От ненависти до любви

Школа это то, место, где детям дают знания. Но для каждого она определяется по своему: одни приходят сюда, чтобы встретиться с друзьями, кто-то приходит сюда за знаниями, а другие, чтоб отучиться и свалить подальше. Я отношусь к последним, а всё потому что мою жизнь испортил Гарри Стайлс. Этот напыщенный индюк издевается надо мной со средней школы, а я ему ничего даже не сделала. И вот утро, опять собираться в школу, приходить, смотреть, как над тобой издеваются одноклассники, да, что там вся школа. Нет ни одного человека, который постоял за меня. Учителя смотрят на меня с сожалением и что мне от этого легче станет?! А всё, потому что отец Стайлса бизнесмен, он помогает школе. Я одинока, как никто. .. Захожу в здание школы, ожидая какого-нибудь прикола от одноклассников. Скоро урок, и никаких происшествий. Меня это пугает. Звонок. Захожу в класс, банда Стайлса сидят и что-то бурно обсуждают, не замечая меня. В тишине прошла большая часть уроков. Последним уроком оказалась физра. Переодевшись самой последней, я иду в спортзал. У меня какое-то плохое предчувствие, но всё же открываю двери, через мгновение чувствую на себе холодную слизистую жидкость, она была синей и очень сильно воняла. Я слышала громкий смех одноклассников, посмотрев на них , я увидела улыбающееся лицо Стайлса и его «девушки». Не выдержав, я побежала в раздевалку. Я стала смывать с себя эту жидкость, но на отдельных участках она оставалась; у меня с собой всегда была запасная одежда на всякий случай, я оделась так, чтобы не было видно синих пятен. Это была последняя капля! Я так больше не могу. Плача, я ушла из школы. Домой мне вообще не хотелось, и я просто гуляла по городу до самого вечера. Я всё обдумывала, мне было очень плохо, знаете это, как будто от твоего сердца каждый раз отрывают кусочек и постепенно оно умирает , даже пришла мысль покончить с жизнью, но я не собираюсь бросать маму вот так. Было уже темно так, что нужно возвращаться домой. Не смотря по сторонам, я стала переходить, услышав звук от машины, я обернулась, в глаза сверкнули фары машины, которая ехала на «безумной» скорости. Ноги стали, как каменные, я уже думала, что это конец. Но чьи-то сильные мужские руки схватили меня и поставили на тротуар. Слёзы стали стекать по щекам сами. Я захотела посмотреть в глаза спасителю, но лучше бы я этого не делала. Подняв голову, я увидела Стайлса! В груди сильно кольнуло, похоже, от сердца оторвали огромный кусок. - Ты вообще с ума сошла, дура?- заорал он, хватая и тряся меня за плечи. - Отпусти меня,- рыдала я. - Нет! Пока не скажешь, зачем ты,/т.и/, хотела броситься под машину? - А ты, что не можешь догадаться?- меня всю трясло, и от злости я начала тоже кричать,- Во всём виноват ты и твои друзья. ТЫ! Но знаешь, я ни за что в жизни не покончу с собой, я живу ради мамы. Она одна меня вырастила, она всегда рядом, когда мне плохо и плохо, когда ТЫ мне причиняешь боль. Я хочу, чтобы ты почувствовал тоже, что и я сейчас. Чтобы у тебя не было друзей, все тебя унижали, как и меня. Тебе было плохо, но никто бы не приходил к тебе на помощь. Чтобы твое сердце постепенно умирало вместе с тобой. Я не знаю, что со мной случилось, но после сказанного мной ему, мне стало легче, как будто кусочки сердца восстанавливались. Гарри стаял в ступоре, не мог придти в себя, а я воспользовавшись моментом побежала вся в слезах домой.