One
30 января 2015 г., 14:28
Это полнейший фарс, стыд и унижение.
Луи еще никогда не чувствовал себя так униженно, как в данный момент. Он просто хочет провалиться сквозь землю. Его мать мечется из угла в угол, сыпля проклятиями. Лотти лежит рядом с ним на кровати, держа за руку и нежно поглаживая его ладонь.
– Мы это так не оставим! – Джей качает головой, остановившись напротив детей и скрестив руки на груди. – Ты не позволишь ему так оскорблять себя.
– Не думаю, что мы можем сделать многое, – вежливо выделяет Луи.
– Я выслежу Филиппа и убью его своими собственными руками, – грозится Джей, начиная снова метаться по комнате. – Его самого и его... его...
– Поп-звезду из Кореи, – подсказывает Луи.
– Это странно, – качает головой Лотти.
И это на самом деле так. Если подумать, что это почти даже забавно. Принца Уэльского бросил его жених ради корейской поп-звезды. И Луи совершенно определенно нашел бы это смешным, если бы сам не был чертовым Принцем Уэльским.
Хуже всего, что он сообщил это Луи, отправив сообщение, сопровожденное фото, на котором красовались Филипп и его восходящая звездочка, уплывающие в закат где-то в Карибском море. Томлинсон должен был знать, что тот – законченный кретин, но он видел Филиппа порядка пяти раз в жизни, и это совсем не дало возможности сделать каких-либо выводов относительно характера его жениха.
Бывшего жениха. Кроме того, Филипп решил порвать все связи с королевской четой и вместо этого жить «обычной жизнью» – как он выразился в сообщении к Луи – со своим новоиспеченным возлюбленным.
– Никто не должен об этом узнать, – произносит Джей, разворачиваясь к Луи и Лотти. – Даже твои остальные сестры. У прессы выдастся напряженный денек, если хоть что-либо всплывет.
– Только дикие догадки, – вставляет ремарку Томлинсон. – Но они все равно узнают, как только мы отменим свадьбу.
– Свадьба не будет отменена, – она отрицательно качает головой и упирает руки в боки.
– Прекрасно, тогда я выйду замуж за самого себя, – Луи пытается пошутить и прячет лицо в ладони. – И никто не догадается, что жених меня бросил.
– Ты отверг его, – поправляет Джей. – Я поговорю с Джеймсом. Он возьмет на себя медиа и повернет историю так, как нужно нам. Ты предпочел ему более подходящего претендента на престол.
Луи поднимает на нее взгляд.
– Я буду выглядеть как подлец, мам.
Она не отвечает, смотря на Лотти, что не произнесла ни слова за весь разговор, все еще держа Луи за руку. Потом Джей снова переводит взгляд на него, качая головой.
– Это решение Королевы.
– Что? – спрашивает Лотти, выпуская руку Луи. – И как ты себе это представляешь? Они были помолвлены с дня его рождения. Какая причина могла бы оправдать их разлад сейчас?
Выражение лица Королевы не меняется. Она указывает на Лотти пальцем, вскинув бровь.
– Я думала, удел Королевы решать, подходит человек для Короны и Королевской Семьи или нет. Уже не восемнадцатый век. Мы объявили о помолвке, когда Луи родился, потому что Филипп имел подходящий титул для вхождения в эту семью. Если он доказал свою ненадежность, в моей власти расторгнуть помолвку.
Луи закрывает глаза.
– В это никто не поверит.
– Ты считаешь его достойным Короны? – парирует Джей.
– Ни капли.
– В таком случае, полагаю, не составит большого труда заставить остальной мир поверить в то, что мы решили заменить его более подходящим кандидатом.
– Нам стоит устроить кастинг, – влезает в разговор Лотти, ухмыляясь Луи. – Следующий Королевский Жених Британии.
Луи фыркает, оценив попытку сестры хоть немного поднять ему настроение.
– У меня уже есть кое-кто на примете, – заявляет Джей.
Луи поднимает взгляд и моргает.
– Кто?
Джей качает головой и идет к двери, поворачиваясь к нему только когда открывает дверь.
– Никому ни слова, слышите?
– Мам, кто у тебя на примете? – повторяет вопрос Луи, вставая с кровати.
– Мне необходимо сделать пару звонков. Вы двое оставайтесь здесь, – наставляет она. – Через час у нас встреча с Джеймсом в гостиной.
Луи строит недовольные гримасу, наблюдая, как его мать покидает комнату. Когда он поворачивается лицом к Лотти, та беспомощно пожимает плечами.
– Не думаю, что из этого что-то выйдет.
– Не знаю. Мама Королева, и, если она чего-то хочет, это, так или иначе, случится.
– Но это? Они узнают, что у Филиппа уже есть кто-то, – Луи очень сомневается, что общественность поверит.
– К тому времени у тебя тоже будет парень, – напоминает Лотти.
– Мама же не может позвонить кому-то и приказать ему выйти за меня замуж, – он качает головой.
– Но именно так она сделала в случае с Филиппом, не так ли?
Луи задумывается на несколько секунд, и потом снова качает головой, опускаясь на кровать рядом с сестрой.
– Не совсем. Мы просто всегда знали, что нам предстоит выйти друг за друга замуж. Ведь было не так много подходящих кандидатов, да? Мы не можем теперь перевернуть чью-то жизнь с ног на голову.
– Это честь, Луи, – возражает Лотти. – Стать членом королевской семьи. Думаю, найдется парочка человек, которые многое отдали бы, чтобы так перевернуть свою жизнь.
Это правда. Конечно, это правда. Хотя, все и не так, как Луи всегда себе представлял. Быть принцем – не значит жить в сказке. Пусть иногда и хотелось хоть немного этой самой сказки. В смысле, найти настоящую любовь и жить долго и счастливо.
Луи понимал, что с Филиппом у него не будет счастливого конца, но ему никогда на ум не приходил другой сценарий. Они были помолвлены с самого дня его рождения, потому он верил, что это просто то, как должно быть. Свадьба не была огромным событием в его жизни, но была единственным, на что Томлинсон мог рассчитывать с абсолютной уверенностью. Как на Принца, на него был возложен ряд обязанностей, и они далеко не всегда идут рука об руку с «жить долго и счастливо».
Может быть, Луи просто стоит принять это.
xXx
– Мам, я сказал тебе уже миллион раз: я не знаю, – повторяет Гарри, смотря в зеркало заднего вида, прежде чем повернуть налево, и Букингемский Дворец предстает перед ними во всей красе. – Они должны были упомянуть что-то в письме, – настаивает Энн. – Например, причину, по которой они хотят тебя видеть. – Они не назвали причину, когда звонили тебе, да? – уточняет парень, окидывая взглядом улицу. – Но почему только ты? Она просила именно тебя прийти на чай к Королеве. – Может, она хочет усыновить меня? – иронизирует Гарри. – Я был бы признателен. – Эй ты, – стонет Энн и тыкает его в плечо. – Заткнись. – Это было бы что-то вроде благотворительности, – задумчиво продолжает Гарри. – А почему еще она попросила бы нас приехать из Чешира? Она хочет, чтобы мы приняли участие в каком-нибудь благотворительном проекте. – Почему бы тогда не пригласить всю семью? Почему только ты и я? – женщина качает головой. – У меня нет никаких предположений. – Довольно скоро мы все узнаем, – Гарри останавливается у ворот дворца. У входа молодой человек принимает от парня ключи от машины, и другой – провожает до двери. Стайлс был во дворце раньше, но только на официальных встречах. Один раз на Рождественском балу, на нескольких благотворительных вечерах и на вечеринке в честь помолвки Принца Луи. И последнее было ужаснее всего. Принц Луи обещал Филиппу Бакстону, герцогу Корнуольскому, быть с ним до конца дней. На его восемнадцатилетие они отпраздновали помолвку и назначили дату свадьбы. Принц Луи и все с ним связанное были восхитительны в этот день. Его челка постоянно падала на лоб, и он поправлял её своими изящными пальцами, выглядя элегантно, невероятно привлекательно и восхитительно мило. Тогда Гарри было только шестнадцать, но именно в тот день он впервые влюбился. И хуже всего было то, что парень, в которого влюбился Гарри, был не только будущим Королем Британии, но и уже помолвлен, а потому абсолютно вне досягаемости. Стайлс смирился, но каждый раз, когда видел Луи на протяжение следующих шести лет, сердце будто петлей стягивали. Он не был уже таким элегантным, но все еще выглядел крайне притягательно, и, без сомнений, никто не мог обвинить Гарри за такие наблюдения. Гарри надувает губы, пока они следуют за мужчиной по широкому коридору, стены которого украшены огромными полотнами: портретами и пейзажами. Возможно, все это связано со свадьбой. Принцу Луи исполнилось двадцать пять, и она должна состояться в мае. Дворецкий останавливается перед тяжелой деревянной дверью и стучит, прежде чем войти. – Герцогиня Чеширская и её сын, моя Королева. Гарри следует за своей матерью в просторную гостиную, обнаруживая Королеву в кресле у окна и – к своему удивлению – Принца Луи напротив нее, уставившегося в телефон. Парень убирает его в карман, когда встает и протягивает руку Энн. – Очень рада, что вы смогли приехать, – говорит Королева, подходя. – Ваше Королевское Величество, – приветствует Гарри, слегка поклонившись. – Спасибо за приглашение. Она улыбается, легко касаясь его плеча. – Хотелось бы извиниться, что мне пришлось просить вас приехать в столь краткий срок. – Не стоит, – заверяет Энн. – Мы почтены. Королева берет её за руку и целует в щеку. – Присаживайся, дорогая. Нам есть о чем поговорить. Гарри отворачивается от них и встречается лицом к лицу с Принцем Луи, кланяется и ему. – Ох, нет, – произносит Луи, жестом показывая Гарри встать прямо. – Не думаю, что это необходимо. – Вы Принц, все же, – возражает тот. – Называй меня просто Луи. И не принимай этикет слишком серьезно, – пожимает плечами парень, жестом приглашая Стайлса сесть. – Луи, – мягко предостерегает Королева. Гарри замечает, как тот закатывает глаза. Чай подан, и Стайлс снова и снова ловит себя на том, что глазеет на Луи. У него поднята челка и виднеется легкая щетина, на нем – белые скинни и темная футболка, рукава которой подкатаны, оголяя загорелые руки. Стайлс никогда не замечал, насколько голубы его глаза. – У нас есть предложение для вас, – произносит Королева, и внимание Гарри снова возвращается к ней. – Предложение, ага, – бормочет Луи, фыркая. – Я расторгла помолвку Луи и Филиппа Бакстона, – начинает она так спокойно, будто говорит о погоде. – Он показал свое несоответствие этому положению. Гарри чувствует, как Энн напрягается. Он хмурится, не понимая, как они могут помочь. – Полагаю, Гарри будет хорошим выбором. Что бы Королева ни имела в виду, Стайлс не понимает. Он не имеет понятия, о чем она. Его мать медленно ставит чашку на стол, и парень замечает, что её руки трясутся. – Вы хотели бы, чтобы Гарри стал частью Королевской Семьи? – спрашивает Энн, и сердце того замирает. Они... Что? Они хотят, чтобы он заменил Филиппа? Вышел замуж за Луи? – Гарри, – вскрикивает его мать, и только тогда парень понимает, что накренил чашку, а чай льется прямо на баснословно дорогой ковер. – Прошу прощения, – выдыхает он, хватая салфетку. – Пожалуйста, Гарри, – произносит Королева, – оставьте. Это просто чай. Кто-нибудь уберет позже. – Я... Я хочу сказать... Это... – парень снова садится, переводя взгляд от Луи к Королеве и обратно. – Я немного ошеломлен. – Знаю, это неожиданно, – отвечает она. – Но разрыв помолвки может повлечь крайне нежелательную огласку в прессе, и мы стараемся этого избежать. – Ваше Королевское Величество, – начинает Энн, складывая руки на коленях. – Есть ли у Вас другие претенденты на примете? Королева долго на нее смотрит – выражение лица нечитаемо – и кивает. – Несколько. Но мы полагаем, Гарри лучший, – её черты лица смягчаются. – Мы друзья уже на протяжении долгого времени, Энн. Я могу рассчитывать на его хорошую биографию и верность. Несколько секунд Гарри следит за выражением лица матери. Она обдумывает слова Королевы. – Это будет честью для нас, – наконец произносит она. – Мы невероятно рады, если Гарри согласен. Они говорят так, будто его нет в этой чертовой комнате. Стайлс поворачивает голову к Луи, что смотрит на него спокойным взглядом. Гарри понятия не имеет, о чем думает этот парень. И он даже не уверен, о чем думает сам. Когда мать касается его руки, и Гарри поднимает на нее взгляд, есть только одна вещь, в которой он уверен. Он – в Букингемском Дворце, перед ним сидят Королева Англии и Принц Луи Уэльский, и они обратились к нему с невероятной просьбой. Гарри знает и еще кое-что. Никто не сможет сказать Королеве «нет».xXx
Луи продолжает смотреть на дверь, после того как его мать и Герцогиня Чеширская покидают комнату. Он не рискует обернуться и обнаружить Гарри, уставившегося на него этими большими щенячьими глазами. По какой-то странной причине происходящее вдруг становится похожим на сказку (исключая, пожалуй то, что Луи здесь – злодей, принуждающий молодого, невинного мальчика к свадьбе против его воли). – Эм, – слышит он сзади и заставляет себя повернуться лицом к Гарри. Его глаза и вправду большие, а сам он выглядит потеряно – нет, совсем не как щенок. Скорее, как котенок. И от этого Луи чувствует себя еще хуже. – Прошу прощения за свою реакцию. – Не могу обвинять тебя, парень, – заверяет Луи, засовывая руки в карманы. – Полагаю, тебе не предлагают выйти замуж за принца каждый день. Это совсем не то, чего ожидаешь, получая приглашение во Дворец. Нельзя сказать, что для Томлинсона ситуация иная. Ему также только что предложили выйти замуж за незнакомца – Королева не принимает отрицательного ответа. До вчерашнего дня парень даже не был способен вспомнить лицо Гарри Стайлса, а сегодня он с ним помолвлен. – Конечно, Ваше Королевское Величество, – отвечает Гарри, подмигивая. – Это было немного неожиданно. – Луи, – усмехается он. – Или Вы предпочтете, чтобы я называл Вас Сир Гарри? Стайлс краснеет, быстро качая головой. – Все в порядке, просто веди себя естественно. Думаю, нам стоит хотя бы стать приятелями. Я имею в виду... Мы будем женаты, – Луи старается произнести это максимально беспечно и не выказать, насколько он на самом деле нервничает. Парень надеется, Гарри не заметит. – Полагаю, будет неплохо, если мы поладим. – Ты ладил с Филиппом? – спрашивает Стайлс. Его руки покоятся за спиной, ступни – в странном положении. Кажется, ему настолько неуютно, насколько это вообще возможно. Луи садится, наливая новую чашку чая. – Да. Но я никогда не знал его хорошо. Честно говоря, мы не проводили много времени наедине, потому я видел его только на официальных мероприятиях. Гарри колеблется с секунду, потом – присаживается напротив Луи. – Тогда почему ты решил разорвать помолвку? Поскольку он очевидно не может сказать правду, Томлинсон только пожимает плечами и переводит взгляд на свою чашку. – Мы ладили, но... Почти не знали друг друга? Я ладил с ним как ладил с парнями из бординг-скул. Ты мил с ними, даже ведешь иногда беседы, но не знаешь о них ничего ровным счётом. Кивая, Гарри берет чашку чая. – Но у тебя всегда есть шанс узнать их лучше. – Моя мать вела какой-то бизнес с его семьей, и это было, по большей части, её решение. Не знаю, что именно пошло не так, – Луи врет, чувствуя лишь легкую толику вины. – Мне жаль, – бормочет Гарри, дуя на горячий напиток. – Это, вероятно, было шоком для тебя. Луи подавляет смех глубоко в груди. Кажется, он застрял где-то к горле и превратился в огромный ком. – Все в порядке, – хрипит он, вспоминая сообщение Филиппа. Это уж в самом деле было шоком. – Это честь для меня, – добавляет Гарри, поднимая взгляд; его зеленые глаза кажутся серыми, поблескивая за паром от чая. – Для меня тоже, – отвечает Луи, тряхнув головой. Конечно, Гарри врет. Все врут, чтобы порадовать Королевскую Семью. Он очень рано это усвоил. – Мне жаль, что все это обрушилось на тебя так внезапно. – Не беспокойся об этом, – Гарри вежливо улыбается, и милая ямочка показывается на его левой щеке. – Думаю, мне просто нужно немного времени осознать, что это реальность, а не очередной сон. Луи кивает, откидываясь на спинку кресла. Пожалуй, лучший вариант – притвориться, что все порядке. – Мне говорили, ты в Оксфорде? – Да, это мой последний год. Отделение политики и международных отношений. – Ты действительно хочешь заниматься этим в дальнейшем? – спрашивает Томлинсон. Гарри пожимает плечами. – Полагаю, да. Луи кивает, не обращая внимания парня на то, что их помолвка и свадьба будут иметь широкую политическую огласку. Они обсудят это, когда узнают друг друга немного лучше, – заключает он. Дверь распахивается снова, и входит его мать, за ней следуют Энн и Джеймс, публицист королевской семьи. – Луи, – говорит он тепло, утопив того в объятии. Они стали друзьями в последние годы, да и Томлинсон принимает каждого, кто не обращается с ним, будто он прибыл с другой планеты. – Рад видеть тебя. – Я тоже, Джеймс, – отвечает Луи. Он делает шаг назад и указывает жестом налево. – Это Гарри. – Сир Гарри, – произносит Джеймс, пожимая ему руку. – Рад встретить Вас. – Я не менее рад, – вежливо отвечает Гарри. – Я Джеймс Корден, публицист Королевской Семьи, – он поворачивается к Джей и Энн. - Полагаю, нам необходимо решить несколько неотложных вопросов.xXx
Часом позже Гарри подумывает о том, что его голова вот-вот взорвется. Каждая мельчайшая деталь уже обговорена. У него завтра первый день нового семестра, Луи отвезет его в университет и заберет позже. Они очевидно будут замечены. Джеймс нанял фотографов, чтобы быть уверенным: каждое средство массовой информации получит высококачественные фото. Весь мир будет гудеть о них. Официальная версия такова: Гарри и Луи стали друзьями несколько лет назад после их встречи на благотворительном мероприятии Bluebell Wood Hospice в Йоркшире. Они будут придерживаться рассказа, объявленного Королевой: она нарекла Гарри лучшим претендентом на Корону после их знакомства (с помощью Луи, конечно). Статьи, что выйдут в течение следующих нескольких недель, тщательно спланированы, чтобы обнародовать новые детали одну за одной. Они представят отношения Гарри и Луи как сказочный роман, настоящую любовь, найденную в королевском окружении, чтобы отвлечь внимание от прежней помолвки Томлинсона. Гарри разрешено оставить квартиру в Оксфорде, но при условии, что у него будет только три дня занятий. Также будет куплена квартира в Лондоне, куда они вместе с Луи переедут на следующей неделе. И, конечно, все это будет освещено в печати. Кроме того, они вместе с друзьями пройдутся по мебельным магазинам. После этого Букингемский Дворец сделает официальное заявление Миру: Гарри – новый жених Луи. Все решено и организовано. Нет пути назад. Этим утром Гарри проснулся с головной болью только о том, что ему нужно паковать вещи и возвращаться обратно в Оксфорд. Все, о чем он волновался – это то, что Лиам не приедет в первую неделю, и их квартира будет чувствовать себя одиноко без него. А теперь, возможно, отсутствие Лиама даже к лучшему. Как Стайлс объяснил бы, что да Принц Луи подвез его до Оксфорда? Гарри сам-то не в состоянии это осознать, поверить, что ему придется притворяться по уши влюбленным в абсолютного незнакомца – так как же он должен заставить целый мир верить в это? Голова Гарри раскалывается.xXx
– Окей, Луи, что здесь происходит? Луи поднимает взгляд на Зейна и закусывает губу, пожимая плечами. – Ты идешь в мебельный магазин со мной и моим новым женихом? Зейн поднимает бровь, даже Найл снимает солнцезащитные очки и окидывает Томлинсона критичным взглядом. Они – у станции метро в Примроуз Хилл, ожидают Гарри. Луи, Зейн и Найл прибыли на машине, но Стайлс встретил друга в Кингс Кросс и настоял на том, что они приедут на метро. – Твоим новым женихом? – Мама устроила все это, – защищается Томлинсон. – Отлично. Мне все равно никогда не нравился Филипп, – вставляет Найл, скрещивая руки. На нем – коричневое пальто, что, кажется, совсем не согревает. – Он кретин. – Да? – спрашивает Луи. Совсем недавно парень отлично доказал данное утверждение, но Томлинсон никогда не замечал этого до инцидента с корейской поп-звездой. – Он – далеко не лучший выбор, – поправляет Зейн Хорана. – Слегка чопорный. К тому же, сноб. – Новый лучше? – интересуется Найл. Луи вспоминает понедельник, когда он подвозил Гарри в университет. Парни провели вместе только около двух часов, но это время было довольно неплохо. Сначала они безмятежно говорили о какой-то ерунде, прежде чем Стайлс отпустил комментарий в сторону музыки Луи. Все закончилось очень долгой дискуссией о группах и поп-культуре. В конце концов Томлинсону удалось узнать: Гарри – хипстер, предпочитающий бабблгам-поп. Это даже, пожалуй, в какой-то мере мило. – Он славный, – в конечном счете отвечает Луи. – Однако же почему твоя мать расторгла помолвку с Филиппом? – не оставляет тему Зейн. – И как она так быстро нашла ему замену? Луи не сводит взгляда со ступенек, ожидая появления Гарри. – Полагаю, она тоже подумала, что он кретин. – И могла она сделать так только из-за этого, всё же? – интересуется Найл, тихо шаркая ногой. – Она Королева, – напоминает Зейн. – Какое счастье, что она еще не решила выкинуть нас из твоей жизни, в таком случае, – делает замечание Хоран. – Ты вообще что-нибудь решал? – Я никогда ничего не решаю, не так ли? В смысле, вся эта ерунда с Филиппом устраивалась еще с моего рождения, потому меня никто никогда об этом не спрашивал. – Один из тех моментов, когда я совсем тебе не завидую, – Малик жестом указывает в сторону лестницы, кивая головой. – Это он, да? Луи оборачивается и видит Гарри, направляющегося к ним в компании другого парня. В то время как Стайлс одет в черное пальто, длиной до колен, и зеленый шарф, что так чудно сочетается с его глазами, его друг выглядит действительно лихо. На нем – кроссовки, мешковатые джинсы, а джинсовая куртка распахнута, показывая клетчатую рубашку. – Привеет, – приветствует Гарри, протягивая руку сначала Зейну, потом – Найлу. – Я Гарри. Приятно познакомиться, – он оборачивается, кладя руку за плечи другу. – Это Лиам. Мой сосед по квартире. Парень одаряет их смущенной улыбкой, мельком взглянув на Луи. – Почтен встретить Вас. – Мне нечасто говорят такое, – улыбается Зейн. – Мне никогда такого не говорили, – влезает Найл. – Но я польщен. – Приятно познакомиться, Лиам. Гарри много рассказывал о тебе, – произносит Луи, чтобы снять напряжение. – Действительно? – парень бросает на Стайлса потрясенный взгляд, и Гарри сжимает его плечо. Луи смеется и жестом приглашая всех на другую сторону улицы. – Может, начнем? – Что мы ищем вообще? – Найл хочет знать. – Квартира уже обставлена, – отвечает Гарри. – Но нам нужны детали, что помогут сделать пространство более, так скажем, личным. Может, картины? Луи пожимает плечами. – Выбирай. Мне не нужны картинки на стенах. – У тебя должен быть хороший вкус в искусстве, – перечит Гарри. – Мы выберем их вместе. Пока Гарри говорит что-то Лиаму, Луи кидает умоляющий взгляд на Малика, одними губами произнося: «спаси меня». На это Зейн только подмигивает. – Если вам ничего не нужно, может, мы просто пойдем пообедаем? – Найл выуживает из кармана мобильный и печатает в нем что-то. – Буквально за углом есть чудный греческий ресторанчик, – говорит Гарри. – Мы можем заглянуть туда после. – А пока лучше приняться за дело. Общественность должна иметь тему для обсуждений, – объявляет Луи, открывая дверь в Художественную Галерею.xXx
Гарри заключает, что ему нравятся друзья Луи. С ними забавно. Зейн помог ему выбрать картину для гостиной, которую Лиам повесил над диваном по прибытии в квартиру. Найл был тем, кто настоял, чтобы вернулись они все вместе. – Если я должен выбирать эти чертовы вазы для вашей спальни, то без вопросов еду смотреть на вашу квартиру. И пить пиво, испытывая новый диван, – ультимативно заявляет тот, и Луи даже не пытается спорить. Друзья рядом отлично отвлекали от факта, что Гарри совсем скоро будет жить с Луи (что заставляет последнего чувствовать себя странно). Он нравится Стайлсу, он славный, и Гарри думает, они сойдутся. У кудрявого все еще сохранилась эта неловкая влюбленность, которую предстоит погасить, чего, кстати, еще так и не произошло. На самом деле, ситуация даже обострилась, когда он выяснил, что Луи не просто невероятно красивый и милый, а у него потрясающее чувство юмора, остроумие, и парень действительно очень любит семью и друзей. Гарри придется с этим справиться. Они оба здесь далеко не потому, что влюбились. Они здесь потому, что их родители условились о свадьбе. Закрыв за Лиамом дверь, Гарри возвращается на кухню, где Луи ставит стаканы в посудомоечную машину. Он поднимает взгляд, и его губы подергивает легкая улыбка. – Это очень странно, – выпаливает Гарри против собственной воли – он просто не может сдержать это в себе. – Правда? – вытирая руки о полотенце, спрашивает Луи. – Чувствую себя необычно нервно. – Я тоже, – признает Стайлс и запихивает руки в задние карманы джинс. – Я жил с Лиамом последние два года, но, полагаю, сейчас совсем другие обстоятельства. – Полагаю, да, – кивает Луи и подходит ближе. – У вас же не было одной спальни. Гарри чувствует, что его щеки краснеют, и качает головой. – Ситуация будет странной, только если мы сделаем её таковой, да? Я делил постель с Лиамом десятки раз, также как и с другими приятелями. Это только сон. Луи улыбается. – Верно. Найл – тот еще любитель пообниматься. Где бы мы не останавливались на ночь вместе, он спит в моей кровати. Это ничего не значит. – Может, посмотрим фильм. Еще не слишком поздно, – предлагает Гарри. – Звучит великолепно, – Томлинсон проходит в другую комнату и включает телевизор. Гарри садится на диван, предварительно прихватив плед, и накрывает им колени. Луи переключает каналы, губы сжаты в тонкую полоску. – Знаешь, – произносит он, поворачиваясь к Стайлсу с ухмылкой на губах. – Есть только один фильм, что мы сейчас можем посмотреть. Гарри хмурится. – Порно? Луи смеется, закинув голову назад и держась за живот. Он совершенно обескураживающе прекрасен сейчас. – Нет, Гарри, – выдает он, с трудом дыша. – Как тебе это в голову пришло? – Не знаю, – отвечает парень, пожимая плечами. Он должен чувствовать себя невероятно глупо, но вместо этого кудрявый счастлив, что смог заставить Луи смеяться. – Твой тон слишком сильно намекал на что-то непристойное. – Я имел в виду “Дневники принцессы”, вообще-то, – поясняет Томлинсон. – Это не порно. – Умный выбор, – заключает Гарри. – Мне нравится эта идея. Луи садится рядом, перетягивая на себя плед. Они борются несколько секунд, но Стайлс сдается и отступает. Парень усмехается, прежде чем придвинуться ближе и укрыть Гарри тоже. – Какое благородство, – язвит тот. – Делиться – значит заботиться, юный Гарольд. – И познаёшь ты это дома. Гарри хмурится: странно всё-таки называть это место домом, но, кажется, Луи решил пропустить это мимо ушей. Он только хихикает, выбирает фильм и откладывает пульт в сторону. Фильм начинается, и какое-то время они оба сидят в комфортной тишине. – Твоя мать сделает заявление завтра, верно? – спрашивает Гарри, переведя взгляд на Луи. – Тогда все будет официально, – мурлычет тот в ответ. – Ты напуган? – голос Стайлса садится до шепота, горло будто сжимают. Луи поворачивается к нему, тянется, чтобы дотронуться до его руки. – Нет, – спокойно говорит Томлинсон. – Но это перевернет наши жизни вверх дном. – Все произошло так быстро. Кажется, я еще до конца этого не осознал, – Гарри закрывает глаза. – На прошлой неделе я все еще думал о том, как уговорить того милого парня с моих семинаров по экономике пойти со мной на свидание. Сегодня я помолвлен и готовлюсь стать принцем в мае, и... – Гарри, – прерывает его Луи, сжимая руку. – Прости. – Это не твоя вина, – Стайлс качает головой, не открывая глаз. – В каком-то роде – да, – он слышит, что Томлинсон рвано выдыхает. – Тебя заставили, всё же. Теперь Гарри открывает глаза и смотрит на Луи, видит вину в глазах того и грустную усмешку на губах. – Но тебя ведь тоже, – тихо указывает он. Томлинсон опускает взгляд, пожимая плечами. – Однако это не меняет мою жизнь так сильно, как твою. Я никогда не ожидал чего-то, отличного от свадьбы с человеком, которого моя мать сочтет подходящим. – Мне жаль, – бормочет Гарри, сжимая руку парня в ответ. – Должно быть, трудно не иметь возможности любить того, кого хочешь. Луи смеется, но в его смехе чувствуется горечь. – Все в порядке. Я никогда не думал об этом. Гарри возвращает внимание к картинкам, мелькающим на экране. – Ты многое упускаешь. – Ты не можешь упустить то, на что никогда не имел возможности, не так ли? – Томлинсон пожимает плечами и откидывает голову назад. Он все еще слишком близко к Гарри. – Да, наверное, – кудрявый старается представить, каково это на самом деле. Если Луи был помолвлен с дня его рождения, значит ли это, что он никогда не любил и, более того, никогда ни с кем не был? Возможно, это слишком личное, чтобы спрашивать на данном этапе отношений, но Гарри очень уж интересно. В его голове возникает идея поцеловать Луи. Это смешно. Конечно, Томлинсон был с кем-то и, точно уж, целовал его. Он, чёрт побери, Принц, и он может получить любого мужчину и любую женщину, стоит только захотеть. Возвращаясь к фильму, Гарри старается выкинуть эти мысли из головы. Но они не оставляют парня, даже когда он ложится в постель. Она достаточно большая, чтобы вместить еще двух человек, потому между ними большое пространство. У них собственные одеяла, прикроватные тумбы и достаточное количество подушек, чтобы построить замок. Гарри скидывает почти все из них на пол. Луи дышит тихо и ровно, потому Стайлс отворачивается и закрывает глаза. Парень очень старается вытряхнуть ненужное из головы и впасть в забытье без снов.
