Наперекосяк.

      Нико было ужасно стыдно за ту слабость, которую он проявил перед Джейсоном. Но тогда он чувствовал себя ужасно подавленным. Он видел, что Перси изменился, и это отдавалось глухой болью в груди. Когда Джейсон уговаривал его рассказать все ему, то Нико безумно хотел это сделать, чтобы не только он справлялся с этими проблемами. Но он понимал, что сделать это, значит оттолкнуть Перси от себя еще дальше. А он этого не хотел. Он видел, что Перси ищет встречи с ним. Возможно хотел поговорить, а возможно узнал все. Как же тяжело все это! Боги!       Нико сидел под деревом в лесу и думал, думал, думал... Вдруг, каким-то задним чувством он понял, что кто-то идет к нему. Этот человек шел бесшумно, абсолютно бесшумно. Так могли ходить либо дети Гермеса, либо... Перси Джексон. - Привет, - сын Посейдона сел рядом с Нико, прислонившись к тому же дереву. -Привет. Как ты меня нашел? - Боги, кто бы знал как трудно ему дается это спокойствие. На самом деле сын Аида хотел трусливо сбежать по теням куда подальше. - Интуиция сработала. Нам нужно поговорить, Нико. - в голосе Перси не было ничего угрожающего или пугающего, но Нико не на шутку перепугался. - О чем, Перси? - Нико, - сын Посейдона неожиданно оказался лицом к лицу с Нико. Его руки были по обе стороны от головы сына Аида. - Почему ты мне ничего не сказал? Почему, Нико? - А что я должен был тебе сказать? О чем я должен был тебе рассказать? Обьясни мне! - Лучшая защита- нападение. Нико тоже так считал. Черт! Одно дело думать о том, что Нико влюблен в тебя. И совсем другое говорить с ним об этом. У Перси мозг был готов взорваться. - О том, что ты меня... Любишь?- его слова прозвучали скорее как вопрос, нежели утверждение. - Зачем, Перси? - Неожиданно плечи парня поникли. Он разом стал меньше, младше. Он снова был тем десятилетним мальчиком который потерял сестру. - Нико... - Перси, сам от себя такого не ожидая, подался вперед и обнял парня. Прижал его к себе и уткнулся в черную копну волос Нико.       За время, прошедшее после разговора с Джейсоном, он постоянно думал о Нико и его чувствах. Мысли о нем неожиданно начали греть душу и отвлекать от мыслей о мучениях в Тартаре. Затем, вместо привычных уже кошмаров, ему стали сниться темно-карие, почти черные глаза Нико. На душе становилось тепло и хорошо. Сам того не понимая, Перси начал влюбляться в Нико.       И вот сейчас он сидел и обнимал этого мрачного паренька, крепко прижимая к себе. - Ч-что ты делаешь? - срывающимся голосом спросил Нико. Он начал мелко подрагивать. - Нико, прошу тебя успокойся, - Перси начал поглаживать его по спине, пытаясь успокоить. - Пожалуйста. - Я н-не могу, - Нико почувствовал на подбородке пальцы, но слишком поздно обратил на это внимание. Перси поднял его голову и впился в его губы. Нико замер на мгновение, но потом быстро начал отбиваться. Перси еле удержал его, он даже не ожидал, что в этом щуплом на вид парне столько сил. - Не дергайся,- выдохнул сын Посейдона в губы парня. Странно, но Нико послушался. И Перси воспринял это как разрешение. Он медленно провел языком по губам Нико, чем вызвал позорный, по мнению самого Нико, стон. Для Перси это прозвучало как музыка. Он все еще обнимал парня одной рукой, а другой забрался под его футболку и начал медленно поглаживать. Его язык проник в рот сына Аида, прошелся по небу, деснам и коснулся языка Нико. По телу последнего будто пустили электрический ток. Он снова застонал и прижался к Перси сильнее. Он не понимал, зачем это сыну Посейдона, но сопротивляться не хотел, да и не мог если честно. Перси решил первым прекратить это сумасшествие и оторвался от губ парня. - Если ты сейчас сбежишь, Нико, то я тебя прибью. Обещаю.