По ту сторону

Антон сидел на холодном грязном полу туалета и смотрел в потолок. Тело ныло от боли, было немного трудно дышать, по подбородку стекала тонкая струйка крови. Парень небрежно стёр её рукавом байки и попытался подняться. В первый раз упал и болезненно охнул. Во второй раз получилось. Он помогал себе, держась за стену. В который раз Антон думал о том, что парни из его универа невероятно добрые и отзывчивые. Они так трепетно относились к нему все те два года, что он здесь учился, оставляли ему на память ноющие синяки и кровоподтёки. Они всегда били его втроём. Двое держали, а один от души отрывался, нанося удары только туда, где их не будет видно. Потом они менялись, и всё продолжалось. Пока Антон не потеряет сознание. И просыпался он исправно на полу туалета, прислонившись к стене. Он никогда никому не говорил о том, что его избивают. В этом не было смысла. Ему бы всё равно никто не поверил. На людях эти парни играли роли хорошеньких и прилежных студентов, которых не в чем было упрекнуть. К тому же, за малейшую активность со стороны Антона, его могли избить ещё сильнее. Парню не было это нужно. Он уже смирился с этим и перестал чувствовать боль так же остро, как раньше. Ему было просто плевать. Радовало только то, что скоро они закончат последний курс и уйдут, а Антон сможет спокойно доучиться. Оперевшись на раковину, которая едва не оторвалась от стены, потому что держалась на одном честном слове, Антон внимательно осмотрел себя в зеркале. На лице побоев не было, только нижняя губа немного распухла. Парень выглядел уставшим, под глазами красовались синяки от недосыпа. Умывшись ледяной водой, Антон пригладил волосы, чтобы не так сильно торчали в разные стороны, поднял с пола свою сумку и пошёл домой. На выходе встретился с уборщицей, которая с тоской на него посмотрела, но говорить ничего не стала. На улице на него тоже почему-то бросали сочувственные взгляды, что парню не нравилось. Он накинул на голову капюшон, скрывая ото всех своё лицо. Чужие взгляды сейчас были ему противны. Неожиданно начался дождь. Неужели небо тоже ему сочувствует, а потому плачет? Но не за чем сочувствовать. Антону это было не нужно. Сочувствие ничего не изменит. Если бы нашёлся тот, кто смог бы помочь... Иногда в голову парня заползали мысли о суициде, потому что выносить ежедневные побои было выше его сил, но он прогонял их прочь. У него ещё осталось ради кого жить, ведь он любил свою семью: добрую и улыбающуюся маму, которая ни секунды не могла усидеть на месте; отца, который хоть и был иногда строг, но любил сына слишком сильно; маленького братика, постоянно бегающего по квартире за Антоном и почти смотрящего ему в рот; большого пса, которого он подобрал на улице два месяца назад. Антон всё ещё помнил, как трудно им было выходить его и приучить не бояться людей. Теперь пёс выглядел довольно неплохо и весело носился по квартире, часто приходя в комнату к Антону и его брату и пристраиваясь на их ковре. Для Антона их уютная трёхкомнатная квартира была крепостью, местом, где он мог спрятаться от всех проблем и надоевшего окружающего мира. Мама всегда заваривал ему чай с корицей, ставила перед ним тарелку с блинчиками и рассказывала, как прошёл её день на работе. Она работала в магазине, и у неё там постоянно что-то случалось. А потом приходил папа, приводя младшего брата из садика. Они тоже садились за стол. Антон звал пса, который прилетал мигом и ложился рядом с батареей. Это было единственное, за что цеплялся Антон. Его семья была для него всем. Парень шёл по улице не поднимая головы. Куртка уже вся промокла от усилившегося дождя, кеды тоже, но Антон не обращал внимания. Он просто шёл по привычному маршруту, желая как можно быстрее оказаться дома. Когда он собрался переходить дорогу, то совершенно не обратил внимания на свет светофора. Потому для него стал неожиданностью громкий гудок автомобиля. Парень повернул голову, чтобы увидеть несущийся на него грузовик. А потом последовал сильный удар. Все свои девятнадцать лет жизни Антон думал, что умирать - это больно. Оказалось, что нет. Боль, конечно, была, но короткая, вспыхнувшая всего на пару секунд, а потом он просто провалился во тьму. Последняя мысль, промелькнувшая в его голове: " А как же родители?"

***

Когда Антон очнулся, первым, что он увидел, была протянутая рука. Поднявшись глазами по этой тонкой, слишком бледной руке, он встретился взглядом с невероятными голубыми глазами. Они смотрели на него так тепло, что парень даже удивился. - Кто ты? И где я? - поинтересовался парень, поднимаясь и не сводя взгляда с незнакомца. Тот улыбнулся. На щеках появились милые ямочки. - Я ангел, моё имя Разиэль, а место, где ты находишься, это вход в Эдем, - пояснил парень. Антон прифигел. Он недоумённо смотрел перед собой, а потом вспомнил, что его сбил огромный грузовик. - Значит, я умер? - спросил он. Ангел кивнул. Его пшеничные волосы, достающие ему до плеч, упали на лицо. Он небрежно их отбросил. - Тебе предстоит пройти Суд, где верховные ангелы решат твою дальнейшую судьбу. - И что я должен буду сделать? - Ничего особенного. Просто ангелы должны проверить твои намерения прежде, чем впустить тебя в Эдем. Твоё сердце будет положено на весы вместе с пером ангела. Если твоё сердце перевесит, то тебя отправят в Тартар. Ангел говорил это так спокойно, словно для него это было сущим пустяком. Ну, для него оно им и было, а вот Антону радости от этого не было никакой. Ему не хотелось, чтобы у него вырезали сердце ради какой-то проверки. - Ээээ, Разиэль, а нельзя ли без этого? - поинтересовался Антон. Ангел покачал головой. - Прости, но нет. Это правило для всех душ. Для тебя исключений не будет. - Ладно. Тогда скажи, а какой он Эдем? - Это прекрасное место, - ангел мягко улыбнулся. - Там повсюду прекрасные сады, цветы, животные резвятся друг с другом. Подняв голову, ты можешь увидеть лазурное небо, белые облака, словно огромные куски ваты. Огромный водопад, вода которого словно падает в никуда. Антон внимательно следил за его лицом, которое в данный момент было слишком одухотворённым. Глаза ангела сияли, губы были растянуты в сладкой улыбочке. Парню внезапно стало противно. Внутри него что-то щёлкнуло, словно кто-то открыл невидимый замок. Захотелось смачно плюнуть в красивое лицо, чтобы больше не видеть этой улыбки. - Знаешь, мне что-то внезапно расхотелось в Эдем. Слишком скучно и тошнотворно розово. Лучше уж в Тартар попасть, чем жить среди белых и пушистых кроликов. Антон не узнавал своего голоса. Насмешливый, холодный, саркастичный. Ангела даже передёрнуло. Он перестал расхваливать Эдем и дико уставился на парня. Тот в ответ смотрел дерзко, издеваясь. - Что ты несёшь? - ужаснулся он. - Ты в своём уме, человек? - Наверное, нет, - Антон пожал плечами. - Но это и хорошо. Нормальный бы на такое не пошёл. - Ты хоть знаешь, от чего отказываешься? - От розовых пони и слащавого существования? - съязвил Антон. Он внезапно почувствовал, как его тело что-то тянет вниз. Тянет сильно, так, что казалось, будто ломаются кости. Но больно не было. Просто возникало неприятное ощущение. - Ты ещё пожалеешь о своём решение, Антон Шилов, только уже поздно будет! - прорычал ангел. За его спиной раскрылись небольшие крылья. Они были не кристально-белого цвета, как привык думать Антон, а нежно-бежевого. Они были последним, что видел Антон перед тем, как его какая-то неведомая сила сорвала с небес и потянула вниз, к земле.

***

От неожиданности Антон даже закричал. Он думал, что разобьётся, совершенно забыв о том, что уже умер. К нему неизбежно приближался острый пик скалы. Он казался слишком реалистичным, как и перспектива того, что Антон может запросто превратиться в шашлык. Парень закрыл глаза, ожидая неминуемого столкновения, но ничего не произошло. Это было странно, потому Антон решился посмотреть, что произошло. Он лежал на голой серой земле, чувствуя сильный жар. Казалось, что прямо под ним течёт лава. Было больно. Кожу жгло, дышать было трудно. Неожиданно над ним кто-то склонился. Антон почувствовал пристальный, изучающий взгляд. - Парниша, ты чего тут делаешь? Сегодня душ вроде быть не должно, - спросили у него низким басом. Шилов с трудом поднялся, обжигая ладони о горячую землю, и поднял голову. Перед ним стоял демон. В этом он был уверен. За спиной незнакомца вздымались маленькие кожистые крылья, порваные в некоторых местах. В руках демон держал длинную пику. - Я умер недавно. Меня грузовик сбил, - хрипло ответил Антон. Дышать было очень трудно. - Допустим, - демон кивнул. Его алые глаза сузились. - Но сегодня к нам никто не должен был попасть, значит, тобой должны были заняться светлые. Какого хрена ты тут? Антону было невыносимо больно. Кожа быстро покрывалась ожогами, лёгкие горели. - Я был... там, - задыхаясь, ответил парень. - Они хотели... провести... суд, что-то с сердцем, но... я отказался. Демон присвистнул. В его глазах появился интерес. - Не гонишь? Сам отказался? От жизни в Эдеме? Но, раз уж ты тут, тогда точно отказался. Парень, тебе говорили, что ты ненормальный? Шилов криво ухмыльнулся, теряя сознание от боли. Раньше он был довольно здравомыслящим парнем, но вот после смерти его что-то перемкнуло. - Нет. - Оно и видно. Не знаю, что мне с тобой делать. Хотя, это не мои проблемы. Пусть сами с тобой разбираются. Он протянул к Шилову руку и коснулся его разгорячённой кожи. Ладонь показалась парню ледяной.