Found Defender

Pov. Джин Вот это попал так попал. Она отчетливо видит себя на этой фотографии, теперь не отвертеться даже. Может, прикидываться дальше, что ничего не помню? — Джин, что это? — подрагивающим голосом, спрашивает Наби. — Какая-то девочка на скамейке, — спокойно отвечаю, ходя внутри все шипит и дергается от страха, — кстати, похожа на тебя. Девушку пробивает на нервный смех и, продолжая пялиться в одну точку, она резко отбрасывает телефон и мчится в свою комнату, извиняясь. Схватив трубку, подрагивающими пальцами, разблокировываю экран и захожу в галерею. — Всё равно, я сохранял фотки на комп, — нажимая «удалить все», стираю чуть больше 20 фотографии возлюбленной. Почему вдруг стало так грустно? Такое чувство, будто полжизни, только что, добровольно отдал. Не теряя времени, прохожу на кухню и начинаю готовить. — Путь к сердцу лежит через желудок, — надеюсь, Нам, ты забудешь про это. Черт, мне надо ей сказать. Все. Честно и правдиво. Без всей это преукраски и лжи. Но примет ли она меня тем, другим Джином? Думаю, что нет. Тот Джин стал слишком груб, а Нам кажется не нравятся грубые парни. Совершенно точно не нравятся. Тут дверь комнаты отбивается к стене и девушка, в спортивной одежде, проходит к входной двери. — Мне нужно подышать свежим воздухом, — смущаясь, выталкивает из себя слова, — я скоро. Я не успеваю даже что-то ответить, как слышу глухой удар железной двери. В фартучке, с мокрыми волосами, я присел на стул и решил анализировать ситуацию. Пока в состоянии, хватаю с журнального столика испечатанный с одной стороны А4. Вплоть до средней школы, я вел дневник, нет, скорее ежедневник, в котором писал всякий бред: то, что происходило и то, что волновало. А с тех пор, как Наби появилась в моей жизни, перестал этим заниматься. Скорее всего, это оттого, что я перестал принимать реальность или просто не хотел признаваться даже бумаге. Достав ручку с микроволновки, хаотично исписываю мелкие строчки: «Нам Наби, хотел давно признаться. Хотя, стоит ли называть это признанием? Я тот самый Ким Сокджин со средней школы, правда ты, наверное, меня даже не помнишь. Так и есть. Я тот мальчик, что был влюблен в тебя тогда, да и сейчас, продолжаю любить до сих пор. Мне хочется так много сказать, но в итоге выходят лишь нечленораздельные слова, а в голове в этот момент — каша. Наша встреча была волей случая или судьбой. На самом деле, я перестал верить в нее, ведь не нашел тебя в своей старшей школе. Ну и пусть это была школа для мальчиков. Я даже не нашел тебя в том дворе, где ты часто проходила. Та пуговка, что оказалась позже у тебя в кармане, это я ее положил, в надежде хоть чем-то соединить будущее двоих людей. И вот, я вижу тебя, ставшую еще прекраснее, в университете. Ты была такой красивой, что я невольно пошел за тобой до конца. Да, ты все та же скрытная девочка, но внешне подросла и черты лица стали немного взрослее. Скучаю по твоим волосам, к которым так хотел, но всё же не смог, прикоснуться. Думаю, стоит объяснить, что я делал у твоего дома в тот день. Это были злополучные выходные, ждал у твоего подъезда, впрочем, я часто сижу у скамейки и наблюдаю за улицей. Но, в тот раз, по пути, ко мне пристали эти сраные бандиты и испортили все, что я бережно хранил. Те наши, пусть и далекие от правды, отношения. Но, Всевышний, на самом деле, думаю и надеюсь, дал мне зелёный свет. Не то чтобы я был особо верующим, но после этого случая, я действительно поверил во что-то сверхъестественное. Ты, именно ты, нашла меня, потащила в больницу, а потом привела к себе домой. Моя мечта осуществилась сполна. Сначала, я думал, что если узнаю тебя воистину, в лицо, загляну в твою, такую загадочную для меня, душу, то остыну. Перестану думать о почти несуществующей для меня девушке и, наконец, преодолею эту неразделенную любовь, что преследует чуть ли не с отрочества. Но, мой ответ снова неверный. Кажется, влюбился лишь сильнее, осознавая всю боль и страдания, что ждут впереди. Я готов, готов быть отвергнутым вновь, однако это странно, не так ли? Я ведь так и не признался тебе ни разу. Почему эти чувства стали печалить меня, ведь раньше они приносили лишь радость? Недаром говорят, что первая любовь всегда безответна, а значит и болезненна. Люди должны извлекать из всего этого для себя опыт, но что сделать, если я такой глупый, не верю в это. Судьба не могла ведь свести нас вновь просто так, да? Надеюсь, мне хватит собрать всю свою волю и мужество в кулак и высказать все как есть. Я стал другим, не тем добрым милым Джином, что был в 13 лет. Прости, я настолько сильно пытался забыть и забыться, что вел отнюдь не добропорядочную жизнь. Да о чем же я? Я ведь тебе и тем невинным мальчиком совершенно не был привлекателен. Однако, я все еще ощущаю, что внутри меня так и живет тот далекий маленький мальчик, который беззаботно бегал на крышу поесть дурацкие бутерброды с девочкой из соседнего класса.» *** Я вышел к ней через 15 минут. Наби сидела на той самой скамейке, у которой я просиживал те редкие вечера. Тихонько обойдя, присел рядышком и посмотрел в ее профиль. Завидев меня, девушка тут же зарделась и не знала, куда себя деть. — Что-то случилось? — глупо выдаю я идиотский вопрос. — Да нет, все нормально, — немного замолчал, я тихо спросила, — Джин, а ты точно меня совсем не помнишь? — Ты мне кажешься смутно знакомой, — вызываю в ней легкую улыбку, что светится даже в темноте, — а ты меня не помнишь? Даже капельку? — Это меня и волнует. Честно сказать, я в жизни знакома с малым количеством людей. Да что греха таить, могу смело называть тебя своим первым настоящим другом! Стой, Джин, стой! — А нельзя ли мне остаться единственным? — черт, кто же меня за язык то тянет? Нам поворачивает ко мне лицо и смотрит горящими глазами. — Джин, я… — тут же накрываю рот мягким поцелуем, заставляя молчать. Да, я боюсь ее слов. Боюсь, что она попросит уйти из ее жизни, потому что я достаточно наворошил. Уж лучше пусть даст мне пощечину, но возле себя оставит. Ну что же, самое время запускать фейерверки, ждать извержение несуществующего вулкана, взорвать университет. Аллилуйя, я таки коснулся моей бабочки. А она не отталкивает, и я принял это за положительный знак. Воздушно касаюсь ее лица и теплой ладонью поглаживаю щеку, согревая. Вторая рука тянет девушку ближе к себе, заставляя упереться руками в грудь. — Джин… — шепчет прямо в губы. Тихое «шшш» разбается в ответ, и я касаюсь ее вновь. Закинув руки по обе стороны от головы, Наби подтягивается ближе, одну ногу переместив через скамейку, и я повторяю за ней. Наслаждение вытолкнуло все остальные чувства, а возможность продолжения — мысли. Я целую ее! Это правда! Пожалуйста, Джин, если ты спишь сейчас, то не просыпайся. Только не сейчас, когда я чувствую, что могу наконец испить свою чашу с прекрасным ядом сполна. Испить и умереть?! Тут внезапно нас прерывает, какая-то женщина, идущая, видимо, домой. — Что за молодежь пошла, никакой нравственности! — достаточно громко произносит неизвестная и, тут же, Нам отталкиваясь от меня, резко встает. Но я слишком возбужден, чтобы остановиться. — Продолжим в доме, — касаюсь языком ее уха, доводя до кипения. Я не намерен останавливаться. Как говорится «Лови момент». Девушка тут же скрывается с места и забегает в подъезд. Лицо складывается в ехидную усмешку, и я спешу за ней. Нагнав свою жертву лишь у двери, я резко прижимаю девушку к ней спиной и поглаживая бедра, произношу как можно тише: — Я не такой, каким тебе казался, — да, самое время откровенничать, — прости меня за все! — Не время, — смешно, словно задыхаясь, выдает в ответ, как бы прочитав мои мысли. — Переговоры устроим позже. Смех застревает в районе легких, по причине впившихся в меня губ возлюбленной. Кое-как переступив порог и сбрасывая обувь, никак не можем отцепиться друг от друга. Боясь потерять ту маленькую искру, что породила пожар. Срываю с нее толстовку — она расстегивает мои джинсы. Распускаю волосы, собранные в тугой хвост и мягко провожу по ним пальцами, готовый кончить в любую секунду. — Ты готова? — удивленно выдаю волнующее. — Не знаю, но я этого хочу, — вся красная, она хватает концы майки, предварительно скинув мою верхнюю, — здесь и сейчас. Только тебя. Внутри что-то щелкнуло, и глаза покрылись пеленой. Поднимаю ее за ягодицы, а девушка обхватывает ногами мои бедра. — Легкая, словно пушинка… — заткнись, пожалуйста, заткнись. Хорошо, что дверь в спальню открыта, моя голова сейчас недостаточно адекватна, чтобы еще и ручки дергать. Мягко опускаю Нам на кровать и подгибаю матрас собой. Тут же, ее белье, а вслед за ним и мои остатки одежды, летят на пол. Накрываю охладевшими на улице руками небольшие, но такие безупречные для меня, груди, большим пальцем проведя по середине. Девушка тут же томно стонет, что подсказывает мне, что я могу продолжать. Одарив любимые губы долгим поцелуем, спускаюсь губами к ключицам и касаюсь каждого ее уголка. Кожа такая же невинная, даже детская, как и сама Наби. Запустив пальцы в мои волосы, она пытается направить меня вслед за руками. Зубы оскаливаются в извращенной улыбке и я, прильнув к заветной груди, вбираю в себя один сосок, продолжая поглаживать пальцами другой. Она дергает головой и стороны в сторону, сильнее хватая мои волосы, и спиной поднимается как можно выше. Так продолжается несколько минут, пока Нам без слов не начинает намекать на большую близость. — Моя сладкая девочка, — правая рука, минуя живот, опускается вниз, ощущая как из нее выходят все соки. — Джин, пожалуйста, — не зная, что говорить, девушка лишь водит руками по простыне. А мне большего и не надо. Осторожно, раздвигая нижние губы, касаюсь пальцем сосредоточения всего ее возбуждения и слышу первый стон. Второй палец аккуратно проникает в глубину, растягивая. Такая узкая, она заставляет меня гореть огнем, в желании познать это тело собой. Ее ритмичные вдохи-выходы дают мне продолжить и я, оставляя в покое, набухшие соски, спускаюсь ниже. — Ах, Джин, нет нет, — хотя все действия девушки говорят об обратном, — мне стыдно. Пожалуйста. Отключив свой слух, языком прикоснулся к сосредоточию ее возбуждения, натягивая Наби до предела, — потерпи еще немного, родная. Спустя недолгие две минуты, девушка, с громким стоном, приподнимается тазом и тут же падает обратно, дрожа от накатившего оргазма. Насколько бы я не был возбуждён, я не могу так легко сорвать ее девственность сейчас, когда мы фактически знакомы только несколько дней. Ах, как же хочется сделать ее своей и никому не отдавать, агрх! Поднявшись к ней, ложусь подле, следя за тем, как грудная клетка поднимается и опускается, и как девушка пытается наладить дыхание. Спустя время, Наби подвигается поближе, кладя свою голову на мою грудь и наворачивает по ней пальцами круги. — Что ты хотел сказать мне, Джин? — как бы невзначай спрашивает девушка, — или сейчас не время разговаривать? — Нет, думаю самое время, — обнимаю ее рукой за плечо и невольно начинаю, — говоря кратко, я все помню. Я не терял памяти. — Зачем ты соврал? — будто зная ответы, спокойно продолжает она. Так спокойно, что мне становится страшно. А где гнев, крики, битье посуды? — Чтобы стать ближе, ведь я не могу этого достигнуть уже около 6 лет, как мы знакомы. - зачем мне скрывать своё прошлое? На секунду, она зависла, будто и не слышала моих слов, а потом, раскрыв рот, не могла отвести от меня взгляда. — Знакомы? — ахнула девушка, — 6 ЛЕТ?! — Ким Сокджин, средняя школа Анян, провинция Кёнгидо. Я был твоим одноклассником, со 2 года обучения. — Новенький мальчик с параллельного, сидевший рядом с Хёсаном, — застыв, будто вспоминая, переходит на шепот Нам. — Мальчик, влюбивший в себя половину школы. — Да-да, только не произноси при мне его имя. В общем, мы вместе закончили среднюю школу, а потом разлетелись по Корее. — А что? Он плохой? Да, я переехала с родителями в Тэджон, а потом с братом — в Сеул. — Он тебе нравился, верно? — задал я наконец-то, тревожащий меня столько лет, вопрос, — и потом я встретил тебя в универе, в конце 1 курса. Она резко покраснела, видимо даже не услышав конец предложения. — Как ты узнал? — Был уже достаточно в тебя влюблен и заметил, — в этот момент пальцы сжали ее плечо чуть сильнее. — Он мне нравился недолго, первые полгода, а потом это вошло в привычку, — вспоминала Наби, не останавливая свои пальцевые круги на моей груди. — А сейчас? Тебе кто-нибудь нравится? — понимаю, что очень наглый вопрос, когда мы тут лежим нагишом, но мне нужно знать. Вдруг и в универе появился какой-нибудь Хёсан, и я снова останусь в дураках? — Да есть один глупыш, — странно засмеялась девушка. Я лишь выдохнул и уже видел глазами свое темное будущее, набитое одиночеством, когда она внезапно ущипнула меня. — Это глупый мальчик с «амнезией», — и поцеловала меня, налегая сверху. — Хмм, ты не устала? — поглаживаю бледные узкие бедра. Она лишь отрицательно кивнула и пошла исследовать мое тело дальше.