Любовь, как оружие...

Что делать, когда узнаёшь, что твоя покойная жена была беременна? Когда узнаёшь, что где-то внутри неё росло маленькое творение двух любящих людей, маленький человечек, ребёнок? Она хотела, чтобы я жил, и вот, спустя несколько дней, впервые за эти года, я прихожу в квартиру, где всё напоминает о тебе. В голову приходят образы. Вот, ты бежишь меня встречать, кидаешься ко мне, а я подхватываю тебя и начинаю целовать. И нам не нужно слов. Прохожу в ближайшую комнату. Это гостиная. А в голове образы, образы… Мы смотрим фильм, а ты засыпаешь у меня на плече. Ни разу, садясь перед телевизором, я не смотрел, что там идёт. Я лишь следил за переменами настроения на твоём прекрасном лице. Как твои нежные коралловые губки растягивались в улыбке, как на глаза наворачивались слёзы в особо эмоциональные моменты, и я пытался успокоить тебя, ведь смотреть, как по твоему лицу текут слёзы — чистый ужас для меня. Не включая света, прохожу в спальню и вспоминаю наши незабываемые ночи. И я имею в виду не только секс, но и просто моменты, когда мы вдвоём лежали обнявшись, переплетаясь руками и ногами, как ты любила это делать. Когда даже спустя годы совместной жизни, ты краснея рассказывала мне свои девичьи секреты. А как ты задорно смеялась, когда по утрам я приходил тебя будить, а ты отмахивалась, пока я не начинал щекотать тебя или говорить всякие пошлости про то, как соблазнительно она выглядит и что бы я сделал с ней в такие моменты. Тогда она вскакивала и, продолжая звонко смеяться, убегала в ванную, закрывая дверь на замок, оставляя меня, возбуждённого своими фантазиями, неудовлетворенного, одного в нашей спальне, но я не мог даже сделать грозное лицо, когда рассказывал тебе это вечером, стараясь устыдить и уломать на продолжение ночи. Идя по кухне, я прямо перед глазами вижу, как-будто в реальности, как ты мне готовишь после бурной ночи, стоя в одной только моей рубашке, у которой, благодаря твоим стараниям, на следующий же день отсутствует несколько пуговиц, но мне нравится эта твоя неконтролируемая страсть. Я, конечно, подходил к тебе с спины и, обнимая, целовал в шею, иногда оставляя засосы, чтобы все знали, что это сокровище только моё. Господи, как же я люблю тебя! Даже до сих пор. Теперь, когда я иду по улице, мне везде мерещится до боли знакомое лицо. Твоё лицо. И я оглядываюсь, в душе надеясь, что это ты. Что ты не умерла, а мне всё это просто приснилось в страшном сне. Разум кричит: — Одумайся. Её больше нет! — но я и сейчас не могу поверить в это, даже спустя столько времени. Ты говорила, что что бы ни случилось надо двигаться дальше, а я не могу! Воспоминания стали злым наваждением, а сны заставляют просыпаться в холодном поту. Скажи мне, что я должен делать?! Я не могу так больше. Мои силы на исходе, а всё это всё ходит за мной по пятам, как какой-то хищный зверь, поджидающий свою добычу уже долгое время. Оно так же изредка отдаляется, но потом опять настигает, ещё больше сокращая расстояние. Я не знаю как дальше жить с этим всем. Я знаю, что ты где-то рядом, со мной. Но, как ты отлично знаешь, я жуткий эгоист и хочу и сам быть рядом с тобой. Всегда рядом.