Я - не Белла, я - Изабелла, а той слабачки больше нет

Я снова вошла в свою комнату, попросив у Марины дополнительного времени, а она вообще сказала, что ко мне сегодня уже заходить не будут, я свободная до завтра. Я быстро достала коробку, всё ещё прислушиваясь, чтобы во время успеть спрятать её. Не знаю почему, но я чувствовала, что пока что должна сохранять эту тайну, а иначе может быть очень плохо. Я открыла коробку, снова отложила фотографии в сторону, и достала подвеску… О, она очень красива… У меня просто перехватило дух, это была серебряная цепочка, на которой висел медальон овальной формы. Я не поняла, из какого метала был сделан сам медальон, но на нём были выгравированы очень красивые и таинственные символы. Я долго рассматривала его, с вампирским взглядом это было довольно-таки легко. Мне захотелось примерить эту красоту… Когда я застегнула цепочку, медальон засветился белым светом, точнее этот свет проступал только через резьбу, это было очень красиво, я подошла к зеркалу, чтобы взглянуть со стороны, но он погас, зато сам медальон видоизменился! Теперь на моей шее на цепочке висел камень странной формы, он был голубого цвета, но выглядел не менее красиво. Вдруг я услышала шепот: — Наследница… Ты — наследница! Я ничего не поняла, у меня не было даже мысли, что происходит, но я чувствовала, что вскоре моя жизнь изменится ещё в более радикальную сторону, не же ли сейчас. Завтра пойду в библиотеку, если у меня будет время, если же не будет — придется немножко потерпеть. В мою дверь постучали… Странно, Марина же вроде бы говорила, что никто меня сегодня не будет тревожить. Я успела быстро снять с себя медальон, и спрятала его под подушку: — Войдите, — раздался мой голос в этой тиши, прерываемой лишь стуком в дверь. Дверь открылась, и показалась русая головушка Деметрия. — Это я… Можно? — с небольшой опаской спросил он, в надежде, что я его не вышвырну за нарушение моего покоя. — Да, проходи… — сказала я, хотя была и удивлена его приходу, — мы же вроде завтра договаривались. — Да, я знаю, просто скучно стало, — он улыбнулся, но это была даже немножко хищная улыбка, которая заставила мое небьющееся сердце скакать в ритме танго. — Мммм, ну хорошо, чем займемся? — спросила я, не зная, как можно было по другому избавиться от неловких моментов. — А давай поиграем? — Хитро прищурив глаза, спросил Деметрий, ожидая от меня реакции. — Во что? — Спросила я, у меня было ощущение, что он просто смотрит сквозь меня, видит мои эмоции. — В правду… — Деметрий наклонился и прошептал мне эти слова прямо в губы, заставив меня отпрянуть от него. — Хорошо, давай, только как играть? — Резко спросила я, не ожидая от себя такого напора. — Ну смотри, по очереди задаём вопросы друг другу, а если мне не нравится твой ответ, то я даю тебе шлепок по твоей заднице, — с ухмылкой объяснил он мне «правила». — А если мне не понравится твой ответ? — Спросила я, не забыв извлечь и для себя выгоду. — Щелбан? — Спросил он, прыгая и заваливаясь на мою кровать. — Замётано! Только не с человеческой силой, — ответила ему я, опуская свою голову на соседнюю подушку, под которой находилась коробка. — Хорошо, я начну… Какой твой любимый цвет? — спросил он, я думала, что он вопросы сложнее задавать будет. — Красный, — не размышляя ответила ему я. — Почему? — Этот наглец надумал обхитрить меня! — Это уже второй вопрос, — хитро и с издевкой произнесла я, — сколько тебе лет? — Я родился в 1487 году, — ответил мне он, а у меня уже был открыт рот от изумления, Деметрий явно наслаждался моей реакцией на его слова, — когда у тебя был первый нормальный поцелуй? — В 16, — вот тут я соврала, на самом деле у меня его не было, Эдвард всегда осторожничал. За своё враньё я сразу же поплатилась. Не знаю, что такого увидел Деметрий в моём взгляде, но он резко перевернул меня на живот, удерживая мои руки на спине, и шлепнул меня по заднице. — Ай! — прикрикнула я, и продолжила, — сколько девушек у тебя было? — Достаточно, — он явно уклонялся от ответа, потому пришла моя очередь давать ему щелбан, после него Деметрий притянул меня поближе, усаживая на колени, об игре никто уже не думал, мы долго смотрели друг на друга, но поцеловать не решались, — какая же ты ещё невинная… Он поцеловал меня в шею, но почему-то не решался поцеловать в губы. Может он чего-то ждёт? Мне пришлось оторваться от него, и спросить: — Завтра всё в силе? — Он не ожидал того, что я так резко отстранюсь, возможно, рассчитывал на продолжение, которого я ему не дала. — Да, конечно, — вернул своё привычное состояние он, а потом резко наклонился и произнёс мне прямо в губы, — боягузка… После своих слов он вышел из моей комнаты, оглянувшись перед уходом, за что получил подушкой в лицо. После его ухода я снова опрокинулась на кровать, закрыв глаза, и, находясь в немом шоке, а также жалея о том, что никому не могу выговориться, рассказать, что у меня на душе, получить дельный совет.