Правда или желание?

На работе меня уже стали воспринимать как полноценного сотрудника, больше не было послаблений. Периодически я косячила и получала за это выговоры. Новиков продолжал меня подбадривать, мол, я ведь только учусь, чем больше ошибок, тем быстрее результат… только нужно не забывать исправляться. Он, кстати, продолжал тусоваться в заведении почти каждый день, даже когда не было его смен. Наверное, это потому, что они расстались с Дианой - больше делать ему было нечего, или что? Очевидно, они расстались даже раньше, чем он сказал мне об этом. Я плохо помнила, но, кажется, он действительно был сильно подавлен в мои первые рабочие дни. Так как моя голова тогда была загружена новой работой, я на него совсем не обращала внимания, но сейчас припоминаю, что частенько он вел себя странно… Был очень уставшим, работал больше положенного, раздражался по мелочам. В день, когда он рассказал о расставании мне, Саша был особенно загружен и напряжен – совсем на себя не похож, даже не отшучивался. Но после стал постепенно приходить в себя. Круги под глазами стали проходить, хмуриться стал реже и даже вновь начать подкалывать меня. Хотя все еще в его поведении было много странного. Я все списывала на недавнее расставание и старалась не раздражаться на него, не поддаваться на глупые провокации. Он, кажется, был расстроен моему показному равнодушию. Знакомых я здесь больше не встречала. Только Лиля, естественно, заходила ко мне частенько. Первый раз смущала меня своими комплиментами, мол, мне так идет эта форма и все такое. В последующие дни они приходили вместе с Виком, и она уже не обращала на меня и на мою форму особого внимания. Попс к ним подсаживался, но редко - то ли потому, что не хотел быть третьим лишним, то ли потому, что Лилька все еще считала его злодеем и негодяем. Миша больше не приходил. И, пожалуй, слава богу! Я надеялась, что больше неловкостей от встречи со знакомыми не будет. Но не тут-то было. В один день… ничего не предвещало беды, но… в кафе зашла семья: пара и двое детей, мальчик-подросток и маленькая девочка. Они сели за стол, который должна была обслуживать я, однако… - Лиза, а ты можешь обслужить тот стол? - Но это твоя территория, - Лиза явно не горела желанием этого делать. Я ее могла понять, почему-то сегодня почти все гости решили расположиться на ее территории (каждое утро мы распределяли, кто какие столы будет обслуживать в течение дня – обычно они все стояли в одной территории для удобства). Бедолага таскала на себе кучу подносов, и, конечно, брать еще один стол не хотела. У меня и так было маловато гостей, выглядело, будто я отлыниваю. - Я знаю, давай я возьму какой-нибудь твой стол – какой пожелаешь! Пожалуйста! Она лишь устало вздохнула. Но меньше всего на свете мне хотелось идти туда… - Что случилось? - послышалось сзади. Я обернулась и увидела Сашу. Лизу вновь вызвал кто-то из гостей, и она убежала. - Там мой отец… - ему я могла сказать правду, хотя это ничего бы не изменило. – Со своей второй семьей. Я собрала в себя все силы, что были, сжала кулаки и решилась идти в бой. Но в последний момент Новиков остановил меня, взяв за запястье. - Давай я их обслужу. Вот это заявление! Я посмотрела на него как на сумасшедшего. - Но ты даже не официант! - Да подумаешь, опыт-то есть и побольше твоего будет. – Саша взял запасные блокнот и ручку с барной стойки и направился к гостям, напоследок обернувшись. - Спорим, я за один этот стол получу больше чаевых, чем ты за все время? Мне не оставалось ничего иного, кроме как проводить его взглядом. - Ты счастливица, - сказала вдруг сидящая за баркой наша кальянщица. На мой вопросительный взгляд, с чего это я в ее представлении счастливица, она выдала следующее: - Лекс так сильно тебя любит, все для тебя делает. Я аж чуть не поперхнулась от такого заявления. - Ну, ты и придумываешь, Юль. Как тебе такое только в голову пришло? - Действительно, как?! – закатила она глаза. – Может, потому что он тут каждый день тусуется без дела и на тебя таращится. А еще работает за тебя, если тебе не хочется. Несколько секунд я молчала, пребывая в шоке. Неужели со стороны для остальных все выглядит вот так? Просто жесть. - Слушай, ты не знаешь, но он недавно расстался со своей девушкой. И очень тяжело это переживает. Ему просто нужно себя как-то занять сейчас, вот и все. А мне помогает только лишь потому, что сам поручился за меня. Она лишь покивала головой с улыбкой на лице. Я не могла понять, что эта улыбка означает. - И когда к тебе клеился тот парнишка, поджидал тебя после закрытия у выхода, Лекс тоже примчался как пуля просто от делать нечего. Вовсе не из ревности. - Он просто там рядом катался! И увидел меня… Так он сказал… Ее улыбка растянулась чуть шире, и теперь стало понятно – ей смешно от моих доводов. Ладно, последний, может, действительно можно было поставить под огромное сомнение, но в остальном!.. - Ну, может, ты и права, - сказала вдруг Юля, вставая. Пора было сменить угли за парой столиков. – Я все надумала. И все происходящее – просто совпадения. – Уже проходя мимо, она добавила: - И с девушкой своей он тоже расстался, наверное, вовсе не из-за тебя. Честно сказать, я была и в ступоре, и в бешенстве. Во-первых, зачем она сует нос не в свои дела? Во-вторых, черт возьми, я же пытаюсь забыть этого придурка! А она таким образом делает лишь хуже! Это жестоко! Я направилась в туалет, чтобы немного освежить лицо холодной водой. Но по пути случайно столкнулась с отцом. - Ира? Ты здесь работаешь? Потребовалось пару секунд, чтобы перевести дух и настроиться на разговор, которого я так пыталась избежать. - Да. - Ничего себе. И давно? - Нет. - Может, нам стоит заходить сюда почаще? - Как хотите. Я не смотрела на него и отвечала сухо – впрочем, как и обычно. - Слушай, как насчет сходить куда-нибудь? Только ты и я! Ну, можно втроем с Лешей. - Мне нужно работать, - я хотела развернуться и уйти, но за моей спиной появилась та женщина –его новая жена. - О, здравствуй, Ира. Как неожиданно встретить тебя здесь. Я ничего не ответила, думая, как бы просто взять и уйти оттуда. - Оставишь свой номер мне? – продолжал настаивать отец. Я вздохнула и посмотрела на него. - Он не поменялся. - А, правда? – он стал листать телефонную книгу в своем мобильнике. – Вот этот, верно? - Да-да. - Отлично! Тогда я позвоню тебе! – он обрадовался и пошел на свое место. Я решила приняться за работу и тоже направилась в зал, однако вслед та женщина сказала мне насмешливо: - Он все равно не позвонит, даже не надейся. Злость во мне так и кипела, но я заставила себя промолчать. У барной стойки столкнулась с Новиковым. - Как ты? – спросил он. - Хочу сегодня после работы напиться. Он посмеялся. - Составить тебе компанию? В тот день мы с Лизой должны были закрывать смену в кафе. Но она так устала и мне было жаль беднягу, что я предложила ей идти, как только ушел последний ее гость. - Я сама все сделаю, отдыхай. - Не день, а какой-то ужас! Спасибо, Ира. Давайте в следующий раз поделим территории как-нибудь… по-другому. Все, мои ноги отваливаются. Я поеду домой на такси. После причитаний она быстро уехала. Все остальные тоже разошлись. Остались только я и Саша, который вызвался помочь. - Слушай, мне прямо неудобно, что ты мне так много помогаешь. И еще за бесплатно… - Да ладно, мне все это в удовольствие. Знаешь же, группа распалась, новая еще устаканивается, для меня там работы все равно пока нет. Да и… Он не стал продолжать, но я, конечно, поняла, что он имел в виду его отношения с Дианой. Через минут двадцать мы закончили, и я уже направлялась к выходу, как увидела, что Саша зашел за барную стойку и налил в два стакана какого-то алкоголя. - Эй, а это не запрещено? - Да ладно, я так миллион раз делал. - Неужели? - Ну, может, не миллион, но парочку раз было. Ты же хотела напиться сегодня, м? - Это было сказано на эмоциях… - Но тут мне снова вспомнилось дневное происшествие. – Ай, к черту! Я бросила сумку на стол и села напротив Новикова. - Предлагаю тост. За… Зинаиду Робертовну! - Эм, а чего это за нее пить? Из-за нее было столько стресса! - Но в конечном итоге она таки поставила нам зачеты. И, кажется, даже прониклась симпатией. - Ну, не знаю, я ее все еще побаиваюсь. Давай лучше выпьем за… О, придумала! За Лилю и Вика! - О, отличная идея. – Мы чокнулись. Алкогольный напиток был не очень крепким и приятным. - Они такие милые вместе! - Не говори. Вик, несмотря на то, что он гребаный школьник, такой рассудительный. Я тебе не рассказывал? Даже Колян к его советам прислушивался. Представляешь? Колян! Лильке невероятно повезло. - Ха, это ему повезло! Это же Лиля! Саша улыбнулся. Мы потихоньку опустошали бутылку и болтали как ни в чем не бывало на отвлеченные темы – за это я его очень ценила, то, что всегда можно забыться и расслабиться. Чуть погодя Саша спросил: - Ну ты как? Лучше? - Да, спасибо. Хотя, конечно, то, что произошло сегодня, все равно будет меня еще какое-то время мучить. Так всегда после встречи с ним. И с его женой. – Кажется, алкоголь все-таки развязал мне язык, и понеслась... – В целом, ничего такого не произошло, конечно. Но ее последние слова просто выбесили меня. То, что он все равно не позвонит… Меня это задело. Потому что это правда. У него ведь столько раз была возможность связаться со мной, но он этого не делал! Он вспоминает о том, что хочет поддерживать со мной связь, только когда мы случайно пересекаемся. Я этого просто не понимаю, это же смешно! Вот поэтому… мне сложно доверять мужчинам, понимаешь? Даже Миша! Он ведь в прошлый раз признался мне в любви, а… Слова просто лились из меня без остановки, но тут пришлось прерваться, так как Саша случайно уронил бутылку на пол. К счастью, она не разбилась и ничего не разлилось, так как почти все содержимое уже покоилось в наших желудках. - Кхм, он признался тебе в любви? – Сашу это, очевидно, очень удивило. Он поднял бутылку и стал пристально смотреть мне в глаза. - Угу. В тот вечер, когда заходил сюда. На остановке. С которой ты потом меня забрал. - М, значит, я вовремя приехал. - Ага, в самое время. Ты меня буквально спас. Но я все равно не понимаю Мишу. Это было так внезапно и странно. А после признания он просто исчез. Понимаешь… мне кажется, если уж ты говоришь такие вещи, как можно потом просто брать и исчезать?! - То есть ты ему ничего не успела ответить? - Ну, нет… Я сказала, что ничего к нему не чувствую. - И ты не думала, что он перестал приходить по этой причине? Ты же его отшила. - Ну, да, но… все же. Я имела в виду, что мы ведь случайно столкнулись здесь, до этого он обо мне и не вспоминал. А как увидел, вдруг начал говорить такие вещи. Ему, видимо, сказать такое ничего не стоит! Я об этом говорю. И в конечном итоге он просто испарился. Спорим, что в следующий раз, когда мы пересечемся, он вновь начнет эту тему? - Надеюсь, такого не будет. - Да, я тоже. Но это был просто пример. Плевать на Мишу, он просто какой-то подозрительный и странный. Саша разлил остатки алкоголя поровну, терпеливо ожидая, когда я продолжу. Мне потребовалось около минуты. - Ты ведь видел сегодня его сына? – Он ничего не ответил, но, думаю, понял, о ком я вновь начала говорить. – Они почти ровесники с Лешей. Каждый раз меня охватывает такая ненависть, когда понимаю, что он жил на два фронта несколько лет. И обманывал нас. Да и их тоже. Только его новая жена почему-то воспринимает это все как соревнование и радуется своей «победе». Даже если бы он решил остаться с нами, я все так же ненавидела бы его. За обман. За предательство. Я не могу его простить… Леша говорит, что это глупо, что я только самой себе хуже делаю. Но я не могу! Я не понимаю, как он может так спокойно общаться с отцом. Я… не могу… После затянувшегося молчания, Саша спокойно сказал: - Я понимаю. Но для меня было странным это слышать. - Правда? – недоверчиво переспросила я. - Угу. – Он смотрел мимо меня куда-то далеко, и я понимала, что он действительно понимает. В его жизни было подобное… - Моя мать. Она… Он остановился на мгновение. А меня прошибло после первых же слов. Саша никогда… никогда не говорил о своей матери. Даже не упоминал. Не считая того раза, когда я напилась после фэшн-дня и в полудреме еле расслышала это грозное: «Главное, что она не шлюха». И еще я помню какие-то туманные намеки, которые случайно услышала в женском туалете от незнакомых женщин, что его мать поступила как-то ужасно с сыном. Или что-то в этом роде. - Ну, ты знаешь, что мой отец бизнесмен и очень много работает. Ему было попросту плевать на семью, все его время, все мысли были стопроцентно отданы его делу. Мать… в какой-то момент нашла себе кого-то на стороне. В общем-то, думаю, ее можно понять, и я на нее за это не злился. Но она, кажется, злилась на себя. По крайней мере, каждый раз, когда возвращалась домой после него и видела меня. Иногда перебрав с выпивкой, плакала, что она ужасная мать. Но я никогда ее таковой не считал. До того момента, как она уехала с тем мужчиной в другую страну. Конечно, там ей не приходилось возвращаться домой и видеть меня. Не было напоминаний о прежней жизни и ее обязательствах, она начала все с чистого листа. Но мне… от этого ни секунды не легче. Я не мог ее простить за это. Он говорил тихо, даже почти размеренно, но в перерывах между фразами можно было уловить, как нервно подрагивают его губы. И я видела столько боли в глазах. Мне очень хотелось поддержать его в ту минуту, и я не нашла ничего иного, кроме как осторожно взять его за руку. Потому что я понимаю… боль предательства. Самого близкого человека… - И вы больше не виделись? Он сжал мою ладонь. - Она умерла. Такого услышать я никак не ожидала… У меня не было слов. - Иногда я думаю, что, может быть, если бы этого не случилось, у нее представился бы шанс хотя бы извиниться. И было бы как-то проще. Но чего гадать о том, что никогда уже не произойдет? - И ты… так и не простил ее? - Может, и простил. Не знаю. Просто не думаю об этом. Какая разница, если ее все равно уже нет? Я не знала, что сказать. Все, что я могла, это держать его за руку. И думать – а если бы умер мой отец, вот так внезапно, что бы я ощущала? Опустошение… Вся моя злость и ненависть вмиг утратила бы смысл, и не осталось бы ничего. Кроме… боли? *** Через пару дней уже можно было полноправно говорить, что наступила весна. Солнце стало греть ощутимо теплее, небо посветлело, а белый снег превратился в грязь. В этом вся весна: пока не опускаешь голову, все видится прекрасным… Но под ногами черти что. Вдобавок к этому небо стало проливаться первыми весенними дождями, и ходить местами было весьма неприятно. Мне, конечно, повезло, что Саша частенько довозил меня после универа на работу, а потом домой. Не знаю, чем я заслужила это счастье, но, может, это награда за весь мой стресс и все беды? Хотелось бы верить. С другой стороны, каждая минута с ним была для меня испытанием. А мы проводили с ним уж слишком много времени. И на учебе, и на работе он постоянно докапывался до меня. Другими словами, мои попытки забыть его пока не увенчались успехом. И, очевидно, в ближайшее время тоже ничего бы не вышло. Конечно, было ощутимо легче по сравнению с тем, когда я увидела (точнее, услышала)его вместе с Дианой. Тогда я как никогда осознала, что влюбилась в него. И было больно. Было тяжело. И именно потому, что он был с Дианой, я приняла решение забыть его. И если первое время все шло хорошо, мы не пересекались, даже не виделись, то позже… это нелепое двойное свидание, затем он вновь помог мне с большой проблемой, устроил на работу, и тут мы стали видеться чаще. А чуть позже я узнала, что они с Дианой расстались. Я до сих пор не знала, как мне реагировать на это. Нужно было ему посочувствовать. Но я вопреки здравому смыслу испытывала от этого… радость. Но и большой-большой страх. Посетителей в тот день было не так много – наверное, из-за дождя большинство предпочитало оставаться дома. Мы спокойно обслуживали тех немногих гостей, что заглянули к нам. Я рассчитала последний стол, больше новых посетителей не приходило. И тут вновь подошел Новиков. Сегодня была не его смена, и он просто околачивался без дела. - Слушай, а ты же сегодня была на первой лекции, да? - Ага. - Блин, а можно я перепишу ее? Я проспал. - Да, окей. Сейчас. – Я сходила в комнату, где мы оставляли свои вещи, достала тетрадь и спокойно отдала ее. Саша неуверенно взял ее в руки, словно признал в ней какую-то… эм, опасность? Я не могла понять, чего это на него нашло. - Ты чего? - Эм, нет, ничего, спасибо. Он сел за ближайший стол и начал ее листать. Я же протирала соседний столик, раскладывала салфетки, зубочистки и буклеты. Краем глаза заметила, что Новиков ничего не переписывает, а просто читает. Это меня удивило, и я подошла ближе. Стоило увидеть, на какой странице он открыл тетрадь, меня как молнией ударило… Я застыла истуканом, сердце забилось учащённо, и стало тяжелей дышать. …Первые дни, как Саша с Дианой возобновили отношения, было особенно тяжело, и я… я пыталась как-то выплеснуть эмоции. Не знала как. И решила попробовать… стихотворения. Собственно, ничего удачного не вышло, но что-то таки получилось. «Любви все возрасты покорны» Когда-то написал один поэт. Но нет. Избавьте. «Благодарю покорно В моей судьбе любовям места нет». Сказала я и, запасясь попкорном, Направилась смотреть «Оно» от Короля. Но кто же знал, что где-то за забором Любовь уж караулила меня. Я не была готова к этой «чести». (Презренна «честь» незваная моя) И в играх недостойной подлой мести Конем и пешкой оказалась я. Что ж, виновата глупость. Стоит злиться Лишь на себя саму и на саму себя. Ведь угораздило по-идиотски так влюбиться! Хотя любовь ведь, кажется, сама умеет злиться? И заставляет полюбить козла. Я совершенно забыла о нем. Тетради списать у меня никто никогда не просит, поэтому не стала заморачиваться… Черт. Это же надо так тупануть. Новиков перевел взгляд на меня, сердце готово было выскочить из груди. Так, держи себя в руках, Ира! Не показывай волнения! - Это?.. Неужели ты… влюбилась? И как тут сохранять спокойствие?! Я так и почувствовала, как прилила краска к щекам. И ушам. - Это не мое, - все, что удалось выдавить. - А почерк твой. Я не могла разгадать выражение его лица, о чем он думал и что себе навыдумывал. Было ли ему из строк понятно, что это стихотворение… про него! Меня охватила паника, и я не нашла ничего умнее, как выхватить тетрадь и убежать. Как же глупо! Новиков ринулся за мной. Бегать по кафе было бы совсем по идиотски, и я почти инстинктивно выбежала на улицу, хотя это было не менее глупо. Холод ранней весны чувствовался каждой клеточкой тела, а ноги стали мокнуть в лужах. Это заставило меня остановиться. Но это позволило Саше тут же догнать меня. Уже было некуда деваться. - Отпусти! – пыталась освободиться я. - Про кого это стихотворение? - Какая тебе разница? - Это… про меня? Он посмотрел мне прямо в глаза, и мне стало так страшно, так стыдно. Я почувствовала себя такой зависимой и слабой. Беззащитной. Наивной, глупой! - Что ты лезешь в мою жизнь?! – я начала бить его по груди от отчаяния. – Ненавижу тебя. Вмешался и не отстаешь. Все было так спокойно до твоего появления! И до этой чертовой игры! Зачем тебе все это?! Почему не оставишь меня в покое?.. Я могла бы еще миллион проклятий прокричать, задать тысячи вопросов… Но он избавил меня от этой возможности, прижав к себе как никогда крепко и… поцеловав. Казалось, что сердце сейчас разорвется. - Неужели непонятно? – прошептал он, чуть отпрянув. – Потому что я хочу быть с тобой, дурочка ты психованная. Если бы не ледяная вода в моих туфлях, холод по всему телу и обжигающее дыхание в губы... я бы подумала, что это все глупый сон.