I ain't gonna be your king, I'm just wanna make you sin

Луи откровенно запутался, когда начал врать Дереку, который, вроде как, являлся его бойфрендом для большей части университета. Не то чтобы это и в самом деле было правдой, или у Томмо вдруг проснулись чувства, но он просто не делал такого со времен средней школы, когда гормоны бурлят и все дерьмо лезет наружу. У него даже не было поводов врать, он всегда мог честно сказать, что просто зависает с Гарри и ищет цветы на арку, но, черт знает почему он чувствовал потребность скрыть частые посиделки. Все его занятия и дни сводились к громкому хриплому смеху в спальне, вкусному фруктовому чаю и не вернувшемуся к Луи свитеру, который был тщательно спрятан в квартире Гарри от чужих глаз. Даже от Джетта. Даже его мать знает о Луи, она уже научилась произносить его имя на английский манер. - Этот костюм просто отлично сидит на тебе, - в сотый раз хныкал Луи, а Гарри продолжал искать выпирающие бока, вертясь перед зеркалом. - Ты уверен, что он не подчеркивает лишний вес? Глупый. Такой глупый, что Луи ради интереса перевел слово "придурок" на своем телефоне, и показал Гарри, который только фыркнул и вернулся к своему "неидеальному" отражению. В нем не было абсолютно ничего лишнего, он был такой весь наполненный жизнью и лаконичный, как конспекты по литературе на первом курсе - от него хотелось черпать вдохновение на новые идеи. Даже не было лишнего локона на голове, ему всего хватало, а он просто стоял перед своим отражением и дергал рубашку, пытаясь увидеть жирные бока. - Просто сними его, ради Бога, и не мучай себя, потому что я уже насмотрелся на твою задницу за последний час. Гарри густо краснеет, нервно поправляет волосы и запах его духов слышен еще больше, отчего Луи глубоко вдыхает каждый раз, наполняя легкие ароматом цветов. Гарри отправился в ванную и вернулся к Томмо одетым только в боксеры и рубашку, хотя, это выглядело настолько привычно, что даже член Луи больше не дергался так в его штанах. Ну, не так интенсивно по крайней мере. Кудрявый завалился на кровать, просто приковывая чужой взгляд к тому, как отпружинил матрас и простыни обняли стройные голые бедра. Луи добивался таких слов в своей голове каждый раз, когда чувствовал, что описывает любое движение Гарри недостаточно четко и красиво, даже когда он разбивал чашки с горячим кофе, Томлинсон пытался сказать для себя, как это было прекрасно. Он даже завел второй аккаунт и подписался на обновления Гарри в IG, кусая губу до пунцового цвета, как сейчас, когда видел новые фото, связанные со свадьбой. Одним вечером - он не признается в этом - Луи даже дошел до фото годовой давности, когда Джетт еще не знал Гарри. Он понял, что фото Гарри в одиночку куда прекрасней совместных с Блэком. Потому что, когда они делали снимки вместе, это в большей части была кровать, ванна, лепестки роз вокруг и обручальные кольца. Не удивительно, что, покопавшись в поисковике, Луи нашел идентичные фото на странице Джетта. - Мы так много успели сделать, - протянул Гарри, и будь сейчас не вечер, Луи однозначно подметил бы еще и игру солнца на дрожащих ресницах. - Осталось совсем немного, и ты уже улетишь обратно во Францию, - натянуто улыбнулся Томмо, почесывая подбородок. Гарри недоуменно на него посмотрел, вставая на колени и упираясь ими в подушки, чтобы потянуться к стенду над кроватью, прикрепляя там новую вырезку с журнала. - С чего ты взял, что я уеду? - Не знаю, - хмыкнул Луи, - Джетт только и говорит о вашем замечательном французском будущем. - Лу, я останусь здесь, - внезапно признался Гарри, отрывая руки от закрепленной кнопки со стикером. И это была одновременно лучшая и худшая новость за последнее время. Он остается здесь, они будут видеться каждый день, но он выйдет за Джетта и Луи будет лишним в их семейной идиллии, потому что, ну, они заведут детей, полюбят друг друга еще больше, и Гарри будет здесь. Всегда, как бы Луи не хотел сбежать от всего этого. Как бы он не гнался за ним. - Оу, это, - он пожал плечами, коротко улыбаясь, - это хорошо. Прекрасно. Прекрасным было то, как Гарри улыбнулся, его кудри засветились от тусклых лучей бра над головой, а Луи протянул ему еще несколько его любимых фото цветов на арке и чехлов на стульях, получая пальцы кудрявого в своих волосах, которые быстро взъерошили его прическу. Его колени уперлись в подушки, а спина прогнулась больше, потому что Гарри усердно тянулся к пустым местам на огромном стенде, доходящем чуть ли не до потолка от спинки двухспальной кровати. Белая рубашка в мелкий горошек скомкалась чуть выше пупка Гарри, и это так мило, если бы Луи не проклинал все, задыхаясь и тихо кашляя. Он не знает, почему, но кудрявый был словно выставлен напоказ, его бедра плавно двигались, когда он тянулся выше, или ниже, вправо, влево, неважно, они просто двигались в коротких круговых покачиваниях, принуждая Луи самому подняться на матрасе, устраиваясь сзади Гарри, подавая ему по одной вырезке каждые пятнадцать секунд. Один раз Гарри задержался подольше, с трудом справляясь с кнопкой и толстым материалом глянца, и этого вполне хватило, чтобы ладони Луи плотно легли на линию, где кожа Гарри, которую ласкал тусклый искусственный свет, уже прикрывалась рубашкой, и юноша громко вздохнул, оборачиваясь назад, внимательно глядя на то, как чужие пальцы массировали его спину, втирая в кожу другой запах, не духов, не запах Джетта, свой. Луи тяжело дышал, и этот звук гармонировал со вздохами Гарри, словно целуя воздух между ними. Гарри выпрямил спину и его колени вдруг съехали со скользкой подушки, а маленькая задница ударилась о бедра Томлинсона, который тихо взвыл, впиваясь в мягкие бока короткими ногтями. И, возможно Гарри чувствовал себя ненормально, когда почти сознательно прижался к весьма ощутимой выпуклости в штанах Луи, но он повернулся к нему лицом, ловко разворачивая свои бесконечные ноги на кровати, и оказался прямо напротив Томмо, бездумно вплетая пальцы в его волосы. Луи обнял его за талию, подтягивая неуклюжего жениха друга ближе к себе, и оставляя пальцы над резинкой нижнего белья. Гарри слегка улыбнулся, опуская голову; его дыхание обожгло открытые ключицы Луи, и, черт знает, сколько кругов ада существует на самом деле и какие из них Томлинсону предстоит пройти, но он подхватил Гарри, придерживая за ягодицы, и почти откинул на высокий стенд, тут же прижимая его своим телом, и слыша его хриплые постанывания. Он еще сильнее вцепился в волосы Луи, а когда тот не оставил между ними и сантиметра, заполняя пространство между его грудью и тонкой рубашкой, Гарри чуть громче отозвался на это, обвивая поясницу Томмо длиннющими ногами. Оба громко выдохнули, когда контакт стал невероятно близким, и Луи был так неправ, когда зациклился только на том, как его глаза впиваются в блестящие во мраке, освещаемые только бра губы, которые Гарри широко открыл, дыша еще громче и чаще. Луи так устал ловить с них один горячий воздух, один смех и монотонные звуки, которые сливались в слова, а еще улыбки, и, наверно, снова смех. Поэтому он поцеловал его снова. Чужого жениха, надежду Парижского университета, любовь всей жизни Джетта, и было достаточно причин, почему он сделал это, включая то, что они оба к этому шли. В частности, Луи мучился дольше, так что Гарри не винит его за вдруг слишком резкие и крепкие объятия, от которых кости захрустели, а воздух ускользнул, но кудрявый счастливо улыбнулся ему в секунду, когда они синхронно вздохнули, а затем сам поцеловал Луи, одной рукой дотягиваясь до бра и выключая его. Гарри хихикнул, когда почувствовал, как Луи ненавязчиво лизнул его губу, а затем снова, и еще раз, прежде чем кудрявый приоткрыл для него губы, исполняя шуточную просьбу Томмо научить его технике французского поцелуя. Гарри был уверен, что Луи прекрасно владел ею, просто немного лукавил, или не мог раскрыться с кем-то настолько, как сейчас, и это больше льстило. Это было так странно - чувствовать даже легкий трепет чужих ресниц, получать столько смысла и тепла внутри от поцелуя с чужим женихом, просто находиться так близко с кем-то, кто уже принадлежит другому - Луи был уверен, что за его спиной сейчас стояли Джетт и его семья, осуждая то, что он слишком много себе позволил. Их прервали так неожиданно и смешно, потому что телефон Гарри загорелся раньше, чем мелодия, поставленная на Джетта, которая к тому же будет играть на их свадьбе, разлилась неприятным давлением по всей спальне. Луи отпустил его с пониманием и сполз к краю кровати, садясь и подгибая ноги под себя. Он все ждал, когда услышит голос Гарри, а мелодия на его мобильном не затихала, и это до того нервировало, что Луи с нетерпением посмотрел на парня, так же сидящего на самом краю, борясь с нерешительностью и не поднимая трубку. Он вертел телефон в руках, а Луи упустил момент, когда Гарри отшвырнул его в сторону, нетерпеливо взбираясь на кровать и сжимая его лицо в руках. Гарри тяжело дышал, с доверием смотря в чужие глаза, и поцеловал Луи под его непонимающее мычание. Он сделал слишком много, чтобы заткнуть это сопротивление в Луи, и почти грациозно втиснул свои конечности меж разведенных бедер Томлинсона, прижимаясь к его груди своим торсом и снова возвышаясь над его растрепанной головой. Гарри закинул руки на плечи шатена, намеренно двигая бедрами, один раз слишком сильно, чтобы Луи упал спиной на кровать, машинально сомкнув руки на его талии. - Снова пьяная вечеринка? - прошептал Луи, думая усмирить этот пыл кудрявого, но Гарри замотал головой, ложась на простыню рядом. Томмо проследил за его взглядом и придвинулся чуть ближе, практически нависая над растянувшимся на кровати Гарри, на этой самой кровати, где еще утром лежала огромная слюнявая собака и они вместе меняли постельное белье после этого, а сейчас собираются избежать подписи в свидетельстве о браке. Луи подумал, и, если бы обстоятельства были бы другими, он уверен, что сделал бы все немного по-другому. Они бы много гуляли, ели много всего того, от чего Гарри отказывается из-за диеты, Луи уверен, что дарил бы ему цветы, причем в горшке, потому что Гарри любит садоводство. Он бы даже нашел квартиру-балкон для него, если бы обстоятельства были другими. Но Гарри это надоело. Он толкнул Луи на спину, взбираясь на него, и нетерпеливо принялся стаскивать футболку шатена, от чего Луи пришлось взять это на себя, потому что Гарри грозился расцарапать его спину. Пока он стаскивал ненавистный для кудрявого элемент одежды, его штаны уже болтались на лодыжках и он определенно ничего не смог бы поделать с тем, как Гарри жадно лишал его одежды, громко и возмущенно дыша, как будто его чем-то обидели. Он пропал только на мгновение чтобы поправить волосы, а затем Луи почувствовал горячее дыхание возле кубиков пресса, плавно смещающееся чуть ниже вместе с мокрыми вишневыми губами, увлажняющими тоненькую дорожку темных волосков внизу живота. Гарри подул на нее, глядя в глаза парню под ним, а затем резко поднял свое тело и жадно поцеловал медленно умирающего Томлинсона, которого на части раздирала вина и желание. Он обхватил маленькую задницу Гарри руками, простонав во влажные губы вместе с кудрявым, проникая рукой под боксеры чтобы коснуться мягкой кожи на ягодицах. Руководствуясь только хриплыми звуками, которые издавал Гарри, и собственными инстинктами, Луи снял его цветочную рубашку, отбрасывая на пол, за что после получит от ее владельца, возможно, и, укладывая Гарри снизу, стянул по длинным ногам нижнее белье, поддевая края. - Я искренне надеюсь, что твоя волшебная тумбочка сможет предоставить нам все необходимое, - рискуя задохнуться, сказал Гарри, поглаживая кожу головы Луи, пока тот возился с его одеждой. - Можешь быть спокойным за это. Перед ним был абсолютно обнаженный и румяный жених лучшего друга, а единственной мыслью в голове считалось огромное желание прижать его к матрасу и испробовать с ним какую-то выдуманную позу из камасутры Найла. Потому что такая на самом деле была. Возвращаясь к изнывающему Гарри, шатен быстро стянул с себя боксеры, из-за чего кудрявый коротко хихикнул, позже прошептав что это выглядело горячо, как будто он не мог терпеть. И он правда не мог, когда ему предоставлялся в полное распоряжение предмет ночных фантазий. Ему кто-то очень милый развязал на одну ночь руки за все мучения в душе и мозоли на правой руке. Луи провел руками от внутренней стороны бедер кудрявого и почти до щиколоток, разводя длинные ноги в сторону чтобы удобно устроиться на Гарри сверху. Он понятия не имел, как может оставаться хотя бы немного спокойным, целуя чужого жениха, двигая бедрами против его живота и тереться о него, но никто не хотел бы сейчас останавливаться. - Ты мог бы делать это немного быстрее, - Гарри вздохнул, кусая губу, указывая вниз на их движущиеся тела, и Луи вжался в него еще сильней, бешено двигая тазом. Гарри громко застонал, пряча лицо в изгибе шеи шатена, цепляясь за него руками и, отчаянно краснея, подмахивая его толчкам, приподнимая ягодицы над кроватью. Когда они снова не могли сдерживаться и хотели только целоватьсяцеловатьсяцеловаться, они стукались зубами, кусали губы друг друга и глубоко проникали в рот языком, не прекращая своих движений. Этого было мало по сравнению с тем, сколько много они могли бы сделать, и в какой-то момент оба остро ощутили, насколько же простого трения им недостаточно. Луи повернул парня на бок, целуя мягче и нежнее, поглаживая волосы на затылке, постепенно снова перетягивая тело кудрявого на себя, а затем тихо прошептал в ухо: - Отсоси мне. Гарри густо покраснел, заправляя прядь волос за ухо, и почти слез с крепкого пресса Луи, когда тот сам перевернул его, заставляя нависнуть над собой и разместить ноги по обе стороны от головы Томмо. - Ты серьезно? - усмехнулся Гарри, поглаживая рукой прижатый к животу член Луи. Тот кивнул, водя пальцами по изогнутой пояснице, когда парень решил заняться делом и он мог видеть только его кудри, пока сам Гарри сжал ствол у основания, дразня головку легкими поцелуями. Луи раздвинул его ягодицы, предварительно оставив поцелуй на каждой из половинок, и широко лизнул сжавшееся колечко мышц, наслаждаясь тем, как сладко и протяжно стонал мальчик над ним. Он прошелся широкими влажными полосами еще несколько раз, настойчиво нажимая языком на дырочку. Гарри обхватил губами головку, плавно и размеренно двигая ртом на твердом члене, захватывая ртом почти всю длину. Он задыхался с эрекцией Луи во рту, когда тот беспрестанно вылизывал его, сильнее раздвигая ягодицы. Он выписывал языком какие-то безумные линии, заставляя Гарри повторять их на своем члене, иногда легонько двигая бедрами навстречу его рту. Луи по правде не уверен, что Джетт мог когда-то помочь Гарри раскрыться таким образом, упуская то, насколько он прекрасен, когда занят тем, для чего был рожден. Со временем Луи начал толкаться в чужой влажный рот чаще и больше, уже практически не оставляя свои бедра безвольно лежащими на кровати. И, судя по звукам, он зря жалел Гарри, потому что он, кажется, готов был принять и два члена сразу. Его рот был словно резиновый, этот парень не знал о существовании рвотного рефлекса, когда истекающая смазкой головка упиралась ему в заднюю стенку горла, и ему нравилось, как в дополнение к этому сжимается его дырочка, увлажненная слюной Луи. Он был абсолютно готов к тому, что Томмо начнет кружить пальцем вокруг узкого отверстия и, дразня, надавливать на вход. Когда шатен ввел один палец, Гарри вовсе не чувствовал дискомфорт, желая только чтобы он был гораздо глубже. Неспешно, Луи добавил второй палец, осторожно сгибая их в невероятно узком колечке мышц, проталкивая дальше, и, наконец, задевая то место, когда Гарри беспомощно замычал с твердым членом во рту. - Еще, - проскулил он, оглядываясь назад, - еще, Лу. Томлинсон добавил третий палец, двигая ими теперь быстрее и резче, и только тогда Гарри нащупал открытую бутылочку смазки, задаваясь на секунду вопросом, когда Луи успел захватить ее из тумбочки, но моментально забыл об этом, толкаясь навстречу пальцам внутри. Их эрекции уже сочились смазкой, так что Луи, не находя в себе больше сил смотреть, как его пальцы погружаются в Гарри, мягко подтолкнул юношу и тот сполз с него, безвольно распластавшись на постели. Луи не мог определиться, какую позу им стоит выбрать, но Гарри настойчиво потянул его на себя сверху, крепко обхватывая руками и ногами, обернутыми вокруг талии шатена. Немного погодя, поглаживая каштановые волосы, Гарри поддался вперед, страстно целуя размытый в темноте образ Луи, чувствуя, как маленькие ладошки подхватывают его под ягодицы, оглаживая их и скользя вверх, к лопаткам. Одной рукой Луи потянулся к брошенным на постель презервативам, открывая один из них и пытаясь отстраниться от Гарри, чтобы натянуть латекс на орган. Кудрявый возмущенно замычал сквозь поцелуй, выхватывая вещицу из рук и самостоятельно раскатывая ее, получая несдержанные вздохи в губы. Надавливая на вход головкой, Луи чувствовал соблазн скорее толкнуться дальше, и Гарри надавил пятками на его поясницу, призывая скорее сделать это. Благодаря большому количеству смазки, он плавно проникал дальше, следя за трепещущими ресницами, отбрасывающими тень на сочно-красные щеки, которые даже в темноте без труда можно было отличить по алому оттенку. Простынь сползла на пол, подушки разметались по всему периметру не такой большой кровати, оставляя в эпицентре основную часть картины - сплетенные мокрые тела, сдвигающие кровать с места. Луи очень быстро перешел на грубый и быстрый темп, как и хотел Гарри, вжимая его в матрас каждым толчком бедер под симфонию его криков и стонов, отбивающихся от стен и летящих прямо к его собственным ушам как музыка. Легкие неглубокие царапины, оставленные кудрявым на чужой спине, заводили еще больше, Томлинсон делал буквально все для того, чтобы их стало больше, поглаживая все тело Гарри, целуя его вспотевшую и красную шею, не желая перебивать поток вздохов и сладких постанываний из его рта. Когда Гарри потянулся своей огромной ладонью и звонко шлепнул Луи по правой ягодице, шатен полностью накрыл его собой, ложась на изнывающего парня и начиная двигать бедрами навстречу еще быстрее, выбивая из него звериный крик, пока спинка кровати мелодично билась о стену, задевая стенд на ней, грозящий вот-вот упасть парням на головы. Но все случилось гораздо лучше - стенд рухнул прямо на пол и продолжал стучать о стенду благодаря движущейся кровати. - Черт, сильнее, - умолял Гарри, разводя шире ноги, - сильнее, пожалуйста, Луи - - Ты хочешь сильнее? - Да. Юноша практически взвыл, откидывая голову назад и вовремя цепляясь пальцами обеих рук за высокую спинку кровати. Луи встал на колени, смахнув комок простыни на пол, приподнял поясницу Гарри на удобном уровне, и оставляя его в таком положении, буквально зависшем в воздухе, снова вошел, располагая руки на внутренней стороне бедер кудрявого, чтобы держать его во время толчков, которые последовали один за другим, как Гарри того и хотел. Он крепче вцепился в расшатанную спинку, не представляя, сколько еще он может так парить в воздухе, не рухнув обратно, но его еще больше заводила такая поза, когда Луи брал контроль до малейшей капли над его движениями, ведь так Гарри не мог даже двигаться ему навстречу. Ритмично трахая горячую дырочку, Луи нетерпеливо приближал себя к тому моменту, когда он кончит от сжимающихся мышц вокруг его члена, и от этого нетерпения он двигался почти бешено, грозясь сломать свою кровать и еще очень долго спать на полу, вспоминая, как это было. Это, черт возьми, просто было и все, он даже не уверен, что такой секс когда-то еще будет в его жизни. Он не помнил, когда в последний раз хотел кого-то так сильно, что готов потом вечность гореть в аду за одну ночь. Его терпению пришел конец, когда Гарри стал намеренно сжиматься, и рука потянулась к его собственному члену, чтобы снять презерватив, и, вопреки желанию помочь себе дойти до края, Луи снова вошел в парня, совершая несколько фрикций, прежде чем залить его обжигающей спермой изнутри, умирая от того, какие звуки мальчик издал, будучи заполненным чужим семенем. Луи опустил голову вниз, замечая мутные разводы на животе Гарри, и довольно улыбнулся, что именно эта его проделка заставила кудрявого кончить. Его дрожащие бедра опустились на кровать, едва не потерявшую свою спинку, и Луи попытался восстановить дыхание, ложась рядом на бок. Гарри повернул к нему голову, положил руку на красную щеку и притянул к себе, мягко и лениво целуя, оставив все свои силы на их секс. Он расплылся в улыбке, когда Луи шутливо задел его нос, коротко чмокая губы. Он бы точно убил его, если бы Томмо сказал что-то о скорой свадьбе сейчас. Потому что впервые Гарри ничего не нужно, только поспать рядом с Луи, отдохнуть, а потом, возможно, заняться полезным освежающим утренним сексом, если Луи не будет придурком, пожелавшим сбежать из собственной спальни.

***

Лениво ощупывая мягкую обнаженную поясницу, Луи тихо сопел, вот уже несколько минут собираясь открыть глаза. Он прижал к себе большую приятно пахнущую игрушку, зарываясь носом в ее кудри, слыша, как она хихикает и чувствуя маленькие поцелуи на своем лице. О, хотя - - Гарри? - он открыл глаза, его рука лежала на талии голого Гарри, а сам кудрявый смеялся над ним, выводя узоры на обнаженной груди, - ты приятно пахнешь. Он снова закрыл глаза, прижимая тело парня к себе, беззастенчиво нюхая его волосы и шею. - Ты был в душе? - Да, и тебе тоже не помешало бы. - Ты прав, - Луи зевнул, поднимаясь с кровати, - я думал, мы совсем сломали мою малышку. Он сочувственно похлопал ладонью по матрасу, прежде чем выйти из комнаты и принять бодрящий душ. Луи тщательно намыливал голову, использовал гель для душа своего соседа и, когда выбрался из ванной, все его старания перебил неповторимый запах определенно вкусного завтрака. Гарри просто чудо. - Господи, я думал, что подавлюсь слюной еще до того, как это попробую, - застонал Луи, прижимаясь к дверному косяку. Гарри смущенно улыбнулся, щеголяя босиком по кухне в одной рубашке, свисающей до середины бедра. Луи мог бы оставить завтрак на потом. Он подошел к хлопочущему Гарри, наклоняя непонимающего парня над столом и впиваясь в его губы, а пальцами - в деревянную поверхность очень прочного кухонного стола.

***

Они ничего не делали половину дня, просто дурачились, щипали друг друга, целовались и доедали завтрак на диване, Луи - в коротких шортах на голое тело, а Гарри в той самой единственной рубашке, только на этот раз расстегнутой полностью, не испытывая никакого смущения. Луи как раз занимался тем, что гонял мурашек по коже Гарри, водя рукой по неприкрытой ягодице, пока парень боком был полностью прижат к нему, когда дверь начали терроризировать громким стуком. Мягко отстранившись, Луи чмокнул Гарри в нос, а затем прошел по коридору до самой двери, дергая ее за ручку. - Ты выглядишь так, словно хорошо повеселился сегодня ночью, - хохотнул Джетт, заходя в коридор, - только не говори что твоя пассия все еще здесь, а? Будет не очень удобно, если мы встретимся. Томмо сглотнул, а когда услышал отдаленный голос Гарри и вовсе похоронил себя, потому что он явно слышал, что кудрявый идет сюда. Так и было. Увы. - Лу, ты бросил круассан в кетчупе, это, знаешь, не очень вкусно - - Хаз? Странным было абсолютно все - то, что это ошеломляющее стечение обстоятельств, то, что Гарри прикрылся от собственного жениха, а не от Луи, то, что это вообще произошло так глупо и быстро. Луи надеялся хотя бы день скрывать это все, чтобы хотя бы немного насладиться своим маленьким секретом. - Оу, - понимающе протянул Джетт, - я должен оставить вас сейчас, я прав? Он ничего больше не сказал, только ушел, драматично хлопнув дверью, оставляя Гарри и Луи наедине. Они неловко смотрели друг на друга, пока Луи не обнял его, одновременно застегивая рубашку. Кудрявый вздохнул, опуская голову на плечо парня, и они нехотя вернулись к просмотру фильмов, но предельно ясным для обоих было то, что они думают явно не о глупой комедии в программе передач. - Я не смогу остаться на ночь, - сказал Гарри уже вечером, натягивая джинсы. - Ты сбегаешь? - Нет. Господи, конечно нет. Мне просто, - он глубоко вздохнул, захватывая свои вещи, - мне просто нужно немного времени чтобы разобраться с этим. Не каждый день твоя жизнь так меняется, Лу, я не знаю, что мне делать дальше. Прости. - Все хорошо, - Луи натянуто улыбнулся, провожая Гарри, - напиши мне, если нужна будет поддержка или что-то еще. - Конечно. Гарри коротко улыбнулся ему напоследок и вышел из коридора, а Луи готовился провести достаточно много времени с мыслями о том, что он снова остался один и ему явно не хотелось бы сейчас отвечать на сообщения Дерека о том, когда они встретятся, Найла о том, когда он приведет свою собаку, и сообщения Джетта за вчерашний день, когда он волновался за Гарри. Ну, теперь ему точно не нужно беспокоиться о нем.