Граница с севером

В больничных коридорах было пусто, и лишь в самом конце слабо горел свет поста дежурной медсестры. Николас до побеления пальцев сжимал в руках мобильный телефон и судорожно соображал. Обыск в квартире. Кто? И если не документы, то неужели действительно за Сэмом и Итаном охотятся? И если да, то кто? Вопросов с каждой секундой становилось все больше и больше, а ответов как не было, так и не находилось. Он не знал, сколько времени так и простоял, замерев. Но сзади тихо закрылась дверь, и Брайан уставился на него с тем же спокойствием, с которым смотрел постоянно: - Поговорили? - Да. А тебе-то что? - по привычке огрызнулся Николас. Он уже привык, что куда бы ни направлялся и за что бы ни брался, Брайану каким-то мистическим образом всегда удается его опередить. Не важно, были ли это просто статьи или какие-то идеи. Даже сейчас, с расследованием, которое напрямую затрагивало его семью, он оказался впереди. С теорией, которую осмеивали все. - Ничего. Доброй ночи, Николас, - вежливо кивнул Брайан и направился к выходу. - А ты куда теперь? - машинально следуя за ним, Николас шел к выходу. - Буду и дальше следовать своей теории. Теперь только буду осторожнее. Переночую дома, а там посмотрим. А ты? - Они зашли в лифт, и Брайан вежливо посторонился, давая Николасу больше пространства. - Пойду в полицию. - Зачем? - Зачем? Ты издеваешься? - Николас буквально подпрыгнул на месте. Слова Брайана казались полной издевкой. К чему было наводить столько шума с теорией о том, что альф ловят на живца, искать доказательства, а потом спрашивать: "Зачем?", да еще и с таким невозмутимым видом. - А если они в опасности? - Тогда, тем более, лучше молчать. - Ты идиот. - Нет. Если еще и ты придешь в участок с такими заявлениями, то из тебя сделают еще большее посмешище, чем из меня. Во-первых, отделение полиции здесь никак не связано с полицией на юге, поэтому они все равно ничего сделать не смогут. Во-вторых, даже если ты каким-то образом достучишься до них, то все равно улики только косвенные. Весь погром, если он и был, можно списать на простой гудеж пьяной компании, а то, что ничего ценного не было украдено, лишний раз указывает на мелкое хулиганство. Сэм мог тогда просто заявление в полицию написать... - Он и написал! - Тогда все, что можно было, он уже сделал. А в-третьих, я бы не стал ничего говорить полиции. Они сами могут быть в этом замешаны. - Ты совсем с дуба рухнул? Что ты там пересмотрел? Твин-Пикс? Колумбу? - Какую клумбу? Я не понимаю и половину того, что ты пытаешься мне сказать. Подвезти тебя до отеля? - Брайан вышел из лифта и уже было подал Николасу руку на спуске с крыльца больницы, но тот бегом добежал до машины и уже дергал дверную ручку. - Никуда я не поеду. Ни в какой отель! Вези меня к себе и показывай свою теорию. Наглядно. Всю! - Но мы будем дома одни. - И что? - Я альфа, ты омега. - Мне не шестнадцать лет. Мой брат может быть в опасности. Открывай свою таратайку и поехали! Брайан молча кивнул и, не спеша обогнув машину, разблокировал двери. Еще до того как он хотя бы попытался подойти и открыть Николасу дверь, тот уже сидел пристегнутым на переднем сиденье и нетерпеливо ерзал: - Заводи уже. И что это за фигня про то, что сама полиция в этом участвует? Это ты откуда высосал? - Николас, ты не мог бы воздерживаться от чрезмерного употребления жаргона? Я за твоими мыслями иногда не успеваю, а тут столько переводить приходится. - Терпи. Из-за того, что тебе тогда доверили тот обзор серии выставок, мне пришлось целый месяц под липовым паспортом тереться с проститутками для статьи про нашу полицию нравов. Хоть денег там заработал нормально... Машину резко тряхнуло, и Брайан застыл с каменным лицом, смотря перед собой. Николас осмотрелся по сторонам, но дорога была пустая, и ничего такого, из-за чего стоило так резко тормозить, не было. - Что встал? - Так это правда, что ты реально проституткой работал? - Если бы не ошарашенное и одновременно какое-то обреченное лицо Брайана, Николас бы опять взорвался, переходя на свою обычную язвительность. Но альфа выглядел слишком обреченным, и Николас все же смог взять себя в руки. - Вот откуда слухи пошли... Езжай давай, не спал я ни с кем. Терся на обочине с парнями, болтал о всякой ерунде. А если снимал кто, то я ему в отеле пел, что сам из полиции нравов. Те в отказную шли и проваливали радостные, что ни штрафа, ни пятнадцати суток не получили. А денег заработал много, потому что за статью тогда хорошо заплатили. Каким-то шишкам понравилось, что я облик полиции в глазах горожан поднял. Вот и свалилась "премия". Что ты так напугался? Тебе-то до моей задницы чего? Машина вновь набрала скорость, и Брайан с привычным вежливо-учтивым лицом смотрел на дорогу. - Ничего. Прости, если я задел тебя. В редакции иногда ходили про тебя слухи. - И ты им поверил? - Нет. Пока ты сам только что не сказал, что заработал деньги параллельно с написанием статьи про проституцию. Это как-то неудачно вывалилось из контекста. - Да, вот, значит, какого ты обо мне мнения. Еще и слухи про меня собираешь. Вот спасибо... А сам-то чего? Омега твой где? Чего такого красавчика-лапочку, как ты, сюда одного отправил? - Николас, - обреченно выдохнул Брайан, - я уже давно живу один, и у меня нет омеги. - А чего тогда не продашься? Веселее же. - Мне не весело, Николас. Жить с кем попало только ради того, чтобы не быть одному, еще хуже одиночества. А почему ты не купишь себе альфу? - Мне и без вас хорошо, - пробурчал Николас, отворачиваясь к окну. Они еще долго ехали по темным улицам, пока, наконец, не остановились у дома Эдана. Брайан припарковался рядом с гаражом и, не загоняя туда машину, выключил двигатель. - Выходим, - скомандовал он, и Николас был у входной двери еще до того, как он успел выйти из машины. - Я всегда поражался, как ты быстро все успеваешь... - А что, мне ждать, пока ты мне дверь откроешь? Захочу выпендриться, посижу. Давай шевелись, что у тебя там за великие тайны? И Брайан, обреченно выдохнув еще раз, пустил его в дом. Сказать, что Николас облетел все комнаты за одну минуту - не сказать ничего! Стихийное бедствие в виде незадачливого журналиста успело побывать даже там, куда Брайан стеснялся заходить, и остановилось только у его доски с картой и фотографиями пропавших альф. Но вместо того чтобы высказать какие-то соображения или предположения, Николас не удостоил Брайана даже критики. - А есть что пожрать? - Что? - опешил тот. - Есть хочу, говорю. Не ясно, что ли? Ты в больницу целую авоську приволок, неужели ничего не осталось? - Сейчас разогрею, - пообещал Брайан. Молча рассматривая фотографии, фоторобот и карту, Николас на несколько минут превратился в совершенно спокойное существо, пока Брайан не позвал его на кухню ужинать. - Сюда тащи! - крикнул он в ответ, усаживаясь на диван. - Ты там что, ужин при свечах накрываешь? Брайан появился через несколько минут с подносом, на котором стояли тарелки и чашки. - Что так долго? - возмутился Николас, хватая тарелку. - Да я там столб для стриптиза устанавливал, но раз ты решил не идти туда, пришлось все убирать. Николас завис с вилкой во рту и долго смотрел на невозмутимое лицо Брайна: - Ты что, шутить умеешь? - Пытаюсь временами. - Больше не надо... - Ладно, но что-то ты подозрительно тихо тут сидел. - Думал над твоей доской. Смазливые альфики. Ничего нового по фоткам сказать не могу. По карте тоже. И фоторобот один на всех? - Шутишь? Это только Итановский омега. - Ясно. Понятно. Это тупик. Где еще копал? - Везде. - Так уже и везде? - ехидно поинтересовался Николас, и его глаза радостно заблестели. - Ну, и что я упустил? - Я откуда знаю? - Николас пожал плечами. - Мне твоя теория с самого начала не понравилась. Откуда мне было знать, что это потому, что ты глубоко копнул, а не потому, что ты идиот. Теперь второй вопрос, что ты там про полицию говорил? Они-то тут причем? Ну, кроме своего очевидного бездействия. - Я думаю, что в полиции у них свой человек. Необязательно сам полицейский, это может быть кто угодно, от уборщика до штатного электрика. Повесился же как-то этот бета, который помогал продавать альф. - Ну, повесился, и что? - Ну, например, чтобы повеситься так высоко, как он в камере, хотя бы стул должен быть. Иначе это физически невозможно. Я уже не говорю о том, что он откуда-то ремень взял, хотя в протоколе изъятия вещей черным по белому написано о его изъятии. Никаких посетителей у него не было, кто и когда этот ремень передал, не ясно. Да и тот омега, что в больнице умер... Разве не подозрительно, что он все время с больной печенью ходил и умер за несколько часов до допроса? - Бывают и совпадения, - резонно заметил Николас. - Слишком уж их много, - выдохнул Брайан. Он сам не заметил, как потянулся к еде и начал есть вместе с Николасом. Вкус почти не чувствовался, зато присутствие кого-то рядом приятно успокаивало. Он еще раз посмотрел на стену с картой и фотографиями, но в голове было пусто, как и несколько дней назад. Видимо, все, что могла подсказать его теория, он уже сформулировал. Теперь оставалось либо действовать, положившись на интуицию, либо искать какие-то другие точки опоры. Но их просто не было. Он чувствовал себя в тупике, выхода из которого он все никак не находил. - Согласен, - неожиданно отозвался Николас. - И какой у тебя план? - Поеду завтра в ближайший город, где было одно из похищений. Попробую снова поговорить с семьей похищенного альфы. Может, удастся узнать что-то новое. - Хорошо. Я с тобой. - Что? - Брайан вздрогнул. Близость Николаса, вечно к нему цеплявшегося и критикующего, приводила его в постоянное замешательство. - Я говорю, с тобой еду. Это не обсуждается. - Но... - Без "но", Брайан. И только попробуй меня кинуть! - В смысле? - В смысле, бортанешь меня и прощайся с жизнью. - Хрен редьки не слаще. Ладно, я приготовлю тебе постель, - устало выдохнул Брайан и уже было пошел застилать кровать в одной из гостевых комнат. Эдан давно разрешил ему полностью использовать дом. Но до сих пор Брайан не пользовался ничем, кроме спальни, кухни, ванны и той самой гостиной, где развесил все свои материалы. Теперь он тщательно готовил кровать для Николаса и надеялся, что тот не будет доставать его хотя бы во сне. - Не надо. Я тут посплю. Разбуди меня, когда встанешь, - с этими словами Николас стянул с ближайшего кресла плед и демонстративно им накрылся, подумав, что лишний раз подумает над уголовными сводками, если проснется ночью. Но Брайан все же пошел готовить комнату. А когда он вернулся, назойливый журналист, как и обещал, уже спал на диване, накрывшись пледом. Он даже не разделся, только скинул обувь и теперь мирно посапывал, свернувшись калачиком, не потрудившись даже разложить диван. Брайан вздохнул в очередной раз. Спящий Николас казался милым, и в нем было что-то приятное, даже немного привлекательное. Если бы не тот назойливый монстр, в которого он превращался днем, все было бы не так плохо. Брайн помнил, когда они впервые столкнулись в редакции. Николас напоминал вихрь, сметающий все на своем пути, ничто не ускользало от его внимания, и любую тему он подхватывал еще до того, как его в нее вообще посвящали. Подобная способность поражала и удивляла одновременно. Он словно чувствовал, где и что происходит, улавливал ход событий, малейшее их изменение. Он всегда точно знал, куда дует ветер. Они не общались, если не считать пары встреч на летучках, нескольких корпоративных вечеринок и одного обеда в кафе. Брайану тогда показалось, что они, как обычно говорится, "поймали волну". Разговор шел сам собой, темы для бесед находились буквально из ниоткуда. А потом Николас допил кофе, весело ему подмигнул и похлопал по плечу. Пожелал удачи и убежал, цепляясь к какому-то бете, проходившему мимо. Может, если бы Брайан не являлся альфой, у них был бы шанс узнать друг друга получше. Хотя, если то, что Николас вытворяет сейчас, и есть его истинная сущность, то лучше с ней никогда не сталкиваться. Голова шла кругом оттого, какой легкий в общении Николас вдруг может просто тиранить своими требованиями сенсаций. Да еще и Брайан вдруг не угодил ему чем-то. Это сбивало с толку. Обычно он нравился всем, даже тем, кто был заранее настроен негативно, Брайан умудрялся понравиться. И когда он встречался с Николасом на юге, ему показалось, что тот ему симпатизирует. Но, видимо, все было с точностью наоборот. Просто на юге еще имело смысл скрывать свою неприязнь. А здесь смысла не было. Брайан снова тяжело вздохнул и, стараясь не шуметь, тихо вышел, закрывая за собой дверь. А Николас спал тихим, безмятежным сном, чтобы с утра вновь стать причиной головной боли альфы.