу, наслаждаясь болью мальчика. — Отойди от него, — прорычал Питер, но брат даже не взглянул на него. — Я сказал, отойди от него. Ноль реакции. И тогда Питер набросился на Томаса и стал избивать его, пока Маркус доставал стрелу из плеча Дерека, тот тихо скулил. Том даже не пытался сопротивляться, он просто улыбался, кажется, наслаждаясь происходящим. До Питера не сразу дошло, что же на этот раз задумал его ненормальный братец, а когда понял, было уже поздно. Талия прискакала разнимать братьев, но у нее ничего не получилось, в тот день даже у Девкалиона не получилось оттащить Питера от Томаса. И только укусив волчонка, о чем впоследствии Девкалион очень сожалел, получилось отцепить Питера от полумертвого тела брата. Уведя волчонка в лес, Девкалион осмотрел укус и наконец спросил. — Зачем ты сделал это? — Да потому что он урод, место которого в земле вместе с родителями, — тут же выпалил Питер. — Я спросил, зачем ты мучил Дерека. — Что? Это не я. Мужчина серьезно посмотрел на волчонка. — Это не я, — повторил Питер. — Это Томас. Ты же знаешь, он постоянно достает Дерека. — Питер, успокойся, — Девкалион попытался удержать волчонка на месте, чтобы зализать укус, но тот постоянно вырывался. — Томас пришел сегодня утром ко мне и Талии и сказал, что видел, как ты мучил Дерека и сказал, что если он кому-нибудь расскажет, то ты убьешь его. — И ты ему поверил? — не сдерживая трансформацию, прорычал Питер. Девкалион присел на корточки, заглядывая в серо-голубые глаза волчонка, и продолжая удерживать его. — Если это не ты, тогда, что это сейчас было? Девкалион смотрел на растерянного мальчишку, ему хотелось поверить ему, он сам знал, на что способен Томас, но он видел все собственными глазами: Маркус держал в руках окровавленную стрелу, а Питер избивал брата. Но волчонок даже не стал оправдывать, он знал, раз даже Девкалион ему не верит, то сестра тем более не поверит, Томасу опять все сошло с рук, и от этого больно щемило в груди, от того, что единственный, кому Питер доверял и слушался, сейчас ему не верит. По щеке парня скатилась слеза, мужчина попытался успокоить волчонка, но тот вырвался из его рук и убежал. Дома Питера и Маркуса не видели три дня. Вернувшись, юноши ни с кем не разговаривали и не собирались объяснять, где находились три дня. Питер с тех пор больше не доверял Девкалиону, он разочаровался в мужчине. И теперь разнять дерущихся братьев не мог никто. Питер и Маркус резко покатились по наклонной: они стали много выпивать, подолгу пропадать вне дома, хамить, из послушных волчат они превратились в лающих гончих. Но и этого Томасу было мало, он решил добить парней. Однажды в комнате Маркуса Кали обнаружила труп шерифа, она знала, что глаза у парня голубые, ему пришлось убивать, когда охотники пришли за его семьей, и, зная, как парень ведет себя в последнее время, не сомневалась, что это его рук дело. Мало, кто знал, что самым молодым волком с голубыми глазами был Томас. Он любил поохотиться на невинных людей и поиграть с их жизнями. Об этом знали не многие: его семья, Девкалион и Маркус, им не раз приходилось прятать горы трупов, которые оставлял мальчик. Маркус дал слово Талии, что никому не расскажет, и он благородно молчал, когда Кали оставила его одного в лесу привязанного к дереву на два дня, в качестве наказания. Питер бегал к другу, приносил ему воды и еды, пытался развязать веревки, умолял сестру освободить его друга, но тщетно. С того дня и Талия потеряла доверие Питера. С Томасом надо было что-то делать, надо было как-то приструнить его, раз ни Талия, ни Девкалион не намерены этим заниматься. Том давно уже подбивал Питер своровать у сестры когти отца и наконец взять уже себе силу, которая по праву принадлежала ему. Питер думал, что когда станет альфой, то сможет успокоить Томаса, но он не знал, что у брата были свои планы на эту силу. Томас сам хотел стать альфой, самым молодым из всех оборотней, он хотел держать все стаи в страхе, как когда-то его родители, ему не нравилось главенство сестры. Альфа — женщина, что может быть хуже, он был уверен, что она погубит стаю. Талия всегда видела эту любовь брата к силе, к власти, но надеялась, что это пройдет. Питер становился все старше и неуправляемей, и она боялась, что он может сделать с этой силой. Поэтому первой ее мыслью, когда она обнаружила пропажу когтей, было, конечно, что Питер задумал что-то плохое. Питер всегда диву давался, псих в их семье был Томас, но во всех безумных и отвратительных поступках почему-то всегда подозревали его. Да, в этот раз это был он, но, согласитесь, все равно обидно. Чтобы забрать силу альфы из когтей, надо воткнуть их в костный мозг на уровне шеи. Непросто, но Томас всегда был умным мальчиком и неплохо умел манипулировать людьми, и неизвестно какими словами Том уговорил Питера довериться ему. Тем не менее, к заходу солнца два брата были в лесу, у какого-то старого пня, которого Том называл Неметоном. Питер не знал, почему надо делать это именно здесь, но брат настаивал в особенности этого места. Высыпав когти отца на руку, Томас долго их рассматривал, вспоминая, сколько людей убил отец этими когтями, и невольно улыбнулся. Увидев недоверчивый взгляд брата, Том принял серьезное выражение лица. — Не бойся ты так. Все получится. Только не дергайся, а то вдруг я случайно парализую тебя. Питер испуганными глазами посмотрел на брата. — Но этого не произойдет, — поспешил добавить парень. Томас осторожно нацепил когти себе на пальцы и приставил их к шее брата. Одно резкое движение и когти вошли глубоко в кожу, а Питера крепко зажмурился. У Томаса, как ему казалось, был совершенный план. Он собирался дать Питеру силу альфы и, когда тот будет наиболее уязвим, когда наконец получит эту власть, он убьет его, ведь сила, отобранная у альфы намного сильнее, чем просто взятая из когтей. Том был очень самоуверен и умен. Он убедил Питера, что нужно уйти подальше от стаи, куда-нибудь в лес, чтобы их никто не видел, убедил, что Маркусу не стоит пока об этом говорить, а вдруг не получится, а главное, здесь не было ни Талии, ни этого, слишком правильного, на взгляд Томаса, Девкалиона. А потом можно сказать, что он ничего об этом не знает, Питера убил охотник или омега. И ему бы поверили, ведь ему всегда все сходит с рук. Питер упал на колени, вертя головой из стороны в сторону, когти, против его воли, вылезли, а клыки стали сильно давить, не помещаясь во рту. Томас обошел брата, сел перед ним на колени, и в этот момент Питер распахнул глаза. Ярко алый цвет озарял глаза его брата, Томас улыбнулся и занес когтистую руку над шеей Питера. Новоиспеченного альфу снова затрясло, казалось, из него ушло все человеческое, оставив только зверя, он набросился на Томаса, громко рыкнув, и услышал другой грозный рык: — Питер!!! Волчонок затряс головой, загоняя зверя обратно в клетку, а распахнув глаза, увидел слабо дышащего Томаса. Они сидели на сырой траве, а когти Питера были вонзены в тело брата. Мальчик с трудом дышал, захлебываясь собственной кровью, и не сводил глаз с ошарашенного брата. Питер осторожно убрал когти, и из раны потекла кровь, которую ему никак не получалось остановить. Девкалион и Талия подбежали к нему, но застыли в двух шагах от братьев, увидев, что один из них истекает кровью. Талия упала на землю перед братьями и осторожно убрала прилипшие волосы с лица Томаса, Девкалион так и остался стоять позади. Питер переводил испуганный взгляд с Томаса на Талию и не знал, что делать. Том последний раз громко всхлипнул, и Питер больше не слышал, как бьется его сердце. Талия закрыла глаза младшему брату и осторожно взяла его из рук Питера, положив на землю. Избавившись от окровавленного тела брата, Питер вскочил на ноги, быстро вертя головой, как загнанный в угол зверь, и побежал, куда глаза глядят. Но пробежать он успел немного, сестра догнала его и остановила. — Посмотри на меня, — чуть не срываясь на крик, требовала Талия. Питер лихорадочно крутил головой. — Все хорошо. — Нет, нет, не хорошо. Питер все никак не мог успокоить бешено колотящееся сердце, голос сестры доносился до него как будто из-за стены, а сфокусироваться на ней все никак не удавалось. — Это была случайность, — продолжала Талия успокаивать брата — Я убил его, — все еще смотря куда-то сквозь сестры, тихо бормотал Питер. — Питер, ты слышишь меня? Это была случайность! — Я убил его. Талия стала трясти брата, чтобы он обратил на нее внимание, и когда Питер наконец посмотрел на нее, она снова повторила: — Питер, все будет хорошо. — Ты что, не понимаешь? Я убил его!!! Я убил своего брата! Талия не знала, что ответить, слова просто застряли у нее в горле, и этого хватило, чтобы Питер расценил это, как испуг. Сестра боялась его, а значит, он не лучше родителей. И Питер убежал, не удерживаемый сестрой, он бежал и бежал, пока силы не покинули его, и он не упал на землю, и только тогда дал волю слезам. Он плакал по брату, по утраченной жизни, по тому, что все уже никогда не будет, как прежде. Решение пришло незаметно, как будто оно уже давно было в голове у Питера, а может, дело было в страхе, который полностью завладел мальчишкой, так или иначе, Хейл решил пан или пропан. Либо он сможет справиться с этой силой и станет полноправным альфой, либо умрет. Талия уже потеряла одного брата и не собиралась терять еще одного, но как вернуть Питера, она не представляла. Девкалион обещал помочь, пусть волчонок теперь и ненавидит мужчину, у него все же осталась какая-то власть над мальчишкой, и чтобы Питер там не говорил, ему нужна была помощь. Как искать новоиспеченного альфу Талии и Девкалиону в голову пришло одновременно — Маркус. — Ты же знаешь где он, — Девкалион сверлил напуганного парня взглядом, прижимая его к стене. — Лучше скажи по-хорошему. — Маркус, мы хотим ему помочь, — у Талии был другой метод. Времени было в обрез, пока Питер не натворил что-нибудь. — Скажи, где нам его искать? Кейн не желал зла другу, и он тоже хотел ему помочь, но Питер просил его ничего не говорить его сестре и этому ублюдку, видимо он имел в виду Девкалиона. Маркус не хотел предавать доверие друга, его и так все уже бросили, но тут он был согласен с Талией и Девкалионом — Питеру нужна помощь. — Он пошел к охотникам, — прошептал Маркус, опуская голову. Солнце садилось, и город погрузился в сумрак, о том, где находятся охотники знали все, тем более альфы. Девкалион и Талия не знали, как давно Питер отправился к ним, но надеялись, что не опоздали. Добежав до укрытия охотников, альфы остановились, с ужасом рассматривая представшую перед ними картину: дверь распахнута настежь, на улице растерзанные трупы людей, а в центре всего это ужаса сидел Питер, с ног до головы испачканный кровью. Новоиспеченный альфа сидел на траве, разглядывая свои руки, на которых была кровь, он пытался убрать когти, но у него никак не получалось. Увлеченный этим занятием, Питер похоже не замечал появившихся сестру и мужчину. Девкалион подошел к нему и присел на корточки, заглядывая Питеру в глаза. — Эй, волчонок, — тихо позвал мужчина. Но парень не отреагировал, он продолжал трясти руками, чтобы убрать когти, но, когда мужчина не выдержав, схватил волчонка за руки, он заметил сидящего перед ним мужчину. Но не успокоился, как того ожидал Девкалион, а, наоборот, зло посмотрел и набросился на него. Талия в испуге подбежала, чтобы оттащить брата, но мужчина рыкнул на нее: — Не подходи! Женщине ничего не оставалось, кроме как послушаться и наблюдать. Питер повалил Девкалиона на землю и глубоко полоснул когтями по груди мужчины, оборотень зарычал, перехватывая запястья волчонка, но тот все равно умудрялся наносить удары. Девкалиону оставалось только ждать, когда Питер устанет, и поэтому он продолжал удерживать волчонка и получать от него удары. Через какое-то время мальчишка действительно устал и просто ткнулся лицом мужчине в грудь, Девкалион отпустил руки волчонка и прижал его к себе сильнее, поглаживая по спине. Талия осторожно подошла к ним и опустилась на колени, тоже погладив брата по голове. — Простите, — тихо прошептал волчонок, сквозь слезы, сильнее цепляясь за Девкалиона, как за спасительный круг. Сейчас для Питера не существовало никого и ничего кроме сидящего перед ним мужчины, и он старался держаться за него. — Все хорошо, — говорил Девкалион, поглаживая волчонка по спине. — Все будет хорошо. После того, как Талия и Девкалион отвели Питера домой и уложили его спать, как маленького ребенка, мужчина решил остаться, чтобы в случае чего подстраховать. Тело Томаса унесли из леса и похоронили, но где, знали только Талия и Девкалион. Они рассказали всем, что на него напал омега, и поэтому на всех омег, обитавших неподалеку, стали охотиться. О том, что Питер стал альфой, старались скрывать, а любые слухи уничтожали еще в зародыше, но с волчонком надо было что-то делать, он не мог управляться с этой силой. — И что теперь? — в один из вечеров спросила Талия. Они, как обычно, сидели внизу и выпивали бурбон. Без Томаса в доме было тихо, и это тишина просто давила на уши, заставляя скулить и рвать на себе волосы. — Я буду его учить, — уверенно ответил Девкалион. И он сдержал слово, с тех пор он учил Питера справляться с силой альфы, учил контролировать зверя внутри себя. Девкалион и Питер проводили много времени вместе, волчонок снова привязался к мужчине, видя в нем защитника и наставника. Талия никогда не вмешивалась в их уроки, даже когда брат скулил от боли и умолял мужчину остановиться. У Девкалиона были свои методы, и либо мальчишка подчинялся, либо уходил. Питер не сразу принял эти условия, но впоследствии понял, что у него просто нет выбора. Порой новоиспеченный альфа чувствовал в себе лютую ненависть, которую не мог контролировать, и чувствовал, что вот-вот сорвется. И тогда Девкалиону достаточно было как раньше лишь рыкнуть на волчонка, и тот успокаивался, порой мужчине приходилось подолгу оставаться рядом с мальчишкой, чтобы тот успокоился, но он не возражал, он знал, как Талии приходиться тяжело. Девкалион учил Питера контролировать не только своего зверя, но и свои чувства, свои мысли, учил сохранять хладнокровие в любой ситуации. Волчонок восторженно ловил любое слово мужчины, и когда тот сказал, что ему нужен якорь, Питер не задумываясь сделал им Девкалиона. Не то, чтобы мужчина возражал, это льстило, но и также накладывало огромную ответственность. Мужчина для мальчика стал отцом, братом, другом, Талия запретила Маркусу общаться с Питером, пока он не умеет себя контролировать, вот и получилось, что единственным другом волчонка стал Девкалион. Он учил волчонка по-другому ощущать мир, по-другому на него смотреть. Однажды мужчина завязал Питеру глаза и сказал: — Все вкусы и запахи, которые мы чувствуем — это сочетание четырех основных вкусов и семи основных запахов, — начал Девкалион, ударив мальчишку по руке, когда он попытался снять повязку. — Учи их распознавать. Четыре основных вкуса: сладкий, соленый, кислый и горький. Мужчина по очереди давал волчонку клубнику, сыр, лимон и кофейное зернышко. И подождав, пока мальчишка распознает все вкусы, продолжил: — Основные запахи: мятный, камфароподобный, цветочный, мускусный, гнилостный, эфирный, острый. Это поможет тебе для охоты. Научись распознавать их и мир для тебя станет проще. Также Девкалион не забывал и о школьных знаниях, раз уж мальчишка не может ходить в школу. Он старался не забивать волчонку голову ненужной информацией, а говорить какие-нибудь полезные вещи, развивать воображение Питера. Один раз он рассказывал про коан. — В японской культуре дзен коан — это парадоксальное утверждение или вопрос, который помогает осознать ограниченность нашей логики. Коан кажется абсурдным, однако он стимулирует мозг, побуждая думать по-новому. Цель коана — заставить воспринимать реальность иначе, чем мы привыкли. Это объясняется тем, что мы привыкли мыслить в рамках двухмерной логики. Наш разум привык к четким, разграниченным понятиям: черное — белое, зло — добро. Коан заставляет нас съехать с проторенной колеи — Например? — оживился волчонок, он любил загадки и необычные вопросы. — Например, что делать, когда делать нечего? Каков звук хлопка одной ладони? Светло ли от черного света? — Интересно, — задумчиво протянул Питер, пытаясь ответить на вопросы, заданные мужчиной. И все шло хорошо, но однажды Питер снова сорвался. Девкалион нашел его в одном из заброшенных домов, но не успел вовремя остановить. Питер сидел с окровавленным телом на руках, увидев Девкалиона, волчонок встал, тихо подошел к мужчине и ткнулся лицом ему в грудь, но старался не трогать руками, чтобы не запачкать кровью. Мужчина прижал мальчишку к себе, но не мог забрать ту боль, которая съедала волчонка заживо. Эту боль Девкалион не мог унять, как бы сильно ему этого не хотелось, как бы сильно не хотелось помочь волчонку. — Я так больше не могу, — всхлипнул Питер. И Девкалион понял, они с Талией уже давно обсуждали, что будут делать, если у Питера не получиться совладать с силой. Они не были уверены, согласиться ли Питер, поэтому ничего ему не говорили. Когда они пришли обратно домой, Талия их уже ждала. Почувствовав неладное, волчонок попытался удрать, но Девкалион ему не позволил, усадив в кресло и крепко удерживая его, чтобы он не дергался. Талия достала когти из банки и высыпала на руку, Питер уже и забыл о них, они, наверное, остались на руках Томаса тогда. Томас… Услышав, как волчонок скулит, Девкалион обошел Питера, тот уже не сопротивлялся, и позволил ему спрятать лицо у него на груди, и лишь удерживал мальчишку за шею, наклоняя. Талия воткнула брату в шею когти и тут же по ее венам потекла чернота, она не хотела, чтобы брат чувствовал боль, он уже достаточно настрадался. Забрав силу у Питера, Талия подняла за подбородок его голову. — Открой глаза, — нежно попросила она. И Питер распахнул льденисто-синие глаза, Талия печально улыбнулась, теперь эти глаза, цвета льда, вечно будут напоминать ей о смерти брата. Талия подняла глаза на Девкалиона и уже что-то собиралась сказать, но мужчина ее перебил: — Я сделаю. И Девкалион вонзил когти в только начавшую заживать шею мальчишки. Тот слегка дернулся, но быстро перестал сопротивляться, подчиняясь мужчине, отдаваясь на его милость. Девкалион стер воспоминания Питера о силе альфе, о массовых убийствах и о Томасе. «Так будет лучше, — посчитали они. — Он начнет новую жизнь». Девкалион продолжил учить Питера контролю, и, казалось, волчонок просто помешался на этом. Он поставил своей целью контролировать все, и один только Бог знает, чем ему это далось. Но в этом ему отказать было нельзя, Питер действительно прекрасно себя контролировал, и речь идет не только про зверя, но и про эмоции, чувства, желания, мысли. Порой даже Девкалион не знал, о чем думает волчонок. Постепенно Питер начал отдаляться от Девкалиона и Талии. Воспоминания были стерты, но эмоции-то остались. Питеру что-то не давало покоя, что кого-то не хватает в его жизни, но Талия говорила, что их всегда было двое в семье, а брат ей не верил и поэтому стал отдаляться от сестры. Да и с Дереком он стал вести себя иначе: он испытывал к мальчику сильную любовь, но порой ему что-то виделось в племяннике, и он отдалялся от него, иногда даже причинял боль. Он разрывался от противоречий, от любви и ненависти к мальчику. Годы шли, Девкалион ушел из Бейкон Хиллс, почти вся семья погибла в пожаре, а Питер оказался в коме, и его стали посещать странные видения, будто он альфа, и только окончательно придя в себя, Питер узнал, что убил свою племянницу, Лору, альфу. Став альфой, Питер забыл о своем сне, но, когда Дерек убил его, сон вернулся, и Питер никак не мог понять, что же он означает. А когда Лидия вернула его к жизни, все встало на свои места, воспоминания вернулись, и Питер знал, что делать дальше. Найдя Девкалиона, Питер рассказал ему, что все помнит и что ненавидит его, ведь его всю жизнь мучило ощущение, что он чего-то не помнит, и думал, что это Талия стерла ему память, а это был Девкалион. Мужчина попытался угрожать «волчонку», но вскоре понял, что Питер просто так не уйдет, а аргументы у него закончилось. Девкалион рассказал ему, где найти когти и как их использовать, но мужчину Питер так и не простил, и сказал, что если еще раз увидит его, то убьет. Получив силу, Питер наконец-то успокоился и понял — он всегда был альфой, он просто это знал.