Час расплаты

*** День выдался чересчур снежным и морозным. Многие люди предпочли остаться в своих уютных домах и не выходить на улицу. Снег падал на землю, покрывая ее своей белой пеленой. Кэтрин сидела на подоконнике, держа в руках лунный камень. Девушка пыталась понять, чего она хочет от этой жизни. Раньше Кэтрин об этом не задумывалась, прячась от Клауса. Но что ей делать теперь, когда она наконец обретет свободу? — Почему у тебя такое лицо грустное? – возле девушки стояла Амара с шапкой в руках. — Отвали, не твое дело, — огрызнулась Кэтрин, спрятав камень в карман, — собралась куда? Тебя же ветром сдует, — усмехнулась девушка и повернулась к ней. — Не сдует, погода хорошая, — Амара взглянула за окно, — почти… Мы идем с Дэймоном за ёлкой, — ответила она и надела шапку. Кэтрин удивленно посмотрела на девушку и прищурилась. Это было очень странно. Дэймон бы никогда не пошел на поводу у такой девочки как Амара. Что же он хочет? — Будете праздновать эти тупые праздники? – спросила Кэтрин, спрыгивая с подоконника. – Что ж… повод выпить и как следует потанцевать… Пожалуй, я лучше пойду в хороший бар, — поморщилась она, убрав локоны назад. Амара покосилась на девушку, а затем вышла на улицу, закрыв за собой дверь. Девушка поняла, что у Кэтрин что—то случилось, но она определенно не хочет об этом говорить. Кэтрин опустила руки и сделала глубокий вдох. Нужно было успокоиться и взять свои эмоции под контроль. Не так просто бороться с самой собой. Отключение чувств помогло бы. Если бы Кэтрин не хотела чувствовать, но ей это было необходимо. — Кэтрин, — девушка обернулась на того, кто ее позвал и невольно улыбнулась, а затем натянула маску безразличия. — Что такое, Стефан? Ты не хочешь пойти со своим братом и с этой шизофреничкой ёлку срубить? – с сарказмом спросила она. — Кэтрин, у меня есть к тебе одна небольшая просьба, — вздохнул парень и сделал шаг вперед. Девушка удивленно посмотрела на него, пытаясь понять, что он хочет от нее. Но у нее ничего не выходило и поэтому оставалось только кивнуть. — Ладно, что за просьба? Надеюсь кого—нибудь съесть, — лениво проговорила она, закатив глаза. — Я хочу, чтобы ты поцеловала меня, Кэтрин, — со всей серьёзностью заявил Стефан, подходя еще ближе. – Ну же. Ты сделаешь это для меня? – спросил он. Девушка ахнула и уставилась на парня. Она никогда не думала, что он сможет ее об этом попросить. Что это еще случится по его инициативе. Но скорее всего это какая—то уловка или подарок судьбы. Кэтрин поднялась на носочки и осторожно коснулась губами его щеки, закрывая глаза. Стефан обнял девушку за талию, прижимая ее к своему телу. Именно этого ему сейчас хотелось больше всего. Заставить Кэтрин почувствовать себя слабой. Заставить ее поддаться ему. Он нежно поцеловал Кэтрин в губы, углубляя поцелуй, чувствуя, как девушка охотно отвечает на его поцелуи. Это было неправильно. Но оно было. *** Елена сидела на своей кровати, обняв себя руками. Ее морозило. Сегодня она уже была у врача на плановом осмотре. На УЗИ показали ее ребенка. Такого маленького… Девушка не могла на него смотреть, понимая, как это неправильно. Но соблазн оказался выше, и она взглянула на своего будущего ребенка. — Привет, а вот и я! – в комнату к Елене вошла Бонни с большими пакетами. Девушка вытряхнула их них все покупки и скрестила руки на груди. Бонни купила все то, что просила Елена. — Спасибо, Бонни! – довольно проговорила она и схватила свободный серый свитер. Она сняла футболку и натянула на себя обновку. Свитер свободно сидел на девушки, прикрывая небольшой живот. Это ей нужно было сейчас больше всего на свете. Чтобы Кай ни за что не догадался о ее «интересном» положении. — Ты сказала уже Дженне? – поинтересовалась Бонни, покрутив в руках пакет с конфетами, — думаю, что скрывать это станет еще сложнее через пару месяцев. — Я расскажу, — пообещала Елена, — Дженна меня поймет, и я не думаю, что с ней будут какие—то проблемы. Вместе мы найдем выход их этой ситуации. Девушка закусила губу, вспоминая монитор УЗИ и своего будущего ребенка. Она старалась думать об этом как можно меньше времени, чтобы не мучать себя. — Тебе стоит держаться подальше от Паркера, — жестко ответила Бонни, игнорируя слова Елены, — я не хочу, чтобы этот придурок навредил тебе или твоему ребенку. Отныне я буду тебе помогать, Елена. Бонни подошла и крепко обняла подругу, погладив ее по спине. Девушка улыбнулась и отошла, сев на кровать. — Все будет хорошо, Бонни. У нас начались праздничные выходные и со школой проблем не будет. Выходить на улицу буду только по необходимости и… — А вот этого не надо! – в комнату ворвалась Кэролайн и плюхнулась на кровать. – Понятия не имею, что у вас с Бонни за тайна, но я не позволю тебе просидеть все праздники дома. Это будет весьма странно, — поморщилась блондинка, поправив золотистые кудри. Елена посмотрела за окно, поежившись от холода. У нее уже были свои планы на эти праздники. Конечно, хотелось посидеть с подругами, но они наверняка устроят грандиозное шоу, которое будет длиться сутки или даже больше. К тому же Елена уже пообещала Амаре, что придет на праздник. — Я собираюсь отпраздновать в доме Сальваторов, — прикусив губу, проговорила девушка, — там… Дэймон собирается организовать кое—что сногсшибательное, — заявила девушка и легла на подушку. Кэролайн и Бонни переглянулись. — Серьезно? Сам Дэймон? – открыла рот Кэролайн, — что ж… отметишь у них, а потом с нами, — пожала плечами подруга и крепко обняла Елену, — мне к сожалению уже пора бежать. Будь осторожна, Елена… Кэролайн отошла от подруги и нахмурилась. Оставлять Елену сейчас ей не хотелось, зная, что Клаус находится где—то рядом. Она чувствовала опасность. — Мне тоже пора, — вздохнула Бонни и посмотрела на подруг, — встретимся завтра в кафе? Нужно будет кое—что обсудить, — пояснила она. Елена молча кивнула. Когда за Бонни и Кэролайн закрылась дверь, девушка взяла в руки пакет конфет и подбросила вверх. Девушка с грустью посмотрела на свои часы. Дженна должна была вернуться поздно и она надеялась дождаться ее. Джереми вошел в дом, кинув рюкзак на диван. Настроение у парня было хорошее, как бы это странно не выглядело. — Елена! Я дома! – крикну он и прошел на кухню. Девушка спустилась вниз и стала готовить ужин, слушая рассказ брата о том, как прошел его день. Елена порадовалась, что у него все налаживается. Это было хорошей новостью. Девушка поставила перед ним тарелку и присела на стул, обняв руками колени. — Когда придет Дженна? – спросил Джереми и принялся есть ужин, — она точно на работе? – нахмурился он и посмотрел на сестру. – Или у нее появился ухажер вроде Аларика Зальцмана? — Да, Джереми, она на работе. Я думаю, что придет совсем скоро, — девушка посмотрела за окно и тяжело вздохнула. – Я дождусь ее. У меня есть одна новость для вас, — негромко проговорила она. Время длилось долго. Джереми не стал дожидаться Дженну и ушел в свою комнату. Девушка сидела одна, обдумывая свои слова. С чего ей начать и что сказать. Как она вообще отнесется к тому, что в этом доме появится маленький ребенок? Девушка покусывала губу, чувствуя, что вот0вот не вытерпит и сбежит в свою комнату, так и не сказав ничего Дженне. Но входная дверь открылась, и девушка подняла глаза. Вскоре на кухню пришла Дженна, поставив на стол пакеты. — Почему не спишь? – удивилась девушка и посмотрела на свои часы, — время за полночь. Я бы не удивилась, если бы ты ушла гулять, но… Но ты сидишь здесь без света. Дженна щелкнула по выключателю и включила свет. Она внимательно посмотрела на Елену, присев рядом. — Ты бледная. Что—то случилось? — поинтересовалась она. – Что—то не так, — совершенно серьезно произнесла Дженна. Елена выпила стакан воды, попытавшись успокоить свои нервы. Это всего лишь Дженна. Ей можно довериться и она поможет. Елена знала, что она наверняка ей поможет. — У меня будет ребенок, Дженна, — выпалила Гиберт, поставив стакан на стол, — я беременна. Слова слетели с ее губ так легко, что девушка поразилась самой себе. Она доверяла Дженне и надеялась, что все будет хорошо. Дженна скептически на нее посмотрела, не поверив ее словам. Тогда Елена поднялась, приподняв вверх край свитера, показав небольшой живот. Затем она снова опустилась на стул. — У тебя будет ребенок? – наконец, отошла от шока Дженна, — не может быть… — покачала она головой. – Это ведь шутка? Да? – улыбнулась Дженна. — Нет, — тихо проговорила девушка, опустив голову, — я подвела тебя и Джереми, но это не шутка, Дженна. Елена отвела взгляд, попытавшись взять себя в руки. Дженна крепко обняла Елену, прижимая к себе. Она не могла винить девушку, не зная, что произошло и как это произошло. Подробности она не стала спрашивать. — Будешь рожать? – слегка улыбнулась девушка, посмотрев на Елену. Та лишь кивнула и поднялась. — Дженна, но об этом никто не должен знать. Пока что никто, Дженна, ладно? Не говори никому и Аларику тоже, — прищурилась она. Дженна покраснела и скрестила руки на груди. — Аларику? С чего ты взяла, что мы с ним общаемся? – поинтересовалась она, принявшись разбирать пакеты, не зная куда деть руки. Аларик был учителем Елены и Джереми. Именно поэтому она не хотела допускать каких—либо отношений, но видимо скрывать это получалось меньше всего. — Да? А кто же постоянно названивает на наш домашний телефон? – усмехнулась Елена и подмигнув ей, ушла в свою комнату. Елена ощутила, как камень свалился с ее хрупких плеч. На одну проблему меньше и это ее радовало. К тому же теперь она наверняка знала, что у Дженны с Алариком что—то есть, а это означало то, что девушка оставит ее в покое, как только убедится, что с Еленой все в порядке. *** Утро Кая началось ужасно. Он подвернул ногу и теперь хромал, держась за стены. Но эта боль не была сравнима с той, что он ощущал утром, в обед, и вечером. Иногда души не проходили через него, но в иной раз их могло быть более трех за день. Кай понятия не имел, что за фигня с ним творится и он собирался это узнать. А Как? Прижать Бонни Беннет к стене и все разузнать. Эта ведьма определенно причастна к этому. Ведь раньше такого не было. А может это сестричка на последних вздохах нанесла на него какое—то заклинание. Так или иначе Паркер мириться с этим не собирался. Особенно сейчас, когда вампир тире оборотень в край оборзел, посылая своих друзей на разборки. Кай уже отбивался от них и теперь ему нужно было выпустить пар. Он захотел увидеть Елену. Посмотреть в ее карие глаза, вызывая огромное чувства, такие как ярость, ненависть и злость. Ему было необходимо знать, что Елена ненавидит его. Ненависть – большое чувство. Хуже может быт только безразличие. Кай сам не понимал, как может так много думать о этой девчонке. Ему следовало сторониться ее любой ценой. И дело не только в том, что на ее стороне три вампира, ведьма и двойник. Нет, чувство, которое он испытывал было куда хуже страха. Он подошел к ее дому. Было утро, и он хотел застать девушку в постели. Но его планы прервались, в тот момент, когда Елена вышла из своего дома, натянув шапку. Видимо она куда—то спешила, потому что даже не заметила Паркера, стоящего в трех метрах от нее. Парень сразу сообразил, что нужно проследить за ней, поэтому тихо пошел по ее следам. Девушка шла довольно быстро, заставляя Кая нервничать. Если она собралась на свидание, то он не задумываясь его испортить. Таков был его план. Но Елена шла в сторону больницы, сбив Кая с толку. Зачем ей нужно было туда идти? Кай почувствовал что—то холодное на голове и поморщился. Он поднял голову вверх, заметив двух мальчишек, сидящих на дереве, которые не нарочно стряхнули на него снег. В другом случае он бы проучил этих детей, но не сейчас. Он покачал головой и замер. Елены нигде не было. Как ей удалось за десять секунд дойти до больницы, которая находилась через дорогу? Причем движение было оживленным. Парень стал подозревать, что девчонка обладает вампирской скоростью, но все это было глупостью. Паркер постоял у дерева еще минуты две, пытаясь сообразить куда же пропала Гилберт, а затем перешел дорогу, войдя в здание городской больницы. Он уже здесь ни раз был. Ему не понравилось. Кай обошел буквально всю больницу. Но Елена как будто исчезла. Выйдя на улицу, парень прошелся по дороге. Ее нигде не было. Он был в тупике. *** — Отпустите меня! – кричала девушка, стараясь вырваться и рук гибрида, в то время как он насмехался над ее слабыми попытками. Клаус привел девушку в темную комнату, бросив на кровать. Елена ударилась губой о железную поручень, чувствуя, что ее губа начала кровоточить. Она сжала руки в кулак. — Сегодня произойдет нечто необычное, — проговорил Клаус, поворачивая девушку к себе, — тебе нравятся ритуалы? – издевательски спросил он и пристегнул ее руку к изголовью кровати. — Отпусти меня, — устало проговорила девушка, прижав к себе колени, — я хочу вернуться домой. Ясно? Что вам всем от меня нужно? Клаус долго смотрел на губу девушки, из которой капала свежая кровь. Ему с трудом удавалось сдерживать себя, чтобы не выпить всю кровь из этой чистой девчонки. Но он знал, что если сейчас полакомиться ей, то никакого ритуала не будет. Она должна быть живой. По крайней мере до полнолуния. — Сегодня я добуду последнюю вещь, которая мне нужна. Лунный камень. Я знаю, что он у Катерины Петровой, а именно поэтому я оставляю тебя здесь. Клаус поднялся, поправив рукава кофты. Он достал из тумбы шприц и набрал в него снотворное. Елена с ужасом уставилась на этот шприц. — Нет, пожалуйста, не надо! – попросила она, — я не сбегу! Она прекрасно знала, что ничего хорошего от каких—либо химических препаратов не будет. Врач даже запретил ей принимать успокоительное, а уж это может быть опасно для ребенка. Девушка покачала головой, гипнотизируя шприц. — Странная ты, — сделал вывод Клаус, но шприц убрал, — не хочешь спать, лежи тут и скучай, — фыркнул он и вышел из комнаты, заперев ее на ключ. Елена опустила голову на подушку, вытерев с губы капли крови. Она не собиралась сдаваться и умирать. Ей нудно было выбраться из этого места. Девушка присела поудобнее и постаралась дотянуться до тумбы, где лежали медицинские инструменты. Это должно было сработать.