running out of time

Наверное, именно это и называется безграничным доверием, когда люди полностью открываются друг перед другом и им больше нечего скрывать. Но обо всем по порядку.. Губы Никиты приоткрылись в приглашающем жесте и это показалось мне настолько волнующим, что я тут же забыл, что передо мной парень. Знаете, так бывает в манге или аниме, когда главный герой влюбляется и на весь экран или страницу появляется «тудум», вот и у меня сейчас сердце сделало сальто, а потом застучало очень быстро. И это чувство, что все идет так, как должно было, что так правильно и никак иначе. И пусть я даже не подумал о подобном развитии событий раньше, но теперь этот вариант выглядел для меня единственно верным. Я настолько привык к тому, что губы Ника всегда сжаты в тонкую линию, что сейчас было так удивительно понимать, что они такие мягкие и податливые. Во всяком случае парень позволял мне проявлять инициативу до тех пор, пока я не осмелел и не провел по его губам языком, сначала по верхней, после чего переходя на нижнюю. Тогда руки Никиты взлетели вверх – левая легла мне на талию, а правая запуталась пальцами в волосах на затылке, ненавязчиво перебирая их и притягивая ближе, чтобы углубить поцелуй. Все это делалось настолько аккуратно, что я даже успел почувствовать себя так, будто это мой первый поцелуй, хотя доля правды в этом была – я впервые целовался с парнем и мне от этого не было противно! Я бы даже сказал, что это действительно крышесносно и, когда Ник перехватил инициативу на себя, я отдал ее без задней мысли, даже не собираясь сопротивляться. - Я давно представлял каковы на вкус твои губы, - прошептал Звягинцев, отстраняясь всего на пару сантиметров от меня и приоткрывая глаза. Я немного возмущенно замычал, но все-таки нашел в себе силы ответить: - Реальность и твои фантазии сходятся? - Абсолютно нет. На самом деле они намного слаще.. - Ты же не любишь сладкое. - Дурак ты! Это же совсем разные вещи. - Усмехнулся Никита, снова припадая к моим губам в поцелуе. Теперь же он не стал тратить времени на невинный поцелуй и сразу же углубил его, проводя языком по ряду моих зубов, по небу, так что захотелось поймать его, что я и сделал, посасывая и покусывая. Ник томно выдохнул, сильнее сжимая мои волосы и оттягивая их назад, так что мне пришлось разорвать поцелуй и откинуть голову, подставляя парню мою беззащитную шею, которая заодно была у меня сплошной эрогенной зоной. Гаденыш это прекрасно знал, так как я рассказывал ему не только о своих похождениях с девушками, но и постельных рекордах, не забывая упомянуть иногда и само содержание этого рекордного процесса. Раньше мне казалось, что эта информация проходит мимо его ушей, но теперь я чувствовал, что вскоре на своей шкуре буду ощущать, насколько внимательным собеседником является Никита на самом деле и какая хорошая у него память. Ник же времени зря не терял и размышлений у него в голове явно было намного меньше, чем у меня, так как стоило мне откинуть голову, как он тут же начал покрывать мою шею поцелуями-укусами, от которых у меня подкашивались ноги. Вот ведь.. Прекрасно знает что и как делать и совсем даже не колеблется, да и мне не дает, хотя за последнее большое ему спасибо. Правильно, нельзя давать мне времени опомниться. Черт, если он продолжит в том же духе, то ноги перестанут меня держать и я свалюсь.. - Ммм.. Ник.. - Что-то не так? - Неудобно тут.. - А? Перед кем? – немного удивленно протянул парень, а потом, видимо когда до него дошло то, что я хотел сказать и вся абсурдность его мне ответа, он усмехнулся. – Мы можем переместиться в сторону кровати, если ты не против. Знаете, когда вам делают что-то настолько приятное, что вы перестаете нормально ориентироваться в пространстве, то становится уже как-то все равно где, с кем и каким образом. Это я сейчас утрирую, так как мне все-таки важно с кем, но вот обсуждение остального я могу пропустить. Поэтому я просто киваю, а Ник тут же нетерпеливо тянет меня за собой в спальную зону своей квартиры. Если честно, то я здесь второй раз в жизни. Первый был лет так пять назад, когда Никита настолько достал родителей, что они все-таки согласились проверить его самостоятельность, и я помогал ему таскать коробки и разбирать вещи. С тех пор в эту зону квартиры меня не пускали, не скажу, что сильно рвался, но сейчас, когда оказался здесь, это стало для меня некоторым откровением. Оказалось, что в промежутках между моими визитами в святая святых, он успел купить себе новую кровать и теперь был счастливым обладателем двуспальной с пологом. Я бы мог назвать это романтичным, если бы этот самый полог не был черным, да и белье тоже – черный шелк. Очень надеюсь, что никакой экзотики меня не ждет, а то закрадываются не те мысли в голову при виде данной красоты. - Чего застрял? Не нравится? – Никита щелкнул пару раз пальцами у меня перед глазами и лишь тогда я обратил на него свое внимание. Взгляд обеспокоенный, и я даже могу предположить, о чем он думает, причем почти уверен, что мои догадки будут правильными. Неужели он до сих пор беспокоится, что я сбегу? Не буду врать и мысль такая мелькнула, но я быстро собрался и решил, что хоть это дело доведу до конца – уж лучше завтра буду хвататься за голову или биться ею об стену, чем сегодня морально убью Никиту. Если все будет настолько ужасно, что совсем не захочу продолжать, то тогда ничего не останется, как остановиться, а если хотя бы так себе или на один раз сойдет, то выдержу. Ничего, от такого еще не умирали. Во всяком случае я очень на это надеюсь. Ааа! Какого хрена я об этом подумал? Теперь мне действительно страшно! - Очень мрачно. - Тебе понравится, я обещаю, - ответил мне Никита, хотя явно говорил уже не о кровати и о ее не слишком романтичном виде. Что ж.. Если обещаешь, то попробую тебе поверить. Алкоголь уже понемногу начинал отпускать, так что очень захотелось еще немного его в себя опрокинуть, но я опять же не решился говорить Нику что-то вроде «мне надо тяпнуть чего покрепче для храбрости». Следом за утекающей храбростью, появилась боязнь того, что у меня тупо не встанет при виде голого парня, тем более друга, которая тут же всплыла на поверхность, стоило мне лишь повернуться к Никите и встретиться с ним взглядом. - У меня уже возникает ощущение, что ты себя заставляешь, и, если это так, то не нужно, - серьезно сказал Ник, разглядывая меня. - Нет, что ты. Не в моих правилах заставлять себя делать что-то, - а у самого уже коленки дрожать начинают, но по моему виду и не скажешь – на поверхности я весь из себя такой решительный и бесстрашный. Улавливаю еле слышный вздох Никиты и пусть он был практически на грани слышимости, но это не помешало мне понять, что он пытался скрыть, насколько легче ему стало от моих слов. - Да и вообще, ты слишком много говоришь в последнее время, - усмехаюсь я, подходя к Нику практически вплотную, так что нас разделяет всего сантиметров десять. Какая коварная у него улыбка! Похоже, что он обдумывает то, что вскоре произойдет, и ему это явно нравится. Теперь первым сокращает расстояние между нами до предельного минимума именно Звягинцев, обнимает меня и нежно целует. Никогда бы не подумал, что он так может – почему-то при мысли о Нике возникали либо сцены бешеной страсти, либо что-то очень безэмоциональное, хотя правильнее второе было бы определить, как секс ради своего конечного удовольствия, а не процесса или доставления наслаждения партнеру. Впрочем, постепенно многогранность Никиты перестала меня удивлять, а точнее просто вылетела из головы, занимая мысли об этом более подходящими на данный момент. Ник явно решил времени зря не терять и не давать мне его больше, чтобы у меня была возможность опомниться. Так что нежный и трепетный поцелуй закончился опрокидыванием меня на шелковые простыни. Я даже не успел удивиться или возмутиться, а Звягинцев уже придавил меня весом своего тела к постели, опираясь руками по обе стороны от моей головы, чтобы снова вовлечь в поцелуй и не дать мне начать ругаться. Впрочем, я быстро забыл о том, что хотел ему высказать, так как его строптивость была еще половиной беды. Все-таки я живу в 21 веке, так что обладаю даже теми знаниями, которые никогда бы и не подумал применять на практике. А пока я думал о не самой приятной для меня перспективе, Никита меня отвлекал всеми известными ему способами. Должен сказать, что у него прекрасно получалось – поцелуями шеи и ее покусываниями он не ограничился, а задрал мне футболку, правда снимать пока не стал, и перешел применять те же нехитрые манипуляции на пресс, поднимаясь выше к груди. Я всегда скептически относился к чувствительности мужских сосков, так что приготовился лежать бревном и сдерживать зевки. Честное слово, очень хотелось сказать, что надо не вверх подниматься, а вниз спускаться, раз уж действительно хочет меня возбудить, а не усыпить. Вот только я сильно просчитался, когда так подумал. Никита стянул с меня футболку, отбрасывая ее на пол, и припал губами к моей груди. - Ммм.. – Что я там раньше говорил? Забудьте. Вроде бы Ник и не делает ничего сверхъестественного, но по телу распространяется удовольствие и скапливается во всем известном месте. Парень на мое невнятное мычание только удовлетворенно хмыкнул, спускаясь поцелуями до пупка и выводя вокруг него замысловатые узоры языком. Приятно. Вжикает ширинка, а я все еще плавлюсь от приятных ощущений, так что не сразу понимаю, что это моя! Хотя было бы, наверное, страшнее, если начал раздеваться Ник. Хотя о чем это я? Все равно это когда-нибудь произойдет, так что проще не оттягивать данного момента. Приподнимаю бедра, чтобы парню было легче стянуть с меня джинсы. Никита особенно не церемонится и быстро избавляет заодно и себя от нижней части одежды, куда и когда исчезла его домашняя майка я вообще не успел заметить, только мысль и промелькнула, что он довольно шустрый. Парень потянулся за поцелуем, в тот самый момент, когда я успел увидеть маленький такой намек в виде большого такого обстоятельства.. Вы же понимаете, о чем я? Хоть я и находился в таком же возбужденном состоянии, но как-то продолжает напрягать присутствие у партнера таких же частей тела, что и у меня самого. Мы целовались неспешно, а я водил руками по торсу Ника, пытаясь, собственно, привыкнуть к отсутствию груди, а заодно стараясь не опускать руки ниже резинки его трусов – для меня она стала существенной преградой. - Постарайся расслабиться, а то ничего не получится, - парень обжег мое ухо своим горячим дыханием, после чего начал покусывать мочку. Ему легко говорить, а мне как-то.. Но я, наученный уже горьким опытом, когда мы оба недоговаривали, так что решил высказаться заодно и вслух: - Проще сказать, чем сделать. На что парень отстранился и сел, смотря на меня серьезным взглядом: - Я понимаю. Если хочешь, то можем остановиться, не надо себя заставлять. Я прикрыл глаза и потер пальцами переносицу – перспектива очень заманчивая, но один мой орган тут же начал недвусмысленно противостоять её исполнению, упираясь чувствительной головкой в ткань трусов, чем причинял дискомфорт своему хозяину, то есть мне. И тогда я в очередной раз решил, что сегодня доведу все до конца, иначе в другой раз просто не смогу решиться. - Ты дурак, Ник, я себя не заставляю. Просто логично подумать, что я чувствую себя, мягко говоря, не в своей тарелке, но это совсем не значит, что надо остановиться! Почему бы тебе не перестать болтать и не помочь мне? - Хех.. А ты прав, - усмехнулся парень, снова нависая надо мной. - Неужели? – показал я ему язык, за что тут же получил щипок за мягкое место – вот ведь пронырливые у Звягинцева руки! Я уже собирался возмутиться, но Ник приложил палец к моим губам, призывая к молчанию. На его лице больше нет улыбки и смешинок в глазах, такое ощущение, что решался сейчас не я, а он. Хотя я понимаю и.. - Ооо.. – немного удивленно протянул я, когда парень перешел к решительным действиям, стянул с меня оставшуюся деталь одежды и начал довольно быстро спускаться своими поцелуями с шеи, груди до пупка к сосредоточению моего возбуждения. В который раз на задворках сознания и здравого смысла всплывает мысль о том, как Никита умудряется делать несколько дел одновременно или быстро сменять место дислокации своих ласк. Вот он покусывает и проводит языком по внутренней стороне бедер, одновременно умудряясь ласкать руками мои соски, а потом внезапно уже нависает надо мной и жадно целует в губы. Или это моя реакция становится такой заторможенной? Перед глазами будто туман, так что я даже не замечаю его временного отсутствия, а когда понимаю куда и зачем он ушел, то становится довольно поздно. Боль и наслаждение проходят через меня одновременно – Никита вбирает в себя мою плоть, при этом вводя один из своих не в меру шаловливых пальчиков ко мне в.. Черт, я не буду этого произносить! Мне вполне хватает того, что я прекрасно ощущаю инородный предмет в моей заднице! Эх, я все-таки это сказал. Безусловно, первоклассный минет, что делал Ник (и где это он научился?!) компенсировал неприятные ощущения, но ненадолго, так что стоило количеству пальцев увеличиться до двух, как я начал протестовать, правда заключался мой протест лишь в возмущенном мычании, но все же. На что мне ответили более быстрыми движениями головы и губ с языком на моем члене – ощущения просто невероятные, так что не смог сдержать одобрительного стона. И мне стыдно, хотя в тот момент я благополучно забыл о том, что же такое «стыд». Пальцами запутался в волосах Никиты, с удивлением понимая, что он позволяет мне задавать ритм – ни одна из моих бывших девушек мне такого не разрешала. Хотя иногда очень хотелось показать, как именно и с какой скоростью все это надо делать, все-таки женский организм устроен иначе, так что им не понять, если не объяснить, как именно и что надо делать. Никита же и сам знал что и как, но при этом позволял мне указывать на свои желания, а заодно тут же и исполнял их. Вот этим-то меня и подкупили, то, что меня тупо развели и отвлекли, я понял немногим позже. Уже чувствуя скорейшее приближение оргазма, я вцепился довольно ощутимо в волосы Ника, на что этот поганец просто отстранился! - Эй.. – возмутился я, приподнимаясь на локтях и пытаясь рассмотреть лицо друга через пелену возбуждения. Получалось скверно, хотя я уже догадывался, чем именно он сейчас занят, но мозг, будто защищая мою детскую психику, позволял озарению ускользать из моего сознания до того самого момента, как мне под пятую точку не подсунули подушку. Никита склонился ко мне, его губы блестели от слюны и моей смазки, но выглядело это так чертовски сексуально! Никогда бы не подумал, что парнем в таком виде можно залюбоваться. - Постарайся расслабиться. - Я.. – не успел договорить, так как меня заткнули поцелуем и я явственно ощутил свой собственный вкус. Неужели может так сильно заводить осознание того, что этот парень только что тебе отсосал?! Другое дело, что вслед за поцелуем последовало продолжение. Стон не был от наслаждения, скорее от боли. Все внутри будто жгло и резало, хотелось оттолкнуть Ника, сказать ему, чтобы он прекратил, так как это было намного хуже, чем я мог подумать и в силах был терпеть. Палец показался мне райским наслаждением по сравнению с членом Звягинцева, но отстраниться или что-то сказать мне не дали, а продолжали жадно и страстно целовать в губы. Я решил не оставаться в долгу и чтобы хоть как-то передать Нику неприятные ощущения, начал его кусать, а заодно вцепился пальцами в спину – и пусть у меня коротко стриженые ногти, но отметины я все равно умудрился оставить в виде продольных и поперечных линий с кровоподтеками на коже. Парень не сопротивлялся, но за каждой моей местью шло продвижение внутрь меня. Я же мог мечтать лишь о том, чтобы это скорее прекратилось. И (о, слава кому-нибудь!) он наконец-то остановился, явно позволяя мне привыкнуть, но разве можно к подобному приспособиться? Оказалось, что можно. Никита был очень внимательным, целовал, гладил – проделывал все снова, чтобы мое возбуждение вернулось. Ведь не сложно догадаться, что оно просто испарилось от нахлынувшей боли, когда он входил? И, кстати, оно действительно постепенно возвращалось – этому даже не могло помешать наличие во мне части Никиты, которой вообще-то, по закону природы, там быть не должно. Я расслабился, уткнулся носом в его плечо и кивнул, что обозначало согласие на дальнейшие действия. Первая фрикция все еще была довольно болезненной, так что на спине Никиты появилось еще несколько царапин от моих ногтей, но с каждым новым толчком становилось легче, хоть и никакого удовольствия я не испытывал, но хоть больше меня не разрывало изнутри. - Антон? - А? И вот в этот момент, когда я ожидал ответа, радуясь временной передышке, Ник сменил угол вхождения и.. Я не силен в анатомии, но, мать твою, неужели именно такие ощущения приносит массаж простаты?! У меня чуть ли искры из глаз не посыпались от дрожи по всему телу и этого невероятного чувства наслаждения – будто оргазм, но слишком неожиданно вспыхнувший и быстро сходящий на нет. Я просто понятия не имею, как это описать, но советую попробовать! Вот именно в этот момент, мысль о сексе с Никитой перестала казаться самоистязанием и превратилась в удовольствие. Громкий стон я сдержать даже не пытался, так что правильность направления он понял, и теперь, при каждом новом проникновении, меня пронизывало снова и снова это невероятное ощущение. Помню все это очень смутно: и как кричал что-то похабное вроде «еще!» и «сильнее!», и как вцепился пальцами в простыни, и в конце концов они затрещали под моим натиском, и как подмахивал Нику бедрами.. Все это смешалось в один клубок удовольствия, его тяжелого и горячего дыхания мне на ухо, шепота, слова которого я был просто не в состоянии понять, и руки, что продолжали бродить по моему телу, поддерживая и распаляя сильнее. Оргазм пришел на удивление неожиданно, из-за всех тех ощущений, что я испытывал одновременно, даже не понял, что нахожусь на пике, а вот Ник каким-то образом этот момент уловил. Его движения, что были до этого плавными, стали резкими и все ускорялись, так что в один из очередных его толчков я сдался. Просто невозможно было терпеть и сдерживаться дальше, так что, вслед за вырвавшимся из горла громким стоном, я кончил. Всего через пару толчков за мною последовал и Ник – не думал, что мне понравится ощущение пульсирующего члена внутри меня, который к тому же извергает из себя семя. Но это действительно было очень интимно что ли, так что я даже не стал ругаться. Наше тяжелое дыхание наполняло комнату, мне даже казалось, что соседи вскоре выйдут на лестничную клетку покурить, насколько фееричным мне показался наш с Никитой секс. Чувствовал я себя вялым, выжатым как лимон, но безумно счастливым, Звягинцев завалился рядом, утыкаясь носом в мое плечо и отрицательно мычал, не желая поднимать с пола одеяло, а уж тем более укрывать им нас. - Ну, Ник! – в очередной раз ткнул его пальцем под ребра я, на что он просто отмахнулся от меня, продолжая сопеть. Довольно быстро понял, что продолжать его третировать бесполезно, так что решил выполнить эти действия сам. Зря. Когда я сел, я ощутил всю гамму «приятных» ощущений, что будут сопровождать меня в ближайшие дни – поясницу прострелило болью, а в пятой точке будто все еще ощущался инородный предмет. - Вот черт.. – тихо выругался я, придвигаясь к краю кровати и поднимая с пола одеяло. В тот момент я порадовался, что заниматься этим начал на пьяную голову, а то бы точно не смог выдержать этого переходного момента от «что за кошмар он со мной делает?!» до охов, вздохов и просьб «еще». Теперь же мне стыдно, очень, и я понятия не имею, как наутро буду смотреть ему в глаза, да и вообще что нас ждет завтра? Откладываю эту мысль в долгий ящик и аккуратно возвращаюсь на свое место по правую руку от Никиты, тот уже вовсю спал и явно видел, как минимум, первый сон, так что мне ничего не оставалось, как накрыть нас и тоже попытаться заснуть. Я искренне предполагал, что у меня это не получится. Почему? Например, выпитый алкоголь просто обязан был из-за своего количества откликнуться мне вертолетами, да и боль во всем теле не очень способствует сну, но оказалось, что моральная и физическая опустошенность срать хотела на другие причины, так что пять минут и меня просто вырубает до следующего дня. *Очередной дебют - первая НЦка от лица укешки, так что хз, как это все получилось, но я очень старалась (: