Большой и светлый

      — Сейчас ты познакомишься с нашим врачом, — улыбается весело Тадаши, и Хиро, сильно впечатлённый встречей с «ботанами», уверен, что теперь просто так его не удивишь.       — Привет, меня зовут Макс, — над ухом раздается негромкий голос, удивительно сочетающий твёрдость слов и уверенность в них с приятной мягкостью; отчего-то внезапно вспоминается тёплое одеяло.       Мальчик успевает поймать полный искренней радости взгляд брата, направленный куда-то поверх его макушки, и оборачивается, тут же уткнувшись носом в белый халат. «Макс Бэй» — читает он на небольшом бейдже, а затем немного обескураженно и вопросительно поднимает голову.       Перед ним стоит кто-то большой, светлый и воплощающий само спокойствие. У него широкие плечи, за которыми может чувствовать себя в безопасности любой; тёмные глаза, глядящие ласково и выделяющиеся на светлом лице; крепкие руки, осторожно сжимающие папку. Он даже немного сутулится, видимо, пытаясь стать чуточку ближе к мальчику, который, затаив дыхание, осматривает его.       — Разрешите проверить Ваше самочувствие? — спрашивает этот великан, и Хиро удивленно моргает.       Мягкие пальцы касаются нежной шеи, аккуратно надавливают, затем большая и тёплая ладонь ложится на лоб, предварительно откинув тёмную чёлку. Мальчик, пользуясь тем, что новый знакомый немного наклонился, смотрит на его лицо, дышущее здоровьем и кроткостью. Ему кажется, что короткое и резкое имя Макс не подходит; нужно что-то такое же округлое, приятное и неторопливое, как он сам.       — Можно называть тебя Бэй? — спрашивает Хиро, ловя длинный рукав халата и заглядывая в глаза; друг Тадаши смотрит немного потерянно и отрешённо, куда-то сквозь юного гения, застигнутый врасплох таким неожиданным вопросом, первым на его памяти.       — Вам нужно больше часов сна, — произносит он вместо ответа невозмутимо и снова выпрямляется. — Вы обязаны спать как минимум восемь часов. Не стоит злоупотреблять ночными прогулками.       Оказавшийся позади Макса Тадаши с важным лицом кивает, поддакивая и немного осуждающе глядя на брата, из-за чего последний тяжело вздыхает и недовольно бурчит слова согласия, мол, понимаю и постараюсь принять к сведению. Последовавшая реакция удивляет мальчика: великан вдруг кротко улыбается, довольный послушанием, и в уголках глаз появляется лукавая сеточка едва заметных морщин, кажущихся маленькими лучиками, которые являются источником света, что идёт от всей фигуры Бэя.       — Вы хорошо себя вели, возьмите, — в ладонь мальчика падает белоснежная зефирка, чем-то похожая на самого врача: умиротворяющая, мягкая и приятная глазу.       Не успевает Хиро поблагодарить забавного Макса, как тот уже неторопливо двигается к выходу, и смотревший в его спину Хамада фыркает вместе с братом, заметив на халате нарисованный чёрным фломастером смайлик «(●—●)».