Мятежное сердце

      — Кто, Джослин? — Спросил Алек, в удивлении подняв брови. — Вы явно что-то путаете, — он покачал головой, а потом добавил. — У Джослин, конечно, есть дочь, но зовут ее Милена и этой крохе четыре годика, а сыну Джонатану уже двадцать два. Дочери с именем Кларисса у нее никогда не было.       — От кого, по-твоему, она родила Джонтана? — С ухмылкой поинтересовался Астарт.       — От Люка, разумеется, — моментально ответил парень, и это было его ошибкой. Демоны с легкостью распознали ложь в его голосе и испытующе посмотрели. Под натиском четырех пар глаз он сдался. Тем более, нефилим прекрасно видел, что мужчины и так знали правду. — Хорошо, подловили. Джонатан ребенок Валентина. Джослин выкрала его, когда сбежала от мужа.       — Спасла сына, а дочь оставила на попечение папочке, — сказал Аббадон, складывая руки перед собой на столе, как ученик первого класса. Только галстука не хватало. — Алек, хочешь ты верить или нет, но Клэри действительно дочь Джослин. Отцом, само собой, является Валентин. И причина, по которой девушка бросилась к нему, это твои воспоминания. До сегодняшнего дня она считала свою мать мертвой.       — Как это? — Не понял охотник.       — Валентин утаил от дочери тот факт, что ее мать жива и здорова. По его версии, женщина добровольно стала шпионом в стане Мятежников, но разоблачила себя, за что была казнена публично. В действительности, Джослин просто бросила мужа-негодяя, ушла к врагам, чтобы хоть как-то остановить творимые им ужасы. Там уже влюбилась, вышла замуж и начала новую жизнь. — Пояснил Агарес, взъерошивая рыжие волосы. — Когда Клэри научилась разговаривать, она задала вопрос об этом, а мужчина весьма умело обошел все острые углы. Это не только помогло ему избежать лишних переживаний и истерик со стороны дочери, но и укрепить ее ненависть к Мятежникам.       — Тогда почему Клэри не убила ни одного из нас? — Спросил парень, поднимая руки к потолку, словно тот мог дать ответ на этот вопрос. Он окончательно запутался, потому что лишком противоречивые данные о Рыжей стерве получал каждый день.       — В этом помог твой отец. Он показал ей истинные цели Мятежников. Алек поднял сомневающийся взгляд на демона, но отвлекся, потому что Макс дернул его за край футболки.       — Папа тут? — Шепотом произнес подросток.       — Тут, — выдохнул нефилим и прижал брата к себе. — Он заходил поздороваться недавно. Может еще раз зайти, если ты хочешь.       — Хочу! — Тут же высказался Макс, поднимая счастливое лицо. — Ты, правда, позовешь его? — Спросил он, широко улыбаясь. Увидеть и поговорить с отцом, было мечтой ребенка.       — Нет, мне нельзя выходить из дома, — покачал головой охотник, а потом посмотрел на Астарта. — А вот кое-кто без проблем покидает его территорию.       — Ты чего задумал? Одного скандала тебе мало? — Тут же спросил тот, но, увидев надежду и потаенную радость во взгляде Макса, махнул рукой. — Ладно, фиг с вами, позову я Роберта. Прям Клэри, только другого пола. Тоже, как вцепиться щенячьим взглядом, что совесть отказать не позволяет.       Алек тихо засмеялся и, отпустив брата, поднялся на ноги.       — Можно я поговорю с Клэри? — Задал он вопрос Стражам. Те переглянулись между собой. С одной стороны это была хорошая идея, потому что так девушка быстрее отойдет от своих размышлений и прекратит рушить дом. С другой, парня придется соскребать со стены, если он скажет что-нибудь не то. — Обещаю лишний раз рот не открывать, — пообещал тот, без проблем определяя причину замешательства мужчин.       Астарт кивнул его словам и скрылся в прихожей. Сначала он решил лично убедиться, можно ли пустить гостя в подвал. Все-таки, там хранилась самая большая и опасная тайна Дознавателя.       — Иди, она ждет тебя, — сказал демон, возвращаясь в кухню. — Только осторожно.       Охотник кивнул и, попросив присмотреть за братом, быстро прошел в небольшую коморку, заваленную барахлом. В глаза опять бросилась одежда нефилимов, о которой он так и не успел спросить девушку. Собственно, Алек о ней и не вспоминал до этого момента. Поставив в голове очередную жирную галочку, чтобы наверняка не забыть, парень медленно перебрался через коробки к приоткрытой двери, которую в прошлый осмотр не заметил.       Из прочного металла, сливающаяся по цвету со стенами, без ручки и замочной скважины она открывала вид на узкий проход, резко уходящий вниз. Ступеньки, вырезанные прямо в земле, но аккуратно выложенные искусственным камнем, уводили глубоко под дом. Подвалом это место назвать можно было с большой натяжкой. Хорошая отделка стен, проведенное электричество и никакого затхлого запаха навевали скорее на мысли об еще одном пожилом этаже, спрятанным под землей от посторонних глаз.       Следуя в одном единственно возможном направлении, нефилим пытался придумать причину, по которой Дознаватель соорудила такое. В том, что здесь не обошлось без помощи демонов, он не сомневался ни секунды.       — Забавно, правда, — послышался голос Клэри, когда нефилим приблизился к повороту коридора, — я всегда боялась, что кто-то узнает об этом самом охраняемом месте во всем Аликанте, а теперь позволяю тебе спокойно разгуливать тут.       — Что такого важного в простом подвале? — Спросил он, заворачивая за угол, и замер.       Девушка сидела на полу, поджав под себя ноги и положив руки на колени. Костяшки были содраны, в кровь, что уже начала подсыхать, образовывала корку. Затылком она упиралась в стену. Рыжие волосы были рассыпаны по плечам, а взгляд устремлен куда-то в пространство. Только сейчас парень заметил хаотичные следы кровавых отпечатков на каменной кладке, одежде, массивной двери из стали, что переливалась серебром в свете лампочки в конце коридора. Видимо Клэри успокаивала нервы на подручных средствах.       — В нем спрятан мой страх, и опасная ложь, — тихо произнесла Дознаватель, прикрыв глаза. — То, что я шесть лет скрываю от отца.       — Это твои плен…       — Молчи, — резко оборвала его девушка, даже не открывая глаз. — Не произноси при мне эту фразу вслух никогда. Даже если мы наедине.       — Но ты же, — Алек был в недоумении, но и на этот раз его прервали.       — Дала намек, но подтверждать не стану даже под пытками, — огрызнулась она, распахнув глаза. Собеседница смотрела на охотника серьезным взглядом, и он понял, по этому вопросу лучше не спорить. Раз велено молчать, надо держать язык за зубами.       — Не пояснишь тогда, что на тебя нашло? — Поинтересовался парень, присаживаясь рядом с девушкой. Она не стала возражать, наоборот, положила голову ему на плечо и вздохнула.       — Прости меня, — ответила Клэри. — Я не хотела сделать тебе больно. — Девушка облизнула пересохшие губы. Ее мучила вина за такое поведение, ведь она не только чуть не покалечила пленника, но еще и жутко напугала его брата. — Я лишь хотела узнать правду.       — Правду о матери? — Спросил Алек. Он осторожно взял в руки ладонь Дознавателя и подул на содранные костяшки. К его удивлению, она не дернулась и не отстранилась, а нежно улыбнулась. Тогда парень вытянул стило из кармана шорт девушки и начал наносить Иратце на раны. Ему хотелось успокоить ее, и у него это получилось. — Не каждый день узнаешь, что она жива, да?       — Я подозревала, что Валентин мне врет, — произнесла охотница, ощущая теплые прикосновения пальцев к коже, — ни один из пленных и в помине не знал о женщине, которую казнили из-за шпионажа. Думаю, ты тоже подтвердишь, что таких данных нет. — Собеседник кивнул, соглашаясь с ее словами. Он знал все, что происходило в Институте, и такой информации в его мысленной картотеке не было. — И сегодня, благодаря твоим воспоминаниям, я получила веские доказательства того, что моя мать жива. Это, — Клэри запнулась, подбирая нужное слово для описания своих чувств, — взбесило меня.       — Потому что от тебя это скрыли? — Попытался угадать Алек.       — Нет, — усмехнулась девушка, почувствовав, как парень сжал ее руку в знак поддержки, — потому что она не спасла меня от этого чудовища, которого я зову своим отцом.       Голос Дознавателя прозвучал так, что у охотника по спине побежали мурашки. Он повернул голову и наткнулся на горящие огнем ненависти зеленые глаза. Такой взгляд обычно называли убийственным. Хорошо еще, что эти эмоции были направлены не на него. Парень высвободил одну руку, которой притянул девушку к своей груди и обнял.       — Если Джонатан твой родной брат, то я понимаю причину твоей злости, — тихо произнес он, поглаживая Клэри по рыжим волосам. — Жизнь под гнетом Валентина явно на счастливую не тянула.       — Дело не в этом, Алек! — Воскликнула охотница, пытаясь отстраниться от нефилима, но тот лишь сильнее сжал ее в объятиях, предотвращая все попытки нарушить контакт. Дознаватель выдохнула, успокаиваясь, а потом продолжила разговор, — почему она забрала его, а не меня? — Спросила она, словно собеседник мог знать ответ на этот вопрос. — Почему обрекла на страдания, что я переживала каждый день, находясь в обществе прихвостней нефилимов? Я не говорю, что Джонатан должен был страдать вместо меня, так как он парень, но ведь можно было выкрасть нас обоих!       — Ответ на этот вопрос может знать только Джослин, — ответил Алек, прижимаясь щекой к макушке девушки. — И то, я сомневаюсь, что она сможет объяснить свой выбор.       — Я сильно сомневаюсь, что она вообще помнит о втором ребенке, — буркнула та, — столько лет прошло. К тому же у нее теперь есть дочка. Как ты сказал, Милена? Такая кудрявая девчушка?       — Да, — улыбнулся парень, вдохнув поглубже неповторимый аромат, что исходил от волос. Сочетание цветов, книжной пыли и крови приятно щекотало обоняние. Он сжимал Клэри в объятиях, и выпускать не собирался. — Она как маленькая звездочка, всегда веселая, звонкая и светящаяся энтузиазмом. Вы с ней очень похожи, — добавил нефилим, поцеловав рыжие локоны, — неугомонные девушки.       — Скажешь тоже, — сморщила нос девушка. — Я скорее отчаявшееся недоразумение.       — Глупая ты, — покачал головой Алек, сжав одной рукой ладони Дознавателя на случай, если ему захотят дать в ответ.       Клэри приподнялась в кольце рук. Что она искала в его лице, он не знал, но мог заметить, что слова не обидели охотницу. Она слегка улыбнулась, а в зеленых глазах появились радостные искорки. Парень подался непонятному порыву и прикоснулся кончиками пальцев к щеке, а потом плавным движением заправил за ухо выбившуюся прядь. Он смотрел на нее и терялся в догадках, сколько же личностей скрывается в этой девушке. И насколько сильна ее воля, раз она под носом самого Валентина не боится проворачивать свои грязные дела.       Алек не заметил, как приблизился к Рыжей стерве почти вплотную. Упустил из внимания расширившиеся зрачки и учащенное дыхание. Свое или чужое, было уже не важно. Нефилим лишь хотел, чтобы этот момент никогда не заканчивался.       — Вы чего там притихли? — Раздался крик Астарта. — Поубивали что ль друг друга?       Охотник закрыл глаза, едва сдерживая ироничную улыбку. Клэри опустила голову и прижалась лбом к его груди, выдыхая. Когда романтический момент был нарушен, оба осознали, каких глупостей едва не натворили.       — Я не понял, мне что, готовить мешки и чистящие средства? — Снова прокричал демон, не решаясь спуститься в подвал.       — Астарт, отцепись уже! — Ответила ему девушка, мягко высвобождаясь от объятий. — Сейчас поднимусь и как начищу твой пернатый хвост!       — Понял, удаляюсь! — Хохотнул тот и закрыл за собой дверь.       — Клэри, я, — попытался сказать хоть что-то Алек, но охотница покачала головой.       — Не будем об этом, — ответила она и поднялась на ноги. — Надо возвращаться в дом, а то демоны так и не успокоятся.       — Значит, мы не заглянем за эту интересную дверь? — Перевел тему парень, сдерживая разочарованный вздох.       — Маленький ты еще, чтобы видеть такие ужасы, — улыбнулась Клэри, взъерошивая волосы собеседника, что продолжал сидеть на полу. — Пойдем, мне надо серьезно поговорить со стражами.       — И о чем же ты собралась вести беседу? — Полюбопытствовал нефилим, вставая. Разница в росте между ними сразу же стала весомой, и теперь девушка смотрела на него снизу вверх.       — Об очередной выходке Дознавателя на почве путешествия в воспоминания Александра Лайтвуда, — усмехнулась она, а потом, резко поднявшись на носочки, и поцеловав парня в щеку, бросилась бежать.       Алек пару секунд переваривал случившееся, а потом кинулся следом, словно хищник, вышедший на охоту. Догнать Дознавателя ему не удалось, а повеселить демонов, что столпились у двери в каморке, сколько угодно. Еще бы, два Сумеречных охотника, выскочивших из подвала, как пробки из бутылок, хохочущих и явно довольных жизнью, это не каждодневное зрелище. Они, конечно, видели такое с утра, но привыкнуть не успели.       — Мы опять что-то упустили? — Спросил Агарес, вскидывая брови.       — Нет, вы просто не вовремя вмешались, — фыркнула Клэри и, не дав мужчинам, как следует обдумать информацию, выложила следующую, — а еще мы отправляемся в Институт!       — Что?! — Хором спросили четыре Стража и нефилим, что стоял за ее спиной, не успевая поймать падающие челюсти.       — Почему такое удивление на лице? — Наигранно воскликнула девушка, уперев руки в бока. — Я хочу поговорить с матерью. Разве это преступление?       — Алек, чем вы там занимались в подвале? — Полюбопытствовал Аббадон, приходя в себя первым. — Чует мое место, любящее приключения, что явно чем-то незаконным.       — Дорогие мои, — пропела Дознаватель, растягивая губы в широкой улыбке, — не ваше дело, чем я занималась, с кем я этим занималась, и в какой позе, ясно? И советую отстать от Алека, а то в глаз дам каждому. — Она взмахнула волосами и направилась на кухню. — И отомрите уже, устраивать музей каменных изваяний тут не надо. Пылесборников и без этого хватает.       — Кто-нибудь что-нибудь понял? — Оторопело спросил Астарт, кидая взгляд на коллег.       — Честно, кроме того, что Алек и Клэри переспали, ничего не понял, — отозвался Агарес, а потом захохотал, увидев выражение лица парня.       — Мы ничем таким не занимались! — Буркнул тот, скрестив руки на груди.       — Да знаем мы, знаем, — улыбнулся Бельфенгор, хлопнув охотника по плечу. — Просто у тебя было такое выражение лица удрученное, что нельзя не поиздеваться.       — Обломали мы вас, да? — Сдерживая смех, спросил Аббадон. — Наверно в самый разгар дела напомнили о себе.       — Да заткнитесь вы уже, — слабо огрызнулся Алек. Он отвернулся от демонов и поспешил пройти за девушкой, потому что щеки его заливал легкий румянец. Парень даже не мог сказать, отчего краска стыда появилась.       — Выслушал лекцию? — Спросила Клэри, поедая заварное пирожное. Нефилим хмуро кивнул в ответ и плюхнулся на стул. — Это они еще про детей и секс не начали рассказывать, — захохотала она, вспоминая, с каким усердием Стражи объясняли ей особенности репродукции человека. Чуть до практики дело не дошло, благо поблизости не нашлось ни одной демоницы.       — Не дай Бог! — Фыркнул охотник, а потом испытующе посмотрел на собеседницу. — А что это за бредовая идея? Ты действительно хочешь попасть в Институт?       — Да, — спокойно ответила Дознаватель, подмигивая Максу. Подросток, измазанный в креме и сахарной пудре, поедал свою порцию сладостей и как радар ловил каждое слово. — Тебя что-то не устраивает? Неужели ты не хочешь повидать Маризу?       — Клэри, одно дело, если на порог Института заявлюсь я, но совсем другое, если это сделаешь ты в компании четырех демонов! Тебя там просто на кусочки разорвут! — Воскликнул Алек. Он посмотрел на появившихся мужчин, но те пожали плечами, предоставляя возможность нефилимам выяснять отношения самостоятельно. Может это пойдет для них на пользу. — Клэри, достаточно вспомнить, сколько легенд о Рыжей стерве ходит среди Мятежников. Они не станут слушать, с какими намереньями ты пришла, благими или нет, они просто убьют ту, что доставляет им столько неприятностей.       — Алек, ты беспокоишься обо мне? — Спросила девушка, склонив голову на бок.       — Да, черт возьми, я беспокоюсь о тебе! — Бушевал парень. Он не заметил, как на лице собеседницы проскользнула едва заметная счастливая улыбка. Не заметили ее и демоны, чье внимание было обращено к охотнику. — Я же не бесчувственная сволочь!       Стражи довольно прикрыли глаза. Они надеялись, что такая забота со стороны нефилима немного остудит пыл хозяйки. Все-таки раньше никто за ней так завуалировано не ухаживал. Информацию о том, что у Алека есть любимый человек, все успешно забыли. Как и забыли тот факт, что Дознавателя ничто, и никто не остановит, если она загорелась идеей.       — В таком случае, — улыбнулась Клэри, — ты пойдешь со мной.       — Ну, слава Богам, — облегченно выдохнул Алек, а потом, когда осознал смысл произнесенных девушкой слов, выругался. — Да что ж такое! Тебя в детстве что, головой обо что-то ударили? — От возмущенного восклицания демонов он отмахнулся, как от назойливой мухи. — Никакого инстинкта самосохранения! Теперь я понимаю, почему ты так спокойно врешь Валентину в лицо.       — А вот тут ты не прав! — Обиделась девушка, надув губы. — И вообще, я приняла решение и отступать не собираюсь. Так что ты, либо идешь со мной в Институт, либо остаешься в Аликанте и ждешь результатов переговоров. — Поставила она охотника перед выбором. — И можешь не сомневаться, я попрошу демонов, чтобы они как следует, заперли все замки, дабы лишить тебя возможности, даже нос высунуть на улицу. — Клэри победно улыбнулась, наблюдая мученическое выражение лица нефилима.       — И кто тебя только научил так манипулировать людьми? — Спросил тот, запуская руку в темные волосы.       — Отец, — тут же ответила Дознаватель. — Хоть какая-то польза от него.       — Макс пойдет с нами? — Сдавшись, уточнил Алек, переводя взгляд на довольного брата. Новость о визите в Институт его порадовала, хоть он и не собирался оставаться там.       — Разумеется! — Заявила девушка и вскочила на ноги. — Выходим вечером, как только стемнеет, а пока можете отдыхать! Макс, если захочешь что-то почитать, библиотека в твоем полном распоряжении.       Она, подпрыгивая от радости на каждом шагу, удалилась в библиотеку. Стражи сначала смотрели ей вслед, как и охотник, а потом повернулись к парню. Выражения лиц у всех были хитрющие, если так можно судить по прищуренным глазам и широким улыбкам.       — Алек, — протянул Агарес, подпирая подбородок руками, — а ты поцеловал Клэри просто в губы или по-настоящему, с языком? — Спросил демон, словно это был разговор о погоде.       — Да иди те вы! — Огрызнулся нефилим, заливаясь краской смущения под громкий хохот четырех мужчин, что получали удовольствие от подтрунивания над пленником.